Паутина

«паранойя, эта паранойя, я не могу допустить ее, я на пути самоуничтожения. не могу справиться с болями в голове. я влюблен в суицид. я настолько погряз в нем, что это уже состояние души».

***

— С каждым днем мне все сложнее вспомнить его лицо, — шипит Джерард стенам. Он поднимается с колен и трясется всем телом, как избитый наркоман с ломкой. Отшвыривает свои вещи из шкафа в противоположный угол комнаты и пару раз обводит взглядом помещение. Таблеток точно больше нет, как и его рассудка. — Гадость, — Уэй хмурится и настолько крепко стискивает зубы, что заметно проступают скулы. Скрипит входная дверь, и высокая лестница из подвала озаряется холодным светом, Ублюдок спускается вниз тяжелыми шагами. — Что ты тут устроил? — спокойно спрашивает Фрэнк, в его глазах раздражение и негодование. — Подожди, — Ноль судорожно перерывает беспорядок на полу и, схватив сумку, пихает ее в руки Айеро. — Возьми, возьми их. — Что там? — Деньги, — Джерард мнет край своей футболки костлявыми пальцами и глазами внимательно исследует лицо друга в томительном ожидании его реакции. — Какого черта? Зачем? — он протягивает сумку обратно, но Уэй прячет свои руки за спину, отрицательно мотая головой. — Я тебя нанимаю, — с паузами меж словами отстукивает Ноль. — Ты с ума сошел, придурок? — Мне нужна эвтаназия, — на полном серьезе отвечает он, не сводя глаз с Ублюдка. Они некоторое время молчат, и в звенящей тишине Фрэнк лихорадочно кидает сумку в угол комнаты и толкает парня в плечи. — Меня это бесит! — он наступает на него, а Джи отшагивает назад до тех пор, пока не стукается о стену с такой силой, что по голове начинает расходится пульсирующая боль. — А что еще тебе надо? Не расскажешь? Ноль жалобно поднимает брови и опускает взгляд, как бездомный щенок. Пряди сальных черных волос спадают на фарфоровое лицо мальчика, ярко контрастируя с появившимися мгновение назад тонкими дорожками слез на щеках. Он звонко всхлипывает. — Ты там плачешь что ли? — Айеро поднимает лицо друга за подбородок, а тот обижено отворачивается, пытаясь отойти от стены, но Фрэнк плотно прижимает Ноля к ней. — Джерард, ты плачешь? — Да. — Почему? — Потому что я хочу умереть, — Уэй глядит на Ублюдка во всей наготе своей беспомощности. Вновь молчание поглощает пространство комнаты, и только стукнувшая об пол слеза вырывает Фрэнка из анабиоза. Он отходит от стены и сгребает все разбросанные вещи в охапку, скидывая их на кровать. — Что ты делаешь? — Ноль присаживается на стул и осторожно следит за действиями парня. — Вещи твои собираю, — выдыхает он в ответ. — Ты съедешь от меня, вернешься домой, попросишь прощения у матери и отца, забудешь об эвтаназии, обо мне, об этом доме и обо всем, что было. У тебя будет обычная жизнь подростка, верно? — Ублюдок оборачивается на мальчика и изображает фальшиво воодушевленное выражение лица. — Безделье порождает грусть, так что ты еще и занятие себе найдешь. Снова начнешь посещать школу, те парни после прошлого раза к тебе больше не приблизятся, скажи «спасибо» Фрэнку. Поэтому не смей сопли распускать, я тебя такому не учил! — Так не будет, — Ноль мотает головой и неуверенно скрещивает руки на груди. — Я не смогу забыть случившееся за эти полгода. — Конечно же так будет. Айеро опускается на кровать и раздосадовано вздыхает, закусывая нижнюю губу. — И вот тебе напутствие: если это было неслучайно, а вся история еще не кончена, то мы встретимся по прошествии времени. Если же все иначе, то ты видишь меня в последний раз, — они долго молчат, переваривая слова. — Ну, а теперь проваливай. — Уже? — Джерард растеряно встает и неосторожно берет сумку с вещами и деньгами. — Да, уходи. Ублюдок следует за спиной Уэя до самого выхода, беспрестанно кусая свои обветренные губы. — Прощай, — минорно вздыхает Джи и старается улыбнуться. — Иди уже, — хмурится Фрэнк, запуская руку в волосы мальчика и нарочно взъерошивая их, — иди. Перед носом Ноля хлопает дверь, указывая на конец очередного акта в завсегдашней трагедии «Пасынок судьбы».