Меня изнасиловали... Мне понравилось!

Не могу попасть ключом в дверной замок. Руки до сих пор трусятся от событий часовой давности. Ноги подкашиваются каждый раз, как только я отхожу от стены. Похоже лишь дверная ручка и стена по левую сторону от меня, не дают мне упасть на колени от сильнейшего адреналина. Я ощущаю, как внутри меня разгорается приятный огонь, пока сердце сжимается от шока данных событий. Дверь открывается, но явно не из-за моих усердных стараниях. Шокированный взгляд сестры. Она не может и слова вымолвить, лишь смотрит на меня с приоткрытым ртом. — Катя! — единственное что она может произнести и силой затащить меня в квартиру. — Боже мой, что с тобой? Ты пьяна? Пьяна. Хм, похоже это единственное разумное объяснение моему внешнему виду. Разорванная майка, коленки все в грязи, не говоря уже о размазанном слезами макияже. Я сама не верю собственным глазам, когда ненароком смотрюсь в рядом стоящее зеркало. Почему-то снова усмехаюсь, как внезапно замечаю этот блеск в глазах и начинаю улыбаться. — С кем ты нажралась? Ты видела себя? Лишь когда я открываю рот, чтобы произнести несколько слов, сестра резко обхватывает свой ладонями. Её глаза расширяются еще больше, в них застывают слезы обескураженности. — О нет! — едва ей удается это произнести, как я уже присаживаюсь на пуфик и начинаю снимать с себя балетки. — Только не это. Люда садится на колени возле меня и кладет трясущиеся ладони на мои грязные ноги. — Только не это! Боже, только не это! — сестра начинает плакать, а её голос невероятно дрожит. Очередная усмешка, прежде чем я прячу свое лицо под ладонями. Я чувствую, как горят щеки, как тело требует продолжения, а отголоски этого прекрасного полового акта до сих пор застывают в воспоминаниях. — Меня изнасиловали… Мне понравилось!

***

Усиливаю шаг, ощущая себя словно не в своей тарелке. В который раз я иду по привычной темной тропинке, срезаю много километров через этот парк, но никогда прежде себя не чувствовала настолько беззащитной. Сжимаю в руках ключи от дома, стараюсь нащупать брелок в форме заостренной звезды. Похоже, это единственное, что придает мне сейчас уверенности в себе и поэтому я продолжаю идти спокойным шагом, временами увеличивая его, как только вижу впереди идущую навстречу тень. Постоянно причитаю себе, что бояться совсем не стоит, боже мой, что тут такого? Что может случиться в нашем небольшом городке и именно в эту спокойную лунную ночь? Уже три года я хожу по этой тропинке, заканчивая свою смену в магазине «Пенное разливное». Нет никаких причин для паники, ведь меня знает здесь каждый второй. Если человек пьян — то наверняка он покупал алкоголь у меня, и наверняка не причинит вреда. Ведь кто еще будет душкой и продаст после десяти? Едва только пьяный молодой человек проходит мимо меня и удаляется на достаточное расстояние, я могу спокойно спрятать свои ключи в задний карман и закрыть его на пуговицу. Желание покурить попросту заставляет меня прикусить нижнюю губу. Легкие так и просят привычного едкого дыма. В сотый раз успеваю себя покорить в том, что не купила пачку сигарет, как вдруг ощущаю что-то позади меня. Мне становится вмиг страшно. Всё тело поддается этому сковывающему страху. Кажется, что сама того не замечая, я начинаю уже сжимать зубы, а движения становятся более механичнее. Выброс адреналина в воздух, в горле сжимается от такого сильного порыва ветра прямо в моё лицо. Рука уже самопроизвольно тянется к заднему карману и нащупывает пуговицу, как холодная посторонняя ладонь обхватывает меня за запястье. Я не успеваю даже закричать, ведь это единственное что на данный момент могу сделать! Чьи-то пальцы уже прижаты к моим губам и отнимают возможность позвать на помощь! Глаза расширяются от шока, внутри меня бушует паника! Я растеряна, полностью поддаюсь насильнику, едва только он толкает меня в густые заросли. Ветки царапают кожу на ногах, слегка запутываются в длинных волосах, пока мужчина всё еще толкает меня в спину своей рукой, что держит меня за запястье. Лишь сейчас, когда он останавливается и отпускает меня, я набираю полную грудь воздуха и собираюсь уже закричать что есть сил. Холодная сталь прислоняется к моему горлу. Не могу выдохнуть всё напряжение, что сейчас застыло в легких. Не могу дернуться, я ощущаю, насколько остро лезвие, царапающее мне кожу. Он подталкивает меня рукой в спину, отводит нож слегка вперед, но так и не дает шанса закричать, либо же дернуться. Лишь когда я упираюсь в широкое дерево, мужчина заставляет меня остановиться и убирает свою ладонь со спины. Дрожь пронзает всё тело. Отказываюсь подчиниться его приказу мгновенно, представляю, что будет со мной, если посмотрю в его лицо. Кажется, что именно в этот момент стараешься переосмыслить всю свою жизнь, подумать, что сделала не так и что следовало изменить, лишь бы не быть в такой ситуации. Паника блуждает по телу, никогда еще не чувствовала себя настолько одинокой и потерянной. Когда смотришь по телевизору определенные насилия над женщиной, считаешь, что она могла бы в любом случаи дать отпор и сбежать. Но когда сама стоишь рядом с холодным лезвием и ощущаешь на себе дыхание насильника, то полностью забываешь о всякой нелепой храбрости, которая может привлечь смерть. Паника пронзает наповал, затаскивает меня в пучину боли и страха, откуда так сложно выбраться. Я растеряна! Черт побери, никогда бы не подумала, что окажусь одной из этих жертв изнасилования! Факт того, что меня возможно убьют после унизительного поступка, попросту сражает меня. Мысленно уже прощаюсь со своими близкими, и собственной жизнью. За свои двадцать два года, я ничего так и не добилась, и мне трудно поверить в то, что никогда больше не добьюсь. Вот я, стою в парке, и лишь лунный свет помогает мне увидеть собственные руки, что сейчас упираются в дерево. Безбрежный маникюр, ногти, которые давно требовали должного ухода. Неужели в такой момент я думаю о маникюре, чем о том, что меня сейчас будет насиловать престарелый старикашка, чей член будет вонять, как куча навоза? Похоже, все же зря я не встретилась с бывшим и не удовлетворила себя напоследок хорошенько! Сколько прошло с той последней ночи? Год? — Дернешься, перережу горло. — приятный голос, принадлежащий явно молодому парню. Я млею от одной лишь интонации, удивляюсь тому, что позади меня не старик с волосатым членом, а достаточно молодой парень, обладающий чарующим голосом и приятным парфюмом. Теряюсь в собственных догадках, уже начинаю думать, что это всего лишь розыгрыш... — Что тебе нужно? — я даже не могу сказать на него «вы», всё тело дрожит от растерянности и эмоции сбивают мысли должным страхом. — А ты как думаешь, милая? — он шепчет мне на ухо, заставляя тело задрожать от столь горячего дыхания. — Что может хотеть возбужденный тобой парень? — Прошу, у меня дома маленький ребенок… — я начинаю врать, но делаю это всё ради того, чтобы остаться в живых и возможно даже не изнасилованной! Но похоже, человечности в этом насильнике я не найду. Он еще сильнее прижимает холодную сталь к моему горлу. — Я не люблю, когда мне лгут, Катя. У меня полнейшая обескураженность, тут же останавливая всякую работу органов. Кровь застывает в жилах из-за небьющегося сердца которое словно в тиски сжали. Он знает моё имя! Не могу найти нужных слов, ведь парень уже начал лезть свободной рукой мне под майку. Холодная ладонь, прибавляющая столько мерзости мне в середину души, которая парализует её и не дает шанса выбраться наружу и спрятаться где-нибудь, лишь бы не чувствовать подобное. Он нащупывает грудь, и слегка улыбается, едва только подушечки пальцев касаются моего соска, затвердевшего от панической дрожи и холода. — Как не стыдно ходить без лифчика? А если бы на тебя наткнулся настоящий маньяк? — А ты себя настоящим не считаешь? — Скорее, я любитель. — он усмехается, я слышу это в его голосе. Пальцы продолжают прокручивать мой сосок, заставляя завыть от неловкости. Почему-то жаркий огонь проносится по всему телу, но застывает именно внизу живота, начиная закручивать знакомые узлы преддверья наслаждения. — Ты не представляешь, как я хотел тебя все эти дни. И спрашивать не приходится. Я сразу понимаю, что он следил за мной, и явно делал это весьма хорошо, раз знает моё имя и семейное положение. Мне невероятно страшно от такой точной информации, а еще страшнее тот факт, что парень убирает нож и заставляет посмотреть в его лицо. Он делает пару шагов вперед и его горячее дыхание уже на моем лице. Я зажмуриваю глаза, вторю себе, что если посмотрю, то он наверняка меня убьет. Снова холодная сталь, на этот раз она касается лямки моей майки и ткань тут же рвется от такого острия ножа. Меня перетрушивает. Неловкость и стыд попросту зашкаливают сейчас в теле, не дают мне рационально мыслить и придумать план побега. — Открой глаза, милая. Обещаю, если не будешь сопротивляться — я отпущу тебя довольно быстро. Я подвергаюсь его воздействию сладким голосом на мой разум. Открываю глаза и вижу перед собой красивого парня, чей волчий оскал пугает до кончиков пальцев. Лишь сейчас, когда лунный свет падает на его великолепное лицо, я сразу же понимаю, где раньше видела будущего насильника. — Ты тот парень… — Которого ты отшила две недели назад. — он усмехается, договаривает за меня и тут я резко осознаю, что мне конец. Он убьет меня, от обиды, от раненного мужского самолюбия. Я помню, как он со своими дружками покупал алкоголь в моем магазине, и как принес через час букет цветов, а я так с легкостью их выкинула на улицу. Я помню, как парень сжимал свою челюсть и слегка усмехался, прежде чем уйти. Помню, почему отшила такого красавчика, всё из-за мудака-бывшего, который в очередной раз захотел вернуть меня после стольких измен. Похоже это была моя самая главная ошибка в жизни, которая привлекла за собой такие последствия... Мне придётся окунуться в грязь, придется принять её на себя и впитать в тело... Придется вытерпеть это насилие и я надеюсь в конце концов - умереть... Слезы текут из глаз довольно быстро, ровно в тот момент, когда парень заходит за мою спину и резко снимает с меня шорты вместе с трусами. Я собираюсь издать крик боли, но не успеваю. Голова внезапно оказывается прижатой к моим ладоням, которыми до сих пор упираюсь в дерево. Он заставляет меня замолчать одним резким подёргиванием за волосы. — Я обещал тебе, отпустить живой, если будешь вести себя тихо. Я чувствую легкий холодок, проносящий столько тревоги внутрь меня через один лишь вдох. Голова кружится, мне трудно устоять на ногах, особенно когда парень заставляет их слегка расставить и наклониться к дереву. Ловлю себя на странной мысли, что никогда не любила такую позу. Всё катится к чертям, едва только обслюнявленные пальцы касаются моей вагины. Я готова орать от собственного бессилия. Готова молить этого урода о смерти, готова даже дернуться, лишь бы холодная сталь прошлась по моему горлу. — Расслабься, милая, я обещаю, тебе понравится. Знаешь, — он приставляет свой палец к входу, — как я сильно тебя хочу. Ты такая красивая… Он начинает входить в меня одним пальцем, словно разрабатывает дырочку для своего члена. У меня кружится голова от столь противоречивых эмоций. Разумом я жажду смерти, пока тело моё хочет ощутить половой орган. — Тебе стоит лишь расслабиться и дать мне шанс удовлетворить тебя. Слышишь? Я хочу удовлетворить лишь тебя, милая. Хотел бы получить сам удовольствие, ты бы уже давно была отрахана в жопу и лежала бы с перерезанной глоткой, — его горячее дыхание обжигает мне шею, — но я хочу доставить удовольствие именно тебе. Ты готова? Он еще спрашивает? Боже, до чего катится мир! Я виляю головой, снова прошмыгнув носом. — Прошу, отпусти меня. Почему бы тебе не снять проститутку, не отрахать её? Почему нельзя просто найти любую доступную девушку? — Ты не слушала? — он убирает свой палец и начинает сильно тянуть меня за волосы. — Я ведь уже сказал, что хочу тебя! Парень говорит сквозь зубы, поселяя в моем теле столько страха. В горле становится сухо, даже когда я проглатываю слюну, эта сухость не уходит. От перенапряжения могу вот-вот потерять сознание. Голова кружится, всё тело ломит от эмоциональной боли. И вот, я ощущаю головку его члена. От таких размеров у меня замирает сердце. — Ты разорвешь меня, прошу стой… — Ты расширишься, милая, не целка ведь! — ласково проговаривает насильник. — Самое главное, что тебе сейчас нужно, это расслабление и смирение. Сердце не бьется. Член входит наполовину, а у меня уже щиплет. Живот сильно начинает болеть от такого дискомфорта. Целый год я не вступала ни с кем в половую связь, а все из-за расставания с любимым человеком. Я думала, что найду другого, найду лучше, и влюблюсь в него, позабыв горечь прошлых отношений. Но никак не могла подумать, что меня изнасилуют в парке неподалеку от собственного дома! — Прошу, не убивай меня… — всё ещё шепчу я сквозь слезы, как вдруг ощущаю первый толчок, который заставляет буквально завизжать от столь непонятных эмоций. — Доверься мне, милая, тебе будет очень хорошо. — Не кончай в меня, прошу… — Я успею вытащить, — хмыкает он как-то расстроенно, — ты готова к настоящему сексу? Отказываюсь принимать эту сладострастную эйфорию, куда меня старается ввести его приятный голос и нежные движения. Каждый раз напоминаю себе, что это изнасилование, это против моей воли. Меня превращают в некую тряпку, об которую вытирают грязные ноги. Делают падшей, ненавидящей жизнь и всех мужчин вокруг. Не могу и представить себе, что будет после этого секса. Вторю своему телу, что это именно насилие, а не очередной приятный секс с любимым человеком. Не могу поверить в то, что едва ли не теку от одного только шепота на ушко, от одного приятного касания. Я не могу принять для себя данный факт, что мне это всё нравится. Как-то теряюсь в собственных мыслях и ощущениях. Его горячие ладони ложатся мне на бедра и сжимают их, пока орган продолжает совершать беспорядочные толчки. Некое предвкушение застывает между ног. По телу пробегают искорки пламени, что сейчас завладело сердцем и сжигает его внутри. Кажется, что я до конца не могу понять, что происходит.... Мне неприятно, что так легко мной пользуются, в то же время я невероятно удивлена тому наслаждению, что сейчас присутствует в теле от очередного толчка. Его член вонзается в меня непрерывно. Парень достигает каждый раз матки, превращая все мои позывы о помощи, в сплошной крик наслаждения. Как тепло, какое же это тягучее ощущение кайфа. Я опускаюсь в некую пустоту, что сейчас завладела каждой клеткой моего тела и наконец позволила мне расслабиться. Он прав, едва только я расслабляюсь и как вмиг раскрываю душу для столь фантастических и непонятных чувств. Не понимаю собственного тела, которое так истосковалась по мужскому достоинству и буквально разрывается от кайфа. Стенки влагалища продолжают сильно сжимать член, отчего я чувствую буквально каждую пульсацию. Он рычит, как зверь, продолжая нашептывать мне на ушко разные слова. — Ты такая узкая… Боже… Как же я этого хотел. Милая, наклонись еще больше. Парень заставляет меня прогнуться еще больше, обхватив дерево с разных сторон. Моя права щека трется об кору при каждом толчке. Его движения становятся еще интенсивней. Вгоняя свой член до конца, парень продолжает говорить, насколько я ему нравлюсь, насколько он влюблен в меня. Никогда прежде не слышала столь приятных слов. Словно они помогают мне расслабиться еще больше и позволить парню перейти всякую грянь между насилием и добровольным соглашением на данный половой акт. Меня распирает от его приятного голоса, от того, что я чувствую сейчас. Весь стыд уходит, неловкость и страх вовсе испаряются, как только внизу живота словно фейерверки взрываются. Меня шатает из стороны в сторону. Я кусаю собственный кулак, лишь бы не кричать от жесткого оргазма, постигшего меня в столь кульминационный момент этого насилия. Меня трясет, я готова кричать и рвать горловые связки. Адский огонь, настолько приятный; он проносится по всему телу застывая именно в сердце. Разгоняя горячую кровь, сердце начинает биться очень быстро, отчего дыхание мое учащается. Оргазм проходит, но я не могу понять, почему мне до сих пор приятно. Помнится после оргазма мне всегда хотелось прекратить половой акт, так как все болело и требовало отдыха. Но сейчас я хочу, чтобы этот парень продолжал меня использовать в своих целях… Едва он начинает тормозить, как всё моё воодушевление проходит. Сама того не осознавая, я заставляю парня продолжить, едва только обреченно выдыхаю. Он словно слышит этот вдох, который требовал продолжения, и начинает продолжать. Парень кидает меня за землю, ставит раком, снова кладет ладони на спину заставляя максимально прогнуться. Коленки трутся об холодную землю и многочисленную листву. Моё дыхание сбито к чертям, пока насильник шлепает меня по попе. Я начинаю поддаваться ему, ловлю его темп и теперь начинается самый безудержный момент в моей жизни. Я отдаюсь насильнику без остатка, позволяю ему доставить себе очередной кайф. — Запомни, ты моя… — он говорит эти слова, прежде чем начинает жестко и грубо всаживать мне по самый яйца. Матка чуть ли не разрывается от такого грубого вторжения. Я превращаюсь в дикого зверя, мои стоны становятся больше похожи на рычание. Тело трясется, кости ломит от поднебесного состояния. Я обессиленная падаю на землю, пока горячие капли спермы остаются на моем бедре. Меня словно бьют конвульсии, в животе происходит невесть что. Я хочу кричать, я хочу вопить от такого наслаждения. Мурашки застывают на голове, затем резко, горячим потоком пронзают все тело. Я не двигаюсь. Стараюсь восстановить свое дыхание и успокоить сердце, что так сильно бьется в груди и вот-вот может вырваться наружу. Не чувствую собственного тела, оно не подвластно мне. Я обессилена, мое тело словно онемело от двух оргазмов, которых я явно не ожидала. Мне трудно поверить, что все это случилось на самом деле и это не сон. Я слышу его шаги. Ветки ломаются под таким сильным стремлением уйти от меня. Приподнимаюсь, оглядываюсь по сторонам, но не нахожу никого. Никакого намека на то, что здесь только что кончал насильник, который доставил мне удовольствие. Я вытираю об листву его сперму со своего бедра и встаю на ноги. Боже, как же они подкашиваются, при любой попытке сделать шаг и выйти из этих зарослей. Перебираю ногами, едва ли не падаю, только сейчас понимаю, что мне все время мешают спущенные шорты и трусики. Натягиваю на себя одежду, стараюсь поправить майку, но с разорванной лямкой это удается с трудом. Лишь когда я проделываю еще несколько сотен метров и захожу в свой подъезд, могу облегченно выдохнуть. Я жива… И мне понравилось.

***

Я потерялась в счете недель. Каждый раз хожу по той же самой тропинке, да настолько медленно, будто пытаюсь дать достаточное количество времени моему насильнику нагнать меня и снова затащить в кусты. Я постоянно жду встречи с ним, постоянно, при входе любого клиента в магазин, ищу его лицо. Возможно, у меня паранойя. Возможно, я сошла с ума! Но это все чепуха по сравнению с сильнейшим желанием снова увидеть этого красавца, снова испытать с ним то, что испытала тогда, полтора месяца назад. Я в очередной раз прихожу домой и долго остаюсь стоять возле двери квартиры, так и не решаясь войти. Моя жизнь словно теперь принадлежит лишь ему, тому, кто снится каждую ночь, тому, о ком я грежу каждую секунду. Это ненормально желать того, кто буквально изнасиловал тебя! Но я желаю, я молю Бога, чтобы он снова повторил это, и на этот раз я не буду плакать, я не буду сопротивляться. На этот раз я уже буду знать, что со мной занимается сексом обворожительный молодой человек и делает он это исключительно ради того, чтобы я получила удовольствие. Открываю дверь квартиры и вхожу в нее. Сумки сестры нет на вешалке, но я все равно кричу её имя и жду ответа. Разуваюсь, стремительно направляюсь мимо своей спальни в ванную комнату, как вдруг, тело застопорилось, едва только смотрю в экран своего телефона и прочитываю пришедшую только что смс. «Я впустила твоего парня. Сама уехала в клуб!» Парня? Непонятный приятный запах вонзается в мои ноздри и уносит куда-то в ностальгию блаженства... Принюхиваюсь к своей комнате, ощутив в своем теле тревогу. Сердце бьется еще ритмичнее, пока я включаю свет. Он расселся на краю моей кровати. Заметив меня в дверном проеме, парень улыбается и поворачивает свое лицо весьма медленно, с той же самой улыбкой и волчьим оскалом. — Повторим? Всего одно слово, и моя жизнь тут же преображается.