БЕДБОЙ: Ненавижу, но люблю!

— Ты мой жених? — Ты моя невеста? — Какого фига ты не сказал нечего? Ты же знал! Я знаю, что ты знал! — Да, я знал. И твой отец знал. Это как бы все по расчету. Я тебе потом все расскажу. Веришь? — Верю… Успокоилась Люси и повернулась к отцу. Да как же! А могла ли она отказать этой улыбке? — Отец, я согласна. — Ну, ну. А теперь вон из моего кабинета. Вы между собой разбираетесь, а у меня и так дел по горло. На губах мужчины была еле заметная улыбка.

***

— Так, а теперь скажи мне, какого ты фига так меня мучил?! Выйдя из особняка, заорала девушка. — Давай пойдем ко мне, успокоимся, ты хавку приготовишь, обсудим все спокойно, а потом, если захочешь, я провожу тебя домой, а захочешь — у меня останешься. Ок? — Ооооок…

***

— Так, вот тебе еда, а теперь рассказывай. — положив перед ним тарелку, выдала Люси. — В общем*жуй* До того случая я ничего не знал*жуй жуй*, но когда после тебя мне позвонил Зереф и сказал, что женится*жуй жуй*... — Зереф…это твой брат? В ответ последовал кивок. — Так вот*жуй*, мне это показалось подозрительным и я спросил у него фамилию будущей невесты. *жуй* тогда я услышал твою фамилию и сразу отключился. Потом я позвонил отцу и попросил встречу. Он согласился*жуй жуй* и я тут же поехал к нему. Я все ему объяснил и попросил заменить Зерефа, у которого есть возлюбленная, на меня, у которого тоже есть возлюбленная, которая сейчас сидит передо мной *жуй* и он нехотя согласился. Тогда я позвонил твоему отцу и и попросил до последнего не давать личных данных. Вот и все.*жуй* Люси все это время сидела и тупо пялилась в него с удивленными глазами. «ВОЗЛЮБЛЕННАЯ?», «Договор?» «Замена?» В ее голове было слишком много вопросов. — Так…подведем итоги: Ты только что признался мне в любви и сообщил, что скоро станешь моей же…э…мужем? ЧАСТИЧНО (очень частично) выйдя из шока, переспросила блондинка. — Да. А теперь решай: остаешься или уходишь? — Я уйду наверное. — встав с места протараторила Хартфилия. — Тогда одевайся, я тебя провожу. И пофиг, что уже пятый час ночи. Он проводил ее до подъезда, но отпускать никак не хотел. Наклонившись к девушке, он нежно коснулся ее губ и ушел, оставив помидорку одну.