История одной принцессы

А начали проявляться странности Сокджина еще с самого детского сада. В начале, конечно, все было ровным счетом как и у всех остальных – нормально. Но позже нянечки и воспитатели начали замечать, что мальчик был нелюдим, и единственной его компанией была пара куколок: первая – парень в парадной форме глубокого синего цвета и красным плащом на спине, а голова его была украшена весомой и крупного размера короной, видимо, свидетельствующей, что это не обычный парнишка, а принц или даже король; вторая – девушка, одетая в любимом стиле Джина: длинное и пышное розовое платье, а на русых до пояса абсолютно прямых, словно Сокджин расчесывал их и ухаживал, как за своими, волосах виднелась небольшая серебреная диадема. Также Сокджин отвоевал себе небольшой кукольный замок в самом углу просторной группы и мог сидеть там часами напролет, не отвлекаясь. Поначалу он пытался играть с другими мальчишками, но машинки и другие особо подвижные забавы его как-то не цепляли, поэтому он довольно быстро отстал от них. С мальчиками он не водился, но и девочки ему были не интересны, хоть они и не раз пытались заговорить с ним и предлагали поиграть в любимых им кукол. Джин и не был против, но такого удовольствия, как когда он мог распоряжаться всем сам, он не испытывал, поэтому после нескольких раз он все начал отказываться и вскоре полностью перестал общаться со всеми детьми. А Сокджину и не нужно было чужое внимание, ведь своё он не мог никому уделить, кроме как своей сладкой кукольной парочке. Он каждый свой день, проведенный в садике, только и делал, что обыгрывал совместную жизнь принца и принцессы: бытовые ссоры, готовку, походы в магазин, разговоры перед сном, совместное принятие ванн, поцелуи, и даже секс он не обошел стороной. Хотя порой ему и было скучно, ведь Джин хотел быть только принцессой, а человека для роли принца он так и не смог найти. Но играть за принца и прокручивать его фразы из диалога в мыслях, а еще и озвучивать их вслух было вполне сносно, в отличие от вынесения насмешек со стороны других детей. Ведь они портили идиллию сказки не только своим присутствием и разговорами со спины – дети зачастую отбирали игрушки и дурачились, убегали от Джина, которому приходилось носиться за воришками, пытаясь выхватить хоть что-то из рук своих высоких одногруппников. Воспитатели не уделяли этим издевательствам должного внимания, утверждая, что это лишь игра и способ пообщаться с Джином. Мальчишки могли перекидывать кукол «с голубой кровью», словно резиновый мяч, а резиновый, потому что они не брезгали ронять их на пол, подбрасывать, бить о стены или просто прятать. По этой причине Сокджин нередко забирал свои игрушки или же находил их в мало предсказуемых местах, таких как использованные горшки, жирные кастрюли, зарывали в вазонах для цветов, где они были уже потрепанными, грязными и разорванными. Джин терпел все это и даже не думал, чтобы пожаловаться маме, ведь в её глазах, по рассказам любимого сына, он прекрасно ладил с детьми, был самым общительным и являлся центром всех компаний. Именно по той причине, что Сокджин держал все в себе и не мог просить о стирке кукол или штопаньи их одежды, ведь пришлось бы объяснять, каким образом он мог так угробить свои любимые игрушки. А лгать он не мог, не хотел, уже наврал сполна, отчего в любом разговоре приходилось находить все больше слов, чтобы образовать из них пусть и не самую надежную или высокую ограду, но постараться скрыть за ней болезненную правду. Из-за всего этого притворства Джин умел и стирать, и шить с самого детства. Вначале совсем не получалось и, казалось, что игла попадала чаще не в лоскутки ткани, а в кожу еще нежных детских пальчиков, отчего те покрывались пеленой румянца любимого цвета мальчика. Но благодаря детям, которые умудрялись рвать и без того толстые и тугие швы ниток, Сокджин мог совершенствовать свои умения и сделать все более аккуратно, хоть это «аккуратно» и не продержится до вечера следующего дня.

***

– Я могу с тобой сыграть? – потревожил Джина незнакомый ему голос со спины, отчего тот вынужден был оборвать свой диалог между принцессой и принцем, прервать их завтрак и обратить внимание на говорящего. – Мне нравится одному, – кратко, словно не пытаясь отказать, но откровенно маскируя «нет», кинул Джин высокому парню. На вид он был самый обычный, но длина его давно не стриженных волос слегка выделялась, да и выглядели они нелепо и растрёпано. Зато, благодаря такой шевелюре, можно было обратить внимание, что его правое ухо было не единожды проколото. Точное количество сережек Сокджин не смог определить: черные пряди закрывали большую часть раковины, поэтому мальчик сосчитал только три, одной из которых был небольшой цветочек из синих камней. Также Джин сразу приметил розовый фартук с такими же голубыми цветочками, как и один в его правом в ухе. – Ну, тогда я просто посмотрю. – Недолго думая и едва улыбаясь, парень сел позади Джина на маленький детский стульчик, вытянутый из-под столика от набора «Идеальное чаепитие с друзьями». Размер стула был невелик, точно сделанный под Сокджина и остальных людей схожего с ним возраста, но незнакомец поместился на него на удивление ловко и, казалось, не испытывал никакого дискомфорта. Джин, пытаясь не обращать внимания и полностью игнорируя присутствие гостя, просто повернулся к своему, а точнее, замку принца и принцессы и, словно забыв о парне, возобновил королевский завтрак. – Принцесса Джи, как Вам сегодняшний приготовленный мною завтрак. Что понравилось больше: пицца или курица? А может, Вам больше пришлись по вкусу кисло-сладкие тигровые креветки? – Все было очень вкусно, и я не откажусь от добавки, – констатировал свои мысли Джин через принцессу, сглатывая навернувшиеся слюни только от мысли о еде, точнее, о любом виде мяса, – но было бы еще лучше, если бы… – Ничего себе принцесса! Кто ж так завтракает? Тем более, девушки предпочитают фрукты или овощи жирному куску мяса, – влез парень, сидящий уже на полу за спиной Джина и смотря из-за его крупных плеч, перебивая его, словно поправляя маленького ничего, не знающего о девушках мальчика. – Все было очень вкусно, – еще раз повторил Сокджин, делая акцент на каждом слове и паузы между ними, подчеркивая, что все верно, так и надо, – а было бы еще лучше, если бы кое-кто в потрясающем фартуке розового цвета отстал от меня. Но только Джин пожелал исчезновения одного незваного гостя, как появилось еще несколько. – О, Сокджин, ты снова играешь без нас? – подошел самый высокий и крупный на вид ребенок, видимо, предводитель небольшой группки стоящих позади детей, и приобнял мальчика, словно «корешась», но его намерения Джину были более чем известны: поиздеваться над ним и его единственными друзьями – куклами. – Сегодня я играю с ним, – вступился его новый знакомый, который, последовав примеру самого главного обидчика Джина, решил положить свою руку, включая локоть, на всю длину плеч Сокджина, отчего первый рефлекторно, а может, и от небольшой боли, закончил свои «корешания» и отдернул руки. – А может, тогда мы с вами? – еще питал надежды «кореш» поизмываться над мальчиком. – Сомневаюсь, – резко кинул, облокотившийся на Сокджина парень и ткнул пальцем в кукол. – А давайте перенесемся в младшую школу и научимся считать: одна кукла, две куклы, – он показательно указывал на игрушки. – Ну вот, лишь две куклы, так что игроков тоже может быть только двое. Незнакомец пальцами свободной руки подхватил ближайшую куклу для наглядности взаимодействия с Сокджином. Он взял маленькую, слегка надорванную и немного отваливающуюся ручку кукольной принцессы и помахал ею громиле, ярко улыбаясь, словно его забавляли его же действия. Но это действительно помогло, и «кореш» со своей компанией отошли. – Ну, вот и все, – подытожил незнакомец, вверяя в руку Джина принцессу и поднимаясь с пола. – Твои плечи такие широкие, надеюсь, я могу положиться не только на них своими обеими руками, но и на тебя, – подмигнул парень своими озорными, немного раскосыми глазами. – Ты ведь никому не взболтнешь, что я в свои-то семнадцать лет, будучи почти мужчиной, – на этом он показательной откинул свои волосы назад незамысловатым движением руки, – играл в куклы. Парень уже было решил уйти, но Джин его остановил, хватаясь за штанину узких джинсов. – Не расскажу, но только если ты будешь приходить ко мне каждый день и играть в эти самые куклы. – Парень, ничего не говоря и довольно улыбаясь, снова присел рядом и окунулся в созданный Джином сказочный мир.