Спаянные Искрами

Кибертрон постепенно развивался, осваивая всё более дальние уголки космоса, заключая соглашения, завоевывая новые территории и налаживая экономические и политические связи с различными расами. Уровень жизни многих зажиточных трансформеров всё больше повышался. Строились военные и научные академии, исследовательские институты, появлялось множество музеев и галерей. Гениальными учеными был взращён непревзойденной красоты сад кристаллов в Хелексе. Общество постепенно вступало в эпоху Золотого Века. На пока ещё процветающей планете уже существовал Сенат во главе с Великим Праймом. Существовала и справедливость, но лишь до тех пор, пока оставались единичные свидетели того, что Праймус действительно жил и помогал своим детям. Именно в это золотое время и появились на свет две абсолютно разные бэты: серый мех боевикон в семье шахтеров и красно-белый колесный, будущий полицейский. Мехи не были похожи не внешностью, ни характером, но таили в себе великий секрет, связавший их судьбы крепкой нитью, разорвать которую не в силах ничто во Вселенной. Малышей звали Мегатронус и Оптроникс, и они никогда не должны были встретиться, ведь активировались и жили слишком далеко друг от друга – боевикон в далёкой колонии, а будущий полис-бот в центре Праксуса – да и положения их были уж слишком разными – бэта шахтеров не могла сравниться с отпрыском довольно богатой семьи с Кибертрона. Возможно, что они никогда не узнали бы друг друга, но судьба никогда не спрашивает у нас разрешения, и поэтому роковая встреча всё равно состоялась. Помогли амбиции одного и желание свободы другого. Подросший Мегатронус отправился на Кибертрон, не желая прозябать весь свой актив, как и создатели, добывая энергон и металл для более богатых и удачливых. А Оптроникс просто в один из циклов нагло укатил от создателей, которые в очередной раз пытались подсунуть новоиспеченному полицейскому выбранного ими партнера, и поехал в Каон, славящийся своей не совсем чистой репутацией, подпольными боями и лучшей на всём Кибертроне сверхзарядкой.

***

Красно-белый мех шагнул в небольшое помещение, и тут же по его анализаторам ударил резкий запах энергона, жжёной проводки и смазки. Трансформер прошел в дальний угол и присел за пустой столик, к нему тут же подлетел невысокий и стройный мех в сверкающей алой броне и улыбаясь, принял заказ. Оптроникс тихо сидел, медленно потягивая энергон из обычного куба и оглядывая посетителей. Группки боевиконов, крутящиеся вокруг них яркие наполированные интерботы, парочка таких же обычных мехов, как сам Оптроникс, да официанты, снующие мимо столиков. Не было никого, кто смог бы хоть как-то заинтересовать полицейского, и он уже было собирался уйти, кинув пару кредиток на столик, но тут дверь в бар распахнулась и вошел трансформер. Он, в сущности, ничем особым и не отличался – обычный боевикон, черно-серая броня, алая оптика и резкие черты – среднестатистический боевикон, ничем не примечательный, но отчего-то стоило только Оптрониксу взглянуть в его линзы, как его Искру резануло такой дикой и абсолютно чужой болью, что он до хруста сжал манипуляторы и сжал денты, чтобы позорно не заорать. Незнакомец поймал его взгляд и в его окулярах на мгновение мелькнула боль, сменившаяся шоком, но, замерев на клик, мех прогнал прочь странное ощущение и, решительно сверкая линзами, уверенно направился к столику, за которым застыл дезориентированный красно-белый бот; из оцепенения его вырвал вопрос, прозвучавший прямо над шлемом полицейского: - Здесь не занято? Голос незнакомца был низким и глубоким, легкой вибрацией отдаваясь во всём корпусе будто загипнотизированного механоида. - Н-н-нет, - заикаясь, всё же сумел выговорить красно-белый. Черно-серый мех с тихим лязгом хлопнулся в кресло рядом с полицейским и заказал у подбежавшего официанта два энергофора со сверхзаряженным и яркими сверкающими кристаллами. - Мегатронус, - улыбнувшись, трансформер протянул когтистую ладонь молчащему меху. Опомнившись, полицейский пожал протянутый манипулятор и представился: - Оптроникс. Мегатронус тепло улыбнулся и подал энергофор немного расслабившемуся боту. Красно-белый улыбался в ответ, принимая энергон и чувствую тепло где-то в районе Искры.

***

Так началась история двух совершенно разных трансформеров, которые и сами не знали отчего им так хорошо вместе. Они и не задумывались, просто живя и чувствуя, посылая к шаркам всех недовольных и несогласных с их решением, ссорились и мирились, а главное – любили друг друга, вовсе не задаваясь вопросом, отчего это ощущение чей-то чужой невероятной боли и теплоты иногда окутывает их Искры. Они словно знали друг друга миллионы ворн, чувствовали и ощущали чужую Искру, как свою собственную. Всё пошло под откос, когда Золотой Век начал постепенно ржаветь. Сенат становился всё более коррумпированным, появлялось всё больше нелегалов, преступников, работорговцев, многие мехи становились бездомными и были вынуждены торговать своим корпусом и драться за крохи энергона. А власть будто и вовсе ничего этого не замечала, богатея и богатея на бесчисленных колониях. Тогда-то Мегатронус и ушел на Арену. Сначала Оптроникс даже поддерживал партнера, хотя и очень сильно волновался, но и понимал стремление свободолюбивого меха быть независимым в плане финансов. Но потом что-то резко переменилось в поведении партнера и красно-белый бот уже всерьез забеспокоился. Мегатронус при первом же вопросе всё честно рассказал партнеру: о нарастающем восстании, о трансформерах, которые слушали его речи и поддерживали его, и о своих будущих планах тоже. Тогда Оптроникс его поддержал, ему и самому не нравилась нынешняя обстановка на планете, поэтому он был за идеи партнера. Но доверие между ними было нарушено уже спустя несколько мегациклов… Тогда восстание уже приобрело общеизвестный характер, участники его начали звать себя десептиконами, повсюду на улицах появлялся их знак, выцарапанный на стенах, нарисованный фиолетовой краской. Оптроникс видел трансформеров, которых вёл за собой Мегатронус и вскоре они начали его настораживать. Отчаянные, озлобленные, ожесточившиеся, они были идеальным оружием – многие из них были боевиконами и сикерами. Полицейский пытался объяснить это своему партнеру, открыть ему оптику, чтобы он увидел какие ужасные последствия повлечет за собой потеря контроля над всей этой толпой. Но Мегатронус его не слышал, он был слишком захвачен всем этим, что совсем отдалился от Оптроникса. Окончательно всё сломала бомбежка Праксуса. Красно-белый даже не пытался увидеться с партнером, который стал бывшим, он просто собрал свои вещи и уехал в Аякон. Он ничего не выяснял, не скандалил, на дрался, он просто исчез из жизни гладиатора, испарился, оборвав связь Искр. Это было больно, невероятно жутко, резко и нестерпимо. И стоило только связи Искр двух механоидов прерваться, как в Искре черно-серого десептикона поселилась звенящая пустота, вскоре наполненная жестокостью. После потери партнера Мегатронус улучшил свой корпус и сменил имя на Мегатрона. А вскоре он узнал о том, что у автоботов появился новый лидер. И увидев его, ожесточился ещё больше. Ведь это был Оптроникс, теперь же Оптимус Прайм, скрывший лицевую за маской. Лицевую, которую всегда так любил Мегатронус. И которую теперь ненавидел Мегатрон.