Сталкер

21.06.20ХХ Четверг

Кайто встал и удивленно втянул ртом воздух. Что-то сильно давило на шею, не давая спокойно дышать. Ошеломленный вор ринулся в ванную, разглядывая «подарочек». В том, что это был новый выверт больного сознания сталкера, он не сомневался. Все попытки снять дорогой ошейник, который был украден буквально в понедельник, не увенчались успехом. Металл был достаточно крепок, чтобы его невозможно было перекусить ножницами, а замок был очень необычным, его не получилось открыть. Придется походить так. До завтрашнего дня, пока он не придет к Джи-чану. К счастью, водолазка скрыла украшение, но оно давило на горло, из-за чего голос получался полузадушенным. Все. Это уже вышло за грань. Прямо завтра с утра Кайто пойдет к Накамори-кейбу и все ему расскажет. Про сталкера, про украшения… В школе пришлось надеть повязку на лицо, изображая заболевшего. Учителя попытались отправить его домой, но парень лишь отмахнулся от них. Ацуши-сенсей, беспокоясь о Куробе, принес ему таблетки из медпункта. Кайто закинул их в портфель и забыл. Удивительно, но писем сегодня не было. Последний десяток он даже не открывал, сразу убирал в шкаф, как улику. Впервые за долгое время на душе у парня было спокойно. Принятое решение успокаивало и давало силы. Вернувшись домой, Куроба направился в мастерскую, разрабатывать очередной гаджет и дорабатывать старые. Кайто едва вспомнил о ужине, чертыхнулся и кинул взгляд на часы. Было уже почти одиннадцать, а он еще даже за уроки не садился. Быстро перекусив, парень достал из сумки тетради. На пол выпал блистер с таблеткой. — О, Ацуши-сенсей же попросил выпить… — Кайто почесал кончик носа. В горле слегка першило. Ну, от одной таблетки плохо не станет. Растворив шипучку в теплой воде, парень сел за уроки. Звонок в дверь раздался неожиданно. Куроба изумленно поднял брови и, залпом выпив лекарство, отправился открывать дверь. На пороге, нервно переступая с ноги на ногу, стоял Хакуба. Блондин вздрогнул, когда Кайто распахнул дверь. — Куроба, я пришел чтобы предупредить тебя, — вздохнув, Сагуру сжал руки в кулаки. — И это действительно последний раз. Если хоть одна вещь будет украдена, а те, что уже украдены — не вернуться к своим владельцам, я объявлю охоту. На тебя, Куроба, понимаешь? Кайто замер, как вкопанный. Неужели Хакуба до сих пор его подозревает в краже этих вещей? — Хакуба, я… — Мне не нужны твои оправдания, Куроба. Мне нужны золотые украшения, переданные в полицию и вернувшиеся к своим хозяевам… — Хакуба… — Не перебивай! — воскликнул Сагуру, сжимая руки в кулаки. Нога отбивала непонятный, рваный ритм. Глаза детектива метали молнии. — Я действительно хочу считаю тебя своим другом, Куроба. А если ты не можешь справиться со своей клептоманией — обратись к психологу! Ты отвратителен. Кайто попытался что-то сказать, как Хакуба со всей силы захлопнул дверь, показывая, что не собирается слушать жалкие оправдания опустившегося мага. Из стороны в сторону закачалось резное зеркало. Куроба протянул руку и прижался лбом к двери. Злые слезы душили его, хотелось выбежать и заорать, что тот не прав… Но момент был упущен. Машина, судя по звукам, уехала. Жалобно завыв, маг ударил рукой по стене. Внезапно парень затих и отстранился от двери. Он пристально посмотрел на отражение, слегка хмурясь. Что-то коснулось его щеки. Кайто едва сдержал крик ужаса, чувствуя нарастающую панику. Он расширенными глазами смотрел на свое отражение в зеркале, висящем на двери. Он был один… Но… Кто-то был здесь, за его спиной… Коснулся его шеи, проводя пальцами по кромке туго затянутого ошейника. Не отражающийся в стекле. По всему телу разлилась слабость. Голова закружилась, резко стало не хватать кислорода. Голос набатом отдавался в ушах. Стало странно спокойно и безразлично происходящее. — Ты совсем один… — прозвучал хриплый шепот. — Совсем один… Мой… Пальцы, все еще лежащие на шее, резко дернули ошейник назад, душа со всей силы. Воздуха резко стало не хватать, как бы Кайто широко не открывал рот, пытаясь вдохнуть больше кислорода. Вместо криков выходили лишь заглушенные хрипы. Вцепившись в ошейник, парень вяло попытался оттянуть его на себя. Куроба пытался сопротивляться, бил ногами, но стоило хоть немного ослабить руки, как тут же он чувствовал, что теряет сознание. Не хотелось вообще ничего, лишь отпустить руки и расслабиться, только вот какой-то частью сознания вор еще пытался сопротивляться неожиданной апатии. В один момент Кайто понял, что проиграл. Ослабленный странным состоянием, недоеданием и отсутствием нормального сна организм проигрывал человеку, который не пренебрегал этим. Зачем он сражается? Почему пытается сопротивляться? Разве не было бы проще просто отпустить? — Ты отвратителен. Ты лишняя, ненужная деталька. Неважно, что с тобой происходит… Тебе никто не поможет! Пальцы расслабились, руки безвольно повисли. Послышался тихий, почти незаметный в шуме борьбы звон, заглушенный окончательно упавшей полкой для обуви. Кайто приоткрыл глаза. Я знаю, что вы поможете… Ты обещал, Хакуба. Тьма окружила его, принимая в мягкие объятия. Пробила полночь.