Сталкер

22.06.20ХХ Пятница

Кайто не знал, сколько времени шла запись. Вопли, мольбы и стоны каленым железом врезались в память. Понимание того, что произойдет с ним, было слишком ярким. Он не мог отвертеться от мысли, что его так же зафиксируют на столе, как и этих несчастных, и отрежут конечности. Иногда волны панического ужаса набегали на него, тогда он беззвучно глотал рыдания, кусал до крови губы. Его детективы найдут его. Найдут и спасут. Но эта мантра не помогала. Его вновь настигало отчаяние. Кайто не любил боль. Умел с нею справляться, чувствовал не раз и огнестрельные ранения, и переломанные кости были, да чего уж стоили мячи Тантей-куна? Но если была возможность боли избежать, то он делал это. Тогда пришла пора вспомнить то, чему его учили и избежать боли. От него больше ничего не зависело. Он был связан, обколот какими-то наркотиками, из-за которых у него путались мысли, он полностью был в распоряжении какого-то ублюдка, который притворялся его одноклассником. — Ну как тебе видео. Правда, прекрасно? — вспомнишь говно, вот и оно. Кайто даже не поднял голову, позволив себе расслабиться. Полное отрешение от происходящего. — Каждый из них был жемчужиной моей коллекции. Ты же будешь самым настоящим алмазом. Какое лицо, какие глаза, ах! Жаль, что босс не отдаст тебя мне, но отсутствие конечностей не помешает нашему плану, правда? Куроба потерял нить, которую уже начал плести и тихо зарычал. Полная концентрация. Не отвлекаться. Если он сможет сплести защитный полог, то просто спрячется там, скрыв разум от ощущений. Главное — сосредоточенность. Послышался мерзкий лязг. Кайто замер. Он слышал этот звук на протяжении всего фильма. Операционный стол. Куроба медленно поднял взгляд. Хакуба улыбнулся, подходя ближе. Его карие глаза сверкали предвкушением. — Нет, — жалобно прошептал Кайто, пытаясь отползти назад. — Нет, нет, нет, ты не сделаешь это… — Да, да, да~, я это сделаю, — детектив подошел ближе, наклоняясь почти вплотную. Кайто пытался бороться. Пытался хоть как-то отсрочить происходящее. Разум в панике метался, надеясь, что Хакуба… Но он же здесь. Он же оставил монокль и инструкцию как его найти Хакубе. Который тянул его за волосы, откидывая голову и вкалывая какое-то вещество. Хакуба, который обещал ему помощь. Куроба жалобно взвыл, пытаясь найти несоответствие в своей логике. Он точно знал, что здесь что-то не то, но… Темнота поглотила его в свои мягкие объятия, обещая избавление от ужаса. *** Лязг металла об металл. Холод, распространяющийся по обнаженным груди, животу и ногам. Крепкие ремни, вгрызающиеся в его тело. Он помнил происходящее урывками. Мерцание ламп, тихий голос, напевающий какую-то песенку… Очень знакомую, детскую английскую песенку… Только было что-то в ней странное, непривычное, неправильное. -… needles bend and break, bend and break, Bend and break. Pins and needles bend and break, my fair lady… О. ты наконец-то очнулся! Кайто распахнул глаза и попробовал шевельнуться. Он был распластан по металлическому столу в позе морской звезды, одну из рук он уже не чувствовал. Скосив глаза, он понял почему — чуть выше локтя конечность была туго затянута тонким ремнем. Каждый палец был по отдельности привязан к чему-то, чего он не видел — кисть свисала под стол. — За что… — слабо выдохнул он, кидая взгляд на вторую руку. Она была все так же связана в кулак. — Хакуба? Мысли все еще вяло текли, ползя медленнее черепахи. Хакуба. Детектив. Спасение. Но он тут, держит в руках пилу… Пила. Конечность. Обрубок. Воспоминание о девушке, откусившей себе язык от боли, орущий мальчик, умоляющий остановиться, безумный визг сошедшей с ума женщины, пытающейся разбить себе голову об стену… Кайто закричал и тут же его схватили за волосы, откинув голову назад, в рот что-то попало. На мгновение он подумал, что это пальцы и попытался их откусить, но это оказалась какой-то резиновый шарик. Он попытался прокусить его, но ничего не вышло. Попробовал закричать, но вышло какое-то жалобное мычание. Потом пришло осознание. Он вскинул голову и поймал ухмылку Хакубы, снимавшего с себя пиджак и накинувшего какой-то халат, поверх которого одел тяжелый прорезиненный белоснежно-белый фартук. Знакомый до жути. Человек, отрезавший конечности своим жертвам, всегда был одет в такие одежды. Сейчас, когда Хакуба заканчивал одевать нарукавники, маску и шапочку, Кайто похолодел, понимая, что именно он был во всех тех видео… — Прости за кляп, — нахмурился он, мягко проводя рукой по спине. — Я не хотел, но твой язычок нам еще нужен, как и голосок. Так что, будь добр, заткнись, мой хороший… Кайто замычал, пытаясь выдрать пальцы из плена, сделать хоть что-то. На глазах собрались слезы. Все тело было зафиксировано слишком жестко, не было возможности даже чуть-чуть приподняться. Хакуба взял в руки пилу, любовно ее оглаживая, попробовал пальцем остроту - и слизнул каплю крови с пальца. Натянул тяжелые резиновые перчатки. Кайто чувствовал, как холодеют внутренности, он уже задыхался от ужаса. План отрешиться от чувств, как когда-то учил отец, провалился с треском. Надо было начинать раньше, гораздо раньше. Прикосновение вызвало озноб по всему телу, Куроба забился в ремнях, чувствуя, как последние капли надежды вытекают вместе со слезами. Мычание превратилось в отчаянный визг, когда Кайто увидел, как пила направляется к его руке. Хакуба неторопливо выбирал место, где будет резать, провел бритвенно-острыми краями по обнаженному предплечью от запястья до локтя. Первая капля крови упала на металлический стол одновременно с оглушительным грохотом, раздавшимся из коридора.