Амнезия

Два долгих дня Генос старательно не думал о Сонике, но мысли постоянно вертелись вокруг него. Казалось, за прошедшее время, после того как закрыл дверь в его квартиру, он думал о Сонике больше, чем об учителе. Нужно было его проведать, все-таки ему тяжело сейчас приходится, но он не обязан. Соник из тех людей, которые выживут в любой ситуации. Уж Соник точно не потеряет свои навыки! Привычки, выработанные до автоматизма, над действием которых не задумываешься, память не забывает. Или все же он слишком предвзято относится к Сонику и завышает человеческие возможности? — Так и будешь стоять? Генос посмотрел на учителя. Он не заметил, как тот вошел в кухню. — Простите. — Генос ополоснул тарелку и поставил ее в сушилку. — Задумался. Вам сделать чай? — Давай. Генос достал чашку, фильтры, заварку, сахар. Привычные действия получались без малейшей спешки. Соник вряд ли способен о себе позаботиться. Может, Генос принижал способности потерявшего память? Доктор говорил, что базовые знания сохранились, но как насчет чего-то посложнее? Пользование мобильником, ориентирование на местности или вовсе простое разогревание еды на плите? — Может, тебе сходить к Стенчу? — Зачем? — Генос налил кипятка через фильтр, рассматривая, как вода окрашивается в зеленый цвет. Убрал все ненужное и протянул учителю чашку, от которой поднимался приятный запах. — Я всего лишь задумался, ничего необычного. — Как знаешь, — Сайтама отпил чай и внимательно посмотрел на Геноса. — Надеюсь, ты не развалишься на части посреди боя. — Со мной правда все в порядке. Никаких сообщений о поломках не поступало. — Ну смотри. Учитель направился в комнату, почесывая поясницу. Генос смотрел ему вслед и только минутой погодя вспомнил, что хотел предложить к чаю пончиков. За мыслями о Сонике он совсем перестал думать о вещах более важных — готовить ли вечером набэ, налепить онигири на случай нападения монстров, чтобы учитель не бежал голодным, и мог в дороге перекусить. Или, например, нужно было еще неделю назад купить стиральный порошок. — Я в магазин. Порошок победил. — Лады. — Еда на столе, когда доедите все, поставьте посуду в раковину. — Помню я, помню, — не отвлекаясь учитель перелистнул страницу манги. До магазина Генос не дошел. Как ни старался себя успокоить, волнение за Соника пересилило. Он посмотрит всего одним глазком, на расстоянии, убедится все ли хорошо, и сразу же уйдет. Дверь с тихим скрипом приглашающе открылась, стоило коснуться ручки. Внутри было тихо и как-то мертво. Ощущение пустоты навалилось на плечи. В комнате царил беспорядок — перевернутый футон, раскиданная одежда на полу, сорванные шторы. Грабитель? Как давно он тут был? Что стало с Соником? Нет, Соник мог за себя постоять... Ну да, месяц назад точно мог. Генос постоянно забывал, что Соник стал обычным человеком, и уже не владел навыками ближнего боя. Датчики обнаружили человека в ванной. Прислонившись к стене, Генос дождался когда он выйдет наружу и почти без замаха ударил в солнечное сплетение. Тело, изрешеченное шрамами, уклонилось. Генос ударил ногой, перехватил руки и, прижав к полу... — Отпусти! Генос взглянул в лицо и оторопел: — Соник? — А ты кого ожидал увидеть?! Монстра? Генос пялился и не мог поверить, что перепутал его с грабителем. Заинтересованные глаза Соника следили за ним, приоткрытые губы едва подрагивали. К напряженной шее налипли кончики мокрых волос. Грудь, разукрашенная самыми разнообразными шрамами, часто вздымалась. На плоском, накачанном животе перечеркивал старые шрамы широкий рубец — след от ножа Геноса. Развязанное полотенце едва прикрывало бедра. — Долго ты меня еще рассматривать будешь? — уточнил Соник, но не пытался вырваться. Он послушно лежал под ним. Взгляд застыл на свежем шраме, контрастировавшим со светлой кожей. Это его вина, что все так получилось и у Соника добавился новый шрам. Остальные не заканчивались животом и уходили ниже, под полотенце. Поймав себя, что бесстыдно и без тени смущения пялится на полуголого Соника, Генос порадовался, что не может краснеть. Собравшись с мыслями, он сказал: — Я думал, что тут грабитель — дверь была незаперта. То, что Соник уклонился от первого удара, дошло только сейчас. — Ты... — Как спросить о том, что Соник сделал, не намекая на его способности до амнезии? — Я в порядке, — Соник не выглядел смущенным, и сложно было понять: то ли это новая черта характера, то ли старая привычка. — Только ты меня здорово приложил... Это у нас игра такая раньше была? Потому что от первого удара я чудом уклонился. Слушая переживания Соника и радуясь, что память не вернулась, Генос постарался не смотреть на манящий шрам. Это было довольно сложно сделать. — У меня доктор спрашивал не обучал ли ты меня всяким таким штучкам, готовя к экзамену на героя, — продолжал Соник, лежа под ним и не чувствуя никакой неловкости. — Но я же ничего не помнил, а теперь думаю, что он был прав. Иначе ты бы голову мне проломил своим кулаком. Генос освободил Соника и сел рядом. Перед глазами все еще стояла картинка как Соник уклоняется — в самом деле, всего миллиметр и секунда опоздания, и Генос убил бы его. С монстрами Генос не церемонился и всегда бил в полную силу, но до учителя, конечно, еще далеко. И хорошо, не хватало еще случайно угробить Соника. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил тот и тронул за плечо. Генос посмотрел на него, кивнул, и взгляд снова опустился на шрам от ножа. Прикрыв глаза и подавив желание прикоснуться к нему и расспросить, насколько глубоко проникло лезвие, Генос глухо попросил: — Оденься, пожалуйста. Соник молча поднялся, перевязал покрепче полотенце и, на несколько секунд замерев, все же прошел в комнату. Генос прислушивался к тихим движениям, едва различая их в тишине. Навыки у Соника остались — тело пусть и с опозданием, но отреагировало в нужную секунду. Вот второй удар пришелся в цель — Генос помнил упругость бока. Он даже не спросил, больно ли Сонику. Но тот не выглядел особо раненым, улыбался и не показывал свою боль. Если бы удар пришелся на шрам, Соника сложило бы пополам и пришлось заново везти в больницу. — Зачем ты пришел? — спросил Соник, появившись в коридоре. Он прошел на кухню, и Генос последовал за ним. Соник выбрал обычную одежду: черная байка, шорты, белые носки. Растрепанная челка убрана под яркую фиолетовую заколку. Наверное, купил в магазине. То, что Соник сумел сходить в магазин и не потеряться, расстроило. В то же время Генос успокоился тем, что не найдя Соника в квартире, стал бы ругаться и пошел на поиски. — Проведать, как у тебя дела, не умер ли. Соник обернулся с занесенным над плитой чайником. И снова этот нечитаемый взгляд, от которого застывает обработка данных. — И как, убедился? — сдержанно спросил Соник. В его голосе читалось раздражение? Генос успел что-то не то сделать, что Соник изменил к нему отношение? — Что-то случилось, что ты мне не рад? — Просто, — Соник закусил нижнюю губу, обдумывая ответ. — Ты явно не рад общению со мной, и я не хочу обременять тебя волнением о себе. Как видишь, я в порядке. Геносу не нравилось к чему вел Соник. Получалось, Генос, взяв на себя ответственность за опеку над ним, при первой же возможности хотел от него избавиться? Такое положение дел совершенно не устраивало. — У тебя плохо получается быть самостоятельным, — сказал Генос. — Как-нибудь справлюсь. Нашел же я как-то магазин, — и смущенно добавил: — проплутав три часа вокруг. Но нашел же! — И обратную дорогу искал столько же? Соник ничего не ответил, но его молчание было слишком красноречивым. Генос едва не засмеялся, но мысленно дал себе пинок. Умудрился же поселить его в квартире со своими стандартами, а о комфорте Соника не подумал. Да кто же знал, что все так получится? И потом, Сонику полезно гулять на свежем воздухе и изучать обстановку. Бегает же учитель в другой район или город пешком на распродажи и не жалуется. — Еще и дверь нараспашку, а в комнате бардак. — Генос фыркнул. — Я просто не прибрался, пока искал во что переодеться, — пристыженно пробурчал Соник. — Я справлюсь, так что можешь больше не обременять себя заботой обо мне. — А деньги где возьмешь? — Устроюсь на работу. Там же с кем-нибудь и познакомлюсь. Тихое "наверное" поглотил вскипевший чайник. Соник хотел отвязаться от него как можно скорее. Останется он один, и что тогда? Загнется тут, особенно с частыми тревогами из-за появляющихся монстров — телевизора, радио и телефона у Соника не было. — Почему ты так стремишься к самостоятельности? — Генос сам не знал, что хочет услышать на свой вопрос. — Ты меня боишься? Соник едва заметно передвинулся подальше, что не ускользнуло от внимания. Он заварил в чашке пакетик зеленого чая. Геносу ничего не предлагал, видимо, о социальности и культуре ему придется рассказать позже. — Ответь. Соник вздрогнул, не поворачиваясь, сказал: — В первый раз ты смотрел на меня так, словно готов был зарезать на месте. И потом я тебя поцеловал, а ты очень сильно разозлился. Воспоминание о поцелуе, котором Генос успел забыть, навалилось ощущениями сухих губ, длинных пальцев в волосах, тепле прижатого тела. Губы у Соника были горьковатыми после лекарств больницы. Сейчас не об этом следовало думать, и не о теле Соника точно. — И ты решил, что я тебя ненавижу? — Генос уже подзабыл, как отреагировал в первый раз на Соника, а тот помнил до сих пор. И теперь все суждения опирались на первое впечатление. Еще бы, его пустая память поглощала новую информацию как губка. — Я не слепой, — Соник впервые посмотрел на него, поджимая губы. — Вижу, как стараешься держаться на расстоянии и защитить своего учителя, которого любишь, но тебя сдерживают обязательства передо мной. Ты о них вспоминаешь и эта борьба очень заметна. Опустив взгляд в чай, Соник замолчал. Он не сделал ни одного глотка. Казалось, чашка для него служила якорем, чтобы не быть безоружным, и заодно придавала сил. — Ты много болтаешь. — Прости. Генос так и не научился слышать извинения от Соника. К такому вряд ли можно привыкнуть всего за три встречи. — Когда память вернется, я тебя не побеспокою, — добавил Соник. Не побеспокоит, как же. Да он первым делом побежит к учителю, забыв об обещаниях. — Когда вспомнишь, тогда и будем разбираться. Кивнув, Соник все же отпил не поднимая взгляда. Облизав губы, он отставил чашку в сторону. — А ты был прав, кстати. Я готовил. Во всяком случае, навыки владения ножами у меня на очень высоком уровне, — гордо сказал Соник и вытянул один из ножей. — Мне этот набор презентовали в магазине, когда я выиграл по нарезке овощей у их профи. Улыбнувшись, Генос опять задумался о навыках Соника. Владение мечом и кунаями все-таки можно использовать в бытовой жизни. Вон, сумел же порезать овощи и даже что-то выиграть и никого при этом не убил. И горд этим, словно завоевал целый мир. — Тело само двигалось, — продолжал увлеченно говорить Соник. Он вертел в руках нож, и лезвие отбрасывало ему на лицо блики. Геносу показалось, что Соник сейчас кроваво улыбнется и кинется на него с ножом. — Это было так здорово! — Я же говорил. Нужно будет в следующий раз купить овощей в магазине и устроить небольшое аналогичное соревнование. Нет-нет, какое еще соревнование? Какой следующий раз? Генос покачал головой. Такой Соник был более опасен — он притягивал и о нем хотелось заботиться, как об учителе. Только в отличие от учителя, Соник был беспомощен.