I want to know you, I want to see

Джош сидел у меня на бедрах, создавая приятное трение и даря поцелуи моей нежной коже на шее. – Джош, а если вдруг твоя мама прямо сейчас спустится вниз? - с тревогой говорил я. – Не спустится, - почти прорычал Джош и снова принялся оставлять красно-багровые отметины на матовой коже. В гостиной горела лишь одна лампа, стоящая на журнальном столике, поэтому вся комната была наполнена неярким, приглушенным светом. С моих губ слетали стоны, я изгибался от прикосновений Джоша к моей коже. Он забирался руками мне под футболку, выводя на моей коже непонятные узоры, скользил руками по спине и проводил пальцами по позвоночнику. Иногда я отрывал его от моей шеи, чтобы поцеловать в горячие губы. Единственным моим желанием сейчас был Джош. Он был полностью моим, без остатка, в моем распоряжении, и я мог делать с ним все, что угодно, потому что он мой, и ничей больше. Джош наконец-то снимает эту ненавистную ткань с моего тела, которая разделяла наши тела друг от друга. Я повторяю то же действие, только с его майкой. Я чувствую, как он глубоко и томно дышит, как вздымается его грудь каждый раз, когда я снова припадаю к его губам, жадно покусывая их. Он валит меня на махровые диванные подушки, и я оказываюсь в лежачем положении под горячим и прекрасным телом Джоша. Его руки блуждают по моему телу, пальцы все еще выводят невероятные узоры на моей груди, иногда спускаются вниз и слегка поглаживают внутреннюю часть бедра. Все его действия заставляют меня содрогаться от удовольствия и желания, я чувствую, как мой орган в боксерах напрягается. – Джош, ты сейчас сведешь меня с ума, клянусь, - на одном протяжном стоне говорил я. – Потерпи, - он произносил слова с легкой ухмылкой и принимался облизывать мои ключицы и оставлять на них пятнышки. Он дразнил меня. Его руки иногда проскальзывали на мои ягодицы и слегка сжимали их, что заставляло меня изгибаться и буквально кричать от удовольствия. – Джош, пожалуйста, - я умолял его, потому что уже не мог сдерживать своего зверского желания. В ответ он втянул меня в поцелуй, проводя своим языком по моим деснам. Одной рукой Джош пытался справиться с ширинкой на моих узких джинсах, другая рука лежала у меня на груди. Парень часто улыбался, специально дразня меня и оттягивая все удовольствие, от которого я уже изнемогал и мне казалось, что я уже могу кончить только от его прикосновений ко мне. Он наконец-то справляется с ширинкой и пуговицей на моих джинсах и немного отдаляется от меня, чтобы стянуть с меня ненужную вещь. Я сразу же почувствовал небольшой холод, пробежавший по телу и захотел, чтобы Джош прямо сейчас вновь вернулся в мои объятия, даже не смотря на то, что он отдалился от меня всего на пару секунд. После того, как мои джинсы откинуты куда-то в угол гостиной, он быстро растегивает ремень на своих штанах и так же быстро стягивает их с себя. Мне открывается вид на его худые, длинные ноги и на его возбужденный орган, который с невыносимой силой хочет вырваться из-под ткани боксеров. Джош снова почти падает на меня, он сжимает мой стояк, и я тут же кричу от удовольствия. Мои пальцы обводят круги вокруг его сосков, медленно спускаясь на талию, а затем и на ягодицы. – Ты - гребанное произведение искусства, - я чуть приподнимаюсь и шепчу Джошу на ухо. Он лишь продолжает тереться об меня своей грудью, "случайно" задевает мой уже изнемогающей член рукой, когда хочет погладить мои бедра. Я больше не выдерживаю и начинаю стаскивать с него боксеры, на что он слегка усмехается, но охотно поддается. Я сразу же беру одной рукой его орган и слегка поглаживаю головку, отчего Джош стонет и прогибается в спине. Он нависает прямо над моим лицом, когда я сжимаю одной рукой его ягодицы и отвешиваю шлепок. Он старается также стянуть с меня единственную ткань, отделяющую нас друг от друга. Вскоре она оказывается в том же месте, где лежат мои джинсы. Джош привстает с меня и немного раздвигает мои ноги, поглаживая бедра и их внутреннюю часть. Он резко вводит в меня один палец, отчего я с силой сжимаюсь и полностью отдаюсь ему. Почти сразу же он добавляет второй палец, я кричу, и на краешках моих глаз выступают слезы от невыносимого удовольствия и приятной боли. Я чувствую туго-завязанный узел внизу живота. – Тайлер? Тебе не больно? - тихим шепотом спрашивает Джош, все также продолжая растягивать меня внутри. – Н-нет-т, - еле произношу я, и Джош вставляет в меня сразу три пальца. – П-пожалуй-йста, Джош, прошу-у. Джош сразу понимает мою просьбу и вынимает из меня пальцы, но заменяет их кое-чем лучшим. Он входит в меня, и я сразу поддаюсь его движениям. Сначала он вошел не в полную длину, но затем он начинает ускорять темп и доставать до самой важной точки, мое тело извивается и дрожит, стоны, вперемешку с криком, вырываются из меня. Джош наклоняется и смотрит прямо мне в глаза, из которых небольшими ручейками текут слезы. Я чувствую близкую развязку, чувствую, как тугой узел завязывается еще сильнее. Джош обхватывает мой член рукой, одновременно все еще входя в меня в полную силу. Он начинает водить рукой по моему органу, слегка массируя головку. Мои руки царапают мощную спину парня, я кусаю губы до крови, чтобы хотя бы немного сдерживать свои очень громкие стоны, всхлипы и крики. – Д-джо-ош, - кричу я, прогибаясь на белом диване. Я чувствую, как тугой узел в последний раз усиленно сжимается и сразу же развязывается. Я изливаю белую тянучую жидкость прямо на руку Джоша и немного попадаю на свой живот. В этот же момент я слышу, как Джош простанывает мое имя и выпускает из себя горячую жидкость. Я обессиленно дрожу, мой взгляд затуманен, тело до сих пор немного содрагается от испытанных чувств. Джош почти падает рядом со мной и целует меня в краешек губ, обвивая рукой вокруг моей талии. – Ты так чертовски прекрасен, Тайлер Джозеф, - он прикасается губами к моему виску, и его глаза закрываются от усталости. Я утыкаюсь носом в его шею и засыпаю следом за ним.