Принц и Пират

      Капитан стоял за спиной замершего альфы и ждал чего угодно. Вспыхнувшей ярости или испуга, ведь он ясно видел, что даже завяжись у них борьба, силы пленного не хватит даже на десять минут против такого, как он. Но тот не двигался с места и, казалось, даже не дышал.       Ещё в самом начале, когда пират только начинал свой путь, связанный с грабежами и разбойничеством, он уже знал, что не сможет кому-то долго подчиняться и когда-нибудь станет капитаном. Он долго шёл к этому, побеждая одного за другим в схватках и битвах, и однажды победил капитана корабля, на который когда-то поступил, как юнга. Схватка длилась очень долго, ведь тот, против кого он пошёл, был одним из сильнейших альф, что он встречал на своём пути. Оба израненные и измученные, они стояли в этой же самой каюте и готовились нанести последний удар. Исход был предрешён, когда старый альфа повёлся на обманный выпад юноши и пропустил меткий укол в сердце. Сабля вошла как по маслу в тело теперь уже бывшего капитана и пронзила жизненно важный орган, отправляя альфу к праотцам. В изрезанной и окровавленной одежде новый капитан вытащил мёртвое тело на палубу и осмотрел всю команду суровым взглядом, подчиняя каждого и показывая всем, кто теперь главный на корабле. Тело на его глазах было выброшено в море, и работа продолжилась в полнейшей тишине. Тогда он безоговорочно достиг своей цели и все последующие года держал эту марку, не давая команде даже задумываться о мятеже.       Сейчас он наблюдал, как пленённый альфа простоял несколько минут в сильном напряжении. Рука капитана была на рукоятке сабли, готовая вскрыть остриём лезвия живот пока ещё незнакомца, если тот решит напасть. Но вопреки всему будущая шлюха сделала шаг вперёд и ещё один, и так пока не дошла до кровати. Парень начал раздеваться, аккуратно складывая вещи в стопку. Оказавшись полностью обнажённым, он замер спиной к капитану. Взгляд пирата скользнул вдоль всего тела, отмечая ухоженность светлой кожи, подтянутую задницу и стройные ноги. Парень хоть и не был крепким, как большинство альф, но необходимые наработки мышц имелись.       Капитан подошёл к кровати и скинул на стоящий рядом резной стул саблю. Несмотря на показную покорность, которую проявлял пленник перед ним, он не собирался быть ласковым и нежным. Для него это было неприемлемо. Он рывком развернул альфу лицом к кровати и надавил на спину, заставляя того наклониться и упереться руками в огромную перину. Огладив перекатывающиеся от напряжения мышцы спины своими грубоватыми руками, он перешёл на задницу и крепко сжал, раздвигая половинки в стороны. Открывшийся вид возбуждал, наливая член кровью. Пара нехитрых движений и шнуровка на штанах слабеет, давая им спуститься чёрным ворохом ткани до колен, на которых заканчивались высокие кожаные сапоги, не давая двинуться дальше. Член крепко стоял, немного покачиваясь вверх-вниз и давая понять, что вполне готов к проникновению. Медлить больше не было смысла. Не заморачиваясь какими-либо прелюдиями или особыми подготовками, пират, размазав по стволу специальное масло, приставил головку к анусу.       Это корабль. И потискать омег команда альф могла только в борделях и трактирах, куда они редко заруливали, скрываясь от закона. Но напряжение, копящееся неделями в море, порой мешало работать и заставляло и без того дерзких альф срываться на драки и ругань. Резня на корабле — это самое последнее, что нужно капитану, как и не управляемые прихвостни. А потому он доступным языком объяснил всем, что дырка у альф точно такая же, как и у омег, и в ситуации, когда ты находишься на корабле несколько недель, ничего зазорного нет в том, чтобы скинуть напряжение по обоюдному согласию. Как ни странно, но предложение было воспринято на «ура», и итогом стала большая сплочённость команды. Так что, такая вещь, как масло, всегда была под рукой у ненасытного капитана, ведь себе он тем более не отказывал в удовольствии трахнуть кого-то более-менее симпатичного.       Он медленно проник в напряжённое тело. Но на этом вся осторожность закончилась, да и была только для того, чтобы не испортить сходу новую игрушку. Он вколачивался в тело пленника, желая услышать хоть один стон или вскрик, но не добился ни звука. Пальцы крепко удерживали узковатые бёдра, а член с каждым разом всё легче проскальзывал в узкий проход, даря наслаждение и ощущение близкой разрядки. Заботиться об удовлетворении шлюхи было смешно, а потому, кончив глубоко внутри, пират выскользнул из всё ещё напряжённого альфы, не давая узлу разбухнуть. Натянул штаны и, шлёпнув по голой заднице, пират наклонился к уху Эльми и проговорил, немного тяжело дыша: — Если ты думаешь, что своей покорностью заставишь меня лучше к тебе относиться, то очень ошибаешься. Я ещё сломаю тебя, а потом обязательно выброшу, как использованную рухлядь.       С этими словами он вышел из каюты, оставляя Эльми одного.       Омега позволил себе мелко задрожать только сейчас. Всё тело ломило от перенапряжения, а потому, расслабившись лишь на секунду, он рухнул на кровать, стараясь остановить накатывающее чувство омерзения к самому себе. Он не питал иллюзий в отношении своей новой участи, но одно дело готовиться к чему-то, и совершенно другое — пережить. Несколько часов он так и пролежал, силясь осмыслить произошедшее. Когда по щеке скатилась одна слеза, касаясь истерзанных в кровь губ, он понял, как ему удалось сдержать рвущиеся наружу вскрики. Проведя по губам пальцами, он отметил, что живого места на мягкой коже не осталось. Немного горько усмехаясь, Эльми коснулся своего ануса, силясь проверить, не порвали ли его. То, что на своих пальцах он обнаружил только масло даже в такой момент, его приятно удивило. Ведь это означает, что капитан не разорвёт его на кусочки во время их встреч. По крайней мере, пока. Эльми сам себя одёрнул, приказывая собраться. Так просто сдаваться и умирать, в первую очередь, внутри себя, он не намерен.       Ещё сегодня утром он готовился провести остаток своей жизни в постели старого и брюзгливого короля ради мира и сохранения хороших отношений. Слишком глобально для парнишки, хоть и принца с куда более простой и благородной душой. А оказался в руках молодого ублюдка, где кроме подставленной вовремя задницы от него ничего не требуется. Согласитесь, есть в этом какие-то плюсы, они очень сомнительные, но в глазах Эльми были очень важными. Ситуации немного схожи. И в той, и в этой Эльми пожертвовал собой ради других. Но, несмотря на спасённые жизни, его решение было окончательно принято только ради себя.       Наскоро вытерев мокрые глаза, он нашёл кувшин с водой и обтёрся мокрой тряпкой, что лежала рядом. Оделся и начал обследовать комнату. Если он хотел совершить побег, то ему очень хорошо нужно изучить своего противника. А лучшее место для хранения секретов — это спальня. Сейчас он находился в каюте капитана, а, значит, в его личном пространстве. Эльми сомневался, что тот озаботился сокрытием важных вещей, ведь не думал, что загребёт вместе с кораблём и парнишку. А значит, омеге открыт доступ к чему-то, что, как он надеялся, сможет помочь ему сбежать.       Сама каюта не была сильно обставлена. Большой стол. Несколько подсвечников, чтобы хоть как-то осветить тёмное помещение. В дальнем углу стояла кадка для умывания. Кровать была не слишком широкой, но имела вполне приемлемый вид. Всё кругом было в тёмных тонах, но так было практически на любом корабле, а потому не вызывало особых эмоций у Эльми. На столе он быстро осмотрел несколько карт с непонятными для него пометками, но пообещал себе, что обязательно сможет разобраться в этом чуть позже, чтобы проследить маршрут движения корабля, на котором он находится и, возможно, сбежать. В остальном же в помещении больше не было ничего интересного. Эльми не решился выходить из каюты, не зная пока на каких правах он тут находится, а потому обследовал комнату ещё несколько раз, и каждый раз убеждался, что ничего ценного для себя не обнаружил.       В остальном же оставшийся день пролетел довольно быстро. Насыщенность и переизбыток эмоций сделали своё дело, и Эльми уснул буквально за пару минут, после того, как позволил себе прислонить голову к подушке.       Когда голову прострелила резкая боль, он с удивлением обнаружил, что лежит на полу, а капитан возвышается над ним, смотря с раздражением. — Поднимай свою тощую задницу и вали в трюм к отчаянному герою-спасителю! — резкий ор ещё больше усугубил ситуацию, добавляя головной боли. — К какому герою? — Эльми с вопросом смотрел на пирата, искренне не понимая, о чём это он. — Нашёлся один, что не захотел бросать своего капитана в плену и решился забраться на моё судно, чтобы, видимо, спасти твою тушку. Только благодаря моему хорошему настроению я не убил его сразу. У тебя есть пять минут, чтобы вправить смертнику мозги и отправить обратно. Иначе я протащу его под килем прямо на твоих глазах, — альфа практически шипел, когда произносил последние слова.       Эльми большего не понадобилось. Он сорвался и понёсся туда, где предположительно у всех кораблей находился карцер. Он не ошибся, и как только увидел избитого со всех сторон друга, то, не раздумывая, припал к ржавой решётке, что разделяла их. — Кадир, Кадир! Ты сошёл с ума? Уходи отсюда немедленно! — громким шёпотом начал Эльми почти со слезами на глазах. — Нет! Я пришёл за тобой и без тебя не уйду! — Кадир не смог отпустить друга на растерзание, а потому отделился от всех выживших и направился один на спасение принца. — Уйдёшь, или тебя убьют! И тогда жертва будет напрасной, — Эльми притянул за шиворот друга к себе и еле слышно прошептал: — Я постараюсь сбежать при первой же возможности. Но даже если и нет, такая жизнь даёт мне право выбора. Прошу тебя, умоляю! Уходи! Чтобы ни случилось, помни, что я люблю тебя, и всё будет хорошо. — От тебя несёт чужим запахом, — Кадир сжал кулаки, которые и без того были истерзаны в драке. — Я знаю, — хоть омега так и сказал, но он прекрасно помнил, что запахи может учуять лишь при течке. Не то, что альфы, которые всегда распознают статус окружающих особей, но сейчас это не было столь важным. — Не думай об этом. Я не неженка и многое могу пережить. Верь в меня, и я буду сильным. — Ты просишь о невозможном… — Тебя дома ждёт Анир. Ты обязан к нему вернуться и наконец-то сделать предложение руки и сердца. Это приказ! — Эльми строго посмотрел на своего друга и осторожно прогладил того по щеке, прощаясь.       Он никогда не забудет, как друг радовался, когда встретил этого нежнейшего во всём мире омегу, и именно этот парень обратил внимание на Кадира. Они мечтали завести семью, родить детишек и жить всегда вместе. И самое главное, что все вокруг верили и знали, что именно у них может быть всё, как в доброй сказке. Они будто дополняют друг друга. Кадир всегда трясётся над хрупким омегой, а тот в свою очередь оберегает покой альфы, даря свою любовь и заботу. Эльми очень хотелось бы побывать у друга на свадьбе, но ещё больше ему хотелось, чтобы эта свадьба состоялась. — Я не забуду про тебя и обязательно найду, — Кадир не мог сопротивляться сказанным словам, но в голове уже обещал себе, что непременно по возвращению сделает всё возможное, чтобы спасти друга, а пока он не в силах чем-либо ему помочь, кроме как подвергнуть себя и его смерти. — Скажи отцу и папе, что я умер. Не хочу, чтобы они тешили себя надеждами, — Эльми прижался лбом ко лбу друга и прикрыл глаза. — Передай, что я их очень сильно люблю.       Слёзы застыли в горле, но по-другому было нельзя. У Кадира оставалась только надежда на то, что друг выживет до спасения и не лишится разума в плену у подобных людей. — Я передам. — Вы закончили своё сопливое прощание? — капитан показался из темноты, заставляя двух пленных немного вздрогнуть. — Да, ты отпустишь его? Он согласен уйти, — Эльми прямо посмотрел в глаза пирату. — Ты же понимаешь, что тебе придётся это отработать? — ухмылка, пропитанная ядом, украсила лицо мужчины. — Ах, ты своло…       Договорить Кадиру не позволил Эльми, громко произнося: — Да. Понимаю и готов. — Тогда прошу на выход, мальчики.       Капитан и сам не понимал, почему сразу не прикончил этого смельчака. Любой другой, кто осмелился бы на подобный поступок, давным-давно был бы вздёрнут на рее, и сейчас ему эта идея показалось очень привлекательной, чтобы показать своей шлюхе, что с ним шутки плохи, но раз он пообещал свободу, то придётся поступить немного по-другому.       Как только они оказались на свежем воздухе, Эльми заметил, что наступила ночь, а вокруг то и дело снуёт сильный ветер. Отправлять друга в такую погоду было страшно, но так у него хотя бы был шанс на выживание. Они не сводили взгляда друг с друга, пока Кадира усаживали в шлюпку. Когда лодку стали опускать на огромных канатах на воду, Эльми почувствовал горячую руку на своём плече, понукавшую его опуститься на колени. Покорно выполнив то, что требовалось, он повернул голову в сторону капитана пиратов и вспыхнул от смущения. Насколько он понимал, сейчас он должен отсосать ему при всей команде, а главное — при своём друге, который застыл на месте, так как прихвостни, что спускали шлюпку, замерли, наблюдая за открывшейся картиной. — Ты же понимаешь, что я не отпустил бы его без показательного выступления, — лёгкое прикосновение к светлым, чуть отросшим волосам, заставило Эльми вздрогнуть.       Но через секунду лёгкость превратилась в грубый захват волос. Его ткнули носом в пах, будто нашкодившего котёнка в лужу, нагаженную на полу. И теперь нужно было выпросить прощения. И он выпросил. Переборов рвотные позывы, он взял крепкий член в рот и стал сосать. Краем глаза он заметил, как капитан махнул рукой, давая разрешение на спуск шлюпки. А вот смотреть на друга, который сейчас боролся с желанием выскочить и убить этого ублюдка-пирата, совсем не хотелось. Он знал, что капитан ничего не добился своим показательным выступлением. Друг не станет презирать Эльми за подобное, ведь знает, в какой ситуации сейчас находится омега. Услышав плеск воды и лёгкие гребки, разделяющие воду, Эльми ускорился, желая покончить с этим быстрее. Ему удалось довести капитана до разрядки за несколько минут, и тот, закончив своё дело, откинул парнишку в сторону, как мусор, поправляя штаны и направляясь к себе. Перед самым входом он крикнул одному из оборванцев, чтобы тот проводил шлюху в его каморку, а сам скрылся за массивной дверью.       Не сопротивляясь, Эльми поднялся и последовал за усмехающимся стариком без одного глаза. Место, что ему выделили, и правда было каморкой. С другой стороны — омега был рад, что ему не придётся спать со всей командой, ибо это пираты и они вполне могут посчитать, что раз шлюху подкинули ко всем, то значит, она общая и ей можно пользоваться. От одной мысли, что его могут пустить по кругу, Эльми передёрнулся. Как только старик вышел за дверь, омега просто упал на жёсткий деревянный полог и свернулся в клубок, стараясь уснуть.       Утро было ранним, но, несмотря на то, что даже ночью Эльми слышал топот ног сверху и крики штурвальных, он всё же смог выспаться. Его никто не тревожил уже несколько часов после пробуждения, но и оставаться в четырёх стенах омега не желал. Раз уж он попал на этот корабль, то должен обживаться, по крайней мере, до тех пор, пока не найдёт способ сбежать.       На палубе сновали и бегали людишки. Каждый занимался своим делом и не обращал на нового человека ровно никакого внимания. Это, несомненно, радовало Эльми, ведь он ожидал громогласного смеха и морально готовился именно к унижениям. Но оказалось, что занятость своим делом отнимает много сил, не оставляя времени на глупости. Пока он осматривался, то не заметил, как к нему подошёл вчерашний одноглазый старик. — Парень! Капитан сказал тебя накормить, как только проснёшься, — Эльми кивнул ему и хотел даже поблагодарить, но, заметив усмешку, сощурился, ожидая колкости, которая, собственно, и последовала. — Сказал, что ему не нужен полудохлый червяк в постели, так что пошли к коку.       Не дожидаясь, пока Эльми ему, возможно, что-то и ответит на такое, старик направился в нужную сторону. Омега не стал распаляться на ненужные сейчас ссоры, а потому спокойно последовал за ним. Спустя пару минут они оказались в камбузе. Старик подтолкнул Эльми к крепкому лысому мужику, лицо которого пересекал огромный шрам, и удалился.       Впервые Эльми позволил себе кого-то так долго и неприлично разглядывать. Когда кок вопросительно изогнул бровь, смотря на паренька, омега понял, что стоял с открытым ртом, задрав голову вверх, потому что повар был куда выше парнишки и вообще оказался огромным двухметровым амбалом. Но, несмотря на свои размеры, он тут же показал Эльми, что может управляться на тесной кухне очень ловко. Поставив перед пареньком чашку с супом и положив пару корок хлеба, он занялся своими делами. Эльми спокойно ел и наблюдал за действиями повара. У себя дома он частенько заглядывал на кухню и, тайком от отца, помогал поварятам готовить. Ну, нравилось ему это делать, и не отказывал мальчишка себе в подобном удовольствии. Частенько его там пытались найти, но он настолько нравился поварам, что те одевали его в маленькую форму своих помощников, и ни одна нянька не могла его вычислить, потому что даже внимания не обращала на маленьких детей в огромных шапках. Потом он повзрослел и стал придумывать свои блюда, а после носил творения Кадиру на пробу. Бывало, что друг после дегустирования становился зелёным и болезным, но со временем Эльми и правда смог научиться готовить и спокойно баловал друга вкусными мелочами. Сейчас же он заметил, что кок добавлял не самую лучшую приправу из всех здесь находящихся, чтобы придать супу вкуса, и не удержался от замечания: — Извините, но бадьян очень плохо подходит для супов, — он замер, когда мужчина повернулся и пронзил его своим взглядом. — Ты понимаешь в готовке? — его утробный голос пробирал до дрожи, но Эльми постарался выдержать его и кивнул. — Немного. — Был раньше поваром? — видимо, до камбуза ещё не дошла информация о том, кем раньше был человек, ставший теперешней шлюхой капитана. — Нет, но основы знаю. Помогал на кухне.       Громадина отстранилась от кастрюли с супом и приглашающе указала парню на свободное рабочее место. Не растерявшись, Эльми оставил свою похлёбку и двинулся к нему. Рассмотрев имеющийся арсенал продуктов и приправ, он кивнул самому себе и стал вкидывать нужное, по его мнению и опыту, в кастрюлю. Через несколько минут он попробовал и, удовлетворившись своим вмешательством, подставил ложку с жидкостью на пробу коку. Тот нахмурился, попробовал, долго мусолил жидкость во рту, но в итоге всё же удовлетворённо кивнул.       Эльми после этого сел на своё место и, доев похлёбку, удалился. Он направился в свою каморку, чтобы теперь в более-менее хорошем настроении осмотреть хорошенько и привыкнуть к ней. Бедняга не успел дойти буквально пару метров, как перед ним появился капитан, который зажал вздрогнувшего парня между собой и стеной и вжался пахом в его бёдра, давая ощутить своё возбуждение. — Где ты шляешься так долго? Я устал тебя ждать!       Прорычав в самое ухо, он буквально впихнул парня в его же каморку и толкнул на деревянный пол. Эльми почувствовал, как содралась кожа на запястьях, но промолчал и только успел немного приподняться, чтобы перевернуться, как его тут же грубо схватили за волосы и уткнули лицом прямо в пол. Нещадные толчки, которыми в него вбивался сзади пират, отдавались жуткой болью, не давая телу расслабиться. Сегодня не было масла. Капитан просто размазал по его анусу слюну и проник внутрь. Закусывая и без того пострадавшие губы, Эльми пытался абстрагироваться от происходящего, хотя это было просто невыполнимо. Он терпеливо и покорно ждал, когда всё закончится, и он сможет хотя бы вдохнуть нормально. После того, как в него кончили и легонько пнули по заднице, он позволил себе хрипло и коротко вдохнуть, наплевав на грязный пол и пыль, что тут же забилась в ноздри. Капитан ушёл, а Эльми вновь постарался взять себя в руки. Он должен быть сильным, он обязан выдержать всё, что ему предстоит и, возможно, судьба подарит ему шанс на спасение.       Больше его никто не трогал в этот день, а он и не выходил. Смиренно лежал на своей дощатой имитации койки и приводил мысли в порядок. Получалось плохо, но выходить сейчас он просто побоялся. Ещё одного захода он не выдержит, а потому искренне надеялся, что на сегодня его оставят в покое. Ночь прошла спокойно, он даже смог выспаться, а потому как только услышал привычный топот ног и крики команды, сразу поднялся и направился на камбуз.       Как только он вошёл, на него тут же обратил внимание кок и подошёл ближе. — Как тебя зовут? — он возвышался над омегой, как гора, хотя глаза, что сейчас были совсем близко, показались добрыми. — Тарг, — Эльми соврал, но если тут считают его альфой, то настоящее имя поставит всех в тупик, а, значит, нужно выдумывать легенду. — Ясно. С сегодняшнего дня помогаешь мне на кухне. С капитаном я договорился, и он не против.       Эльми еле скрыл свою радость, ведь теперь появилась возможность отвлечься от ненужных мыслей и как минимум заняться любимым делом.