Сталкер

17.06.20ХХ Воскресенье

Кайто с трудом встал. Несколько бессоных ночей сильно сказались на нем. Да и как он мог спать, если постоянно чувствовал присутствие кого-то поблизости? С каждым днем становилось все больше подарочков. Странные, отвратительные вещи, но они были нужны как доказательства. Сталкер осыпал личную электронную почту ворохом бесполезных писем, сводившихся лишь к одному — «будь моим». В почтовый ящик, в шкафчик для сменки, в школьную парту засыпались десятки конвертов. Каждый день, приходя со школы, Кайто находил в своем доме очередную красивую подарочную коробку… Что он только из них не вытаскивал! Аккуратно препарированный трупик крыски, куклу, похожую на него как две капли, ворох фотографий где был Куроба в разных местах и с разными людьми. Все остальные лица были густо закрашены темно-красным маркером. Один из отвратительных подарков сразу же отправился в мусор — Кайто до сих пор краснел от одного только воспоминания. Даже нахождение вне дома не спасали его от получения посылочек. Парень где только не пытался спать — дома у Джии-чана, на улице, на заброшенном складе. Иногда получалось спрятаться, но чаще всего этот ублюдок находил его. Сталкер одним своим присутствием будил Куробу. От каждого взгляда хотелось вымыться в ванной с гидроперитом. А сам Кайто сдавал с каждым днем. Он не мог нормально спать, стал иногда «отключаться» от действительности, его реакция затупилась. Неутомимый организм просил больше отдыха. Он трижды находил украшения, украденные из разных ювелирных магазинов. Невероятно дорогое колье, что-то около трех тысяч долларов. Серьги-подвески под полтысячи. Широкие браслеты-наручи за полторы. Кайто каждый раз порывался обратиться в полицию, но ведь нельзя… Он будет ограничен в передвижениях, а как же иначе? И тогда попадет под подозрение то, что Кид исчез на то же время. Из огня да в полымя. Почти никто не замечал, что Куроба изо дня в день становится лишь тенью самого себя. Парень похудел, черты лица заострились, он стал вялым и сонным. Правда это пока удавалось маскировать, но Кайто уже заставлял себя есть через силу. Спать почти не получалось, лишь во время уроков можно было прикорнуть ненадолго — он привык делать вид, что спит и многие так и думали. Ровно в полночь с субботы на воскресенье зазвонил телефон. Кайто взял его и пожалел об этом. Тихим, вкрадчивым голосом неизвестный говорил отвратительные вещи. Парень слушал, не в силах отпустить телефон, звуки речи вворачивались в уши раскаленным металлом, вставали в горле комом, заставляли сердце биться чаще. Куроба понял, что еще чуть-чуть и его вырвет. Как вор смог добежать до ванной, он не помнил. Его тошнило — но он уже достаточно долгое время не мог взять в рот ни кусочка. Решение пришло само собой. Спуститься в мастерскую, переодеться в темную одежду, прихватить рюкзак… И выйти на окраине Экоды через маленький люк. Он не взял с собой ничего, что принадлежало Куробе Кайто. Только то, что является собственностью Кайто Кида. Парень уснул на самом краю крыши, так, что если бы одно неловкое движение, то он бы упал. Закутался в тонкую ткань плаща, сжал в кулаке монокль. — Папа, прошу, помоги мне, — тихо прошептал Кайто, кутаясь в неожиданно теплую ткань. — Мне страшно…