Все началось с Конца...

Тэхён 21 год Тэ стоял и смотрел вниз. Люди, как муравьишки, хотя с такой высоты даже автобус похож на жука. И от этого ему было до боли смешно, ведь ещё шаг и он станет пятнышком на асфальте...

***

Месяц назад. — Фу! Сколько можно? Опять вишня? — Ну и что? Гукки ты тоже опять берешь мяту. Я же по этому поводу ничего не сказал, — сказал Тэ, усмехнувшись и умиляясь, с того какой макнэ милый когда ест мороженное. — Кстати, Ви, ты же знаешь, нас пригласили на званый ужин в субботу. — Да, конечно, я даже успел узнать какие смокинги мама купила для нас, — смеясь произнёс Тэхён, после чего замер, смотря на то, как Гук слизывает расстаевшее мороженое с руки. Старший так бы и стоял, вечно взирая на это зрелище, но, к его огромному сожалению, ничто не вечно. Чонгук быстро сдавшись, просто выкинул остаток сладости в урну и вытер салфеткой, замаравшуюся часть тела. — Так не хочется идти на эту встречу... — проскулил младший. — Терпеть не могу галстук, он точно меня удушит, — ныл Гук. — Не бойся, обещаю галстук тебя не убьёт, я тебя защищу, — поцеловав Гукки в лоб, ответил ТэТэ. И да, они не скрывали своих отношений. Два года назад они рассказали об этом родителям, и те были совсем не против, даже рады. Но фамилию Тэхен все же вернул старую и опять стал Ким Тэхеном, мало ли что, а портить репутацию родителям хотелось меньше всего, он слишком их любил. Но несмотря на необходимость данного поступка, носить фамилию мёртвых родителей было больно, и чувство тревоги не оставляло Кима уже давно. Но он это скрывал как мог, ведь меньше всего он хотел кого-то волновать, особенно его любимого Чонгук-и. Суббота. Только не это. Родители, одевшись, ждали своих сыновей в машине. Ведь те сказали им спускаться, что они выйдут сразу за ними, но этих двух не было уже 15 минут!!! — Господи, да где их носит?!— не прекрщала ворчать мама. — Я все понимаю, они никогда не были пунктуальны, но это уже перебор. В этоже время двое "братьев", совсем позабыв о родителях, целовались в прихожей. Их разум перестает им повиноваться, обоих пронизывает страсть. Тэ, не переставая целоваться, подтягивает бедра Чонгука к себе. Он, не зная, куда девать руки, кладет их ему на грудь, а затем скользит вниз к его животу. У Тэхёна горячая кожа, и грудь поднимается и опускается с каждым вдохом и выдохом. Он отрывается от манящих губ Чонгука, но прежде, чем тот успевает что-то сказать, Ви уже ласкает его шею. Младший чувствует каждое движение его языка. Чувствует его дыхание.ТэТэ запускает руку в волосы Чона и придерживает голову, пока целует его шею. Его зубы касаются ключицы брата, и он уже не может сдержать стона, когда тот начинает покрывать его тело поцелуями. —Тэ, я тебя понимаю, но давай после. Родители ждут. Хоть Ви и не хотел, но он сам прекерасно понимал, еще немного и мама сама поднимется к ним, так что уединиться в любом случае не выйдет. — Айщ!!! Ты прав, но смотри, Гукки, ты сказал: "Давай после". Чони лишь мило улыбнулся и кивнул, ведь сам понимал, что еще чуть-чуть и он бы сам набросился на старшего.

***

Вечер как и ожидалось, был скучный. Люди только и делали, что хвастались своим состоянием. А холостые мужчины красивой пассией. Несмотря на возраст сыновей, родители строго настрого запретили Чонгуку и Тэ пить алкоголь, хотя те и не особо хотели этого. Ведь они и так пьянеют друг от друга. С каждой секундой нахождения рядом, их возбуждение растёт, но каждый пытается терпеть, ведь они должны хорошо показать себя перед коллегами родителей. Но первым не выдерживает Тэхён, он хватает Чона за руку и тащит в туалет, благо они в этом ресторане не общие. Зайдя в уборную, Ви со всей силы прижимает Гукки к умывальнику с широким мраморным ванным столиком. — Как же я тебя хочу...— рычит ТэТэ. — Милый, но разве та милая девушка, дочь как там его... Ну короче ты понял, разве она не лучше меня? — спрашивает Гук, о да пока они послушно ходили с родителями, к Киму постоянно липла одна "особа". И как же младшему об этом не вспомнить. — Айщ!!! Чони нашёл к чему придраться в такой момент. Как ты не понимаешь? — Чего? Чего я не понимаю? — уже начал заводиться Гук. – Того, что я хочу только тебя. Больше жизни, хочу быть с тобой, целовать, обнимать и никогда не отпускать, — Тэхён снова смотрит на Чона. В животе у младшего все переворачивается снова и снова, голова начинает кружиться. Воздух между ними в очередной раз куда-то девается. Запрещенный прием попадает точно в цель, потому что он тоже хочет его. Больше всего на свете. Гукки берет его руки и тянет на себя. Ви возвышается над ним, растерянно смотря на мелкого. Вцепившись пальцами в воротник его рубашки, тот тянет его вниз. Их глаза – на одном уровне. Он глубоко вздыхает и переводит взгляд на губы Тэ, и обратно. Он облизывается. — Поцелуй меня, — просит Чон. Тэхён наклоняется, обнимает его и кладет спиной на мрамор. Гук раздвигает ноги уже второй раз за сегодня, и Ви оказывается между ними. Его лицо – всего в сантиметре от Чони, и тогда тот поднимает голову, чтобы его поцеловать. Он не может больше ждать. Когда их губы соприкасаются, ТэТэ, отстранившись, целует Чона в шею, и снова в губы. Он целует осторожно, и Чонгук вздрагивает от удовольствия, Тэ еще раз проводит губами, а затем языком, полностью закрывая ему рот и вновь открывая его. Одной рукой он упирается ему в бедро, постепенно расстёгивая и стягивая штаны вместе с бельём, другой — нежно проводит по его щеке. Гукки обнимает его, плотно прижимая к себе. Каждой своей клеточкой он хочет впиться в его губы, сорвать с него рубашку, но мягкость и нежность, с которой он его целует, еще приятнее, чем обычный их внутренний пожар. Узкие бедра Тэ касаются бёдер младшего брата, и тот еле слышно постанывает. Ви глотает его стон, он перетекает из губ в губы. — О, Чони, что ты со мной делаешь… что ты заставляешь меня чувствовать! — шепчет он. Догадываясь, Чонгук опускает руку к его ширинки, начиная медленно гладить это место. Тэхён отпускает его щеку, скользя пальцами к груди, вниз по животу, отчего по телу Чона бегут мурашки. Его рука оказывается между их телами, он раздвигает ноги Чонгука, и тот задыхается, когда Ви начинает нежно гладить набухший от возбуждения член младшего. Он надавливает чуть сильнее, и Чони со стоном выгибается назад. — Раздвинь ноги, детка, — шепчет он, и Чонгук подчиняется. Рот ТэТэ растягивается в безумной улыбке, и он целует Гукки под кадык. Опускаясь ниже, он проводит языком вокруг его члена, и Гук закрывает глаза. Когда Ви начинает пощипывать губами нежную кожу бёдер, Чон взвизгивает от удивления. Это болезненно, но в то же время настолько чувственно, что он не возражает. — Тэхён , пожалуйста! — выдыхает Гук. Ему нужна передышка от этой медленной, дразнящей пытки. В этот момент язык Тэ без предупреждения надавливает в самый центр головки, и Чон чуть не плачет от удовольствия. Ви ласкает языком член Гука, заставляя того цепляться руками за его волосы. Под умелым языком Ви младший извивается, и ТэТэ крепче прижимает его к столику. Не спрашивая разрешения, Тэхен медленно скользит пальцем внутрь Гукки. Чон держит глаза закрытыми, ожидая, когда неприятное ощущение исчезнет. — Все в порядке? — обеспокоенно спрашивает Тэ. Он слегка приподнимает голову, и его пухлые губы блестят от влаги. Гук кивает. Не в силах подобрать слова, и Ви медленно вынимает палец и снова погружает его в брата. В сочетании с языком это дает невероятные ощущения. Чувствуя холодный мрамор под собой, который создаёт дополнительные ощущения, Гукки заводится ещё сильнее. Чонгук продолжает стонать и перебирать руками его мягкие волосы, запуская и вынимая пальцы из его шевелюры . Палец Тэ остается в нем, медленно поворачиваясь. Стон Гука разносится по всему помещению, эхом отражаясь от стен, но он об этом не думает. — Тэ! – полукричит-полушепчет Чон, когда палец Ви находит самое чувствительное место, и тот начинает двигать пальцем быстрее, постоянно задевая пучок нервов. Никогда не думал, что могу испытывать подобное. Мое тело содрогается от наслаждения, и я украдкой смотрю вниз на Тэхёна: между моими ногами он выглядит невероятно сексуально; когда он двигает пальцем вперед и назад, под кожей перекатываются крепкие мышцы. — Мне продолжать? — спрашивает он. Чонгук совершенно не владеет языком и только отчаянно кивает. Ви улыбается и резко входит в него, быстро двигаясь, постоянно задевая чувствительное место, которое буквально ведет Гукка к блаженству. Ноги Чона немеют, и он без конца повторяю имя старшего, приближаясь к финалу. Он смотрит и не видит, безумно вращая глазами. Тэ держит его и двигается все быстрее. Чонгук убирает одну руку с его головы и закрывает себе рот, кусая тыльную сторону ладони, чтобы не закричать. Через несколько секунд его голова откидывается назад, слабо ударяясь об стекло, а грудь тяжело вздымается и опускается. Все тело покалывает от эйфории. Через пару мгновений к финалу подходит и сам Тэ, предварительно выйдя из брата, и кончив в унитаз. Немного одышавшись, они убирают следы своего преступления, одеваются и выходят, как будто у них не было пару минут назад жаркого секса. Буквально спустя 5 минут, их находят родители. Отец говорит, что маме стало нехорошо, и они хотят вернуться домой. Братья только рады по скорее вернуться, поэтому кивают, тем самым соглашаясь с родителями, и вся семья дружно следует на парковку.

***

      Яркий свет. Звук тормозов. И темнота. Это всё, что помнит Тэхён. Это единственное, что он помнит о последних секундах жизни всей его семьи. На двадцать первом году своей жизни Ким Тэхён второй раз лишился родителей и первый раз — любимого человека. Автокатострофа. Опять. Как ему рассказали копы. В них въехала фура, водитель которой потерял сознание. Сам Ви был тяжело ранен, но выжил. Отец и мать скончались на месте, а Чонгук умер в машине скорой помощи от потери крови. Но, так как у него в карте было написано: донор органов. То его органы пересадили Тэ, а точнее, одну почку и часть печени. Другие органы решили оставить, щадя старшего брата, которому после выписки придётся похоронить всю его семью. Тэ и так тяжело выздоравливал, а сильная депрессия только ухудшали состояние, но буквально через месяц он был выписан. Правда семью Чон похоронили ещё на первой недели, Ким тогда ещё был в коме, и врачи не знали очнётся ли он.

***

Настоящее время.       Сегодня Тэхён ходил на могилу родителей и Чонгука. Его эмоции нельзя передать, так больно ему не было даже в детстве. Но сейчас это было ужасно, опять потерять семью — больнее ножа в сердце. Но ещё больнее понимать то, что он уже никогда не увидит, не обнимет, не поцелует Его, милого младшего брата. Он все бы отдал, чтобы, хотя бы услышать его. Но нет. Единственное, что он сейчас имеет, это режущая боль в сердце, которую он хочет остановить и без разницы как. Даже если ему придётся прыгнуть с этой КРЫШИ вниз. Потому что он больше не может, это конец...