the list

POV Кёнсу.

Кай услужливо открыл дверь, ведущую в пустующую комнату, и жестом пригласил меня войти. В помещении стояли четыре кровати, друг за дружкой выстроившиеся у стенки, а посредине стоял небольшой столик. Оглядевшись, я перевёл взгляд на мужчину, не скрывая своего замешательства. — Они вот-вот придут, — сказал он, усаживаясь на стул, что стоял около столика. Не прошло и десяти минут, как кто-то вошёл в комнату. Это оказался доктор. За его спиной маячила знакомая фигура. Мгновенно узнав растрёпанную блондинистую шевелюру, я бросился к брату, чтобы заключить его в крепкие объятия. — Лухан, как ты? Они не сделали с тобой ничего плохого? Всё в порядке? — начал я заваливать его вопросами, пока он продолжал безмолвно цепляться за меня. — Всё хорошо. Мы обнимались ещё долго, но вот Кай прервал наше воссоединение. — Пока что ты останешься в этой комнате. Я зайду позже, скорее всего даже завтра. Не скучай по мне слишком сильно, Кёнсу, — с этими словами он направился к двери и покинул комнату. — А сейчас расскажешь, что случилось, Лухан? — спросил я, за руку подводя брата к одной из кроватей. Я знал, что с ним определённо что-то не так. — Честно говоря, я не хочу говорить об этом, — слабо отозвался он, пряча лицо в изгибе моей шеи и щекоча чувствительную кожу своим дыханием. — Су, откуда у тебя засос на шее? — Оу, я могу объяснить… Понимаешь… — мне не дали шанса договорить; нас прервали: кто-то вдруг сжал нас обоих в объятиях. — Су, Лулу, ребята, с вами всё в порядке? — вздрогнув от удивления, я обернулся и увидел Тао. Обрадовавшись появлению младшего, я потянулся к нему, чтобы обнять в ответ. В отличие от нас на нём была одета повседневная одежда: белая, несоразмерно большая футболка и серые спортивные штаны. Кинув взгляд за спину Тао, я заметил стоящего в дверях Криса. Он наблюдал за нашим воссоединением с крайним недовольством. — Тао, было сильно больно? Как ты себя чувствуешь? — спросил я, обхватывая его лицо своими ладонями и заставляя смотреть прямо на меня. — Всё прошло нормально. Конечно, было больно, чёрт, по правде говоря, боль до сих пор не прошла, но я смог это выдержать. Я же говорил тебе, Су: я в состоянии позаботиться о себе. Но где же Бекхён? — поинтересовался Тао, растерянно оглядывая комнату. А я и не обратил внимания на отсутствие одного из братьев, пока Тао не сказал об этом вслух. Бекхёна нигде поблизости не было, а он должен был быть тут: мне же сказали, что все мои братья прошли через обследование… — Я сам понятия не имею, Тао. Тао обернулся и выжидающе посмотрел на Криса, как будто ожидая от него какого-то объяснения. Словно он мог сказать нам что-то. Но, к моему удивлению, альфа приблизился к нам. — У вашего брата возникли некоторые проблемы во время инъецирования, поэтому сейчас он отдыхает. По словам Чанёля, его тело не выдержало внезапного стресса и боли от прививок, и он потерял сознание. Похоже, он не очнётся по крайней мере в течение нескольких следующих дней. Как только он придёт в сознание, его доставят сюда. А теперь я вынужден покинуть вас, — Крис в последний раз кинул в сторону Тао показавшийся мне странным взгляд и вышел из комнаты. Как только дверь захлопнулась, я услышал знакомый щелчок. Обычно такой щелчок раздаётся, когда дверь закрывают на ключ. Встав с кровати, я подошёл к двери, чтобы проверить свои подозрения. Я подёргал за ручку, дверь не открывалась — конечно же, она была заперта. — Лулу, что случилось? Ты в порядке? — спросил Тао Лухана, обнимая его. — Ничего не случилось, так что не волнуйся, панда. — Но я же вижу, что что-то не так — это очевидно. Пожалуйста, не закрывай свою душу от нас вновь. Не отдаляйся, — попросил Тао, продолжая вырисовывают круги на спине Лухана, заодно успокаивающе поглаживая. — Просто произошла не самая приятная вещь, волноваться совершенно не о чем, Тао. Вот о чём нам действительно стоит беспокоиться, так это о том, откуда у Кёнсу засос на шее, ну и, конечно, о Бэкки, — сказал он, тыча пальцем в моём направлении. — Это не засос, меня просто комар укусил, и я случайно расчесал укус, вот кожа и покраснела в этом месте, — смущённо отозвался я и в знак доказательства почесал то место, где Кай оставил свою метку. — Су, я, конечно, может, и выгляжу как человек недалёкий, но я знаю, как выглядит комариный укус, и это определённо не он. Но если ты не хочешь делиться с нами, то не надо. Стоит ли нам беспокоиться насчёт Бекхёна? В прошлый раз во время обследования у него не было такой явной реакции на уколы. Конечно, боль была, но она атакует всех, — сказал Лухан, садясь прямо. — Думаю, с ним всё будет хорошо. В конце концов, мы же находимся в больнице: если с ним что-то случилось, то наверняка врачи смогут позаботиться о нём, — ответил я. — Тао, почему на тебе надеты эти вещи? Пациенты же должны носить специальную больничную робу. Разве ты не должен быть одет так же, как мы? — удивился я. Услышав этот вопрос, Тао отчаянно покраснел, избегая смотреть нам в глаза. — Тао, Кёнсу задал тебе вопрос, — напомнил Лухан после продолжительного молчания младшего. — Ну, просто я испачкался, можно так сказать, поэтому мне пришлось переодеться. Я не знал о том УЗИ, которое… Ну, вы знаете… Которое позволяет посмотреть всё изнутри. Мой лечащий врач использовал слишком много смазки, и Крис сказал, что мне нужно помыться. Так он отвёл меня в одну из раздевалок, где был душ, я ополоснулся, а после он дал мне эту одежду, — сказал Тао, жестом руки указывая на свой наряд. — Это было мило с его стороны. Хоть он и выглядит немного устрашающе, но хотя бы хорошо к тебе относится, — пробормотал Лухан. — Так ты расскажешь нам, что тебя так расстроило? — спросил я Лу. — Я расскажу, если ты поведаешь нам, откуда у тебя засос. — Ладно. — Пока доктора проводили моё обследование, Сехун был со мной. Весь день он провёл рядом. Был достаточно вежлив и мил, если не сказать, искренен, я даже на какой-то момент подумал, что он посчитал меня своим другом. А потом вдруг откуда ни возьмись пришла его мать. Она угрожала мне, настаивая, чтобы я держался от Сехуна подальше, обзывала меня, а он встал на мою защиту. Но его мать продолжала скандалить, и тут он поцеловал меня, — поведал Лухан, опуская голову так, чтобы нам не было видно его лица. — Так… Ты не хотел, чтобы он тебя поцеловал? — я задал вопрос. — Это ещё не всё. После поцелуя он оттолкнул меня от себя и сказал, что я грязный, — на этих словах брат поднял голову и я увидел его полные слёз глаза. — Су, он знает. Знает, что я испорчен. Если знает он, значит, знают все. Никто не захочет такого, как я. Я весь покрыт грязью, — из его горла начали вырываться всхлипы, а хрупкое тело сотрясала неконтролируемая дрожь. Мы с Тао тут же заключили его в привычные объятия, пытаясь успокоить. Мы испробовали всё в своих тщетных попытках остановить его слёзы, но из-за наших усилий он, казалось, разрыдался пуще прежнего. Этот Сеухн заплатит за то, что сделал. Когда дело доходит до этой темы, Лухана легко вывести из душевного равновесия. Он вечно пытается притворяться, что всё в порядке, но подобного рода вещи не забываются так быстро и легко. Мы так и сидели на кровати, образовав один ком из сплетённых тел, пока Лухан выплакивал свою боль. Мы не заметили, как уснули. Нас разбудила медсестра, которая принесла еду. — Доброе утро, ребята, вот ваш завтрак. Я приходила и раньше, но вы спали. Я попыталась вас разбудить, но не смогла: похоже, вы здорово устали за вчерашний день, — прощебетала девушка, ставя поднос с едой на маленький столик посередине комнаты. — Знаете, вы так мило выглядите, когда спите и вот так вот крепко обнимаете друг друга. После завтрака вас отведут в раздевалку, где вы сможете принять душ, — добавила она. — А теперь давайте кушайте. Вам нужно восстановить свои силы, иначе вас отсюда не выпустят, — хохотнула она и, улыбнувшись напоследок, вышла из комнаты. Я повернулся в сторону своих братьев, которые лежали на кровати и действительно обнимались. Лухан лежал на спине, а Тао — на боку, бессовестно закинув свои конечности на старшего. — Лулу, просыпайся, — сказал я, нежно поглаживая брата по животу. На мои действия он лишь что-то промычал в ответ и, перевернувшись набок, приблизился к Тао и закинул руки на младшего, обнимая его. Я слез с кровати и обошёл её. Я удивился: и как мы не упали с постели, учитывая то, насколько узкой она была? — Панда, пора вставать, — сказал я, слегка шлёпнув его по ягодице. — Не хочу, — пролепетал он, лицом зарываясь в растрёпанную после сна копну волос Лухана. — Панда, просыпайся, — я вновь ударил его по попе, только на этот раз сильнее. Тогда он принял сидячее положение и сонно начал тереть глаза. Вид обиженно надутых губ вызвал у меня улыбку: я любил эту милую привычку Тао. — Су, я ужасно устал, дай поспать, — пробормотал он, заваливаясь обратно на кровать и стараясь устроиться на ней поудобнее. — Нет, нужно вставать. Он вновь сел на кровати и кинул на меня полный раздражения взгляд. — Лухан, ты тоже вставай давай, — пропыхтел я, стараясь перевернуть тушку старшего в надежде, что это заставит его проснуться. — Не хочу, отстань, — причмокнул он губами, руками обвивая подушку и прижимая её к груди. — Тебе нужно поесть. — Не хочу есть, хочу спать, — отозвался он. — Перестань всё усложнять, просто подними свою задницу, и пойдём завтракать. — Лаадно. Обиженно надувшись, он поднялся с кровати. После сна его волосы были в полном беспорядке; несколько раз Лухан растерянно моргнул глазами, стараясь избавиться от остатков дрёмы. — После завтрака они позволят нам сходить в душ. Так что давайте хорошенько подкрепимся. Было бы классно, если бы они позволили мне самому готовить. Не верю, что эта больничная еда сравниться с моей готовкой. Мы завтракали в тишине, стараясь съесть всё, в надежде, что это поможет нам поскорее покинуть больницу. — Кёнсу, ты так и не выполнил свою часть нашей маленькой сделки, — напомнил Лухан, хрустя морковкой. — Это был Кай. Он поставил мне метку, — коротко ответил я, чувствуя, как щёки наливаются румянцем. — Су, неужели ты позволил ему сделать это? — спросил Тао. — Это случилось совершенно внезапно: один миг — и я был прижат к стене. Он начал покрывать мою шею поцелуями, а потом укусил за это место и поставил засос, — пояснил я, указывая на алеющее на бледной коже пятно. — Но… Ты просил его остановиться? Или же ты хотел, чтобы он продолжал? — спросил Лухан, китайскими палочками тыча в мою сторону, словно обвиняя в чём-то. — По правде говоря, я не задумывался об этом — у меня попросту не было времени. То есть, знаешь, только что я натягивал на себя боксёры, а в следующую секунду он уже прижимал меня к себе, творя чёрт те что… Но в то же время я не пытался оттолкнуть его, — ответил я, пристыженно опуская голову. — Ты не должен смущаться или стыдиться этого, — сказал Лухан, тепло улыбаясь мне. — А что насчёт тебя, Тао? С тобой не приключалось ничего такого? — спросил я младшего. Как только он начал краснеть и отводить взгляд, стало очевидно, что и на его задницу нашлись приключения. — Тао… — Ничего такого. Просто я немного облажался перед Крисом… — Как? — озвучил Лухан интересующий нас обоих вопрос. — Пока врач делал ультразвук, я… Издавал непристойные звуки из-за неудобства. Стонал, проще говоря. Это было чертовски смущающе, — пробормотал братишка, пряча горящее от стыда лицо в ладонях. — Но, милая, маленькая панда, в этом нет ничего такого. — Да, именно так бы и сказал сейчас Бекхён. Интересно, он уже очнулся? — спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь. Поднявшись со своего места, я начал собирать грязные тарелки. В этот момент вошла медсестра. У меня на секунду создалось впечатление, словно кто-то наблюдает за нами: иначе как они узнали, что мы поели? Девушка сказала следовать за ней. Мы миновали коридоры, затем свернули направо, после этого налево и лишь тогда остановились около, на вид массивной, металлической двери. — Что ж, это и есть раздевалка. Вот ваши полотенца, мыльные принадлежности и новый комплект одежды. Те вещи, что надеты на вас сейчас, сложите в корзину с грязным бельём, кроме тебя, Тао. Крису нужно вернуть его одежду, — проинструктировала нас медсестра, кидая взгляд на Тао. Лухан и я резко повернулись к Тао, но тот, похоже, был удивлён не меньше нашего: он и понятия не имел, что на нём была одежда Криса. — Положи его вещи сюда, — девушка тем временем указала на один из шкафчиков. — У вас есть тридцать минут. Не пытайтесь сбежать, за выходом будет стоять охрана, так что у вас в любом случае ничего не получится. Всей компанией мы зашли в раздевалку и, прошествовав к душевым кабинкам, включили воду, чтобы она успела согреться. Сняв одежду, мы встали под расслабляющие тело струи тёплой воды. Я остервенело тёр кожу до красных полосок от ногтей, пытаясь избавиться от всей грязи, что осела на мне за всё проведённое здесь время. Неосознанно я пальцами провёл по метке, что оставил мне Кай в качестве напоминания о принадлежности. Кай был действительно красив, просто прекрасен, и я уверен, что многие хотели бы стать его второй половинкой, но мне это всё казалось слишком нереальным. Он принадлежал к тому разряду людей, которые обладали силой и должным влиянием. Такой, как я, отнюдь не подходил ему. Что скажут люди, когда он приведёт меня к себе домой? Такой, как я, не для него. Любая другая омега, занимающая более высокое положение в обществе и обладающая выдающейся внешностью, подошла бы ему гораздо больше. — Кёнсу, ты всё? — услышав знакомый голос, вырвавший меня из пучины безрадостных мыслей, я обернулся. Тао обеспокоенно смотрел на меня, словно видя меня насквозь. — О, да. Просто думал о том о сём… После душа мы переоделись и сложили грязные вещи в корзину, как и велела нам та медсестра. Тао, в свою очередь, положил одёжку Криса в нужный шкафчик. Затем мы вышли из раздевалки и охранник отвёл нас обратно в нашу палату. — Может, просто сдвинем кровати вместе? Так будет гораздо удобнее спать, — предложил Тао, пальцем тыча в сторону четырёх кроватей. Кровати двигались поразительно легко: ножки были на специальных колёсиках, которые скользили по полу, а также у них были специальные тормоза, которые могли зафиксировать постель в одном положении, препятствуя её движению. Мы опустили поручни и забрались на наше новое ложе. — Я, пожалуй, посплю. Всё ещё чувствую себя чертовски уставшим, — оповестил нас Лухан, пытаясь устроиться поудобнее. Похоже, он и правда очень утомился, потому что уже через десять минут он сопел в обе дырки. Думаю, он вновь морально измотал себя ужасными мыслями и воспоминаниями о недавно случившемся. И почему Сехун так поступил с ним? Почему он ведёт себя как последний придурок? Почему он не может быть таким же хорошим и милым альфой, как, к примеру, Кай? Кай всегда думает о моих чувствах, принимает моё мнение в расчёт, стараясь, чтобы я не испытывал дискомфорта от нашего общения. А как же Бекхён… Всё ли с ним хорошо? Проснулся ли он?.. Повернув голову, я взглянул на Тао. Оказывается, он тоже уже заснул. Тогда я поднялся с кровати и выключил свет, прежде чем вернуться в постель, в которой, пребывая в царстве Морфея, лежали Лухан и Тао. Пододвинувшись к старшему, я обнял его, прижимаясь ближе к хрупкому телу, и закрыл глаза, позволяя темноте уволочь меня в страну спасительных грёз.

✦✧✦✧✦✧

— Ребята, похоже, вы очень любите поспать, да? С трудом разлепив глаза, я увидел медсестру. Она ставила очередной поднос с едой на столик. — Вот ваш обед. После того как вы покушаете, вас больше не потревожат, в комнату никто не зайдёт. О, и я забыла сказать в прошлый раз: эта дверь ведёт в уборную, — сказала медсестра, указывая на небольших размеров дверь. — А Вы, случайно, ничего не знаете о моём брате, Бекхёне? С ним всё в порядке? От него нет никаких новостей, хотя нас оповестили, что его обследование уже закончено. Я начинаю волноваться. — Ваш брат ещё не пришёл в себя, но, как только он очнётся, его тут же приведут сюда. И постарайтесь вновь съесть всю еду: ваши лечащие врачи хотят, чтобы вы поскорее набрали вес. О Бекхёне она ничего нового мне не рассказала. Меня беспокоила одна вещь: почему тело Бекхёна так отреагировало? Ему же уже ставили эти прививки — это обычная процедура. Даже Тао удалось довольно легко перенести боль, а это был его первый раз. Обернувшись, я посмотрел на своих братьев. Лухан спал у стены, свернувшись в клубочек и чуть приоткрыв рот — он выглядел совершенно по-детски мило, что заставил меня невольно растянуть губы в улыбке. Тао же спокойно спал на своём краю. — Тао, просыпайся. Тебе нужно поесть, — движением пальцев я убрал чёлку с его глаз и коротко чмокнул младшего в лоб. — Не хочу, — пробормотал он, переворачиваясь на другой бок и тем самым намекая, чтобы я от него отстал. — Серьёзно, панда, вставай. — У меня сегодня нет уроков, Су. Дай мне поспать хотя бы ещё чуть-чуть. — Конечно же, у тебя нет никаких уроков. Мы находимся в больнице, так что какая речь о школе? Тао тут же широко распахал глаза, слепо уставившись в потолок. — А я и забыл, где мы находимся… — Всё нормально, панда. А теперь иди и пообедай. Я пока разбужу Лухана. Так как мы сдвинули кровати, соединив их вместе, до Лухана я мог добраться, только перепрыгнув через Тао или заставив его сдвинуться с места. — Лулу, просыпайся. Пора кушать. — Я не голоден, Су. — Ну, медсестра сказала, что нам надо набрать вес. Так что тебе нужно покушать, независимо от того, голоден ты или нет. Я прекрасно знаю, что тебе наверняка всё ещё больно, и я всё понимаю. Я помню, что в прошлый раз тебя держали в больнице гораздо больше нас после тех уколов, так что ты можешь поспать ещё, как только пообедаешь. После продолжительных уговоров мне наконец-то удалось заставить его выбраться из кровати, и мы уселись за стол, где нас дожидался Тао. До этого я и не замечал болезненную бледность Лухана; обычно он и Бекхён быстро заболевали. У меня и Тао иммунитет был гораздо сильнее, поэтому мы простужались реже. — Лухан, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Тао, палочками цепляя кусочек курицы. — Да, я просто очень устал. Я знаю, что мы спали достаточно долго, но мой организм требует более продолжительного сна. Боль всё никак не проходит. — Тогда доедай и ложись спать. Иначе заболеешь ещё, не дай бог. Мы обедали в тишине — говорить было не о чём. Тао съел всё, в то время как Лухан упрямо отделял лук от остальной еды, сгребая его в угол тарелки. Он терпеть не мог лук в любом его виде, поэтому я всегда старался не использовать его при готовке, исключая из рецептов. — Неужели мы застряли здесь навсегда? — спросил Тао, подавив тяжёлый вздох. — Я не знаю, Тао. Закончив обедать, мы вновь забрались в постель, перед этим не забыв отключить свет. Теперь я понял, что тоже чертовски устал. Эти ужасные прививки действительно оказывают негативное влияние на тело, вызывая изнуряющую усталость и ломоту в суставах. Прильнув к Тао, я устроился поудобнее и закрыл глаза, проваливаясь в сон.

✦✧✦✧✦✧

Мы проснулись из-за внезапно включившегося света, яркими пятнами слепящего глаза даже сквозь закрытые веки. Повернувшись в сторону двери, мы увидели Бекхёна. Он сидел в инвалидной коляске. — Какого чёрта, Бекхён? Что с тобой произошло? — я торопливо слез с кровати, буквально подбегая к брату. — Скоро медсестра принесёт тебе обед. Надеюсь, ты съешь всё. А потом обязательно отдохни, — прервал меня Чанёль. Как только Чанёль вышел из комнаты, Бекхён тут же подался вперёд, руками обвивая мою шею. И я понял, что во время его обследования случилось что-то непоправимое: объятия Бекхёна были сильными, трепетными — он редко поддавался такому наплыву чувств. — Бекхён, что случилось? — Су, он жуткий придурок. Перед тем как поставить прививки, этот грёбаный мудак забыл дать мне лекарства, боль была просто невыносимой. Я никогда не испытывал ничего подобного. Это был настоящий ад. — Бекхён, ты пришёл! — воскликнул Тао, вскакивая с кровати и подходя к Бекхёну. — Панда, я так волновался о тебе, — и они обнялись, прикрывая глаза и наслаждаясь близостью после долгой разлуки. Наконец-то мы вновь были вместе. В этот момент в комнату зашла медсестра и принесла Бекхёну его еду. — А где Лухан? — спросил Бён, пересаживаясь на стул. — О, он спит. Думаю, он чувствует себя не очень хорошо. Утром он жаловался на остаточную боль. Ты же знаешь, что он плохо переносит подобное. — Так чем вы занимались всё это время, пока я отсутствовал? — После наших обследований они привели нас сюда и до сих пор держат в этой комнате, как видишь. Так что мы спали, ели, спали и… Пожалуй, всё. Я сам понятия не имею, почему они нас не отпускают домой, — ответил я, наблюдая за тем, как брат ест. Бекхён выглядел как никогда усталым и хрупким. Было такое ощущение, что он похудел ещё больше; фиолетовые мешки под глазами заметно выделялись на чересчур бледной коже лица. Он выглядел болезненно. Что они сделали с моим братом?! — Может, нам всем стоит завалиться спать? Ты тоже выглядишь уставшим, Бекхён. Тот согласился, и мы помогли ему заползти на кровать, а затем и сами легли около Лухана. Даже после всего этого он так и не проснулся. Пододвинувшись к старшему, я развернул его к себе и обнаружил, что его тело было липким от пота. Его лоб был немного горячее обычного. Похоже, у него небольшой жар. Я сдёрнул с него одеяло, надеясь, что прохладный воздух комнаты снизит температуру и ему станет лучше. В конце концов, помещения больниц обычно славятся своей низкой температурой и плохим отоплением.