Твой почерк на стене

Громкий звук будильника заставляет Чарльза вскочить с постели. Это было ошибкой, ведь голова ужасно затрещала, не успел он и руку поднести, чтобы отключить источник этого ужасного звука. Он безумно хотел либо выпить таблетку от головы, либо сдохнуть, не мучаясь. Решив, что первый вариант более разумный, он сначала пошел на кухню за водой. Но там уже ждала его слегка рассерженная сестра, которая едва ли пыталась скрыть свое недовольство. На столе он заметил желанную таблеточку и стакан воды. — Я даже разговаривать с тобой сейчас не хочу, — сказала спокойно Рейвен. — Сегодня у меня и так сложный день и портить настроение с самого утра совершенно не хочется. А вот когда я вернусь, буду ждать объяснений, какого черта ты пришел домой с репетиторства пьяный и в чужой одежде. А сейчас пей свою таблетку, ешь завтрак и беги на работу. И да, попытайся выглядеть хоть немного менее помятым. Удачи. Она поднялась со стула и, надев в коридоре куртку, гордо вышла из дома. — Ахринеть, — сказал Чарльз, но все же выпил таблетку. Есть совсем не хотелось, но он понимал, что вряд ли выдержит без еды пол дня, так что съел половину бутерброда без особого желания. Что было прошлым вечером он помнил смутно — только разлитый чай и постепенно пропадавшее между ними смущение после второго стакана виски. Голова все еще давала знать о похмелье, но и работа никуда не пропадала. Он старался как можно быстрее собираться, ведь уже и так прилично опаздывал. Заставлять учеников ждать было не совсем уместно, но Чарльз ведь тоже человек, может и опоздать один раз. Выйдя на улицу и не обнаружив там свой автомобиль, Чарльз слегка запаниковал. Он стал заново перебирать в голове вчерашний день и вспомнил, как ехал на нем до дома Леншерров. Тогда как он добрался назад? Стоит ли автомобиль до сих пор у Леншерров или…? Чарльз приложил пальцы к виску, пытаясь заглушить так много вопящих, серьезных вопросов, за которые Рейвен ему голову оторвет. Да и сам он не был от себя в восторге, как можно было так напиться со студентом, чтобы не помнить события прошедшей ночи? Вновь взглянув на часы, он ускорил шаг и буквально перепрыгивал ступени в институте. Может, Чарльзу стоило взять выходной? *** На пути из кабинета истории в учительскую Чарльз поймал на себе столько же заинтересованных взглядов, сколько и на уроке. Все пялились и изредка о чем-то перешептывались. Может, у Чарльза начинается мания преследования? Он все никак не мог перестать об этом думать. Глупые студенты. С утра в спешке он даже забыл налить себе кофе, что заметно сказалось на его состоянии. Он размышлял, как бы не заснуть прямо на паре во время лекции, которую сам и читал. Теперь он совершенно не осуждал упавших грудью на парту студентов, то и дело прикрывающих глаза от недосыпа. Он бы и сам сделал то же самое, если бы не вел пару. Поспать на диване в учительской было невероятно заманчивой идеей, однако не дозволено. Как жаль. В коридоре из размышлений вырвал Логан, резко дернувший его за локоть. — Привет, — мягко улыбнулся Хоулетт, — выглядишь просто ужасно. Тяжелая ночка? — Не то слово, — он еле сдержал порывающийся зевок, — у тебя с собой случайно нет кофе? — Да, кофе бы сейчас не помешал. Меня назначили ответственным за оформление декораций в будущем спектакле, так что времени особо нет, прости. Так бы с радостью еще поболтал. Кстати, не додумался водолазку надеть или хоть как-то прикрыть свои засосы? — он ухмыльнулся, указывая на свою шею. Чарльз нахмурился, словно не понимая, о чем говорит Логан. — Ты в зеркало не смотрелся что ли? Гляди, да твою личную жизнь уже весь институт обсуждает, — он указал на толпу хихикающих первокурсников, которые поспешили пойти дальше. Чарльз шокировано глядел на Логана, не в силах сказать что-либо. Какого черта он ни разу не посмотрелся в зеркало за все утро… Дотронувшись до шеи, он почувствовал неприятную боль на месте слегка выпуклой кожи. Быстро достав телефон и разглядев на экране дисплея свою шею, он окончательно убедился — это был засос. На другой стороне шеи красовался такой же, но чуть ниже первого. Его серый свитер абсолютно не скрывал данную часть шеи, и Чарльзу сразу стало неловко. Значит, вот как они ночью раскрепостились… Он надеялся, что дальше этого дело не зашло. Было бы слишком неловко смотреть в глаза Эрику после такого. По выражению лица Чарльза Логан понял, что неожиданной новость о засосах была не только для студентов, но и для самого историка. Это было нелепо, но Логан не мог смеяться над этой ситуацией. В жизни его друга определенно происходило что-то странное. — Софья сейчас случайно не в институте? — оторвав наконец взгляд от телефона, жалобно протянул Чарльз, — девушки постоянно носят с собой в сумке косметичку с этим… Кремом маскирующим. Может, хоть у кого-то… — Да, она сейчас здесь, — перебил его Логан, — иди в кабинет искусства и спроси ее сам. Мне действительно нужно идти, Чарльз. А после ты обязан будешь мне объяснить, что с тобой происходит. «Да мне бы самому понять» — подумал Чарльз, глядя на удаляющуюся спину Логана. Еще немного и он сойдет с ума от незнания событий вчерашней ночи, и Эрик, как назло, весь день не попадался на глаза. Может, хоть он расскажет о случившемся. В противном случае это останется загадкой навсегда. Зайдя в кабинет и не постучав, он вновь выглядел неловко, обнаружив удивленные взгляды студентов и не менее удивленный Софьи, ведущей, как он и предполагал, пару. Девушка быстро извинилась перед студентами, положила бумаги на стол и скрылась за дверью вместе с Чарльзом. — Ты стучать вообще умеешь? — Прости, последнее время часто забываю. Меня сюда послал Логан, чтобы… — Случайно не чтобы скрыть эти яркие засосы? — она неловко указала на шею Чарльза. Он кивнул и продолжил. — Поможешь? Она улыбнулась и сказала следовать за ней в лаборантскую. На этот раз здесь было намного чище, и даже легкий творческий беспорядок создавал чувство уюта. Рядом с термосом на стуле стояла сумка, и девушка, не долго копаясь в ней, достала из нее какой-то странный коричневый тюбик. — Держи, — она протянула его озадаченному Чарльзу и подвела к зеркалу в полный рост, находившемся на шкафе. — Спасибо, но…как это использовать? Он нажал на, предположительно, дозатор, но ничего не произошло. — Берешь вот так, — девушка повернула крышку диспенсера, и теперь, после очередного нажатия, оттуда на руку Чарльза вылилась светло-коричневая масса, — и наносишь на нужный участок кожи. Тоналка сольется с ее цветом, поэтому наноси только на… То место, куда надо. Смотри, не используй все, он дорогой вообще-то. Софья весело улыбнулась Чарльзу в последний раз и оставила его в лаборантской одного. В темном дисплее телефона засосы выглядели не так ярко, как сейчас в зеркале. Они действительно ярко-багровым цветом выделялись на бледной коже, не заметить их мог только слепой. Ну или Чарльз, который, умываясь с утра, обратил внимание лишь на усталые голубые глаза. Осторожно дотронувшись до левого засоса, он принялся аккуратно наносить тональник подушечками пальцев. Так легко и быстро, насколько мог. Теперь, глядя в зеркало, таких явных следов его бурной ночи видно не было, но Чарльз не поленился намазать еще один слой. На всякий случай. *** В первой половине дня, кажется, добрая половина студентов успела увидеть отметины на его шее. И теперь на последней паре старшекурсники, пусть и не так открыто, но все же перешептывались и смотрели на уже почти нормальную шею Чарльза. Последняя пара и он может быть свободен. Последняя пара на которой сидит Эрик Леншерр. И, поймав его взгляд, улыбается Чарльзу. Сидя, в мать его, черной водолазке. «Маленький ублюдок» — думает Чарльз, тут же прячась за стопкой конспектов. *** После звонка он собирался уходить и, пока паковал вещи в портфель, совершенно не обратил внимание на то, как класс покинул последний студент, но дверь не закрылась. Чарльз поднял глаза на Эрика, стоявшего рядом с его столом и явно хотевшего ему что-то сказать. Он решил подождать, пока тот начнет говорить. — Как вы себя чувствуете, профессор Ксавье? — выдал, наконец, Эрик. — Ужасно. Но знаешь, что ужаснее всего? — он начал не очень-то спокойным тоном и думал, что вот-вот сорвется, но сдержался, — то, что я не помню, где оставил свою машину. Не совсем ложь, но слова так обжигали язык. Эрик, на удивление Чарльза, принялся рыться в карманах джинсов и вскоре достал оттуда связку ключей, чертовски знакомых Ксавье. — Вот, — потянул их Эрик и мягко улыбнулся, — я привез машину, как вы и просили. Мгновение, и перед глазами Чарльза всплыла картина вчерашнего вечера. Дом Леншерров. На улице темно, только несколько фонарных столбов и свет от лампочки такси могли осветить дорогу. Чарльз вместе с Эриком идут и весело над чем-то смеются, пока покачивающийся Чарльз наконец не садится в такси. Не без помощи Эрика. Он роется в обоих карманах и когда достает связку ключей, бережно кладет их в руку, как видно, тоже не совсем вменяемому Эрику. — Держи, завтра привезешь и припаркуешь возле института. Договорились? — почти внятно, но так наставнически произнес Чарльз. — Будет сделано, — отсалютовал пустой бутылкой Эрик и нагнулся, чтобы поцеловать Чарльза. — Я… — Чарльз пребывал в состоянии крайнего шока, но не хотел показывать этого Эрику. Он должен аккуратно выяснить подробности вчерашней ночи. — Конечно, точно. Спасибо.