Враг, который всегда придет на помощь

И как Гарри сразу не понял, что Рейнхарт сумасшедший? Самый настоящий псих. Только Дженкинс увел Малфоя, Рейнхарт повернулся к Гарри: — Мне надо знать точно, что вы чувствовали и думали перед тем, как появился мистер Малфой. Гарри очень хорошо все помнил, такого ужаса и отчаяния он не испытывал очень давно. — Я думал, что сейчас умру, если мне никто не поможет. Меня придавило деревом, на которое сел огнедышащий дракон. — Да, я помню. Значит, что-то вроде «сейчас умру, помогите?» — Рейнхарт покрутил в пальцах палочку. — Не совсем такими словами, но, по смыслу, пожалуй, да. — Хорошо. — Гарри не успел и дернуться, как Рейнхарт заморозил его Петрификусом тоталусом. — А теперь, Гарри, вам придется подумать так еще раз, иначе я вас зарежу. Гарри не верил своим ушам и глазам и не верил до тех пор, пока кинжал, который Рейнхарт вытащил из складок мантии, не оказался прижат к его горлу. И даже после этого все равно не верил. Только когда кончик лезвия проткнул кожу и что-то щекотное и теплое заструилось вниз, а совершенно безумные глаза Рейнхарта оказались очень близко от глаз Гарри, он вдруг понял, что тот действительно сошел с ума. И вполне может... убить. Мысль была столь странной, что Гарри сначала разозлился, а потом запаниковал. Он не мог двинуться, позвать на помощь, сбросить заклинание не получалось, а острый кинжал как будто вонзался все глубже. «На помощь!» — подумал он и заметил, как Рейнхарт взмахнул палочкой и удовлетворенно ухмыльнулся, а в следующий миг дверь распахнулась, и Рейнхарт отлетел на пару метров от мощного Ступефая из палочки Дженкинса. Малфой палочку не поднял, он отступил к двери и, морщась, потер левую руку. Без слов было понятно, что Гарри снова умудрился его позвать. — Гарри, с тобой все в порядке? — Дженкинс снял заклинание и опустился рядом с Гарри, чтобы залечить порез. — Все с ним хорошо, — подал голос Рейнхарт. Подняв руки, он медленно встал под прицелом палочки Малфоя. — Не стоило так горячиться, — с усмешкой добавил он. — Я же должен был убедиться в стабильности эффекта. И его работе. — Убедились? — спросил Гарри. Голос прозвучал зло. — Более чем. Простите, мистер Поттер, но это было возможно, только когда я смог убедить вас, что действительно способен убить и вы никак не сможете мне помешать. — Вы сумасшедший. — Я — Невыразимец, — усмехнулся Рейнхарт и сел в кресло. Он даже не пытался поднять свою палочку и кинжал, так и валявшиеся на полу. Малфой прикрыл дверь и замер рядом с ней, упираясь спиной в стену. Он до сих пор потирал левую руку, словно она все еще зудела. — Вы поняли, как это происходит? — подал голос Малфой. — В общем и целом, хотя некоторые моменты надо еще изучить в лабораторных условиях. Гарри скрипнул зубами, но промолчал. — После смерти Волдеморта проклятье, заключавшееся в вашей с ним связи, мистер Малфой, исчезло. Как вы наверняка знаете, так происходит всегда. Смерть волшебника влечет разрушение всех наложенных им при жизни чар и проклятий. Малфой кивнул и скрестил руки. — Именно. Со смертью Темного лорда все должно было исчезнуть навсегда. — Но шрам-то остался, — улыбнулся Рейнхарт. — И этот шрам один в один похож на знаменитый шрам Гарри Поттера. — Как и на любой след от магического проклятия. — Люциус пожал плечами. — Шрамы, оставшиеся от проклятий одного из величайших волшебников этого века. От проклятий, связывающих с одной стороны вас, мистер Малфой, с ним, а с другой — его с мистером Поттером, Волдеморт умер, но связь, вместо того, чтобы оборваться, объединила вас. — Бред, — сказал Гарри. Малфой кивнул — похоже, он был согласен. — Вы были свидетелями этой связи. — Я же не единственный бывший Пожиратель! — На свободе? Люциус смутился. В Азкабане метка не действовала. — Драко? — вспомнил Гарри. — За границей, — ответил Малфой. — Наверняка связь не настолько сильна, чтобы так далеко дотянуться. Или вашему сыну просто больше повезло, мистер Малфой. — И что же нам с этим делать? Можно эту связь как-то… оборвать, не знаю? — Вы могли избавиться от метки, мистер Малфой? — Я не пробовал. — Но были же те, кто пытался? — Да. Безрезультатно. — Гарри видел, что лицо у Малфоя потемнело. — И что же? Это теперь навсегда? Если этому мальчишке почудится, что он дохнет, бежать к нему с другого конца земли и дохнуть вместе с ним?! Так? — Малфой совершенно потерял самообладание, а Рейнхарт все усмехался. — Я... — Знаете, я тоже не в восторге, что в любой момент на меня может свалиться бывший Пожиратель, особенно, если я в опасности. Думаете, он будет меня спасать? Ха! Он скорее поможет меня убить, чтобы заодно и от меня, и от связи избавиться. Гарри встретился с Малфоем взглядом и понял, что не так уж далек от истины. — Между прочим, мистер Поттер, я уже спас вам жизнь. — Между прочим, мистер Малфой, раньше вы неоднократно на нее покушались. — Я ничего не могу обещать... — Разумеется, Рейнхарт. Тем более, что я сейчас вас арестую за покушение на жизнь Гарри, — встрял Дженкинс. Рейнхарт возвел очи горе: — Делайте, что хотите, но без вмешательства связь будет только усиливаться. Дженкинс все же арестовал Рейнхарта. Малфой ушел, а сам Гарри решил отпроситься пораньше. Он сомневался, что теперь сможет заниматься оперативной работой, защищать людей от Темной магии. Если любая опасность может принести с собой еще и Малфоя, лучше переждать, перевестись временно в отдел учета — туда, где не может быть ничего опасного. Жаль только, что сбежавшего, пока они разбирались с драконом и великаном, мистера Плая доведется ловить не ему. Гарри решил, что обязательно подаст рапорт о переводе... Но не сегодня. Сегодня он решил уйти пораньше, тем более что дома должна была ждать Джинни. Он уже месяц видел ее только урывками — тренировки, игры; важный матч состоялся как раз накануне, и после него Джинни, наконец, получила пару свободных дней.