Дом, в котором ждет семья

      Ален обшаривал кабинет отца и наткнулся на старенький потертый карманный блокнот в кожаной обложке. Он открыл первую страницу и увидел немного не ровную запись: "Собственность Стального алхимика - Эдварда Элрика" -Отец...       Парень листал страницу за страницей, какие-то странные алхимические круги и символы, все сопровождалось зашифрованными записями, которые выглядели как простые записки путешественника. Ален читал об этом, алхимики зашифровывают свои исследования, каждый по своему. -Папа говорил, что он много путешествовал, вот поэтому он так и зашифровал. Эх, разобраться бы в этом. Гомункулы, философский камень, человеческая трансмутация... Мой папа изучал преобразование человека? Так, я уверен, что у него должна быть книга по этой теме.       Ален начал судорожно перебирать все книги в небольшой библиотеке, но он смог найти только небольшой трактат, написанный от руки. За авторством Ван Хоэнхайма. -Дедушка тоже был алхимиком? Неужели и он, и папа исследовали одно и тоже? Надо посмотреть ещё в блокноте...       Парень потянулся за ним, но поднять ему удалось только край, поэтому некоторые плохо прикрепленные бумажки упали на пол. -Вот проклятье!       Блондин начал их собирать и тут его внимание привлекла выпавшая фотография. Дрожащей рукой он поднял её и поднес к лицу. На фото были маленькие Эд и Ал с их мамой. -Папа... ты всегда носил это фото с собой? Боже, а я и правда очень на тебя похож. На обратной стороне красовалась красивая подпись, написанная явно женским аккуратным и ровным почерком.

"лето 1904г. Эдвард - 5 лет, Альфонс - 4 года"

-Ведь... когда папе было 5, его мама тоже умерла.       Ален аккуратно положил фотографию обратно в блокнот и, отложив его на стол, сел за трактат своего деда. -Значит преобразование человека, да? Неужели...И правда можно вернуть того, кто уже умер?...

****

      Альфонс проснулся только вечером. Он присел на кровать и, положив локти на колени, закрыл лицо ладонями. -Что же мне дальше делать?...       Дверь легонько приоткрылась и вошла Риза, держа на руках ребенка. -Ты проснулся... Пойдем вниз. Пол... в смысле Рой уже пришел. Сейчас кушать будем. -...Я не голоден... - Альфонс, тебе надо покушать. -Может завтра... -Значит так... ЖИВО СПУСТИЛСЯ НА УЖИН!       Блондин вздрогнул и немного отпрыгнул на кровати. Миссис Мустанг только сейчас увидела его глаза, в них словно больше не было жизни. Как же она мечтала больше никогда не видеть этого пустого и потухшего взгляда золотых глаз. -Х-хорошо... Я сейчас переоденусь и спущусь. -Вот и отлично. Мы все тебя ждем. Кое-кто очень хочет с тобой познакомиться.       Риза вышла из комнаты и прикрыв за собой дверь глубоко вздохнула. -Эти потухшие глаза...       Она вспомнила, когда в первый раз увидела Альфонса в его настоящем теле. Тогда, глаза парня, немного более зеленые, чем у Эдварда, но все такие же золотые, горели счастьем и тягой к жизни...

***

      Риза сидела на кровати Мустанга, и обучала своего начальника читать книги для слепых. -Так... Я кажется понял... Тут у нас слово винтаж, да? -Нет полковник, это витраж. Сосредоточьтесь! -Я же всего пару букв перепутал!       В дверь тихо постучались. Полковник отложил книгу и повернул голову в сторону шума. -Войдите.       Эдвард протиснул голову и радостно улыбнулся. -Здарова, полковник. Как дела, лейтенант? -Этот голос... Стальной?       Бывший алхимик нелепо улыбнулся и уже полностью вошел в плату. Он катил перед собой инвалидную коляску, с сидящим в ней парне с очень длинными золотыми волосами, предварительно забранными в высокий хвост. -Эдвард! Иииии.... Альфонс, это ты?       Риза пристально рассматривала худого парня. -Ага. Вам наверное не привычно меня так видеть. -Да... Твой голос теперь не отдает металлическим эхом.       Полковник сидел, так и уставившись на дверь. -Пф, ну ты скажешь блин.       Блондин закатил глаза. -Не закатывай мне тут глаза, Стальной! -Что? Как ты? -Я тебя не первый год знаю. И не делай такое дебильное удивленное лицо.       Эдвард резко отвернулся, а Альфонс и Риза тут же прикрыли рты, чтобы не рассмеяться в голос. -В любом случае, когда вы отсюда выписывайтесь? -Мы бы уже давно в Резембурге были, но братик утверждает, что я ещё слишком слаб и будет лучше, если врач на всякий случай всегда будет рядом. -Я между прочим о тебе беспокоюсь, Ал! -Да ладно тебе, не сердись. Просто я поскорей хочу уже домой вернуться.       Риза не отрываясь смотрела на братьев. -Боже, как вы похожи...       Элрики переглянусь и Эд легонько похлопал брата по плечу. -Ну все... Ещё один пункт из твоего списка выполнен! -Б-братик! Ты что, читал мой список? -Ну, мне было нечем заняться пока ты спал... Кстати, это ещё один пункт.       Мустанг озадаченно поднял бровь. -Что ещё за список? -"Что я хочу съесть, сделать, услышать и почувствовать, когда верну свое тело" -БРАТИК! -Ну все, все успокойся. Честно, больше не буду.       Блондин стал тормошить волосы младшего брата. -Эх, ты не исправим... -Ну, что поделаешь. Я же твой старший брат!

***

      Ризу вывел из раздумий маленький сын, который завозился на её руках. -Ладно, ладно, прости, Маэс. Что-то я задумалась. Идем вниз.

****

      Триша заглянула в кабинет отца и увидела брата, задумчиво читающего какую-то книгу. -Братик... Я есть хочу... Пошли к Нэлли... -... -Братик.       Малышка подошла к блондину и стала трясти его за плечо. -Братик!       Ален испуганно поднял глаза и, увидев сестру, захлопнул книгу. -Т-триша?! Ты давно здесь? -Только пришла. Пошли кушать! Я голодная. -А? Уже ужин? Что-то я зачитался. Извини. Ладно, пошли к Нэлли. -Угу. А что ты читаешь? -Это пока секрет. Но обещаю, как только я разберусь в этом по подробнее, то все тебе расскажу.

****

      Альфонс осторожно спустился вниз и пошел на кухню. Там сидела уже вся семья Мустангов. Рой задумчиво читал газету, Риза ставила тарелки на стол, а маленькая девочка с длинными черными волосами, заплетенными в косу, играла с куклой. Услышав шаги, Риза подняла голову. -О, Альфонс. Ты как раз вовремя. Садись.       Ал занял свободное ему место и начал рассматривать тарелку. -Вы ведь брат Стального алхимика?       Блондин поднял голову и увидел как его с интересом рассматривает девочка, отложив свою куклу. -Д-да. Я. -ВАУ! КРУТО!       Девочка спрыгнула со стула и подбежала к алхимику. -Меня зовут Крис Мустанг. Я всегда мечтала с вами обоими встретиться. -Кристин! Веди себя прилично. -Прости мама. Мистер Элрик, папочка столько о вас рассказывал. -Кристин, садись за стол, потом поговорите. -Да, да.       Девочка надела губки и прошла к своему месту. Ал поправил отросшую челку и мельком посмотрел на господина Мустанга, тот клевал носом, пытаясь не заснуть. После той новости о смерти Стального он и глаза не сомкнул. Ал закусил губу и повернулся к своей тарелке, есть он не хотел, но его желудок явно требовал пищи. -Мистер Элрик! А можете мне рассказать о вашем с братом детстве? Ну пожалуйста.       Альфонс поднял голову от тарелки и взглянул в карие глаза малышки. -О детстве? -Да! Да! Я спрашивала папу, но он говорил, что о детстве ничего не знает, все остальное я все равно уже слышала. -Всё... остальное???       Огненный нервно кашлянул и сделал вид, что не слышит их разговора. -Крис! Дай Альфонсу поесть! Не заваливай гостя вопросами! -Н-ничего страшного, миссис Мустанг. Я все равно не голоден. О-о детстве значит... -Да, да!       Риза перевела взгляд на Альфонса и увидела еле заметный блеск в глазах. -Ну, слушай... В детстве нам с братом нелегко пришлось. Наш отец ушел из семьи, а мама умерла, когда мне было четыре года. Если бы наша соседка, Пинако Рокбелл, или, как мы её называли, бабушка Пинако, не взяла над нами опеку, нас бы отправили в детский дом. Хоть папа и оставил дома деньги, но брат решил сохранить их на черный день, вдруг очень срочно понадобится большая сумма. Эх, он оказался прав... Эти деньги мы использовали для оплаты его автоброни, хоть нам и сделали громадную скидку, денег все-равно хватило впритык. На обычные же расходы, мы решили зарабатывать своими силами. Мы брались за любую работу, какую бы нам не предложили. Чем мы только не занимались: помогали пастуху, поливали и пропалывали грядки и сады, кормили животных, прибирались в домах, зимой убирали снег, иногда даже сидели с детьми помладше нас и ещё много-много чего... К тому-же мы были единственными алхимиками в Резембурге и поэтому чинили, что могли, так мы совершенствовали наше мастерство и помогали нашим соседям. За все естественно нам платили, если сейчас подсчитать, то нам недоплачивали, но тогда для нас все было сокровищем. Утром мы ходили в школу, днем работали, а вечером и ночью посвящали себя алхимии...       Рассказ длился уже больше часа. Альфонс радостно улыбался, прямым и ясным взглядом смотря на всех. Он начал даже жестикулировать руками от переизбытка эмоций. Ал все говорил и говорил, рассказывая все новые и новые истории. Никому не хотелось его прерывать, да и незачем было. Но на одной из историй, в которой фигурировала Уинри, Крис перебила рассказчика. -Эта Уинри, твой брат ведь женился на ней? -А? Ну да. У них даже дети есть. Их сын старше тебя на год, а вот дочке всего два. И... -А ты её любил?... -Ч-что? -Ну, эта Уинри. Ты любил её?       Риза дернула дочь за рукав платья, показав этим, что пора бы остановиться. Ал опустил голову и грустно улыбнулся. -Любил? Да,... я её любил... и, признаться честно, я даже на что-то рассчитывал, но потом... Она полюбила братика, а братик... сам того не понимая влюбился в неё. Я решил, что их счастье, для меня важнее собственного... Поэтому оставил надежды и понял, что вместе они будут счастливы...       Рой сидел с немного приоткрытым ртом, все ещё не отойдя от всех этих рассказов. У Ризы от всего навернулись на глаза слезы, а маленькая Крис прижала к себе куклу.       Вдруг Ал резко встал. Челка снова прикрывала половину его лица, но Риза видела, как та жизнь, которая появилась в его глазах за время рассказа потихоньку увядает. -С-спасибо огромное за еду. В-все было... очень вкусно. Я пойду посплю... Спокойной ночи.       Блондин медленно поднялся по лестнице и зашел в свою комнату. Открыв старенький чемодан, он достал рамку с фотографией. Посмотрев на неё с минуту, он поставил фото на тумбочку возле кровати и лег сам, не отрывая взгляда от изображения. -Любил.... да?....       Алхимик закрыл глаза и по его щеке скатилась одинокая слеза.