Братская любовь...

Слыша, как щелкает электрический чайник, оповестив, что вода вскипела, ГаИн неторопливо встает из-за стола и складывает грязную посуду в раковину, а после достает с полки три чистые чашки и разливает чай, решая, что откладывать серьезный разговор с Дэхеном и Енджэ не стоит. "Непростой сегодня выдался денек", - усмехаясь, думает женщина, наливая кипяток в кружку, чувствуя, как столь же горячий осадок образуется в душе, накатывая сначала воспоминаниями из прошлого, а потом образом Дэ, так яро защищавшего Ю младшего... Глубокий вдох, выдох, чтобы успокоиться. Тяжкий вздох - и она выходит из кухни, мысленно пытаясь представить, как это все наименее болезненно обсудить с детьми. С этих пор они оба ее сыновья, что бы ни случилось... Подойдя к двери, ведущей в спальню Дэ, она на несколько секунд замирает и по привычке хочет просто открыть дверь, всего лишь немного нажав на дверную ручку, но в последнее мгновение передумывает и делает три громких стука, ударяя по деревянной поверхности костяшками пальцев. С каждым ударом кажется, что сердце словно замирает, а ее спокойствие рассыпается вдребезги подобно стеклу. - Да, - приоткрыв дверь, женщина видит двух подростков, тесно прижавшихся друг к другу: голова Ендже лежит на мерно вздымающейся груди Дэхена, обнимающего его за талию - тихая идиллия. - Что такое, мам? Уголки губ непроизвольно ползут вверх, видя счастливые лица подростков, а из горла вырывается судорожный вздох облегчения: дети в порядке, а ей остается только принять их выбор, просто смириться с тем, что теперь в их семейной жизни все будет немного - нет, сильно - по-другому. Но что для матери может быть важнее, чем счастье ребенка? ГаИн не знает других ответов. - Пойдемте на кухню: думаю, что нам нужно все спокойно обсудить, и чем раньше, тем лучше для всех, - прикрыв за собой дверь, она старается собрать все мысли воедино, но каждый раз ниточка построенного про себя монолога ускользает, заставляя ее вновь и вновь распутывать клубок эмоций и идей... Размешивая сахар, ГаИн сосредоточено смотрит в окно, пока на кухне не появляются парни, крепко держась за руки. Взгляд Джэ выглядит немного затравленным, а плотно сжатые губы Дэ говорят, что он полон решимости и будет стоять на своем до конца. За эти годы она неплохо смогла научиться понимать сына, наблюдая только за его эмоциями. И пусть сложно, но про себя она уже смирилась с его выбором... Осталось только сказать это вслух. Кивком головы она указывает на торт, стоящий в самом центре стола, безмолвно спрашивая, хотят ли они есть, но, видя отрицательные покачивания головой, ГаИн пожимает плечами и делает большой глоток чая. - Мальчики, значит так, - устало прикрывая глаза, она думает, с чего же стоит начать. - Енджэ, теперь ты будешь жить у нас - гостевая комната полностью в твоем распоряжении. - Мы будем жить в моей комнате, - садясь за стол, произносит Чон, немного виновато смотря на мать, но поступить сейчас по-другому он просто не в силах: отпустить Ю от себя даже на расстояние пары метров кажется пока невозможным. Он лишь крепче сжимает его ладонь, поглаживая большим пальцем внутреннюю поверхность ладошки младшего. - Пусть так, - на удивление хладнокровно говорит женщина, прекрасно понимая, что все равно каждую ее смену или поздней ночью они бы украдкой пробирались в соседнюю спальню. - Твои вещи привезут завтра-послезавтра, так что, Дэхен, тебе придется оказать гостеприимство и поделиться своими... Еще завтра я принесу справку из больницы, и ты сможешь посещать занятия в университете, но чтобы... - Стоп, - выставляя руку вперед, сын смотрит на мать, чувствуя, как кровь приливает к щекам, а сердце ускоряет ритм, но ему необходимо задать вопрос, мучающий обоих подростков, ведь после реакции отца они не уверены, что ГаИн сможет их понять. - Так ты не против нас? То есть того, что мы... - Вместе? Не думаю, что смогу что-то тут изменить, - женщина смотрит в глаза сначала Дэхену, затем Ендже, ласково улыбаясь обоим - им сейчас нужна поддержка: слишком много потрясений и стресса за день, а о себе она подумает после. - Так что, думаю... Договорить она не успевает: доступ кислорода резко прерывается из-за слишком крепких объятий сына, вскочившего со стула, чтобы обнять ГаИн и сказать, как же сильно он ее любит. *** - У тебя замечательная мама, - шепчет Ендже, вырисовывая пальчиком на шее Дэхена только ему понятные узоры. Ночь. Парни уютно устроились на кровати, наслаждаясь близостью и теплом друг друга, когда все проблемы отошли на второй план, уступая место сплошному наслаждению, которое парни испытывают в обществе друг друга. - Знаю, - тихо смеется старший. - Щекотно... - Прости, - перемещая пальцы на грудь Дэхена, Ю целует его в уголок губ, довольно жмурясь, когда чувствует теплые ладони на своей талии, прижимающие его ближе к телу Чона. Кажется, что пульс начинает зашкаливать, переступая порог нормы в несколько раз, а сердце, гулко бьющееся в груди Джэ, подсказывает ему, что теперь все будет хорошо, что он нашел именного того человека, которого многие привыкли называть единственным. - Я тебя люблю, - неторопливый поцелуй в губы, почти невесомые касания рук по нежной коже, сбитое дыхание... и вязкое удовольствие растекается по сосудам, перемешиваясь с кровью... - Я тебя тоже, - Ю тянется за еще одной порцией поцелуев, но Дэ лишь быстро чмокает его в кончик носа, понимая, что иначе просто не сможет остановиться, а они пока не готовы к чему-то большему, к чему-то, что может перевести их отношения на новый уровень. Пока им достаточно просто знать, что они любят и любимы. Пока этого хватит и с лихвой. - Пора спать, малыш. Уже поздно, - убирая челку, упавшую на глаза младшему, он слабо улыбается, когда Дже утыкается носом в изгиб его шеи, и накрывает их тела одеялом почти до самого подбородка. "Пока слишком рано..."