Нам не няня нужна, а психиатр

Кэролайн посмотрела на часы. Времени до девяти оставалось немного. Она собралась и пробралась мимо всех незамеченной. После того, что случилось, меньше всего ей хотелось попадаться на глаза Майклсонам. В кабинете Эстер было подозрительно тихо, но она не обратила на это внимания. Скорее всего, та была на какой-нибудь очередной конференции, вот и всё. Однако после случившегося утром у Кэролайн начиналась паранойя, и она всё-таки остановилась около двери в кабинет. Приложив ухо к двери, девушка прислушалась. Внезапно дверь открылась и ушибла Кэролайн. Девушка застонала, держась за ухо. Оно покраснело и очень сильно жгло, но ту больше волновало, кто вышел из кабинета. Она не удивилась, когда увидела Клауса. Не удивилась, но смутилась. Кэролайн ещё не научилась контролировать свои чувства. Клаус же замер. В душе он ликовал, что встретил девушку, но старался держать себя в руках. Это было не так уж сложно, потому что сейчас он злился из-за бала. Ему нужно было узнать у Эстер, что происходит, но Кэролайн манила его, и он поддался. Протянув руку, Клаус аккуратно дотронулся до её уха и сочувственно улыбнулся. Чёрт, с каких пор он такой нежный? — Извини, — неестественно ухмыльнулся Клаус. Кэролайн, как ни странно, хихикнула, и парень растерялся. Её улыбка была потрясающей и такой редкой, что он просто засмотрелся. — Просто представила, как это выглядело, — пояснила Кэролайн, снова хихикнув. Клаус тоже представил и хмыкнул. Ему становилось так легко рядом с Кэролайн, что он даже больше не злился из-за приглашения, однако понимал, что разобраться нужно. Но Клаус решил ещё немного задержаться. — Куда ты? — поинтересовался тот, с интересом осматривая Кэролайн, надевшую куртку. Девушка встрепенулась. Она не была уверена, что можно рассказывать, но ей отчаянно хотелось поделиться этим с Клаусом. — Меня пригласили на встречу. Клаус внезапно напрягся. Конечно, у неё есть поклонники. Такая девушка, как она, пользуется популярностью среди мужчин. Он это понимал, но, столкнувшись в реальности, не выдержал. Неужели Клаус так сильно ревнует? Непроизвольно сжав руки в кулаки, парень задумчиво кивнул. Кэролайн заметила его кулаки, но не поняла, почему он сжал их. — Что-то не так? — Всё отлично. Удачи, — сухо бросил Клаус. Он постарался взять себя в руки, откашлялся и расслабил руки, заметив, что сжал кулаки. — Спасибо, — неуверенно отозвалась девушка и, поколебавшись, обернулась. Идя к двери, она надеялась, что Клаус спросит ещё что-нибудь, но тот молчал. Кэролайн чувствовала его взгляд у себя на спине. В голове металось: «Ну же, спроси что-нибудь. Спроси с кем!», но Клаус молчал. Когда Кэролайн вышла, разочарование пронзило сердце, и она с грустью побрела к мосту. *** Деймон уже был на месте, когда девушка пришла. Первое впечатление о нём было весьма поверхностное, однако Кэролайн привыкла игнорировать его и судить уже по второму, и оно её не разочаровало. Деймон был с ней краток и ясен и, казалось, не представлял опасности. В отличие от Клауса, он казался безрассудным и легкомысленным, но Кэролайн старалась не придавать этому большое значение. Одевшись во всё чёрное, Деймон изображал из себя плохого мальчика, очаровывающего всех девочек. Кэролайн уже связывалась с такими, поэтому раскусить парня не представляло сложности. Но она не могла не признать, что роль плохого мальчика ему очень идёт. — Итак, — сказала Кэролайн, подходя к Деймону. Она проводила рукой по перилам, ограждающим мост, и не смотрела на парня. — Я здесь. Не видя его реакции, Кэролайн могла лишь представлять, удивлён он или нет. Деймон не был удивлён. Он знал, что она придёт, и прекрасно знал, что будет делать. План есть план, и Кэролайн совершила ошибку, придя на встречу. Однако Деймона это не особо волновало. Эту девушку он видел впервые, и она не произвела на него большого впечатления. — Я представлял тебя другой, — Деймон насмешливо осматривал Кэролайн. — А ты, оказывается, кукла Барби. Кэролайн сжала кулаки, скрывая обиду. — Меня называли и похуже, — выдала она фразу из фильма, хотя, на самом деле, ей было обидно. Деймон ухмыльнулся. — Разговоры утомляют. Лучше сразу перейти к делу. Кэролайн взглянула на Деймона, но рассмотреть его ей не удалось. Последнее, что она видела, был его кулак, а затем всё заполонила тьма.

***

Ребекка смотрела, как догорает фотография. Скоро страшная тайна превратилась в пепел, и девушка откинулась на спинку дивана. Камин придавал комнате уют, но Ребекка не чувствовала себя уютно. Она забыла, что это такое, уже давно, а вспомнить было труднее, чем казалось. Уют — это дом, семья, а Майклсонов назвать семьёй трудно. Ребекка ещё больше пяти минут смотрела на огонь, а затем её идиллию прервал телефонный звонок. Номер не определился, и девушка вздохнула. — Я слушаю, — сказала Ребекка в трубку. — Кэролайн у меня. Девушка вскочила. — Что?! Кэтрин, это ты? — Да, — в трубке послышалось мычание. Ребекка нервно схватилась за голову и начала ходить по комнате, кусая ногти. — Чёрт, Кэтрин, что ты наделала? — Я знаю, что делаю. В трубке снова послышалось мычание, а затем сдавленные крики. — Кэролайн ничего не знает, Кэтрин, но теперь назад пути нет. — О, она всё знает, — усмехнулась Кэтрин в трубку. — Я уверена, Клаус уже всё ей рассказал. Поверь, здесь ей будет безопаснее. Так будет лучше для нас всех. — Зачем ты мне это рассказала? Я расскажу всё Нику и… — В твоих интересах молчать, — угрожающе перебила та. — Ты поможешь мне, или я расскажу Нику, что ты скрываешь. Ребекка закрыла глаза, ругаясь про себя. — Ты сучка, Кэтрин. — Я знаю.

***

Наступил четверг. Два дня без Кэролайн оказались спокойными, но не потому, что без Кэролайн было лучше, а потому, что никто даже не заметил, что она пропала. Точнее, кто-то бы да заметил, но Ребекка не допускала этого. Её задачей было отводить подозрения, говорить, если спрашивают, что Кэролайн сейчас нет дома, и каждый раз ей приходилось придумывать новые места, где Форбс могла быть. И у неё получалось. Все верили, а, может, всем просто было плевать. Всем, кроме Клауса. Он расспрашивал о Кэролайн больше, чем другие, поэтому и представлял особую опасность. Ребекку это не волновало. Она была искусной обманщицей, и Клаус, в конце концов, отстал с вопросами о Кэролайн. Однако в четверг всё изменилось. В этот день Кэролайн заинтересовалась Эстер. Прежде она пыталась найти её, но Ребекке удавалось отговорить мать. Сейчас же той нужно было найти Кэролайн немедленно. Шёл двенадцатый час, и Ребекка собиралась взять что-нибудь на полдник. Эстер, вышедшая из своего кабинета, выглядела напряжённой, и девушка сразу поняла, что оказалась не в том месте не в то время. — Где эта сумасшедшая девчонка? — Эстер громко хлопнула дверью. Ребекка спокойно повернулась к матери и откусила яблоко, которое она взяла из холодильника. — Кэролайн? — уточнила блондинка, скучающе наблюдая за матерью. — А я как сказала? — Эстер слегка ухмыльнулась, но затем снова превратилась в машину для убийств. — Так где она? Ребекка вздохнула, раздумывая над воображаемым местоположением Кэролайн, но мать сказала: — Я звонила ей, она не отвечает. И женщина достала свой телефон, отвечая на какие-то сообщения, связанные с бизнесом. — А зачем она тебе? — поинтересовалась Ребекка. — Она должна была съездить домой сегодня, — сообщила Эстер. — Я уже построила на этом планы. — О, она тебе не сказала? — Ребекка хищно улыбнулась. — Она уже уехала домой. Эстер на секунду замерла. Она медленно убрала телефон в сумку, а затем пристально посмотрела на дочь. В её взгляде были нотки сомнения, и Ребекке это не понравилось. — Я звонила её маме. Дома её нет, — Эстер прищурилась. — Ребекка, что происходит? Ребекка напряглась. Она сглотнула и, отводя взгляд, лихорадочно думала, что сказать. — Она уехала недавно, может, ещё не приехала. — Я знаю, ты врёшь. Это была правда. Эстер хорошо разбиралась в людях, а, тем более, в своих детях. Узнать, когда они врут, а когда говорят правду, было легко. Однако Ребекку раскусить было сложнее, но всё-таки возможно. Тряхнув головой, Эстер раздражённо потёрла переносицу. — Пойми, Ребекка, — говорила она, — если ты наделаешь глупостей, я больше не буду их покрывать. Кэролайн должна вернуться в скором времени, или я позвоню в полицию. Эстер взяла яблоко из рук Ребекки, откусила его и ушла, оставив дочь наедине со своими мыслями.