Франкенштейн

      Юни медленно шла по коридору, вслушиваясь в тишину. Ничто нигде не грохотало, не разбивалось, не было слышно топота ног и звонкого смеха. Что произошло? Дети точно дома.       - Офелия?       Та сидела в гостиной одна, с упоением читая книгу, в которой женщина признала сказки для Франкенштейна. За те две недели, что малышка гостила у них, загнанный ребёнок постепенно открылся им, показывая активную любопытную и светлую девочку. Она с охотой принимала все идеи нового друга и бегала с ним, путаясь в платье, но стараясь не отставать. Заметив это, Юни, с позволения графа Ларкина, перешила для гостьи один из старых костюмов Франкенштейна. После этого шум в замке не утихал до самого вечера. К Юни же малышка прониклась любовью с первого разговора.       - Тётушка Юни! А Франкенштейна здесь нет, он сказал, что неважно себя чувствует и просил дать ему несколько минуточек, - тут же сдала друга юная дворянка.       - Хорошо, пойду, проведаю его, почитаешь ещё?       - Конечно!       К комнате женщина уже быстрым шагом, гадая, что случилось с её сыном. Ещё вчера Франкенштейн, как и все пятилетние малыши, бегал по особняку, развлекая гостью. На улице было тепло, ни дождя, ни ветра. Он не мог заболеть! Может, отравился?       - Франкенштейн? – осторожно позвала Юни, заглядывая в комнату. Виконт сидел на кровати, обхватив колени руками. Согнувшись, он о чём-то крепко задумался, даже не услышав, что его позвали.       - Что с тобой, малыш? – ласково спросила женщина, присаживаясь рядом и крепко обнимая.       - Я скучаю по брату, мам, - вздохнул мальчик.       - По какому ещё брату? – ошеломлённо переспросила Юни.       - Не знаю, - дворянин поднял на неё глаза. – У меня же нет брата! Как можно тосковать по тому, кого нет?       - Может быть, ты хочешь братика? - осторожно предположила она, уже подбирая слова, чтобы объяснить малышу, что больше не сможет подарить графу ещё одного ребёнка.       - Нет. Я именно скучаю. Так, словно он у меня уже давно есть, но сейчас где-то далеко, - нахмурился мальчик. – Что это со мной, мам? Это плохо?       - Франкенштейн, я… - Юни осеклась, вдруг вспомнив, что похожее ощущение было и у неё. – Я понимаю тебя. Постарайся не думать об этом. Это сложно объяснить, но это не твои, хм, чувства.       - Не мои? – отстранился виконт.       - Ха-а, не думала, что это проявится и у тебя, - вздохнула дворянка. – Закрой глаза, подумай. Точно ли это то, что чувствуешь ты? Или эти ощущение идёт словно бы извне?       - Оно внутри, но как-то странно, будто что-то чужое и в то же время такое родное! – тихо проговорил мальчик через некоторое время.       - Таким образом ты сможешь отделить свои эмоции от чужих, малыш, - улыбнулась Юни. – Не ты скучаешь по своему брату, но ты знаешь, что кто-то скучает по нему. Это пройдёт. Не обращай внимания.       Кивнув, мальчик широко улыбнулся и убежал, оставив мать сидеть на кровати. Юни осторожно коснулась рукой груди, чуть левее, ближе к сердцу. Она и не думала, что это передастся её сыну. Эта связь, появившаяся после встречи с незнакомцем с красными глазами. Она и сама чувствовала тоску по брату, но отдалённо, за собственными эмоциями. Юни уже научилась отделять свои чувства от чужих.       Она знала, как научить этому и Франкенштейна, если такое повторится.       Но мальчик больше не приходил к ней с этим вопросом.

***

      Франкенштейн очнулся резко, рывком поднимаясь на кровати и тут же падая обратно – спина отозвалась такой болью, что потемнело в глазах.       - Будешь так дёргаться – раны откроются, - раздался недовольный голос Кармен со стороны. – Или позвоночник всё-таки сломается.       Хрипло выдохнув сквозь зубы, молодой человек с трудом выровнял дыхание и открыл зажмуренные глаза. Он лежал на кровати, на животе, в их недавно снятой комнате.       - Что произошло?       Кажется, в комнате должно быть теплее? Мужчина перевёл взгляд на союзницу. Благородная сидела за столом, раздражённо выстукивая ритм ногтями по столу. Казалось, что она уже долгое время думала о чём-то неприятном. Аура потемнела, выдавая настроение своей хозяйки.       - Что произошло? – переспросила Кармен. – Мы проиграли!       - Интересно, почему? – хрипло усмехнулся граф, медленно принимая сидячее положение. На глаза попался таз с водой, покрасневшей от крови, видимо, благородная промыла его раны.       - Потому что кое-кто попался в ловушку! – прорычала женщина, резко поднимаясь и взмахом руки откидывая полу плаща назад. – А потом подставился под удар!       - Стоп, погоди! - поднял руки Франкенштейн. – У меня слуховые галлюцинации или ты сейчас действительно меня обвиняешь?       - А кто, по-твоему, виноват? Я?! Нет, не я!.. Зачем я вообще связалась с тобой? Ты же человек! – всплеснула руками аристократка, меряя комнату шагами. – Я, конечно, подозревала, что с тобой будут трудности, но это…       - Что «это»? – обманчиво спокойно спросил граф, склонив голову набок. – Продолжай, чернявая. Что? Мне очень интересно, честно. Я говорил тебе, чёрт возьми, что нельзя идти голой атакой даже на людей! Ты сильна, не спорю, но ты же сама мне говорила, что против нас играет один из вас! Ты пытаешься обвинить меня, а свои действия не хочешь рассмотреть под другим углом? Под углом воина, а не всесильного нечеловека? – разозлившись, дворянин пошёл в разнос. – Неужели вы, благородные, все такие? Считаете, что если у вас есть сила, то ничего больше и не надо? Я предупреждал тебя, чтобы ты была осторожнее, говорил не лезть раненой к другому врагу! Но ты не желаешь принимать мою помощь! Ты делаешь всё, чтобы справиться без меня! Неужели союзник в лице человека настолько мешает тебя с грязью? Если бы я не подставился под удар, то атака пришлась бы на тебя, Кармен. Обычно союзники стараются помочь избежать именно этого! Однако я - человек, как ты правильно заметила, что я ещё мог сделать против одного аристократа?       Ухватившись за спинку кровати, граф поднялся и, притерпевшись к ноющей боли в спине, пошёл к выходу. Кармен остановилась, несколько растерянно глядя на него.       - Куда ты собрался?       - Подальше отсюда.       - Стой! Ты же ранен!       Дворянин не обратил на слова никакого внимания. Махнув на него рукой, Кармен опустилась на стул.       О глупости своего поступка Франкенштейн задумался, когда боль в спине вынудила его остановиться. Сил хватило только на то, чтобы спуститься вниз. Вздохнув, мужчина направился к небольшому столику. Заняв стул около стены, надёжно укрывшей его спину, граф устало выдохнул.       - Знал же, что нельзя вставать, - пробормотал он, подзывая служанку. Заказав завтрак, дворянин задумчиво постучал пальцем по подбородку. Кармен, скорее всего, продолжит свой путь одна. Значит, ему необходимо срочно повышать свои способности. Лишившись такого союзника, он может проиграть в этой войне. К счастью, у него всё ещё есть кровь благородной, и уже некоторые её свойства можно применить.       - Прошу прощения, у вас не занято? - раздался над ним приятный женский голосок. Граф поднял голову, с интересом оглядев незнакомку. Молодая черноволосая девушка. Она чуть неуверенно улыбалась, нервно теребила платье и оглядывалась, словно боялась отказа.       - Конечно, присаживайтесь, - улыбнулся Франкенштейн.       - Вы так добры, - просияла девушка, грациозно усаживаясь напротив него. Граф немного повёл плечом, но всё-таки завёл беседу, чтобы не давать незнакомке скучать. Девушка назвалась Лирой и охотно поддерживала разговор.       - Почему вы ничего не заказываете? - спросил Франкенштейн, кивнув служанке, принесшей завтрак. - Здесь хорошая кухня, рекомендую.       - Вы не будете против компании?       Отвлекшись от новой знакомой, граф кивнул и мельком огляделся. Странно, свободные места были, но рыжая девушка подошла именно к ним. Вздохнув, мужчина завёл знакомство и с ней, умело вовлекая в беседу обеих собеседниц.       - Я к вам, - звонко сказала ещё одна незнакомка, нагло усаживаясь рядом с молодым человеком, тем самым перекрывая путь к выходу. - Привет, красавчик, ты свободен?       - Возможно моя компания будет вам приятнее, - тут же влезла ещё одна женщина.       - Откуда же вы берётесь? - едва слышно прошипел Франкенштейн, наблюдая за начинающейся ссорой среди девушек. Отодвинув тарелку с нетронутым завтраком, дворянин положил подбородок на сложенные замочком пальцы и улыбнулся. За их столиком тут же стало тихо.       - Итак, дамы, - спокойно начал граф. - Прекрасная погода, не так ли?

***

      Кармен нервно выстукивала дробь по столешнице. За союзника она заволновалась уже через час после того, как он ушёл из комнаты. Пусть она и ощущала его, знала, что он в здании, но всё равно непривычное волнение не оставляло. Он всё-таки ранен. Гордость заставила её остаться ещё почти на час, но потом женщина резко поднялась и вышла из комнаты.       Каково же было её удивление, когда молодой человек обнаружился среди десятка женщин и девушек. Усмехнувшись, благородная прислонилась к перилам и скрестила руки на груди, наблюдая.

***

      Франкенштейн вымученно улыбнулся, уже не концентрируясь на разговоре, нейтральные ответы всех устраивали, а спина нещадно ныла, мешая думать.       - Такой красавчик, - промурлыкала одна из женщин, беззастенчиво прижимаясь к плечу - к раненному плечу - мужчины. - Такой, что мне хочется забыть про мужа.       - Не советую, - хрипло ответил Франкенштейн, осторожно отстраняясь. Путей к отступлению не было - девушки и женщины окружили его, и граф чувствовал себя загнанным зверем. Он абсолютно не представлял, что ему делать. Не драться же с ними! В особняке такого не было, дворянкам не позволяло воспитание вот так в наглую вешаться на шею.       - Вот ты где, дорогой! - крикнул ещё один женский голос. Франкенштейн даже не задумался над ответом, выдав что-то нейтральное. Но толпа как-то неожиданно расступилась, а его собственнически прижали к обманчиво хрупкому телу. - Стоило мне уснуть, как ты собираешь здесь аншлаг из прекрасных дам?       - Кармен? - выдохнул граф, узнав голос. Раны огнём горели, он нуждался в отдыхе.       - Сколько раз я просила тебя не пить? Пять лет вместе, а ты всё не меняешься! Девушки, расходимся, этот красавчик занят. Идём, милый, я буду просить прощения, долго и упорно, возможно всю ночь.       Если бы не боль, ослепляющая при каждом движении, Франкенштейн ответил бы на этот призывной тон благородной, с явным намёком, но намёком для девушек. Однако сейчас он думал только о том, чтобы не упасть, даже не смотря на незаметную для окружающих поддержку Кармен.       - Не торопись, блондинчик, - шепнула аристократка, следя за тем, чтобы мужчина переставлял ноги, а не летел над землёй, поддерживаемый только её рукой. Нельзя показывать свою силу.       Доведя союзника до кровати, благородная осторожно уложила его на живот и сняла верхнюю часть одежды, обнажая открывшуюся рану. Регенерация за ночь немного затянула её и покрыла коркой, но когда Франкенштейн провёл внизу больше трёх часов, все старания организма сошли на нет.       - Спасибо, - тихо сказал Франкенштейн. - Сам бы я ещё долго оттуда не выбрался.       - Ты так говоришь, как будто я тебя из битвы выдернула, - засмеялась благородная.       - Лучше уж битвы, - усмехнулся дворянин. - Там хотя бы можно драться.       - Лежи давай, - вздохнула Кармен. - Вот надо было тебе вставать? Порой я забываю, что ты ещё дитя даже по человеческим меркам.       - По человеческим меркам у меня уже дети должны быть, - усмехнулся граф. Кармен несколько замялась, но мотнула головой, выдав что-то невнятное.       - Что?       - Чем, говорю, мазать тебя?       - Какая забота, - не сдержался от усмешки граф. - там, на столике, отдельный флакон стоит. Бинты в аптечке.       - Спи, малыш, - прошептала Кармен. - Надеюсь, ты никогда не узнаешь о моей лжи, блондинчик. Но это для твоего же блага.       Франкенштейн уже не слышал этих слов - он спал.

***

      На следующее утро просыпаться было намного легче. Рана на спине уже не грозила разорваться при малейшем повороте, но несколько дней ему придётся отдохнуть.       Кармен сидела за столом, что-то строча на бумаге.       - Когда ты двинешься в путь? - спросил Франкенштейн. Женщина что-то дописала, убрала перо и внимательно посмотрела на графа.       - Когда ты от ран оправишься. Двух дней хватит?       - Да, но разве ты не собираешься дальше идти без беспомощного меня? - поднял бровь дворянин.       - Язвишь? - протянула Кармен, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. - Нет, я должна бы извиниться, сказать, что была не права, что ты не беспомощен и даже очень помогаешь, но не буду.       Франкенштейн коротко рассмеялся.       - Тогда и я не скажу, что принимаю извинения.       - Отлично, неудобного разговора мы избежали, теперь ты отдыхай, а я слетаю кое-куда. За два дня, думаю, обернусь. Постарайся не найти за это время приключений на свою... блондинистую голову.       - Я и приключения - несовместимые вещи, - пожал плечами Франкенштейн. - Буду ждать тебя в этой... области.       - Что-то мне подсказывает, что область охватывает не только таверну, - вздохнула Кармен. - Не скучай, блондинчик.       Оставшись один, он улёгся чуть удобнее и задумчиво посмотрел на свои ладони. Царапины от битвы ещё не затянулись. Значит, регенерация залечивает раны, начиная с опасных. Если он прав, то благодаря крови благородной есть шанс изменить эту способность так, чтобы все травмы заживали одновременно.       Осторожно поднявшись, граф пересел за стол и достал свои записи.       - Два дня, значит? Мне хватит, чернявая, - удовлетворённо хмыкнул мужчина.

***

      Кармен остановилась на пустынной дороге. Здесь уже давно никто не ходил. Идеальное место. Сзади кто-то приземлился, на плечи легчи тёплые ладони, и женщину мягко прижали к крепкому торсу.       - Лорд очень интересовался, что же ты такое написала, что потребовалась встреча со мной, - тихо проговорил мужской голос. Обернувшись, Кармен тут же оказалась в объятьях мужа.       - Роктис, - тихо проговорила женщина, - как же я соскучилась!       - Это не сравнимо с тем, как тосковал я, - ответил каджу. - Игнесс очень ждёт тебя. Говорит, что уже приготовила всё для экспериментов. Ещё просила добавить, что ей пришлось закрыть комнату на замок, а ключ отдать мне, чтобы не было желания зайти.       - Осталось немного, мы нашли почти всех колдунов.       - Мы? - поднял бровь мужчина.       - С человеком путешествую, представляешь? - хихикнула благородная и лукаво посмотрела на мужа. - Ты против?       - Лишь бы он не был помехой, - туманно ответил Роктис. Кармен снова засмеялась. - Идём, Лорд всё поймёт.       - Но...       - Не думай об этом, я отдам твой очень важный отчёт, - приложил палец к губам женщины каджу. - Мы так давно не были вместе! Идём, я нашёл прекрасное место.       Вздохнув, женщина кивнула. Подхватив мужа под локоток, она пошла, с интересом оглядываясь. Они проходили здесь однажды с Франкенштейном, подгадать время так, чтобы посланник успел добраться из Лукедонии, было несложно. Но что за место он нашёл?       Роктис уверенно вёл её к одинокой скале, вершину которой она случайно обрезала чересчур мощным ударом Аръильфа.       На срезе скалы было уютно. Снизу никто не мог заметить их, а потому они наслаждались спокойствием и близостью друг друга, смотрели в небо, общались.       - Может быть, оставишь этих колдунов? - спросил муж. - Лорд может послать кого угодно вместо тебя: Кертье, Рю или меня.       - Роктис, я - воин, - улыбнулась Кармен. - Я не могу просто отказаться от задания. Мой долг - защищать Лукедонию и помогать людям. А сейчас люди в опасности.       - Люди всегда в опасности, - проворчал её собеседник. - И по большей части по своей вине.       - Ах, давай не будем снова начинать этот глупый разговор! - оборвала его женщина. - Я не просто твоя жена, я - каджу, глава своего клана. И до тех пор, пока не родится второй наследник, пока он или она не достигнет возраста, позволяющего нести ношу главы клана, я останусь каджу.       - Кармен...       - Ты знал, на что идёшь, когда признавался мне в любви, когда мы связали наши жизни узами брака. Разве нет?       - Я лишь хотел сказать, что ты ни капли не изменилась за этот год, - мягко остановил её Роктис. - Не обижайся, я всего лишь беспокоюсь за тебя.       Обняв жену, мужчина молча посмотрел в сторону Лукедонии. Он так и не сказал Райбесу, кто охотится на колдунов.       Он вряд ли сможет сказать, потому что знает, что будет дальше.

***

      Кармен прошла в дверь таверны и выдохнула. Странно было снова возвращаться. На душе было как-то пусто. Так, словно она что-то потеряла. Отпускать мужа отчаянно не хотелось. Глядя на то, как он стремительно удаляется, Кармен не могла прогнать ощущение, словно совершила самую большую ошибку в своей жизни.       Женщина пыталась доказать, что это обычная тоска по дому, по семье. Однако раньше она отсутствовала дольше года. Такого никогда не было.       - Старею, - вздохнула благородная.       - Ну что вы, - засмеялась хозяйка, поставив перед ней кружку с чаем. - Молоденькая ещё совсем. Это у вас обычная хандра. Пейте чай, пейте.       Кармен слабо улыбнулась и поблагодарила добрую женщину.       Знала бы она, сколько ей лет...       Наслаждаясь ароматом пусть не такого изысканного, как дома, но вкусного чая, Кармен прикрыла глаза, одновременно сканируя помещения. Франкенштейна не было.       - А вы не видели моего спутника? - тихо спросила Кармен. Хозяйка усмехнулась.       - Два дня не выходил из комнаты даже чтобы просто поесть. Сегодня засветло ушёл и до сих пор не возвращался. Вы обедать будете?       - Нет, пойду, поднимусь в комнату, - поднялась Кармен. - Спасибо за чай.       Открыв дверь, женщина приостановилась и поморщилась от резкого запаха лекарств и реактивов. Пройдя в комнату, каджу закрыла двери и огляделась.       В комнате было светло, окна не занавешены, но плотно закрыты. Около стола лежало одеяло, словно Франкенштейн мёрз и сидел, закутавшись в него. Подняв его, Кармен чуть нахмурилась, увидев большое пятно крови. На столе в педантичном порядке стояли колбы, баночки, лежал нож. Чуть в стороне, отдельно от всего, стояла ещё одна колба, в содержимом которой Кармен опознала свою кровь. Сосуд опустел меньше, чем на половину. Никаких записей, разноцветных жидкостей, которые обычно получались, когда он занимался своими экспериментами.       На столе лежал ещё шприц. Тоже пустой. Покачав головой, благородная повернулась к кровати и замерла, удивленная тем, что не заметила этого раньше.       Все простыни и подушки были красными от крови. Постель разворошена так, словно на ней бились войны, а не спал раненый человек.       - Что, чёрт возьми, здесь произошло? - спросила себя Кармен, опускаясь на стул. Хозяйка таверны сказала, что он вышел сам, значит, не нападение. Но как он вообще смог подняться после такой кровопотери?       Встав, женщина решительно вышла из комнаты. Надо его найти. Человек ещё молод и тороплив, и Кармен опасалась, что он решил, что остался один в этой войне.

***

      Франкенштейн шёл по лесу, скрываясь за кустом. Когда он решил осмотреть обломки особняка, то и подумать не мог, что кто-то остался в живых. Только поэтому выживший колдун с несколькими усиленными солдатами застали его врасплох.       Не дожидаясь нападения, граф нырнув в то, что осталось от подвала, выпрыгнул из пробитого потолка, на мгновение показался врагам и укрылся в лесу. Оставлять колдуна в живых он не собирался.       Медленно, чтобы избежать лязга, мужчина вытащил короткий кинжал и прыгнул на одного из ищущих его солдат. Усиленный не успел позвать на помощь. Выпустив солдата. Франкенштейн некоторое время смотрел на хрипящего и пытающегося зажать рану на шее противника, а потом вонзил меч в сердце. Это был второй из пятерых. Ещё трое и колдун.       - Силён, - проскрипел голос позади. Граф медленно повернулся. - Надо было убить тебя, когда ты был связан.       Дворянин не стал отвечать. Он и так потратил почти три дня впустую, надеясь на то, что Кармен вернётся. Однако, вынырнув из забытья, в котором пробыл из-за очередного изменения способностей, мужчина обнаружил себя в гордом одиночестве. Зачем-то прождав ещё ночь, граф понял, что остался один. А значит, надо было искать следующего колдуна. Отступать он не собирался.       Вскинув руку, Франкенштейн выпустил короткий луч силы, пытаясь уничтожить стоявших рядом солдат, но контролировать это было ещё сложно. Рука дрогнула, уводя удар правее. Двое упали, третий уклонился.       - Ты действительно думаешь, что за два дня я не обзаведусь армией? - расхохотался колдун. Из леса раздался рык, и дворянин мгновенно выхватил меч. Бросаясь на колдуна, граф хотел уничтожить его одним ударом, но и тут не вышло - удар отразил выживший солдат. Вывернув клинок, Франкенштейн резко обезоружил врага и в том же повороте срубил голову противника.       Едва упало тело, воин рванул в сторону, спасаясь от атаки колдуна - луч пролетел совсем близко.       Выскочившие монстры, не медля, напали на человека. Одного Франкенштейн разрубил пополам, радуясь тому, что всё-таки заточил меч, второй нанизался на оружие сам, пытаясь напасть на жертву. Не успев вытащить клинок, граф увернулся от третьего и уничтожил его с помощью силы. От недостатка опыта удар получился слишком сильный. Опустив руку, дворянин пошатнулся, но на ногах устоял. Из-за слабости он не сразу заметил колдуна, а потому пропустил удар, отбросивший в сторону. Ударившись спиной о стену, Франкенштейн всё-таки смог приземлиться на ноги. Сверху раздался грохот, и на светловолосую макушку приземлился один из камней, дезориентируя. Помотав головой, мужчина посмотрел на колдуна и успел заметить, как тот бежит на него с мечом в руках. Увернуться граф не успевал.       - Стой! - надеясь на то, что противник отвлечётся, закричал Франкенштейн, вскинув руки. Колдун замер так резко, словно врезался в невидимую стену.       - Что за? - ошеломлённо проговорил мужчина. - Брось оружие!       Колдун медленно разжал пальцы.       В висках начинало стучать, резко разболелась голова. Прижав пальцы ко лбу, Франкенштейн помотал головой, и наваждение спало. Взревев, колдун снова бросился на противника. Мимо просвистел ветер, снова закричал противник, и всё затихло.       Граф огляделся. Напротив стояла Кармен с его мечом, по лезвию которого стекала кровь. Колдун с перерубленными рёбрами лежал на земле.       - Чернявая? - удивился Франкенштейн.       - Я отсутствовала всего на один день дольше, а ты уже истёк кровью, воскресил колдуна, приобрёл новые способности и снова истекаешь кровью! - возмущённо проговорила благородная, вытирая клинок. - Ты не говорил, что владеешь контролем разума.       - Я и не владел, - пожал плечами граф. - А колдун сам выжил, я тут не при чём. Думал, что ты решила обойтись без слабого человека.       - Со слабым я бы не прошла такой путь, - фыркнула дворянка. - Я же сказала, что вернусь. Не владеешь контролем разума? А только что чем ты занимался?       - Не владел, - поправил её Франкенштейн. - После этого твоего... контроля всегда голова болит?       - Если не уметь этим пользоваться, - машинально ответила Кармен. - Не увиливай от ответа!       - Я не увиливаю, я страдаю от боли в голове. Давай так: с меня предположения о том, откуда способности, с тебя - как ими пользоваться.       - Сначала мы вернёмся, и ты ляжешь на кровать, выглядишь так, будто тебя самого убили и воскресили.       - Я тоже тебе рад, чернявая, - усмехнулся Франкенштейн, забирая своё оружие.

***

      - Мой Лорд, - опустился на одно колено Роктис. Он не смотрел на владыку, но чувствовал чуть насмешливый взгляд благородного.       - Признайся, никакого отчёта не было, правда ведь? - весело спросил Лорд. Каджу с трудом подавил радость от того, что не придётся лгать и ответил:       - Вы очень мудры, мой Лорд.       - Ну что ж, прощаю, - с напускной серьёзностью покачал головой мужчина. - Я - отзывчивый Лорд.       В это же время Райбес и каджу Традио стояли около выхода из залы и смотрели на развивающуюся сцену.       - Хорошо, что он не сказал ничего про отчёт, - выдохнул глава клана Кадис. - Я полдня заговаривал Лорда, чтобы он действительно поверил в то, что Кармен Кравей лишь хотела встретиться с мужем.       - Вы скажете Роктису, Райбес-ним? - спросил Традио.       - О том, что я знаю, кто уничтожает моих колдунов? - уточнил каджу. - Нет. Он слишком любит свою жену. Не будем нервировать союзников.       - Вы абсолютно правы, - чуть помедлив согласился Традио. - Но так ли надо её убивать? Роктис может как продолжить поддерживать нас, так и встать на сторону Лорда, чтобы отомстить.       - Придётся, - вздохнул Райбес. - Она слишком опасная фигура в этой битве. Боюсь, что мне даже придётся действовать исподтишка. Столкнись я с Кармен в открытой битве, и всё раскроется раньше, чем хотелось бы.       - Полностью с вами согласен, Райбес-ним, - закивал каджу. - Что-нибудь известно про исчезновение членов вашего клана?       - Только то, что они исчезают, - горько усмехнулся Кадис. - Мне пора. Дела не ждут. Мне надо подготовиться прежде, чем выйти в земли людей без подозрений. А ты попробуй сделать так, чтобы Роктис... не переметнулся.       - Да, Райбес-ним.