Расплата

К следующему концерту Джанлука готовился с каким-то странным ощущением в груди. Он знал, что его будут ждать, что тёмный, прожигающий душу взгляд, будет следить за ним весь вечер, и от этих мыслей его сотрясала мелкая дрожь. Он не знал, что с ним происходит, но он устал бороться со своими желаниями: отныне он будет делать то, что хочет, не считаясь с мнением общества. И Джан решился. — Я рад тебя видеть, Джанлука, — мужчина мягко улыбнулся. — Хочешь отправиться в людное место и поговорить? Или… — Да, просто поговорить, — спокойно ответил Джан. — Как пожелаешь. Они ужинали в ресторане, недалеко от отеля, в котором расположилась группа. Это место сложно было назвать полным посетителей, но, по крайней мере, Джан чувствовал себя в относительной безопасности. — Это был великолепный концерт, — тихо произнёс его спутник. — Только не говори, что тебе снова повезло оказаться в одном городе со мной, — недоверчиво протянул Джанлука. — Честно говоря, — тот улыбнулся, — я рассчитывал, что ты захочешь встретиться в этот раз, и слегка поменял даты в своём графике. — Ты не думаешь, что я позвонил в полицию перед тем, как прийти сюда? Мужчина рассмеялся. — Значит, сейчас это место окружает патруль, и с минуты на минуту сюда ворвутся вооруженные люди и арестуют меня? Джанлука промолчал. — Я так не думаю, но, если ты захочешь посадить меня… что ж… я не смогу тебя переубедить. Это твоё право. — Ты совсем не боишься? — Я боялся, что ты не придёшь, — серьезно сказал мужчина. — Черт возьми, — Джан покачал головой. — Но вот я здесь. И что дальше? — Может выпьем? — Давай… мм… странно, но я до сих пор не знаю как к тебе обращаться. — Да, правда. — И как же? Казалось, мужчина задумался на секунду, но потом улыбнулся. — Пьеро. — Я не шучу, ответь серьезно. — А я абсолютно серьёзен. У Джанлуки распахнулись глаза, он замер. Вот почему в тот раз по лицу его знакомого промелькнуло странное выражение. Значит, Пьеро… Какое везение. — Почему ты не сказал мне тогда? — Ты был не в том состоянии, чтобы оценить юмор. Да, меня зовут ПьерО, но предпочитаю, ну ты понимаешь. другое произношение. Итак? — Я взял пистолет, — прошептал Джан, не отводя глаз от его лица. — Оо., — он удивленно вскинул брови и медленно наклонил голову. — И ты убьёшь меня? — Я ещё не решил. Может быть. — Тогда ты не против, если я сначала поем? — Пьеро улыбнулся. — Я не откажу умирающему в последнем ужине. Когда с едой было покончено, а бокалы наполнились вином, пришло время задать ещё несколько вопросов. — Ты смог вернуться к творчеству, я рад, правда. — Рад?! Ты хоть представляешь, чего мне это стоило?! Я ненавижу тебя всей душой. — Я понимаю. — И многих людей ты так понимаешь? — Джан повысил голос. — Нет. Думаешь, что я насильник и преступник, и мое место в аду? Возможно, ты прав. Пойми, я не приехал, чтобы просить прощения и каяться в грехе. Я виноват и знаю это, но я не жалею, — он говорил тихо и спокойно. — Сейчас я готов прострелить тебе голову, — в голосе Джана прозвучала сталь. — В таком случае, давай выйдем — не хочу загрязнять этот чистый пол своими мозгами, — он и бровью не повёл на такое заявление Джана. Ночной воздух прочищал мысли и остужал голову. Джанлука глубоко вдохнул. — Я так долго представлял себе, как отомщу вам всем, как наконец-то почувствую облегчение, но сейчас я понимаю, что не стану марать свои руки. — Как скажешь, — он встал рядом с ним. — Чего же ты тогда хочешь? — Чтобы ты исчез из моей жизни раз и навсегда, — сказал Джан после короткого молчания. — Хорошо. Но, если вдруг передумаешь, — он протянул ему карточку, — я всегда буду рад. Машина давно скрылась за поворотом, а Джан все стоял и с ужасом изучал визитку с именем его мучителя. Пьеро Монтерей. Глава департамента ядерного вооружения министерства обороны Французской Республики. Вечер сюрпризов на этом не закончился: Джанлука открывал дверь своего номера, когда распахнулась соседняя, и один взбешенный сицилиец оказался слишком близко к нему. — Ну и где ты пропадал?! — Не твоё дело. Я устал, уходи, — он попытался закрыть дверь, но Пьеро удержал ее рукой. — Мое. Поговорим?