Финт ушами

      Мэр Зверополиса Леодор Златогрив со вздохом удовлетворения откинулся в роскошном кресле, любовно оглядев свой просторный кабинет в здании мэрии.       После ареста бывшей заместительницы мэра Барашкис, Леодора оправдали и выпустили. А в кресле мэра он оказался опять благодаря тому, что еще в тюрьме умудрился убедить общественность в том, что действовал исключительно на благо жителей Зверополиса, изолировав всех одичавших хищников. Собственно, так оно и было. Да, конечно, он пытался спасти и свою задницу тоже, так ведь у всех есть свои недостатки. Но еще он пытался разобраться с этой проблемой тихо, чтобы не допустить паники в городе, а ведь паника — это хаос, ничего хорошего. И разве не он, Леодор, впряг лучших ученых, чтобы они нашли причину того, от чего одичали все жертвы? Не их вина, что они не успели, и их поймала на горячем эта умница Хоппс. Впрочем, злости на Хоппс у мэра не было никакой, наоборот, он был ей даже благодарен за то, что она нашла причину безумия хищников и расколола Барашкис. Отчасти благодаря этому он сидел сейчас на своем месте.       Леодор сощурил свои карие, ближе к медовому оттенку, глаза. Сегодня он собирался познакомиться со своим новым заместителем. Кандидатуры овец и баранов он отмел тут же. Спасибо, хватит с него, уже наелся, до цугундера довели его овцы-бараны. Златогрив содрогнулся. А ведь эта Барашкис казалась такой кроткой и суетливой пустышкой, и что в итоге? Вот тебе еще один урок, Леодор, не ведись на внешний вид. Он передал все полномочия по выбору заместителя мэра своей службе безопасности. Уж эти-то ребята душу из кандидата вытрясут.       В дверь раздался стук.       — Войдите! — рявкнул мэр, и в кабинет вошла антилопа. Мэр с трудом удержался от того, чтобы присвистнуть — он-то ожидал какую-нибудь пожилую умудренную опытом мадам, а вместо этого его замом оказалась девчонка, верно, только-только из учебного заведения, высокая и стройная, что еще больше подчеркивал ее строгий темный костюм. Ее изящнейшую головку украшали тонкие изогнутые рога и рыжая вьющаяся челка, спадавшая на один глаз (видимо, взяла эту моду у певицы Газелле). Мэр отметил, что глаза у нее были синие, такого глубокого оттенка, почти черные. «Ну же, Леодор!» — Сказал он себе. — «Встряхнись, не ведись на внешность! Надо ее проверить…»       Он улыбнулся.       — Полагаю, вы — мой новый заместитель? — уточнил он.       — Да, сэр. Люси Рогачек, надеюсь, что смогу быть полезной, — голос у нее тоже был мелодичный и певучий.       — Безусловно, сможете, — мэр сиял радушием.       Первым делом новому заму показали ее кабинет. В бойлерной. Там, где раньше сидела Барашкис. Мэр увидел, что Рогачек поначалу слегка впала в ступор. Видимо, такого она не ожидала.       Весь день Златогрив развлекался, издеваясь над своим новым заместителем. Он говорил ей идиотские комплименты и шутки, засыпал бредовыми заданиями типа «пойди туда, не знаю куда, принеси мне красный носовой платок с золотой вышивкой и зеленой бахромой», и с удовольствием наблюдал, как Рогачек начинает закипать.       К концу рабочего дня мэр с удовлетворением констатировал, что Рогачек доведена до белого каления. Последней каплей в чаше ее терпения стало то, что он назвал ее «Дурачек».       Люси медленно развернулась и вплотную подошла к его столу. В ее глазах горела такая злость, что если бы взглядом можно было сжигать, мэра спалило бы в одну секунду.       — Как вы меня только что назвали? — тихо переспросила она.       — Да ладно тебе, Дурачек, это же просто шутка! — добродушно ухмыляясь, отмахнулся Леодор, вальяжно развалившись в своем кресле.       — Надоели мне ваши дурацкие шутки. Весь день я только и делаю, что выполняю всякую нафиг никому не нужную фигню вместо того, чтобы приносить реальную пользу. Вы используете меня по образу и подобию коврика для копыт. Знаете, что, мистер Златогрыз, ищите себе другую тряпку, а я увольняюсь! — она не повысила свой голос ни на йоту, и от этого ее слова прозвучали еще внушительнее, чем если бы она орала. Люси развернулась и пошла к выходу. Она уже коснулась дверной ручки, как ее остановил довольный смех и аплодисменты мэра.       — Правильно, девочка, так и надо!       Люси непонимающе посмотрела в его глаза цвета темного меда.       — Что?       — У тебя есть роскошные рога, милая, и я доволен, что ты не стесняешься ими пользоваться, — заявил Златогрив, вставая с кресла. — Никому не позволяй вытирать об себя ноги, даже мне, когда я зарываюсь. Мой прошлый заместитель позволил это, и ты знаешь, что произошло. Я весь день давил на тебя, пытаясь понять твой предел. Очень хорошо. Ты терпелива, но унижать себя не позволишь. Умна и готова учиться, умеешь управляться с информацией и искать новую. И ты в состоянии принимать самостоятельные решения. Я буду рад с тобой работать, Рогачек, если ты, конечно, передумаешь увольняться.       — Не передумаю, если вы намерены держать меня в этой грязной бойлерной и по-идиотски коверкать мою фамилию, — мрачно ответила Люси.       — Договорились. Я уже распорядился, чтобы тебе приготовили твой кабинет рядом с моим. И обещаю больше не издеваться над твоей фамилией. Ну, что скажешь? — мэр с улыбкой смотрел на антилопу, ожидая ответа.       — Согласна, — подумав, кивнула она.       — Вот и прекрасно! — Златогрив бодро подошел к двери, открывая ее, чтобы выпустить даму. — Тогда до завтра!       — До завтра, сэр, — с ухмылкой попрощалась Рогачек и вышла.       — То есть, с моими дурацкими заданиями ты все-таки готова смириться, — промурлыкал мэр, думая, что уже Люси его не слышит.       — Вы не единственный начальник-самодур, сэр, я уже привыкла! — из-за двери ехидно раздался ее певучий голос.       — Сработаемся! — Златогрив довольно потер лапы.