Gotta Be You

      — И какое же условие, дорогая? — в его глазах проблескивал озорной огонек.       Он будто играл в азартную игру, поставив на кон большую сумму, и я так просто ему не дамся.       — Я пробуду у тебя ровно месяц. И если за этот месяц я проявлю к тебе хоть малейшую симпатию — распоряжайся мной оставшееся время как душе угодно. Если же нет, — я впилась в него взглядом полным уверенности в своей победе, — ты обеспечишь мою семью всеми нужными денежными средствами.       Я проследила за стремительно меняющейся реакцией парня: сначала он с явным недопониманием смотрел на меня, но не прошло и нескольких минут, как он снова широко улыбнулся своей прекрасной улыбкой. На его щеках плавно мелькнули ямочки, но со словами они быстро испарились:       — А ты все же не так проста, как я думал. Не зря я выбрал именно тебя, милая.       — О, и еще! Перестань называть меня этими дурацкими словами, — фыркнула я, скрестив руки на груди.       — Еще чего, — цокнул в ответ босс. — Теперь мы играем по моим правилам.       Я не поняла его странной улыбки, но лишь до того момента, как только он притянул меня к себе за талию, носом уткнувшись мне в макушку и втянув свежий аромат мяты с ноткой имбиря — шампунь смешался с запахом пота, но его это похоже не смущало, а наоборот, раззадоривало. Наклонившись к моей шее, он оставил нежный поцелуй, от которого по телу побежали сотни мурашек, а ноги начали подкашиваться. Пробежавшись пальцами по глубокому вырезу, он стянул с меня куртку Луи и отшвырнул ее в сторону. Углубляясь в поцелуй, Гарри сжал мне локоть, и я невольно вскрикнула.       — Я сделал тебе больно? — отстранившись, удивленно произнес он.       — Нет, нет, не важно, — закрыв синяк, припомнив слова Томлинсона, я отодвинулась от парня, но тот не дал пройти, схватив за руку.       Он осмотрел синеватый след, оставшийся после того мужчины в баре, и мигом рассвирепел.       — Кто это сделал? — прикрикнул на меня он, и, не услышав ответа, зеленоглазый продолжил: — Я спрашиваю, какой подонок сотворил такое?       — Да какая тебе вообще разница? — тут уж разозлилась я. — Тебе ли не все равно, что станет с «твоей игрушкой»?       В уголках глаз засели слезы. До меня лишь сейчас начал доходить весь смысл нашего разговора. Во что я только что ввязалась? Парень отшатнулся от меня, будто я ударила его. Отвернувшись, он стал измерять комнату шагами, а я внимательно следила за его последующими действиями, утерев слёзы тыльной стороной ладони — не люблю быть слабой, особенно при других.       — Гарри… — начала я, забыв о всех формальностях, медленно подходя к парню, что сгорбившись стоял у стены, но тот незамедлительно прервал меня.       — Замолчи.       Все его состояние выражало раздражение: упершись руками о тумбу, он склонил голову к груди, отчего рубашка облепила его совсем неплохое тело. Барабаня пальцами по столешнице, он резко обернулся и внимательно посмотрел на меня. Под пристальным взглядом босса я не могла ступить не шагу — вдруг опять сделаю что-то не так. В его затуманенном взгляде сквозила злость, но коварная улыбка не слезала с его лица. Что же он задумал?       — Луи! — неожиданно крикнул Стайлс, подзывая напарника к себе, но не отводя взгляда от моих глаз.       Прибежав, начальник удивленно глянул на парня, уже восседающего на диване, где ранее я лежала без сознания. Что-то быстро пробормотав, Гарри отпустил Томлинсона, который вмиг куда-то выбежал из комнаты. Я с непониманием уставилась на парня, но тот лишь пригласил сесть рядом с ним, постучав по уже слезающей обивке дивана. Я послушно присела на жёсткий матрац, держа безопасную дистанцию между нами.       — Поиграем? — неожиданно выдал парень, хищно улыбаясь и приближаясь ко мне.