Франкенштейн

      - Франкенштейн, ну, прости! Я, правда, не знала! – молитвенно сложила руки Кармен. Юноша лежал в постели и злобно поглядывал на женщину, сжимая ладонью живот. Нормально говорить он ещё не мог. – Я лишь хотела проучить тебя немного, честное слово! Кто же знал, что в этой банке не острые специи!       - Там написано! Серная кислота! – свистящим шепотом попытался закричать дворянин, тут же закашлявшись и страдальчески поморщившись от боли в обожженном горле и пищеводе.       - Звучит довольно вкусно, - потупилась Кармен.       - Она стояла в другой комнате! – совсем тихо прошипел граф, зная, что его всё равно услышат.       - Мои кухарки тоже хранят редкие специи в отдельных комнатах! – не сдавалась благородная.       - Она же полная была…       - Да я просто… изменений в аромате не почувствовала, решила, что мало, - пожала плечами дворянка.       Болезненно поморщившись, юноша вновь склонился над тазиком, вываливая очередную порцию гадости, снова обжигая пищевод и горло. Вытерев кровь с лица платком, граф с тихим стоном упал на кровать. Сколько можно?!       - Держи, - проговорила уже наученная Кармен, протягивая стакан с водой. – Сейчас принесу ещё.       Всё начиналось неплохо. Вернувшись после зачистки замка, Франкенштейн ушёл к себе в кабинет, а аристократка взялась за обещанный ужин. Приготовив лёгкий суп, женщина, зная о своих способностях, поставила только одну чашку на стол и благоразумно принесла тазик. Ещё никто не смог съесть её кулинарные шедевры.       Вот только она не ожидала, что проголодавшийся Франкенштейн, что-то внимательно читающий в пергаменте, заметив очень жидкий, практически не имеющий гущи, суп, решится выпить его в три глотка. Остановить его благородная, конечно, не успела.       С того момента и уже полночи бедолагу неудержимо рвало, мучило болезненным кашлем и болью в пищеводе. Губы почернели, а кожа словно пожелтела. Сначала он даже дышал с трудом из-за отёка горла. Юноша пытался подавать ей какие-то знаки, однако Кармен просто не понимала, что от неё хотят, растерянно наблюдая за мучениями союзника. Среди благородных такого никогда не было!       В конце концов, Франкенштейн прекратил попытки объяснить без слов — говорить он не мог из-за повреждённых связок. Поискав глазами стакан, юноша опёрся на кровать и с трудом сел, сразу же сжимаясь от боли и выравнивая дыхание.       - Давай помогу, куда тебе? – тут же подскочила женщина. Кивнув, граф показал на стол. – Вода? Ты хочешь пить?       Дворянин кивнул, и Кармен толкнула его обратно на кровать, сделав попытку метнуться за водой. За рукав тут же потянули. Посмотрев на союзника, благородная с интересом посмотрела на две раскрытые пятерни.       - Десять стаканов? – ошеломлённо спросила она. Франкенштейн кивнул и осторожно повернулся к тазику. Стараясь не слушать мерзких звуков, Кармен побежала за водой.       Когда же она вернулась, граф, с трудом приподнявшись, вытянул из под кровати свою сумку и, покопавшись, достал непонятный белый порошок. Насыпав какое-то количество в каждый стакан, он кивком поблагодарил благородную и указал на дверь.       - Ну, нет, блондинчик! Говори… показывай, что мне делать. Я провинилась, мне исправлять, - твёрдо проговорила аристократка. Франкенштейн приподнял бровь и указал на тазик.       - Опять? – устало спросила женщина. – Ну, что с тобой делать? Давай.       Палец переместился на стакан.       - А, ты пить хочешь? – поняла благородная, протягивая союзнику стакан. Хорошенько размешав содержимое, юноша выпил раствор и указал на следующий сосуд. Кармен удивлённо дёрнула бровью, но стакан подала. – Вот это жажда. Я пересолила, что ли?       Однако, к её удивлению, допив всю воду, Франкенштейн не упал на кровать с блаженной улыбкой, а наоборот, склонился над тазиком, сунул пальцы в рот и заставил себя выплюнуть всё, что только что проглотил.       - Что ты?.. – ошеломлённо переспросила Кармен, глядя на распластавшегося по кровати юношу, что свесил голову вниз. Волосы благородная уже давно заплела ему в косу, несмотря на слабые протесты больного, и стянула конец верёвкой, что сейчас явно было на руку. Выдохнув, граф приподнялся и снова взялся за порошок.       - Сейчас, я принесу воду!       И вот так они провели всю ночь и утро. Только сейчас, когда юноша обессилено лежал на кровати, периодически морщась от спазмов, Кармен осмелилась забрать тазик и в очередной раз вылить всё накопившееся. Вернувшись, она виновато посмотрела в смеющиеся голубые глаза.       - Вот что ты смеёшься? Легче, что ли, стало? – устало спросила женщина, открывая окно, чтобы выгнать мерзкий запах, и усаживаясь рядом.       - Извинения приняты, – всё ещё шёпотом проговорил Франкенштейн. Не зря же она просидела здесь ночь! – Но больше не готовь, пожалуйста.       Благородная лишь слабо усмехнулась.

***

      - Так где, ты говоришь, находится второй колдун? – спросил Франкенштейн, усаживаясь рядом с что-то строчившей Кармен.       - Погоди, дай отчёт закончить, - отмахнулась женщина. Быстро дописав ещё несколько строк, благородная скатала пергамент в трубочку и прикрутила к лапке незнакомой для Франкенштейна птицы. - Ты почему встал? – нахмурилась благородная, быстро окидывая союзника взглядом. Цвет кожи восстановился, чернота с губ спала, но парень всё равно выглядел усталым.       - Мне стало легче, - улыбнулся граф. Голос ещё немного срывался на сип, но в целом говорить он уже мог. – И скучно. Ты написала про наш разговор своему Лорду?       - Нет, о таком следует говорить с глазу на глаз.       - Я бы всё-таки описал ситуацию в общих чертах, - вздохнул юноша. – Как подарок на день рождения. Когда у вашего Лорда день рождения?       - День рождения? – переспросила женщина. – Хм, не помню даже. Он уже давно не празднует, почему ты спрашиваешь?       - Он не устраивал балов? – удивился Франкенштейн. – Не чествовал себя в этот день? Какой у вас… интересный правитель.       - Нет, что ты, Лорд… - Кармен запнулась. – Почему-то Лорд… Почему он перестал праздновать?.. Странно.       - А твой праздник вы как отмечаете? – поинтересовался граф.       - Мой день рождения в самую короткую ночь в году*, блондинчик, - улыбнулась Кармен. – Поэтому мы обычно празднуем, пока дочь не засыпает, а потом просто сидим и наблюдаем за тем, как звёзды угасают, как наступает новый день. Правда, такого не было уже давно.       Вздохнув, женщина бросила взгляд за окно, но тут же помотала головой.       - Ладно, давай по делу, чем быстрее мы закончим, тем быстрее разбредёмся по домам! – уже веселее продолжила она. – Вообще, колдуны размещены довольно грамотно. Здесь мы больше не найдём никого, кроме мутантов, поэтому следует идти дальше. Идти долго. При моей скорости я потрачу несколько недель, при твоей – месяц.       - А с учётом уничтожения мутантов?       - Это и было с учётом мутантов, красавчик, - усмехнулась благородная. – Я всё-таки помню своё задание, не переживай. Мы не оставим твой край в опасности.       Франкенштейн чуть улыбнулся и поднялся. За ужином они обсудят детали, а сейчас можно заняться формулами.       Интересно, успеет ли он закончить с этим исследованием до летнего солнцестояния?

***

      Как и обещала Кармен, до места добрались за месяц. Франкенштейн плохо запомнил эту дикую гонку с перерывами на обед, сон и драки. Почему-то ночевать благородная предпочитала исключительно в лесах или пещерах, не заходя в деревни.       - Что тебе не нравится в людских жилищах? – спросил однажды юноша, подав союзнице тарелку. Кармен пожала плечами.       - Там шумно, скучно и не всегда пускают на ночёвку, - ответила она.       - А ты пробовала ночевать в тавернах?       - Блондинчик, там же берут кучу денег! – усмехнулась женщина. – У меня не так много человеческих денег.       - Хм, не должны, - нахмурился Франкенштейн. – Ладно, потом разберёмся с этим, ешь, пока не остыло.       Осторожно перехватив удобнее тарелку, благородная бросила взгляд на человека. Юноша что-то помешивал в котле, явно готовил на утро, чтобы быстро разогреть, поесть и снова пуститься в дорогу. Между делом он успевал съесть собственный ужин и следить за костром. Меч так и висел на бедре, даже на ночь дворянин его не снимал. Интересно, ему удобно вот так вот спать?       - Даже не верится, что ты граф, малыш, - усмехнулась Кармен.       - Почему же? – спросил юноша, сноровисто разливая чай.       - Ты кажешься таким простым, - улыбнулась благородная. – Готовить, вот, умеешь, дерёшься, как настоящий воин, и речь твоя не такая вычурная, как это бывает у некоторых дворян.       - Нет, чернявая, я самый настоящий граф, – пожал плечами Франкенштейн. – Просто воспитывали меня, по большей части, солдаты. При желании я могу сыграть роль графа, но сама по себе такая жизнь мне не по нутру. Все эти балы, вежливые разговоры, лживые чувства, осознание, что ты сейчас стоишь здесь, слушая болтовню определённого человека, хотя это же время ты мог бы потратить на что-то иное, что-то полезное. Жена, мать, друзья, тренировки, в конце концов! Но ты должен стоять и улыбаться, поддерживать этот разговор. Выматывает хуже, чем битвы.       - Я бы не сказала по тебе, - усмехнулась Кармен и тут же прикусила язычок.       - Так ты всё-таки следила за мной? – хитро посмотрел на неё юноша. – Конечно, не скажешь, мне же нельзя, чтобы кто-то увидел. Этим коршунам только покажи своё слабое место, тут же вцепятся.       - Понятно, - задумчиво протянула благородная. – Ну, а готовить-то ты где научился?       - Я же не только граф, но ещё и солдат. Солдаты просто обязаны уметь приготовить себе еду, иначе как мы стали бы выживать в походах? Разве ваших воинов этому не обучают? Ну, помимо способности убить союзника в первую же неделю.       - Издеваешься? – нахмурилась женщина. – Нет, не обучают. Нам, главам кланов, вообще не надо уметь готовить, зачем? У нас же есть слуги, да и без еды мы можем продержаться дольше, чем люди.       - Так что же это получается? Мой союзник - это один из четырнадцати глав кланов? – тут же зацепился за фразу Франкенштейн. Благородная замерла, потом чертыхнулась.       - Надо же, проболталась! – с досадой воскликнула она. Юноша усмехнулся.       - Не буду спорить, мне это интересно, но не беспокойся, из моих уст никто не узнает об этом.       - Ха, спасибо, блондинчик, - усмехнулась женщина. – Укладывайся спать, я подежурю.       Память стереть она всегда успеет.       Обычно после этой фразы человек кивал и укладывался, но в этот раз он ненадолго замер, словно в нерешительности, а потом чуть нахмурился.       - Вы что, совсем не спите? – спросил Франкенштейн. – Ты не смыкала глаз уже почти неделю. Неужели тебе даже отдыха не надо?       - Ну, мне вполне хватит одного часика спокойствия, - чуть смущённо ответила благородная. Граф чуть удивлённо вскинул бровь. Стеснительность? Она боится показать свою слабость?       - Одного часа тебе точно хватит? Мне не сложно посидеть и два.       - Нет, часа хватает, давай тогда так, сначала ты, потом я?       - Договорились, укладывайся.       Устроившись чуть удобнее, благородная с интересом наблюдала за человеком. Юноша старался вести себя тихо и, надо сказать, у него это получалось. Осторожно достав свиток пергамента, он прикусил перо, о чём-то задумавшись, и чуть сощурился, пытаясь вглядеться в строчки, ведь из источников света был только костёр. Наверное, иногда можно ночевать и в трактирах. Там светлее. Прикрыв глаза, женщина погрузилась в лёгкую дрёму, восстанавливая силы. Она уже давно не имела возможности вот так вот просто расслабиться и отдохнуть. Да и опасно это было в одиночку. А этому человечку хочется верить.       Маленький граф. Сколько людей Кармен видела, но таких, как Франкенштейн и его семья, было немного, особенно среди дворян. Люди такие забавные... благородная никогда не понимала своих соотечественников, когда они выражали своё неудовольствие по отношению к человечеству, но часто задумывалась о том, что бы было, если бы у людей было то, что есть у благородных. Правильное воспитание, мудрость, пронесённая через века и бережно переданная детям, сила – их ответственность, - имея всё это, стали бы люди такими же, как они, благородные?       - У меня такое ощущение, будто ты не спишь, а о чём-то глубоко задумалась, - послышался насмешливый голос со стороны. – Однако час прошёл.       Благородная усмехнулась и посмотрела в небо. Судя по звёздам, прошёл уже не один час, но два или чуть больше. Глупый заботливый человечек. Интересно, если бы он так не устал в этой битве, он бы позволил ей и дальше лежать?       Позволил бы, почему-то в этом женщина нисколько не сомневалась.

***

      - Судя по всему, в этот раз эффекта неожиданности не будет, - проговорил Франкенштейн, останавливаясь. Благородная тоже остановилась, оглядывая ауры, пока что находившиеся в отдалении.       - Ну, они тоже не стали нежданным сюрпризом, - улыбнулась благородная. – Ауры какие-то разные.       - Там есть простые люди, пленники, скорее всего. Всё-таки надо было проверить деревенских! - вздохнул юноша. – Наверняка был шпион!       - Среди них есть колдун, - чуть нахмурилась благородная. Двое против пятидесяти. Если бы не пленники, то она бы не волновалась, но сейчас им будет сложнее драться, зная, что противники могут использовать простых людей в качестве защиты.       - Это будет весело, - хищно улыбнулся Франкенштейн, посмотрев в другую сторону. – Потому что среди них два колдуна.       - Что?       - Объединились, - пожал плечами юноша, выхватывая меч. Усмехнувшись, Кармен встала более устойчиво. Про отсутствие её оружия граф уже не спрашивал, видел, как хрупкая на вид женщина голыми руками уничтожает врагов.       Солдаты у колдунов тоже были усиленны. Франкенштейн чуть нахмурился, просчитывая свои силы.       - Они ещё не знают, что мы в курсе про их засаду, - проговорил молодой человек. – Значит, надо устроить им сюрприз!       - Внезапная атака всё-таки будет? – усмехнулась Кармен, сжав кулак. – Так, в той стороне нет простых людей. Пригнись, блондинчик!       Франкенштейн послушно присел, пропуская над собой поток силы, скосивший врагов наподобие серпа, оттолкнулся и бросился в атаку, отмечая про себя, что противников теперь было тридцать. Двадцать восемь солдат и два колдуна.       Не ожидавшие атаки противники растерялись, подарив Франкенштейну и Кармен драгоценные секунды для того, чтобы оттеснить отряды от пленников. Хищно усмехнувшись, граф бросился на усиленных, прекрасно зная, что Кармен он будет только мешать. Он уже примерно понял её уровень силы, а потому просто держал в поле зрения, как Ларо или Кейта когда-то.       - Брось оружие, парень! – крикнул один из солдат. Усмехнувшись, юноша ответил точным броском кинжала.       - Бросил! - крикнул он, промчавшись мимо завалившегося мужчины и на ходу выдёргивая оружие, чтобы с размаху вонзить его в другого противника.       - Окружай!       Франкенштейн юлой вертелся среди «своих» противников, на краю сознания отмечая, что скоро Кармен расправится со второй группой.       Она же решит ему помочь! Нельзя этого допустить! Подставившись под удар, граф поднялся на колено, как будто он не может встать. Когда же противники, явно довольные собой, окружили его достаточно плотно, дворянин вскочил на ноги, сливая это движение с резким поворотом. Меч, ведомый рукой, разрезал несколько животов и горло. Отскочив, чтобы его не залило кровью, дворянин нахмурился.       - Кармен! К ним идёт подкрепление! – крикнул он, оглядываясь. – Дьявол!       Рванувшись в сторону пленников, он тут же остановился, когда ему преградили путь солдаты. Аристократка тоже замерла, она находилась ближе к людям, но тоже не успевала спасти их, вздумай усиленные напасть.       Человек бросил взгляд на союзницу, надеясь на какой-то знак, который подсказал бы ему, что она держит всё под контролем. Его скорости пока что не хватит, чтобы успеть спасти испуганных людей. Благородная выглядела спокойной, ни она, ни он не обращали внимания на напыщенные речи одного из колдунов. Она что-то просчитывала, Франкенштейн ждал отмашки.       Аристократка сделала несколько шагов вперёд, медленно поднимая руку вверх. Плащ взметнулся за спиной, довершив красоту атаки. Франкенштейн чуть напрягся, готовясь к нападению.       - Аръильф! – вдруг крикнула Кармен, делая движение, как будто она выхватывает меч из-за спины. Граф удивлённо распахнул глаза — в её руке действительно оказалось оружие.       - Ч-что? – растерянно спросил он. Откуда меч?! У неё даже ножен нет!       - Не зевай, блондинчик! – весело крикнула женщина, за секунду оказавшись между пленниками и врагами. Резко развернувшись, она рубанула мечом от плеча, послав мощную волну энергии, которая отбросила усиленных в сторону. Сразу после этого меч растворился в воздухе. – Чтобы расправиться с вами, мне не нужно орудие духа!       - Поменьше бравады, чернявая! – отозвался юноша, снова бросаясь в атаку. Об этой магии он подумает потом. Заметив одного из солдат, что бросился к пленным, граф вихрем налетел на него, столкнув с обрыва в воду, но, не рассчитав силы, сорвался следом за ним.       Погрузившись в озеро, дворянин крепче сжал рукоять, резко разворачиваясь и почти вслепую ударив в сторону ауры, без труда преодолевая сопротивление воды. Солдат булькнул, схватился за горло, выронив оружие. Оттолкнувшись от дна, юноша отплыл дальше от испачканной кровью воды, чтобы иметь обзор, и развернулся к другим усиленным, нырнувшим следом за ними.       Драться под водой было для него в новинку, но усиленные лёгкие позволяли держаться без воздуха дольше обычного, а сила - бить так же, как на суше. Единственной сложностью оказалось удержаться на дне. Самим солдатам везло меньше. Несмотря на то, что все противники ныряли позже Франкенштейна, они не могли похвастать теми же умениями, а потому эту битву юноша выиграл без единой царапины.       Из-за крови ничего не было видно, Франкенштейну приходилось ориентироваться только на ауры. Почувствовав, что дольше ему не продержаться, граф оттолкнулся от дна, намереваясь всплыть. В ногу кто-то вцепился, не позволяя выбраться на поверхность. Сжав зубы, юноша вслепую ударил вниз, в воде расплылось ещё одно кровавое пятно. Ногу выпустили, и граф немедля всплыл, жадно хватанув губами воздух. Выбравшись на берег, дворянин тяжело опёрся на дерево, откидывая мокрую копну волос с лица. Солдат вокруг не было, только трое, что напали на Кармен наряду с колдунами. Позади благородной мелькнула тень.       - Берегись! – крикнул Франкенштейн, успев заметить, как на аристократку напал ещё один колдун. Руку обожгло болью, и юноша машинально поднял её. С пальцев сорвался уже знакомый луч, что будто бы сам устремился в сторону противников. Кармен резко ушла влево, спасаясь от его атаки, одного из колдунов разрезало пополам, остальных раскидало по земле. Не медля, женщина прикончила их и удивлённо посмотрела на союзника, что обессилено привалился к дереву.       - Что это было?       - Ты видел?       - Она достала меч из воздуха!       - А он маг!       Поморщившись, Кармен оставила пока что своего союзника и подошла к пленникам. Необходимо было развязать их и немного подкорректировать память. С неожиданной силой этого парня она разберется потом.       Франкенштейн, тяжело дыша, медленно сполз на землю, радуясь, что на этот раз обошлось без потери сознания. Царапины и более серьёзные раны перестали регенерировать, давая понять, что силы опять истончились. Тяжело застонав, юноша прикрыл глаза. Рядом кто-то присел. Он узнал ауру, но даже если бы это был противник, то не смог бы отбиться. Сейчас он был лёгкой добычей.       - Вставай, блондинчик, - проговорила Кармен, рывком поднимая союзника и помогая облокотиться на себя. – Не знала, что ты так умеешь.       - Сил много забирает, стараюсь не пользоваться, - хрипло ответил граф, беспардонно повиснув на ней. Он не смог бы встать при всём желании.       - Ты просто не умеешь, - усмехнулась женщина, без труда удерживая союзника. Обхватив его за талию, благородная одним длинным прыжком преодолела четверть пути к их временному убежищу. Людей она развязала, сами справятся, а вот этого глупого человечка надо срочно спрятать от возможных врагов. - Вот, кто так делает? Ты столько энергии вхолостую растратил! Ты же мог одним ударом всех уничтожить! А сейчас? Сколько ты ещё в себя будешь приходить?       - Я не умею иначе, - поморщился юноша. – Я вообще никак не умею. Это случайно получилось.       - Ты просто не хочешь научиться! – проговорила Кармен, стряхивая человека на землю. С глухим вскриком упав на каменный пол пещеры, граф поморщился.       - Как мешок с картошкой бросила! – обиженно проговорил дворянин, не спеша, однако, подниматься. Твёрдый пол был прохладен и манил опробовать себя в качестве постели.       - Скажи спасибо, что вообще донесла, - фыркнула аристократка. Франкенштейн что-то сонно пробормотал, закрывая глаза, но потом встряхнул головой и приподнялся.       - Спасибо, - хрипло проговорил граф. - Так, что ты так говорила про «не хочешь научиться»?       - Нельзя так разбазаривать энергию, - проговорила благородная, глядя на то, как дворянин с трудом садится и опирается на каменную стену. – Тебе необходимо сконцентрировать её в определённом месте. Чаще всего для этого выбирают ладонь или палец, чтобы было проще прицелиться, реже – пускают по всему телу, наподобие взрыва, что помогает в случае окружения. Но концентрация необходима. Пока понимаешь?       - Да, но для концентрации нужно время, а в бою времени нет.       - Вы, люди, такие торопыги! - мягко улыбнулась женщина. – Всегда торопитесь, но никогда не думаете о последствиях. Подожди, блондинчик, не перебивай. Представь себе, что твои силы – это музыкальный инструмент. Чтобы выучить мелодию, ты сначала проигрываешь её медленно, вдумчиво, сосредоточившись на звучании, на том, куда нажать, как сильно, в какой момент. Зато потом, когда ты поймёшь, когда прочувствуешь её, когда научишься, только тогда ты сможешь сыграть ту мелодию быстро, легко, в любой момент. Понимаешь?       - Да, - чуть нахмурившись, проговорил Франкенштейн. – Значит, эти силы надо тренировать так же, как и физические способности?       - Можно сказать и так, - кивнула благородная. – Ты больше солдат, чем граф? Тогда ты мыслишь верно. Просто тренируй эту способность, оттачивай, как оттачиваешь удар мечом. Я уверена, что у тебя всё получится.       - Благодарю, учитель, - шутливо поклонился граф. Кармен засмеялась и шутливо толкнула его в плечо.       Задумчиво посмотрев на ладонь, юноша попытался накопить в ней энергию, не особо надеясь на результат – всё-таки только что он использовал силы. Однако рука сразу потяжелела от плеча до кончиков пальцев, а в голову словно ударило чем-то тяжелым.       - Ой, парень, стой-стой! Сбрось её! Сбрасывай! Арх, как ребёнок, право! – воскликнула Кармен, вскидывая руку и выставляя щит, чтобы сорвавшаяся энергия не вырвалась из под контроля.       Встряхнув рукой, Франкенштейн поморщился от неприятных ощущений.       - Сложнее, чем я думал, - проговорил он. – Не знал, что у меня вообще остались силы.       - Ну, милый, ладно, - проговорила женщина. – Научу тебя некоторым упражнениям.       - Зачем тебе это?       - Просто мне скучно, - пожала плечами благородная. – А ещё мы с тобой в одной команде, я вовсе не хочу, чтобы в середине битвы ты упал, а мне пришлось тебя защищать. Я не буду тебя спасать, запомни это. Но вернёмся к силам. Смотри, блондинчик, тебе необходимо научиться управлять своей энергией. Попробуй единым потоком высвободить её через ладонь. И следи за собой, мне совсем не хочется потом откачивать тебя от нехватки сил.       - Стой, чернявая, - поморщился Франкенштейн. – Ты же сказала, что её надо концентрировать?       - Ты только что пытался сконцентрировать её, что случилось? Ты чуть не оторвал себе руку, а потом едва не обрушил пещеру и не взорвал деревья на несколько метров вокруг себя. Чтобы избежать проблем, тебе необходимо научиться вовремя выпустить энергию, если вдруг у тебя не получится её удержать. И желательно только энергию, а не кусок мяса.       - А ты неплохо объясняешь, чернявая, - усмехнулся юноша. – Так?       - Так, - кивнула Кармен. – Хватит играть, а то у тебя раны кровоточат. Ложись отдыхать, потом потренируешься.       Уже ночью, когда вымотанный человек спал, Кармен некоторое время молча смотрела на него, а потом поднялась, снимая плащ и укрывая союзника. Ей ли не знать, как холодно в его ситуации. Вздохнув, женщина вышла на улицу, осматривая окрестности.       Ей нравится эта миссия!       Она надолго сохранит её в памяти.