Амнезия

— И вот что мне с тобой делать? Соник не хотел возвращаться, когда убрал снайпера со своего пути. Так он думал несколько кварталов, пока бежал по направлению к своему тайнику. И все же от одного из выстрелов заложило уши, а все электричество отрубилось. Снайпер говорил серьезно и о планах “Когура”. Они когда-то давно заключили сделку с Палатой эволюции, чтобы та поставляла им усовершенствованных монстров. Их они хотели использовать для завоевания города. Крепкая броня на основе ДНК пришельцев выдерживала мощные огневые залпы, подавляя силу любого героя. Если герои выживали, то на этот случай была создана вторая программа по стиранию воспоминаний. Именно ее и испытали на Сонике, а теперь пытались убить. Он остановился. Тех героев, к которым нельзя подобраться, досконально изучили. Соник слышал, как глава “Когура” праздновал свою будущую победу. Он тогда сказал, что большая часть героев не помеха и даже станут на его сторону, если найти к ним правильный подход. В успехе он не сомневался, как и в "предательстве" героев. — Герои, которые будут на месте происшествий, станут на нашу сторону, — говорил он. — Те, кто для нас бесполезен — умрут в скором времени. Мы заставим Ассоциацию героев пожинать плоды своего раздувшегося эгоизма и величия, когда все падут перед монстрами. Мы им напомним, кто был всегда главным в городе и наводил ужас на мирных граждан. Управляемые монстры, управляемые герои, управляемое правительство — мы скоро станем всем править, и нас признают не только в городе, но и всей стране. — А как мы заставим героев быть с нами? Клонируем, что ли? — Намного лучше — вежливо попросим. Глупости, конечно. Так Соник думал, пока не испытал на себе, как можно "вежливо попросить". Если бы не Генос, то Соника давно убили. За ним следили все это время, наблюдая за действием сыворотки. Найди его кто другой и запудри мозги, то Соник бы все сделал. Потому что следовать за кем-то, кому ты хотя бы немного нужен лучше, чем сидеть и ждать, когда чернильная пустота огромного мира поглотит тебя. Соник развернулся: перед ним расстилалась длинная улица. Раны пока еще не напоминали о себе — действовало обезбаливающее, которое Генос дал при пробуждении. Надо будет его поблагодарить, что ли. Он был таким заботливым и внимательным, даже милым. О да, и помог кончить... словно Сонику давно не хватало металлических пальцев в заднице и ладони на члене. — Твою же... Соник развернулся и побежал обратно. Если глава “Когура” не врал, то от Геноса должны были избавляться весьма методично. Так оно и оказалось. От героя S-класса Кибердемона осталось обездвиженное тело с головой и одной рукой. Над ним стоял наемник и целился в голову. Соник отреагировал молниеносно — ударом ноги выбил пистолет из его рук. Ножом, гревшим все это время ладонь, только вскользь задел шею. Насмерть не получилось, хотя Соник планировал закончить одним ударом, но слишком вымотался, да еще и ослабел после многочисленных ран, и смог только вырубить наемника. — Ты точно тормоз, — вновь сказал Соник телу Геноса. Теперь это был лишь кусок металлолома, который нужно было доставить в починку. Соник присматривался к Геносу и думал, как его не то чтобы утащить, а хотя бы поднять. С одной здоровой рукой он много не сделает. Еще и хвост из десятка убийц за Геносом неслабый. — Очнешься, я тебе точно врежу, — пригрозил Соник, заткнув нож за пояс штанов. — Герой-любовник... Ха. Он наклонился, подхватив Геноса под уцелевшую руку, потащил в сторону. Пыхтел Соник долго — было жутко неудобно, а ведь только пару метров преодолел. Разбираться с людьми намного проще, чем таскать всяких киборгов, которые не могут о себе позаботиться. Да еще и мнят себя невесть кем! К моменту, как часть врагов высыпала на улицу, Соник был злым как демон. Он приткнул Геноса к стене и пошел навстречу развлечению. Эти люди еще не знали, что последнее, что увидят — безумную улыбку Соника. И пусть он давно пытался избавиться от своей дурацкой привычки, в этот раз он дал себе волю и не сдерживался. Сонику всегда было плевать на людей. Тех, с которыми нужно было расправиться или стояли у него на пути, он считал трупами. Иногда они показывали что-то интересное, но на деле не представляли из себя ничего выдающегося. Так получилось и с этими наемниками. Без своих железок они были всего лишь расходным материалом для достижения цели. Тот, кто действительно представлял угрозу — валялся со сломанными ребрами в отключке. Соник не стал его рассматривать, был уверен, что они еще встретятся. Выбил из него дурь, чтобы не преследовал, и хватит на первое время. Переступая через трупы, Соник осматривался — не упустил ли кого. Нож не прятал на случай, если придется использовать, но все было тихо. Он вернулся к Геносу, который не подавал никаких признаков жизни, даже лампочки не мигали. — Привлекательный ты, зараза, — выдохнул Соник и присел, заглянул ему в лицо, взлохматил светлые волосы. В памяти всплыли подробности, как он сидел у Геноса на коленях и взахлеб целовался, дорвавшись до долгожданного. Руки Геноса доставляли удовольствие, от которого перед глазами темнело, а все мысли из головы выветривались. Да уж, от такого, пожалуй, только он и мог все вспомнить. Наверное, даже “Когура” не знала, что от их сыворотки есть спасение. Хочешь все вспомнить — кончи от рук киборга. Соник схватился за голову. Вот какого черта он сейчас это вспоминает?! Ему что, больше не о чем думать? Похоже, именно так. — Ладно, — Соник вздохнул и взглянул на Геноса. — Идем домой, железка. Он поднялся. Провозившись долгое время, Соник все же сумел кое-как взвалить металлическое тело себе на спину и понес его в сторону метро. Сперва Соник хотел зайти к Сайтаме и отдать ему ученика, но быстро отмел эту идею. Не хватало еще, чтобы Сайтама подумал, что это Соник уделал Геноса. Чего плохого, Сайтама от него мокрого места не оставит. Об обычной больнице Соник даже не думал — там лечат людей, а не металлолом. Пусть мозги у Геноса и были единственной живой тканью, но ему требовалось восстановление тела, как и контроль над ним. — Доктор Стенч, — пробормотал Соник, остановившись на перекрестке. Если выбирать между безумными учеными, как их окрестили в “Когура”, то лучше к нему. Бофои был слишком стар, да и требовал много денег за свои услуги. Оставался ученый, живший в бомбоубежище с кучей ловушек. Все старики были параноиками и обустраивали свои жилища всякими умными штуками. Так что выбор был очевиден. Да и Генос вроде говорил, что знаком со Стенчем... Или Сонику просто так казалось. Если бы Сонику не приходилось прятаться и прислушиваться к каждому звуку, то он добрался бы меньше чем за час. Но из-за преследования и остатков Геноса за спиной, нужно было действовать осторожно. Не хватало еще отбиваться повторно. Раны болели и жутко отвлекали. Ноги замерзли, и пальцев Соник не чувствовал, но упорно шел вперед. Остановившись рядом с доской объявлений, под навесом которой свисала едва заметная видеокамера, Соник вежливо постучал. Он привлекал внимание к себе на пустой улице и был очень заметен, но доктор или профессор — кем там был Стенч? — не открывал. Спал он что ли? — Я знаю, что ты дома, — сказал Соник, начиная еще больше раздражаться. — Если не откроешь, то я ворвусь и тебе придется угрохать кучу денег на починку своей охранной микроволновки и телевизора. Рекламная доска разделилась на две части, разъехалась, высвечивая тонкий голлографический экран. Стенч — дедок под семьдесят годков — протирал глаза. С его головы сполз колпак для сна. — Ты кто и что тебе надо? — Нужна твоя помощь, дед. Кое-кого надо реанимировать. Камера выехала и осмотрела всего Соника, кружась вокруг. Ее звуки действовали на нервы, но Соник предпочел сцепить зубы и терпеть. — Ты не по адресу, — ответил Стенч. Не прошло и пяти секунд, как все вернулось на место и Соник вновь стоял перед доской объявлений. — Сам напросился, — сказал Соник хмуро. Он извлек нож и пошел искать черный вход. Он помнил его по картам, которые изучал глава “Когуры”. Он основательно подготовился, узнал, где можно закупиться и чем, нанял лучших врачей, наемников, ниндзя... Всех, с помощью кого мог достичь своей цели. — Кто не спрятался, я не виноват, — громко сказал Соник прямо в камеру над входом в подвал, выбивая дверь. Первая ловушка сработала на входе. Датчики движения привели в действие троих дронов, которые палили по цели, стоило Сонику двинуться. Свалив Геноса, Соник на максимальной возможной скорости двинулся на дронов и одним ударом разрубил их на части. Остановился в конце коридора и вновь сказал громко: — Слушай, дед, мне правда надо. Пару летающих шаров Соник срубил не глядя, и продолжил: — Точнее даже не мне, а одному герою. Над дверью выехала панель, небольшой пулемет на платформе подсветился оранжевым. Соник едва успел вернуться к Геносу, закинуть его на плечо и спрятаться в угол — пулемет хаотично обстрелял весь коридор. Избавившись от пулемета попросту срезав его, Соник выбил дверь и вошел внутрь. Все, что встречалось на пути он методично уничтожал. Комнат в лаборатории было много, и Соник уже начал в них плутать, пока не вышел к центру управления и не поприветствовал Стенча. — Доброе утро, — сказал Соник, — бесплатная доставка. И сбросил Геноса к его ногам. — Я ничего не заказывал, — спокойно сказал Стенч. Его рука покоилась на клавиатуре. Экран высвечивал подтверждение какой-то команды. Прежде, чем Стенч дотянулся, Соник вытянул руку с ножом. Между его острием и левым глазом Стенча едва ли осталось пара сантиметров. — Одно неверное движение и ты труп. — Я тебе нужен, — сказал Стенч, начиная нервничать. Он явно узнал нож — смотрел на него с подозрением. — Ему, — Соник пнул ногой вырубленное тело. — Кибердемон, если знаешь такого. Наконец-то в глазах Стенча проступила хоть какая-то эмоция. Узнал, надо же. — Что ж вы сразу не сказали. Соник убрал нож. Стенч присел, распутал ткань, в которую Соник замотал Геноса, и начал проверять сохранившиеся остатки. — Чем его так? — Загорелся свет. — Он же был с Сайтамой. И что ты за герой, раз от него осталось столько? Все вопросы Соник игнорировал. Он стоял и смотрел, как выползшие из ниоткуда дроны-помощники передвигали остатки Геноса, проверяли и выдавали информацию. Соник не мог пошевелиться. Кажется, это был его предел возможностей. — Ты так и не ответил, кто ты. Не помню, чтобы мой мальчик о тебе рассказывал. — Мы с ним враги, — ответил Соник, прикрывая глаза. — И он считает меня помехой для своей жизни. — А Сайтама в курсе? Голос доносился сквозь толстый слой ваты. Соник прислонился спиной к стене, глубоко вздохнул. Его кружило все сильнее, он терял опору под ногами и концентрацию. — Не знаю. Его там не было, когда по нам стреляли. — Что вы делали среди ночи... Вопрос Соник уже не дослушал, проваливаясь в завертевшуюся воронку черноты. *** Несколько дней после включения, Генос провел у доктора Стенча, который приводил его в порядок. Слушать о себе пришлось много всякого и каждый день, стоило заговорить о том, как он вообще оказался в лаборатории. Он выполнял все, что от него требовалось — это лежать, не шевелиться и смотреть в потолок, который не мешало бы побелить и заделать дыру в углу. — Еще пару тестов и на сегодня закончим, — сказал доктор Стенч. Его не было видно из-за раскрытых металлический частей торса. — Хорошо. В отключке он был полторы недели, за которые его приходил навещать один раз учитель. Он интересовался, когда Генос вернется и пожелал выздоровления. Генос был рад учителю, интересовался, как он живет, чем питается, как продвигается его прохождение игры "Моя соседка — крутая шпионка" и многими другими мелочами. Учитель принес ему пару апельсинов и яблок, которые в ходе расспросов и съел. Генос совершенно не возражал — он вообще о них забыл. Раньше Генос бы радовался, что учитель к нему пришел спросить о здоровье, чего никогда не делал, а теперь... Теперь чего-то не хватало. Или вернее кого-то. Что случилось с Соником, Генос не знал. Доктор Стенч на расспросы не отвечал, повторял одно и то же "Лежи смирно и не дергайся". Но как можно просто лежать, если с Соником что-то могло случится? Конечно, Соник выжил, в этом Генос не сомневался, но иногда появлялись странные мысли, что его догнали и убили. — Мне нужно подтверждение, — в который раз заговорил Генос. — Не отвлекай, — попросил доктор Стенч. — Мне хочется знать, что произошло. Я могу подключиться к базе данных полиции через спутник и просмотреть видео с ближайших камер в том районе... — Молодой человек, — доктор Стенч поднялся и можно было рассмотреть его седые волосы, очки в толстой оправе и мазутный след на щеке. — Я пытаюсь вас починить, а вы меня отвлекаете вопросами. Представьте, что вы на приеме у доктора в больнице. Геносу стало стыдно. Он кивнул и замолчал. Стенч вновь скрылся в его внутренностях, — Когда я закончу с твоим реактором, предоставлю все материалы, которые у меня имеются, — добавил доктор Стенч. — Иначе как только ты полезешь копаться в их базе данных, то, чего доброго, перегреешься. — Извините. — А пока мультики что ли посмотри. Один из дроидов приблизился и спроецировал один из каналов на потолок. Там действительно шли какие-то мультики о супер-героях, изредка прерываясь на рекламу и новости. Из раскрытой грудины доносился металлический лязг, царапание и глухие звуки. Изредка профессор Стенч позволял себе ругнуться, чаще просто комментировал свои же действия либо размышлял вслух, как лучше сделать. Генос продолжал мучить свою память. Последние файлы, записанные телом, когда мозг отключился, повредились и давали частичное представление о случившемся. Большая часть из них представляла аудио с помехами очень плохого качества. Даже очистив от шумов и других звуков, все, что мог разобрать Генос, — это хриплое "Привлекательный... зараза". К кому это относилось, не понять, как и самого носителя голоса. Но Генос был уверен, что это Соник — он же вернулся за ним, значит, не бросил, принес доктору Стенчу. Но почему не остался? Почему решил сбежать? Генос крутил запись из двух слов на повторе как мантру. Даже задремать успел, пока его не разбудили громким хлопком. — Доктор Стенч, — Генос открыл глаза, сосредоточился на лице. — Простите, не слышал как вы звали. — Идем, говорю, к компьютеру. Генос осмотрел свое новое тело. Оно блестело в свете ламп, отражая яркие блики серебристого цвета. Усиленные щитками плечи с несколькими отверстиями для сброса пара в критических ситуациях перегрева, выдвижные части находились на бедрах, голенях и лопатках. Дополнительная амуниция появилась на предплечьях. Грудные пластины стали шире, как и сам каркас нового тела. Все новшества были загружены в память, поэтому Генос все рассмотрел и попытался изучить. — А новое оружие... — Я его убрал, — сказал доктор Стенч, шагая впереди. — Оно тормозило твою подвижность. Ты быстро двигался, но недостаточно. И, судя по тому, что я узнал, эту игрушку лучше пока оставить, если кто вздумает тебя разобрать на части. — Я бы справился... — Нет! — Доктор Стенч развернулся, сжимая в руке очки и указывая ими на Геноса. — Ты не можешь справиться даже с обычными людьми, оснащенными магнитной пушкой! Что уж говорить о монстрах? Чему тебя только Сайтама учит? Ты его хоть слушаешься? Генос посмотрел в пол. Он попытался вспомнить, что ему говорил учитель, но доктор Стенч был прав. Генос пропускал все мимо ушей, пусть и конспектировал старательно. Все, что ему было интересно — как учитель получил свою силу. А ведь были моменты, когда учитель наставлял, как правильно и лучше подойти к монстру и что сделать, но Генос всегда рвался вперед, думая, что непобедимый и бессмертный. Даже Соник доказал, что пусть он и преступник, но может разобраться с монстрами всего лишь наблюдая за ними. Ведь это он нашел слабое место тех монстров. — Ты слишком безрассуден, — покачал доктор Стенч головой. — Любой дизайн твоего тела, сделай я тебя хоть с небоскреб, будет легко побит, если ты не будешь думать головой. — Простите. — У тебя даже враги лучше разбираются в стратегии и знают, что делать при наименьшей затрате движений в ограниченном пространстве, — продолжал между тем доктор Стенч. — Что за враг? — насторожился Генос. — Тот, что принес тебя. Между прочим, — доктор Стенч улыбнулся, — кроме Сайтамы только он с легкостью прошел мой коридор ловушек. Конечно, не так легко, я преувеличиваю, но если бы он не был ранен и с обузой за плечами, то для него вся моя безопасность на одну минуту. Они остановились рядом с панелью управления и доктор Стенч нажал несколько клавиш. На экране открылось окно видео, записанное камерой наблюдения. Генос едва не ткнулся в монитор, чтобы поближе рассмотреть Соника и его раны, о которых сказал доктор Стенч. — Наблюдай и учись, — усмехнулся доктор Стенч и ушел. Генос изучал видео. Их было несколько, все с разной датой и перерывом в несколько дней. Они были склеены в одно из разных записей — доктор Стенч знал, что Генос будет задавать вопросы, вот и облегчил ему поиск. На первом видео Соник пробирался в лабораторию, уничтожив пулемет одним движением, пробрался к доктору Стенчу и угрожал ему. Соник сдал свою ношу и отошел в сторонку, отвечая на вопросы и ни в чем не соврав, а потом, зажимая живот руками, съехал по стене и потерял сознание. Доктор Стенч обнаружил только через семь минут три секунды, что с Соником что-то случилось. Его погрузили на каталку и увезли в другую комнату. Видео лечения не было. Следующая запись: Соник лежит в одной из лабораторий. Просыпается, скорее спохватившись, словно от барабанящего над ухом будильника, извещавшем, что он проспал. Первое, что сделал Соник, — выдернул капельницу, зашипев ругательства, зажал в руке иглу и только после осмотрелся. Вошедшего доктора Стенча он не пытался убить, задал всего один вопрос: "Как он?" и получил лаконичный ответ "Лучше тебя". На третьем видео Соник сидел в лаборатории. Весь в бинтах, он держал в одной руке стакан молока и печенье. Медленно жевал свой завтрак, наблюдая за работой доктора Стенча по починке Геноса. — Значит, ты потерял память? — спросил доктор Стенч, соединяя проводки микросхемы. — Да, — ответил Соник. — Какая-то сыворотка или около того блокирует память, оставляя память тела и рефлексы. Испробовали на мне, но, думаю, после успешного испытания ввели сыворотку нескольким героям. — Например? — Милая Маска, — Соник допил молоко. — Он был главным в их операции и хотел уничтожить Геноса. — И ты ему не позволил. — Но очень хотелось, — Соник довольно улыбнулся. — Почему передумал? — Меня хотели подставить, — сказал задумчиво Соник, вертя в руках стакан и глядя, как белый осадок скапливается на дне. — Я разыскиваюсь Ассоциацией Героев за определенные заслуги, поэтому проверять меня на причастность к делу не будут. Слово героя против преступника ничего не значит. А Милая Маска слишком влиятелен, несмотря на то, что не входит в S-класс. — Только поэтому спас? — Он еще неплохо готовит. — Да, — на мгновение в фокусе показалось улыбчивое лицо доктора Стенча, словно он услышал что-то очень и очень интересное. — Готовит он отлично. — И должен мне катану, — добавил Соник. Доктор Стенч улыбнулся, покачал головой и скрылся среди внутренностей Геноса. — Я тут кое-что заменил в теле Геноса, тебе должно понравиться. Соник склонил голову: — Надеюсь, заменили ту идиотскую пушку, которая с каждым разом требует все больше подзарядки по времени? Он слишком на нее надеется, как и на все остальные свои механические штуки. Стенч оторвался от микросхем, повернулся. — Мне довелось испробовать на себе лично, — Соник задрал майку, показывая бинты. Он провел по нескольким шрамам пальцем — Генос не мог оторвать взгляд от гипнотического движения — и добавил задумчиво: — Почему мне должны понравиться его новые детали? Мы же даже вовсе не... — Ты как никто оценишь их по достоинству, — усмехнулся доктор Стенч. — Съемные детали на любой вкус, все пожелания учитывались при дизайне. — Нет у меня никаких пожеланий. — Тем лучше для тебя. Соник замер с открытым ртом, не находя слов для ответа. Генос так и не понял, что такого было с этими съемными деталями — никаких сообщений не было, когда он проснулся. Прежде, чем Соник успел ответить, доктор Стенч опять развернулся к нему спиной и продолжил: — По-хорошему, тебе не мешает поделиться информацией о заговоре против героев. — Но лучше свалить и не попадаться на глаза. — Соник соскользнул со стула. На нем была широкая майка, штаны, мягкая обувь. Одна из рук в гипсе; зажил ли живот рассмотреть невозможно из-за одежды и новых бинтов. Нож Геноса обзавелся ножнами и крепился к голени ремнями. Соник по нему провел ладонью, едва заметно улыбнулся на секунду так, как улыбался только беспамятным. Генос отметил, что его нож невероятно шел Сонику. Вообще, оружие очень шло Сонику. — А как же мой мальчик? — спросил доктор Стенч, откидывая перегоревший провод. — Не будешь ждать? — Он бесполезен в бою, если не в роли мишени. — А как же готовка? — Мне его кексами закидывать Маску, когда нападет? — Не уверен, умеет ли Генос готовить кексы, — доктор Стенч развернулся, но Соника рядом уже не было. Обойдя тело Геноса, доктор Стенч вновь погрузился в его внутренности. Видео закончилось, но Генос поставил на повтор. Он смотрел до тех пор, пока не рассмотрел все в мельчайших деталях. Больше всего, конечно, удостоился внимания Соник. Было немного обидно, что он так пренебрегал Геносом. Пришлось себя успокоить тем, что Соник просто не хотел говорить о своих чувствах. Он же признал, что Генос привлекательный. Да и когда Соник все вспомнил — не отпрянул, а, наоборот, притянул ближе. И если бы Соник ничего не испытывал и оставался равнодушным, то не вернулся бы спасать. Когда доктор Стенч разрешил вернуться к учителю, Генос первым делом пошел к квартире, которую снимал для Соника. Там все осталось нетронутым, разве что окна поменяли. Внутрь Генос не заходил, все равно там никого не было — датчики не фиксировали движения. Убедившись, что Соника на месте не найдет, Генос вернулся к учителю. Учитель встретил улыбкой, даже обнял, похлопав по спине. — Учитель, вы ничего не убирали? — спросил Генос, осматривая квартиру метким взглядом и выстраивая список чем лучше заняться в начале. — Все как-то не доходили руки. — Тут очень пыльно. — Я ничего не вижу, — учитель последовал за Геносом на кухню. — Думал, скопить побольше посуды, чтобы одним махом помыть. Генос обернулся. На мгновение ему показалось, что за спиной стоял Соник. — И сколько раз вы уже мыли? — Два раза точно, — ответил учитель. — Я знал, что ты придешь. — Вижу, как вы подготовились к моему приходу. Учитель ушел в другую комнату читать мангу, а Генос принялся за уборку и готовку. Дни тянулись размеренно. Еще недавно Генос бы радовался тишине и спокойствию, но сейчас ему не хватало Соника. Он ждал, когда же тот придет и попросит учителя сразиться с ним, но все было тихо. Учителя все устраивало, а вот Геносу не хватало некоторых мелочей. Он несколько раз приходил в квартиру, внес арендную плату в надежде, что когда-нибудь Соник все же вернется, но никаких следов его пребывания так и не появилось. Генос убирался и там, чтобы все было чисто, но каждая мелочь несла в себе воспоминания. Больше всего Генос любил сидеть рядом с ванной, где столкнулся с полуголым Соником и впервые рассмотрел его тело как следует. Генос понимал, что должен прекратить приходить, забыть о Сонике и том, что между ними произошло. Но именно Соник заставил взглянуть на него иначе. Думая о нем, Генос успокаивался и начинал жалеть, что не имеет физического тела, чтобы тупо подрочить и успокоиться. У металлического тела были свои минусы, о которых Генос узнал, только когда влюбился. Телефонный звонок застал в момент, когда Генос в своих фантазиях прижал Соника к стене и успел расстегнуть на нем штаны, целуя взасос. Соник в фантазии был весьма податлив и громко стонал. — Слушаю, — собственный хриплый голос с придыханием Генос едва узнал. Он надеялся, что звонивший не догадается чем он тут занимался. — Собрание в Ассоциации героев, — пробормотали на одном дыхании. — Кибердемон, вам быть обязательно. Дело весьма срочное и касается нападения в районе Лямбда, где на вас напали пятнадцать дней назад и обезвредили. Генос не удивился, что в Ассоциации об этом знали. Наверное, доктор Стенч позвонил и сообщил, что Генос не у дел. Хотя какие звонки, у Ассоциации свой спутник на орбите планеты, так что они точно были в курсе что где происходит. — Хорошо, скоро буду. — Бросив последний взгляд на квартиру, Генос вышел, закрывая за собой дверь.