Нам не няня нужна, а психиатр

Весь оставшийся вечер Кэролайн провела, собирая вещи. Разумеется, на утро её здесь уже не будет после того, что наговорила Эстер Майклсон. Опять. Она почти не спала и, когда рассвело, уже сидела на кровати, ожидая, когда к ней зайдут и прикажут убираться из дома. Но никто не приходил. Прошёл час. Два. Кэролайн слышала, как просыпались Майклсоны. Дверь оставалось закрытой. Девушка не выдержала и вышла в коридор, нарочито громко закрывая за собой дверь. Ожидание смерти всегда самое худшее. В коридоре было пусто. Картины, висящие на стенах, приветствовали Кэролайн. Солнце освещало все углы, резало глаза, и девушка щурилась. Она не любила солнце, её глаза были чувствительны к лучам. Солнце будто пыталось предупредить её, что её ждёт ужасный день, а, может, и ужасная жизнь. Кэролайн и так это знала, но всё равно шагала вперёд, а затем — вниз по лестнице. Первым, кого Кэролайн встретила, был знакомый водитель. Сначала девушка обрадовалась, увидев его, но потом осознала, что, скорее всего, он идёт за ней. Почему-то ей стало страшно, однако водитель улыбался. — Кэролайн! Тебя-то я и ищу! — воскликнул мужчина, и сердце Кэролайн упало. — Я уже собралась… — скорбным голосом пробормотала девушка. — Куда? — искренне удивился водитель. — Зачем ты меня искал? — с сомнением спросила Кэролайн. Водитель оживился. — Клаус просил меня привезти тебя к нему. — Клаус?! Водитель ещё раз повторил, что Клаус велел ему привезти Кэролайн к нему, но и на этот раз девушка не поверила. В смысле, не понимала. Что Клаусу от неё нужно? Может, смертная казнь за то, что нагрубила его маме и за то, что не отреагировала на его вчерашний комплимент? С богатыми людьми надо быть поосторожнее. Мужчина проводил Кэролайн к машине. По дороге девушка встретилась с Ребеккой, но та ничего не сказала, так же, как и Эстер, сидящая во дворе на скамейке, как истинная леди. Они обе просто прожигали Кэролайн взглядом, оставив без ответов на тысячи вопросов, мотающихся в голове. Девушка хотела подойти к Эстер, но водитель толкнул её в машину. В машине пахло ароматизаторами, и Кэролайн открыла окно. Ветер раздувал её волосы, идеально уложенные до этого, чтобы Эстер видела, что Кэролайн тоже может быть красивой. Настроение девушки окончательно упало. Она отдирала прилипшую жвачку под сидением, гадая, что её ждёт. Машина резко остановилась, и Кэролайн бросило вперёд. Она ударилась головой и застонала. Отличный день! Кэролайн заметила, что уехали они не далеко. Девушка вполне могла дойти и пешком. Небольшое здание, похожее на мавзолей, возвышалось перед ней. Водитель подмигнул ей и уехал, и Кэролайн снова не успела узнать его имя. Тёмные и старые стены пугали. Она вздохнула и толкнула хрупкую дверь. Та со скрипом открылась, и Кэролайн почувствовала, как в нос ударили запахи пыли и старости. Внутри тоже было темно, синие стены, казалось, вот-вот сомкнутся, и от Кэролайн ничего не останется. Она прошла вперёд, осматриваясь. Всё здесь было похоже на ту комнату, куда Кэролайн впервые попала при осмотре дома. Там, где её застукал Клаус. Множество коробок было разбросано по углам, цветы, высохшие и завянувшие, продолжали стоять на том же месте, куда их поставили лет сто назад. На стенах различные фотографии, на которых иногда появлялись Майклсоны. Кэролайн присмотрелась к той, где Клаус рисовал какую-то девушку. Она была красива и прекрасна, и Кэролайн не удивилась, что такой, как Клаус, решил нарисовать её. Она задумалась. Интересно, та девушка была важна Клаусу или была просто игрушкой? С каждым днём Кэролайн узнавала Клауса всё больше. Тот, кого она знала по фотографиям из Интернета, был совсем другим. Он был прекрасным принцем с идеальными чертами лица и восхитительной грацией. Настоящий же Клаус был простым романтиком, Казановой со смазливой мордашкой, правильно подбирающим слова и сводящим с ума всех девушек. Но Кэролайн будет исключением. Она не поддастся его чарам, даже если он предложит нарисовать её. А рисует он неплохо… Кэролайн отошла от фотографии, в последний раз взглянув на погружённого в рисование Клауса, и замерла. Клаус стоял рядом с ней, внимательно наблюдая за каждым её движением. Как же Майклсоны подбираются так незаметно? Кэролайн отвернулась, упершись взглядом в картину. Лишь бы не смотреть в его глаза, такие манящие и… — Мой брат увлекался фотографией, — произнёс Клаус. Чёрт, его голос просто идеальный. Да о каком контроле можно говорить, когда он рядом?! — Какой из? — мрачно огрызнулась Кэролайн. Она не ожидала, что это прозвучит так резко, но Клаус почему-то очень раздражал её. Однако на её дерзость Клаус рассмеялся. — Ты такая злюка, — спокойно сказал он. — Извини, — Кэролайн покраснела. Не любила она извиняться. — Генри. — Что? — Его звали Генри. Кэролайн замолчала. Она искоса взглянула на Клауса, чтобы разобраться, что ей стоит сказать, но тот перехватил её взгляд. Кэролайн покраснела. — Он умер, — Клаус грустно улыбнулся. Кэролайн отвела взгляд. Лихорадочно соображая, что ему сказать, девушка заметила, что Клаус вдруг исчез из её поля зрения. Она обернулась, боясь остаться одна, и пошла за Клаусом, идущим к противоположной стороне помещения. — Клаус… — Кэролайн впервые назвала его по имени. — Да, дорогуша? Клаус посмотрел на неё, ухмыльнувшись. Кэролайн бесило «Дорогуша», но она решила промолчать. — Мне жаль твоего брата, но для чего ты меня сюда привёл? — осторожно поинтересовалась Кэролайн. Девушка могла поддержать, но не всегда. Сейчас был тот случай, когда она не могла. Клаус остановился и отвернулся. Перед ним висела фотография их семьи: Эстер, Клаус, Элайджа, Ребекка, Финн и неизвестный Кэролайн мужчина с ребёнком. Девушка посмотрела на Клауса и заметила, как он задумчиво смотрел на тех, кого Кэролайн не знала. Клаус вдруг нагнулся и взял с коробки под фотографией несколько снимков. Он показал их Кэролайн. — Это мой отец, — сказал парень, показывая на снимок, где был запечатлён мужчина со строгим лицом. — Он тоже умер. Кэролайн почесала затылок. Ей было неловко смотреть фотографии их семьи. Про отца Майклсонов никто ничего не знал, это была секретная информация, и девушка боялась, что Клаус попросит что-нибудь взамен за то, что поделился этой информацией с ней. Может, ночь вдвоём? Кэролайн передёрнуло. — Что с тобой? — Клаус взглянул на девушку. — Почему ты мне это показываешь? Я просто не понимаю, ты не боишься, что я выложу эту информацию в сеть? — напрямую ответила Кэролайн. Клаус стал серьёзным, и девушка испугалась. — Дорогуша, но ты же не настолько глупа, чтобы делать это? — Я этого не сделаю, но почему ты мне веришь? Клаус снова уставился на фотографию. — Отец умер давно, но с тех пор у каждого из нашей семьи что-то изменилось. Все приняли это, кроме нашей матери. — Клаус внимательно посмотрел на Кэролайн. Та кивнула. — Мама пытается вернуть то, чего уже не существует. Она цепляется за каждого, чтобы наша семья снова стала прежней. Она не может принять тот факт, что у каждого есть от неё секреты. — Генри тоже к этому причастен? К изменениям? — осторожно спросила Кэролайн, смотря на фотографии, где отец Майклсонов крепко держал за плечо младшего сына, очевидно, Генри. — Генри умер раньше отца, — задумчиво пробормотал Клаус. — Он был причастен только к изменениям в отце, а отец уже изменил всю нашу семью… — Парень помотал головой. — Я хотел сказать, что… Не злись на нашу мать. Она делает то, что считает правильным, точно так же, как и ты. Кэролайн задумалась. Наверное, он прав. Хоть Эстер и была сучкой, все её действия, как ни странно, были скорее положительными, чем отрицательными. Кэролайн сравнивала Эстер со своей мамой и с грустью осознавала, что они абсолютно разные, и, как бы это ни было печально, в роли матери Эстер была намного лучше. — Твоя мама хотя бы пытается сделать семью лучше, — не выдержала Кэролайн. Она тут же прикусила язык, но было уже поздно. — А твоя, видимо, нет? — догадался он, и Кэролайн почувствовала, как внутри всё закипает от злости. Почему все видят её насквозь? Почему у неё такой длинный язык? — Закроем тему? — предложила Кэролайн, закусывая губу. Клаус неохотно пожал плечами. — Дорогуша, я всё равно узнаю. Кэролайн недоверчиво взглянула на него и стала просматривать оставшиеся фотографии. На некоторых из них появлялась Эстер, но она выглядела не слишком счастливой, и Кэролайн задумалась: уверен ли Клаус в том, что его мама так хочет вернуть прежнюю семью? Вслух она ничего не сказала. — Вчера я заходил к матери, — сказал Клаус. — Она хотела выгнать тебя. — Я догадалась. Я уже собрала свои вещи. Всё утро я провела в ожидании. — Правда? Ты собрала вещи? Кэролайн не поняла, почему его это удивило. — Да. Я хотела убраться раньше, чем твоя мама прогонит меня пинком под зад. — Она бы никогда так не сделала, — усмехнулся Клаус. — По крайней мере, она больше не собирается прогонять тебя. — Что? Почему? — Я её отговорил. Кэролайн молчала. — Знаешь, Кэролайн… — начал Клаус. — Есть в тебе что-то особенное. Кэролайн вздрогнула. Этой фразы она боялась больше всего. «Есть в тебе что-то особенное, и я хочу тебя трахнуть» — так звучало продолжение у неё в голове. Она знала таких, как Клаус, и всегда пыталась держаться от них подальше. Но сейчас ей некуда деться, ведь он живёт всего этажом ниже. Кэролайн прикусила губу, пытаясь не смотреть на парня. Она боялась увидеть в его глазах искорки похоти или заметить, как он раздевает её взглядом. Боковым зрением Кэролайн видела, что он смотрит на неё, и в её голове возникали пошлые картинки. Ей стало жутко, мурашки пробежались по коже. — Дорогуша, ты стала какая-то напряжённая, — Клаус провёл рукой по спине девушки, и та отскочила. Он приобрёл изумлённый вид, но быстро всё понял. И рассмеялся. — Ты подумала, что я хочу… Клаус рассмеялся сильнее. На самом деле, девушка почувствовала странную обиду. Клаус смеялся так, как будто хотеть Кэролайн было чем-то из ряда вон выходящим. Она не могла разобраться, чего ей хотелось больше — чтобы Клаус хотел переспать с ней или не хотел. Почувствовав, как щёки заливаются краской, Кэролайн отвернулась. В ушах продолжал звучать смех Клауса. Наконец она не выдержала: — Боже, просто оставь меня в покое! И прекрати называть меня дорогушей! С этими словами Кэролайн выскочила из здания и быстро побежала в сторону дома Майклсонов, так и не узнав, где она находилась.

***

Вечером дом ожил. Казалось, что все дети обычно пропадают до этого времени суток, а затем возвращаются и заполняют дом своими голосами. Кэролайн продолжала сидеть в своей комнате, страдая и скучая. Она боялась выйти, боялась встретиться с Клаусом после того, что произошло в «мавзолее». Ей было так стыдно, что один раз она спряталась под кровать. Казалось, что Клаус ворвётся в её комнату, рассмеётся в лицо, прижмёт к стене и изнасилует под предлогом, что он отговорил свою маму выгонять Кэролайн. Она так волновалась, что дрожала, хотя даже не была уверена, из-за чего такое волнение. Кэролайн думала, что скажет при встрече с Эстер. Гадала, что же сказал Клаус матери такого, что заставил её передумать. Почему он вообще это сделал? Для своей выгоды? Кэролайн запуталась. Столько всего навалилось за сегодняшний день, что девушка не успевала расставлять мысли по местам. Они метались и путали её, окончательно сводя с ума. Кэролайн узнала столько всего о Майклсонах и теперь не знала, что ей делать с этой информацией. Чтобы прийти в себя, девушка начала ходить от угла к углу комнаты. Вдруг зазвонил телефон. Она подбежала, хотя заранее знала, кто звонил, и заранее знала, что не ответит. Это была мама. Пятый раз за сегодня. И пятый раз Кэролайн сбрасывала звонок. Она выключила звук и набралась смелости, чтобы выйти из комнаты, но только из-за того, что ей приспичило в туалет. Кэролайн уже почти представляла, что где находится, и найти туалет было несложно. Он находился на каждом этаже, и это радовало. Закрывшись на замок и обернувшись, Кэролайн вскрикнула. Кол стоял перед ней со своей фирменной ухмылкой. Как она его не заметила? У них у всех что, есть шапки-невидимки? — Привет, няня! — радостно воскликнул Кол с явной насмешкой. Каждый раз, когда Кэролайн сталкивалась с Колом, он с издёвкой называл её няней. Обычно их разговоры не длились долго. Самый длинный состоял из пяти фраз: — Привет, няня. — Привет, Кол. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. — Забавно. Остальные были либо просто приветствием, либо уточнением того, где что находится. Ещё более короткие разговоры Кэролайн имела только с Финном. Точнее, вообще не имела. Она никогда с ним не разговаривала. Колу было пятнадцать лет, и он напоминал Кэролайн Джереми, брата Елены Гилберт. Кол тоже был непослушным и легкомысленным, однако, в отличие от Джереми, Майклсон умел обращаться с девушками. — Так вот, няня, раз ты уже здесь, — Кол ухмыльнулся шире. — Мне нужна твоя помощь. Кэролайн — спасительница Майклсонов? Почему все всегда просят её о помощи? Причём это больше похоже на вызов сатаны, чем на помощь. Кэролайн ожидающее смотрела на Кола. — Ты побудешь моей девушкой один вечер? — Кол слегка наклонил голову и обаятельно улыбнулся.