Банальный подарок в оригинальной упаковке 144

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
the GazettE

Пэйринг и персонажи:
Руки/Уруха основной, Аой/Кай и Рейта/ОМП упоминания, Таканори Мацумото, Койю Такашима
Рейтинг:
NC-21
Размер:
Мини, 9 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: AU BDSM ER PWP Underage Насилие Нецензурная лексика ООС Повествование от первого лица Повседневность Романтика Секс с использованием посторонних предметов

Награды от читателей:
 
«Просто шик *О*» от Chizhik
Описание:
Новогодний сиквел к фанфику "Эйнштейн"
http://ficbook.net/readfic/459289

Посвящение:
Огромная благодарность моей терпеливой бете, которая мирилась со всеми неудобствами и читателям, которые наконец-то дождались мою работу

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Хотела выложить раньше, но технические возможности и фикбук подводили
6 января 2013, 22:18
- А тебя будет кто-то забирать? - поинтересовался у Акиры я, упаковывая вещи в чемодан. Он все никак не хотел застегиваться, поэтому я плюнул на это дело, прикрыл крышку и встал на нее сверху. - Застегни. - Предки, конечно, хотели, - натужно пропыхтел Сузуки, застегивая молнию, - но я решил остаться тут, с Мичи. У него же нет родителей, и ему будет слишком одиноко, а Новый Год - это праздник, который празднуют вместе с дорогими людьми. Мичи мне дорог, и я ему. "Даже дороже родителей?" - чуть было не спросил я, однако вопрос так и не был озвучен. Я же и сам собрался праздновать этот праздник с Такой: не думаю, что мать предпочла бы мое общество своим вечным подругам, а я и ее трещотки несовместимы. Как раз отлично все получается. - Ну да, на Рождество мы все оторвались здесь, а вот на Новый Год кто хочет - поедет домой. Я посмотрел на часы: автобус будет уже через полчаса. Черт, так не хочется покидать Таканори даже на небольшой промежуток времени... Но придется. Тем более, я хочу сделать наш Новый Год запоминающимся. Да, наш. В груди разлилось приятное тепло от осознания этого. Рождество мы просто провели вместе, даже не разломали кровать на щепки. От этой мысли вырвался смешок. А вот в следующий раз целостность кровати не гарантирована... - Эй, ты чего так гаденько хихикаешь? - подколол меня Рейта. - Уже строишь планы по поводу того, как ты оттрахаешь своего сенсея? - Практически, - увильнул от прямого ответа я, надевая куртку. - Давай, не скучай тут без меня. - Я подошел к Рею и, слегка приобняв его, похлопал рукой по спине. - Мичи не даст мне этого сделать, - ухмыльнулся тот, крепко обнимая меня в ответ. – Но я все равно буду. - Держись, - улыбнулся ему я и, взяв чемодан, вышел из нашей комнаты. Эх, мне бы самому не заскучать по одной извращенной морде... *** Дорога оказалась довольно-таки утомительной: песни уже были заслушаны до невозможности, и я с нетерпением ждал момента, когда доберусь до компьютера и закачаю тонны новой музыки, в том числе и песни, которые на каждом уроке советовал Мив – они были записаны у меня в отдельной тетрадке. У Эйнштейна, конечно же, был ноутбук с интернетом, но в той глуши он ловил крайне редко, да и шнура для передачи данных у меня не было. Надо будет взять это на заметку и кинуть его в сумку перед отъездом. Как только показались окраины нашего города, я предался ностальгии: столько мест хочется посетить, столько магазинов надо обойти, чтобы купить всем подарки... На что вот только? Надеюсь, мне выделят определенную сумму, ведь так хочется порадовать своих друзей, своих настоящих друзей... А не тех, которые сейчас меня окликают. - Эй, какие люди, Уру! Я обернулся и едва сдержал себя, чтобы не скривиться. Ко мне подходил мой бывший "соратник", с которым я обошел не один десяток клубов, но я решил об этой жизни забыть раз и навсегда. К несчастью, он шел с какой-то очередной шалавой, которая тут же повисла на моей шее. - А, это тот самый Уруха? - проверещала она, стреляя в меня глазками. Изыди. – Мне про тебя рассказывали. - М, польщен, - проворчал я, скидывая с себя её руки и отодвигаясь как можно дальше. От неё разило каким-то ужасно резким и вонючим парфюмом, и я боялся, чтобы моя одежда тоже им не пропахла. Девушка, увидя моё недовольство, надулась. - Эй, не обижай Рикки, - засмеялся Отто. Мда уж, кличка у неё, как у собаки, ей-богу. На облезлую шавку и похожа. - Есть планы на Новый Год? Не хочешь оттянуться со старой компанией? Мне почему-то вспомнились слова Рея при нашей первой встрече: "Вот вырвусь на волю и оторвусь", что вызвало легкую усмешку. Несмотря на эти слова, на "волю" он не торопился, а я, попав на нее, "оторваться" не стремился. - Нет, извини, у меня планы. - Окей, - слегка разочарованно протянул парень. - Ну тогда бывай, у меня дела, - он махнул рукой. - Как обычно, - ухмыльнулся я и продолжил свой путь домой. Меня беспокоила одна мысль: что подарить Таке на Новый Год? Мой путь проходил мимо различных магазинов с сувенирами и прочих лавок, но я со вздохом отвергал все идеи. Либо совсем уж банально, либо цена сильно кусается. Зато я наметил несколько точек и придумал подарки для Рейты, Кая и Мичи: Акира давно мечтал о новых струнах одной фирмы; Ютаке, естественно, подарю книгу с рецептами, но не совсем с обычными - различных кухонь мира и экзотическими блюдами, ему должно понравиться, а заодно и директору тоже; ну а Мичинори куплю огромного плюшевого медведя - у него иногда настолько детский, наивный вид, что игрушка смотрелась бы донельзя уместно. Последнее я обсуждал с Реем, на что он, пошловатенько хихикая, предложил обмотать медведя веревками для бандажа, чтобы подарок был более оригинальным. Кстати, куплю еще дополнительно "интересную" книжечку - пусть голубки побалуются, а медведя будет перевязывать сам, у него есть к этому способности - вон как ловко когда-то мне бедра бинтовал. Пока я был занят размышлениями, то уже на автомате дошел до своего дома. Надо же, до сих пор сохранился "автопилот" - раньше это было очень полезным, когда я с попоек буквально в ползущем состоянии добирался до дома. - Тадаима, - оповестил я о своем приходе мать. - Окаери, - поприветствовала она меня. - Ты так изменился, Кою... На меня уставились растроганные материнские глаза, а я ответил взглядом с легкой ноткой подозрения. Надо же, а где вечные упреки и ссоры? Где лекции о том, какой я плохой сын? - Люди всегда постепенно меняются, - пожал плечами я, снимая с себя пальто. Может, она просто соскучилась и забыла, каково это – меня пилить? Кто знает. - Ты, наверное, проголодался с дороги, я приготовлю ужин. - Угу, - буркнул я, поднимаясь в свою комнату. Или наоборот, это я от неё отвык? Мало ли. Оставив чемодан у двери, я без сил плюхнулся на кровать. Уже забыл все запахи, ощущения, какая у меня удобная, мягкая кровать... Я уже почти заснул, как тут в голову внезапно пришла мысль. Весьма неожиданная и сумасбродная, я бы сказал. Но она стоит свеч... Мне уже в который раз помог Сузуки, который наталкивал меня на необычные идеи. Банальный подарок в оригинальной "упаковке" - вот оно! Хех, берегись, Матсумото... Я вскочил с кровати и включил компьютер. Ну здравствуй, мой дорогой друг Яндекс... *** Весь день я был, как на иголках. Сегодня канун Нового Года, и я наконец-то встречусь с Такой. Он обещал мне, что в этот Новый Год он будет со мной, точнее, когда я робко высказал эту мысль, то он с радостью согласился, ведь у него действительно кроме меня никого нет. В тот момент во мне появилось странное чувство: не сказал бы, что это жалость или что-то подобное, но мне захотелось заполнить в нем всю пустоту, хотелось, чтобы он больше никогда не чувствовал себя одиноко, тем более в такие праздники. Они ведь созданы для того, чтоб проводить время с родными и любимыми людьми. Родных у Эйнштейна не было, а вот на роль любимого я мог смело претендовать. "Надо же, какой самоуверенный", – ехидно высказался мой внутренний голос. На этот раз я не отмахнулся от него, не обиделся, а с уверенностью сказал: "Да". Наверное, он у меня появился от переизбытка одиночества, которое я когда-то переживал, чтобы я мог поговорить хотя бы с самим собой. Интересно, а у Матсумото так же? Надо будет как-нибудь спросить. Подарки я решил покупать именно в этот день под новогоднее настроение: оно меня окрыляло, придавало море позитивного настроения и эмоций. Я радостно бегал по магазинам, лип к витринам, заставляя стекла покрываться испариной от своего дыхания, радовался выпавшему снегу и предвкушал преподношение своего "подарка". От этой мысли я покраснел до корней волос. Черт возьми, сейчас эта идея казалась мне еще более бредовой, но отступать уже некуда. Да. Подув на покрасневшие от холода руки, я подставил ладони падающим снежинкам, наблюдая, как они падали на них и таяли, обращаясь в воду. Красиво. Люблю зиму за снег и красоту, но жутко не люблю холод, предпочитая ему жару. Впрочем, и то, и то не нравится, но жара предпочтительнее. Я вообще как сосулька: умудряюсь замерзнуть даже летом. Но мне никогда не было холодно с моим сенсеем, он - моя персональная грелка, которая так хорошо согревала по ночам. И продолжает согревать. Притащив огромные сумки домой, я почувствовал, что мой долг выполнен, и решил перекусить. До встречи целых три часа... И до... Я опять покраснел и схватился за голову. Черт, черт, черт, ну что же я натворил! Извращенец... *** Я уже полчаса нетерпеливо топтался у огромной елки в центре Токио. Ну и где же он шляется? Где его носит? Я тут готовился, а он!.. На смену гневным мыслям тут же пришли тревожные. Может, с ним что-то не так? Что-то случилось? Или я перепутал место встречи... Да нет, не может быть. Время уже поджимает, и если он не придет в течение следующих тридцати минут, то мы можем опоздать, и "подарок" придется вручать без "обертки". В кармане куртки я нащупал бумажку. Таканори давно дал мне свой телефон, но я почему-то не спешил им пользоваться. Но, учитывая обстоятельства, придется. В трубке послышались гудки, а равнодушный, словно механический, женский голос сообщил, что абонент занят. Я недовольно нахмурился. Что за?.. Может, у них в сети что-то не так? Нагрузка сильно большая из-за праздника? Надо попробовать еще раз... Раз за разом я слышал все то же сообщение о якобы занятом абоненте и бесился все больше. Вот сука! Что же он там такого делает! Мы же договаривались! Как он вообще мог! И что за навязчивая мелодия постоянно звучит позади меня? И... Я обернулся и смог наблюдать морду хихикающего Эйнштейна, который держал в руках разрывающийся телефон. А я все сильнее и сильнее заливался краской, казалось, вот-вот дым из ушей пойдет. Идиот. Всхлипнув, я тут же бросился в его объятья, вдыхая запах его пальто, сжимая ткань в своих руках и целуя все наугад: воротник, шарф, шею, пока не добрался до губ. - Скучал, малыш? - его руки ласково потрепали мои волосы, а я улыбнулся. - Очень... Меня в который раз прижали к себе, а я только рад был, и плевать на озирающихся людей. Мне хотелось продлить этот момент как можно дольше, ведь, несмотря на новогодние морозы, мне было так тепло и приятно. С ним всегда так. Одной рукой приобнимая меня, другой он закопошился в кармане, придерживая меня так, чтобы я не подглядывал. - "Кою" означает "дитя любви"? Ну, или же что-то связанное с любовью точно... - пробормотал он, а я почувствовал, как что-то коснулось моей макушки и опустилось на шею. Немного удивившись, я слегка отстранился и увидел на себе тонкую серебряную цепочку, на которой висел кулон в виде иероглифа "любовь". Нижняя губа предательски дрогнула, и я закусил ее. Черт, Такашима, нельзя же быть настолько мягким! Но это действительно мне очень дорого и приятно... Меня вновь обняли. - Береги мою любовь, хорошо, Ко? Моих сил хватило лишь на кивок, и я вновь прильнул к его плечу. Он очень редко называл меня так ласково, а я, в свою очередь, редко называл его Такой. - Хорошо... Така. В голову начали закрадываться подозрительные и местами болезненные мысли о том, что мой подарок не пойдет ни в какое сравнение с его, ведь в нем столько внимания, заботы и... любви. Однако, я уже себе не раз говорил, что выбор сделан, и отступать нельзя: все равно ведь на данный момент у меня больше ничего не приготовлено. - Идем. Не поднимая взгляда, я взял его за руку и повел в сторону одного из весьма специфичных кварталов Токио. Мы шли минут пятнадцать, и все это время он не задал мне ни единого вопроса, но когда на пути показались первые любовные отели, то я в отражении стекол увидел его предвкушающую улыбку и загоревшийся огонек в глазах. Что и говорить, он любит всякие необычные штучки, а тепе-е-ерь... - Что ты задумал, малыш? – в голосе уже начала появляться характерная хрипотца, значит, с виду "обертка" его уже заинтриговала. Хоть это радует. Ничего не ответив, я искал глазами нужную вывеску. Ага, а вот и он: именно в этом отеле я забронировал номер онлайн. Как хорошо, что при современном развитии технологий это можно сделать на расстоянии, и смущаться придется только когда будешь забирать и сдавать ключ. - Стой здесь. Отпустив его руку, я, до сих пор красный, подошел к стойке ресепшн, за которым сидела довольно-таки миловидная девушка. Ее глаза странно сверкнули, когда она заметила, что моя пара - мужчина. Хех, яойщицы, все с ними ясно. - Бронь на имя Такашимы Кою, - выпалил я. Мне все еще было действительно неловко от того, что я снял номер в любовном отеле: все поймут, что я не просто пришел сюда потрахаться, а еще и с парнем - именно такое впечатление у меня было. Пожелание приятно провести ночь просто добило. Видимо, на потеху юной яойщице и для окончательного моего смущения, Матсумото, слегка приобняв меня, начал пробираться руками под куртку, а я – активно вертеться. Ну нет бы ему подождать, пока мы зайдем в номер! Как только за моей спиной захлопнулась дверь, меня тут же к ней прижали, обжигая губы поцелуем и снимая куртку. Я вцепился в его плечи и слегка оттолкнул, на что получил недоумевающий взгляд и неповторимое зрелище хищно облизываемых губ. - Я... заказал спецномер. Как-то Эйнштейн высказал мысль, что любопытно было бы разнообразить наш секс всякими приемчиками и, возможно, даже приспособлениями, на что я тогда покраснел и спрятался под одеяло. Меня долго уверяли, что я и без всяких штучек хорошо справляюсь, и лишь тогда я соизволил показать свой нос. Оглянувшись, Таканори наконец-то соизволил оглядеть интерьер комнаты и позволил сделать это мне, ведь в интернете может быть одно, а в реальности - совсем другое. Однако все было так, как я и требовал: обычная широкая прямоугольная кровать, без всяких сопливых форм в виде сердечек и подобных покрывал; единственное, что я позволил оставить – красное шелковое белье. Почему-то хотелось создать такую атмосферу, чтобы было осознание того, что ты находишься именно в любовном отеле. Напротив был комод с морем всяких ящичков - как я догадывался, в них находилась половина скупленного секс-шопа, ведь наличие этого и предполагало статус "спецномера". Помимо этого был шкафчик, в котором, очевидно, была всякая одежда и костюмы для ролевых игр. Боже мой, знали бы мои глаза что они заказывали... Но Руки такой поворот событий определенно понравился, более того - забавлял. Сняв с себя пальто, он начал активно исследовать содержимое ящичков. - Не хочешь примерить? - захихикал он, вытаскивая нечто розовое. Я присмотрелся и увидел трусы в виде поросенка с огромным выпирающим пятачком. Шок. Мое недоумение и смех этого извращенца. - А вот это? Вполне удобная и практичная штука, знаешь ли, - он показал мне черные кожаные трусы с молнией спереди. - Сам примеряй, - буркнул я. Любопытство меня когда-нибудь погубит, и я, подсев, начал рассматривать с ним остальные вещи. Подозревал, что у него есть тяга к подобному. Однако максимум, к чему прибегалось в нашем сексе, - наручники, повязка и смазка, больше ничего. А ту-у-ут... Самым безобидным и веселым оказался осмотр мужского белья, женское, к счастью, отметалось. Анальные пробки, искусственные анусы, куклы, рты, вагины, феромоны так и остались без должного интереса. Я, с выражением лица "ёбаный стыд", робко выглядывал из-за плеча Таки, а тот чувствовал себя весьма уверенно и, что более страшно, заинтересованно. - Отвернись. Я сглотнул. Совсем не узнаю этого маньяка, что он со мной хочет сделать? Но это же все-таки Така... Я должен ему доверять. Стиснув зубы и сцепив кулаки, я отвернулся и стал прислушиваться к звукам. Нечто металлическое коснулось деревянной поверхности комода. Пугает. Следующий звук был похож на соприкосновение пластмассовой и деревянной поверхностей. Наверное, тюбик со смазкой – обнадеживает. Значит, планируется хорошая растяжка и в любом случае не будет больно. Остальное я распознать не мог, от чего становилось немного тревожнее: неизвестность настораживала. - Тише, родной мой, - раздался успокаивающий голос Матсумото, который обнял меня со спины и зарылся носом в мои волосы. Этот волшебный голос всегда действовал на меня успокаивающе, поэтому я начал расслабляться. Его руки переместились на мои плечи, от чего я прикрыл глаза и улыбнулся. Знает же мои слабости, черт возьми. Когда губы Эйнштейна коснулись моей шеи, я рвано выдохнул и вцепился в его волосы пальцами, притягивая к себе. Область массажа постепенно перемещалась вниз, и вместе с этим я стал выгибаться все сильнее, уже уносимый на первых волнах возбуждения. Руки Таканори подняли края моей кофты, начали поглаживать поясницу, от чего меня словно током пробивало. Надо же, мое тело так по нему соскучилось, что реагирует в разы острее. Полностью повернувшись к нему лицом, я втянул его в долгий поцелуй, который затем переместил ниже, на шею, и от дальнейшего меня отделял его пуловер. С легкой ноткой недовольности я стянул его и начал оставлять метки по всему его торсу - как новые, так и обновлять старые: теперь мне это наверняка было позволено. Я прильнул к его соскам, отлично зная, что это его особая чувствительная зона: тщательно вылизывал, слегка прикусывал, сдавливал и массировал пальцами, довольно наблюдая за тем, как изгибалось тело, как он запрокидывал голову, как распадались пряди его волос. Я было потянулся к его ширинке, но тут мои действия пресекли: слегка приподняли, подхватив за подмышки, и начали подталкивать к кровати. Надо же, так непривычно, когда есть много пространства для секса: чаще всего раньше это было либо на его одноместной кровати, либо на столе, либо в душевой кабинке (после одного случая это было только в моем общежитии), либо - самый "просторный" вариант - на полу. - Будешь меня слушаться, Кою? - глаза напротив заблестели в предвкушении. Я ничего не ответил на это, ведь отказать не мог и прямо согласиться - тоже. В конце концов, молчание - знак согласия, и оно было растолковано правильно. Руки взял мои запястья и, коснувшись их губами, притянул к спинке кровати, к которой, как оказалось, были прикреплены две кожаные петельки. Мои руки мягко поместили в них, и я понял, в чем специфика этих своеобразных наручников - повиснув на них, я не давал себе свободы действий, но, подвинувшись ближе к спинке, мог легко освободиться. Меня начали ловко избавлять от оставшейся одежды, а я тем временем пытался краем глаза посмотреть, что лежит на комоде, и какая участь меня ожидает. - Не переживай, малыш, - рука легла на мое бедро и стала его поглаживать. - Я буду делать тебе только приятно, - но, не сдержавшись, Матсумото хищно улыбнулся и добавил: - Почти. Я вздрогнул от этих слов. Вот же чертов извращенец, он меня пытать что ли будет? Но, что бы ни случилось, я выдержу это, главное - мой любимый изврат будет доволен. Поднявшись с кровати, он на ходу снял с себя джинсы, белье и взял с комода несколько колец разных размеров и из разных материалов. Я вытянул шею, чтобы рассмотреть все получше, и в мозгу неожиданно щелкнуло, что к чему. О боже, эрекционное кольцо... Он не даст мне кончить! Что уж поделать, не привык я пользоваться всякими игрушками и приспособлениями, и теперь сердце билось, как у испуганного зайца. Я поджал коленки, словно девственница перед своим первым разом, а Така приблизился ко мне. - Малыш, ты не хочешь? - с едва заметной ноткой разочарования произнес он. Давно хотел попробовать нечто подобное, но натыкался на мое стеснение и сопротивление. А добровольность - его основной принцип, это я уяснил еще когда мы только познакомились. Я замотал головой. Один раз можно будет пойти на уступки, тем более вдруг мне понравится - я же еще не пробовал. Но это же самое заставляет меня немного побаиваться неизвестности. - Хочу, продолжай. Таканори умиленно улыбнулся, глядя на мое решительное выражение лица. Как всегда видит во мне ребенка, и это иногда заставляет меня задумываться о нашей разнице в возрасте и статусах. Придвинувшись поближе, Матсумото очертил пальцем контур моего лица, прошелся рукой по волосам, запуская в них пальцы и слегка стягивая на затылке. Выдохнув, я покорно запрокинул голову и приоткрыл рот, впуская в него юркий язычок, сплетая со своим, подаваясь его напору и словно признавая себя пассивной стороной. Активом я ни разу не был и не жалею об этом - Руки всегда обходителен со мной, и я не чувствую какого-либо давления по этому поводу. Он провел влажную дорожку от подбородка к низу живота, очерчивая тонкую косточку на шее, ключицу, грудину и пупок. Я замер в ожидании минета и отчасти от того, что подсыхающая слюна холодила кожу. Но когда мягкие губы сомкнулись на головке моего члена, то я прикрыл глаза и стиснул в руках кожаные петли. Меня редко так баловали, однако если уж и случалось, то сенсей заслуживал наивысшей похвалы. Интересно, насколько у него богатый опыт в этом деле? Ни одна венка не была обделена вниманием, в то время как одна рука слегка мяла мошонку. Из груди вырывались прерывистые вздохи-полустоны, тело прогибалось в спине, а бедра толкались навстречу. Как только я перестал чувствовать присутствие губ и языка на своем стволе, то с легким разочарованием было подумал, что Така на этот раз закончил. В комнате раздался очередной стон, когда на член легла рука, но вместе с ней я почувствовал нечто прохладное. Опустив взгляд, я отметил, что металлическое эрекционное кольцо все-таки оказалось на мне, а мой мучитель соблазнительно поглядывает на меня из-под челки. - Готов? "Всегда готов", - фыркнул мой внутренний голос, а меня хватило лишь на кивок. Таканори навис надо мной, одной рукой упираясь в кровать, а другой не спеша проводя по стволу, делая хватку слабее у основания и сильнее - ближе к головке. Дыхание перехватило, когда вдобавок к этому он начал аккуратно, но страстно прикусывать кожу на шее, засасывать и зализывать получившиеся пятнышки. Не сдерживаясь, я начал стонать во весь голос и активно двигать бедрами, автоматически приближая себя к разрядке, но в этот раз я достичь ее не смог: кольцо, смыкавшееся под мошонкой, не давало наступить оргазму и причиняло едва ощутимый дискомфорт. - Сними, - жалобно попросил я, закусывая губу и прикрывая глаза. Это, оказывается, довольно-таки мучительно, а возможного "перерыва" после оргазма я не боялся - целая ночь впереди. - Еще не время, - шепнули мне на ухо, слегка прикусив мочку. Мне оставалось лишь смириться с этим - зная Руки, я могу утверждать, что он не отступит, если получит шанс воплотить свои желания, и использует его по полной. Встав с кровати, он вновь вернулся к комоду и на этот раз взял тюбик со смазкой и цепочку с шариками. Одурманенный не находящим выход возбуждением, я лишь повис на кожаных петлях и слегка раздвинул ноги, согнув их в коленях. Сделаю все, что он хочет - скорее смогу кончить, поэтому на тот момент я был готов принять любые его условия. Хитер, знает как можно добиться своего. Увидев мою готовность, Матсумото поощрительно провел языком по моим губам, а я, словив момент, втянул его в поцелуй, который то с легким хлюпающим звуком прерывался, то возобновлялся. Слизнув струйку слюны, вытекшей из уголка губы, Така потянулся к тюбику со смазкой, выдавливая часть к себе на ладонь и устраиваясь между моих ног. За те несколько дней, которые я провел дома, былой растяжки почти не осталось, и сейчас я в ней нуждался. Сквозь плотное колечко мышц прошел один палец, к которому почти сразу добавился и второй. Не будь этого чертового эрекционного кольца, я бы вновь начал двигаться, доводя себя до разрядки, но сейчас это ровным счетом ничего не даст. Погоди, Матсумото, отыграюсь я потом на тебе. Он был очень близок к простате, но специально не задел ее - возможно, знал, что кольцо может причинять некоторые неудобства при чрезмерно сильном возбуждении, и в моей голове сразу возник очередной вопрос: раз он знает такие тонкости, то наверняка пробовал на себе, но с кем, как и когда? Что уж скрывать, во мне иногда просыпались приступы ревности к его прошлой жизни, особенно касаемо учеников. И это бывает одним из его излюбленных поводов для подколов. Но в конце концов он дал мне уяснить: сейчас он хочет быть только со мной и будет со мной, однако меня до сих пор задевает это "сейчас", пусть и не так сильно. Когда Таканори завершил предварительную растяжку, я взволнованно стиснул руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Возбуждение принесло с собой предвкушение, а вот волнение никуда не делось. "Така - это Така", - мысленно убеждал я себя, настраиваясь на спокойствие и доверие. - "Он знает, что делает, и он никогда не сделает мне плохо. Он меня любит". Придя к последней мысли, я опустил взгляд на подаренный кулон, который висел на шее. В это я точно могу поверить, поэтому прочь страхи и сомнения, сделаю приятно и себе, и ему. Эта мысль придавала уверенности больше остальных. Взяв анальные шарики, Руки тщательно покрыл их смазкой, поглядывая на мою реакцию. Я изо всех сил старался не только сделать спокойный вид, но и на самом деле прийти к спокойствию. К моменту, когда все было готово, мне наконец-то это удалось. - Давай, - ободряюще кивнул я, слегка приподняв кончики губ. От меня не убудет, а сияющий блеск его счастливых и благодарных глаз восполнит все мои волнения сполна и даже намного больше. "Аванс" я смог наблюдать уже сейчас - нежная улыбка появилась на его губах, грея мне душу. Я медленно выдохнул, когда почувствовал первый шарик возле ануса. Насколько я заметил, их размер постепенно увеличивался, что даст мне возможность легкого старта и постепенного привыкания к новым ощущениям. Буквально секунда - и он оказался во мне, и ощущения были... скорее, странными, чем непривычными. Поначалу я не почувствовал нового прилива возбуждения: шарик был мал для меня и особых ощущений от проникновения не принес. Это меня слегка насторожило, и даже появилось любопытство: "А какой эффект должен быть? Скоро он будет?", которое вскоре сменилось мысленным укором. Трус ты, Кою, нечего было бояться, и, что еще более неприятно, - я не доверял Матсумото. Второй был уже немного более ощутимым, от чего на мгновение перехватило дыхание. От третьего мурашки пошли по коже, а на четвертом я прогнулся в спине. Закусив губу и прикрыв на секунду глаза, я посмотрел на Таканори, который сидел между моих ног, положив одну руку на бедро, а второй регулируя введение анальных шариков. Его взгляд запечатлял каждое мгновение, каждый мой вздох, движение, реакцию на дополнительно введенный шарик. Я мог с уверенностью сказать, что он упивался происходящим. Ему нравится именно наблюдать за мной: как я получаю наслаждение от его манипуляций, от своих так же, да и вообще когда мне хорошо и я радуюсь. Ему нравится видеть меня счастливым, а я хочу в ответ видеть счастливым его. Слегка двинув бедрами, я ускорил проникновение пятого по счету шарика. Он уже оказался весьма ощутимым, и было странное чувство того, что внутри длина больше обычной, а к простате приближается шарик достаточного диаметра, чтобы задеть ее. Последний, шестой. Самый крупный по размеру, он наконец позволил распробовать особые ощущения от его введения и, сдвинув остальные, задеть чувствительную точку. Из горла вырвался хриплый вздох, а рукам так не хватало спины Таки, чтобы обнять ее, прижать к себе и в порыве оставить несколько царапин. Вместо этого было ощущение какой-то пустоты и невосполненности, и мне хотелось это изменить. Еще и член буквально изнывал от невозможности разрядиться, сдерживаемый эрекционным кольцом. Потягивание за кольцо в противоположную от меня сторону - и шарик вновь снаружи, а я с широко распахнутыми глазами лежу на кровати и отхожу от наплыва ощущений. Оказывается, более приятным является не введение, а именно выход из тела. Черт побери, Руки, почему же ты раньше сильнее не настаивал! Сколько упущено, хотя... Мы обязательно нагоним, так ведь? Несколько раз Матсумото мучил меня, то вводя, то выводя шарики, делая так, чтобы они давали максимум ощущений при выходе и как можно чаще задевали простату. Мне оставалось лишь извиваться на кровати, не сдерживать себя в стонах, различных фразах и всем видом показывать свое наслаждение. Но когда же наступит его черед? Я тоже хочу видеть этот затуманенный от возбуждения взгляд, чувствовать на коже лихорадочные поцелуи, которыми он одаривает меня в порыве страсти и чувствовать разливающееся внутри тепло, словно подтверждение того, что ему действительно было хорошо со мной в эту ночь. Последнее движение - и вся цепочка покидает мое тело, а чуть не вырвавшийся из горла крик прерывает поцелуй склонившегося надо мной Таканори. Я лишь обессиленно коснулся его языка своим и практически не отвечал, стараясь хоть ненадолго задержать уходящие ощущения и запомнить их. А ведь разрядку я так и не получил. - Молодец, малыш, - прошептали мне на ухо, подбираясь ближе к изголовью и доставая мои руки из петель. Это уже все? Больше ничего снять не забыл? Слегка приподняв меня, Таканори сел на корточки за моей спиной и попытался усадить на свои колени, одновременно плавно входя в хорошо растянутое отверстие. Тело пробило мелкой дрожью от восторга: что бы он не попытался использовать, чем бы не пытался себя заменить, а ощущение живой, теплой, упругой плоти внутри не сравнится ни с какой игрушкой. Я на этот раз добровольно терпел некоторые неудобства из-за эрекционного кольца, чтобы дать время сенсею тоже достичь определенной точки возбуждения. Под конец одна рука придерживала и прижимала меня к торсу за спиной за живот, а другая наконец-то освободила от "тисков". Несколько толчков, пару движений рукой, и мы одновременно кончаем: я забрызгиваю белесой жидкостью покрывало и одновременно чувствую, как семя разливается внутри. Опаляя дыханием мою шею, Матсумото прилег, скидывая запачканное одеяло на пол, аккуратно укладывая меня рядом с собой и заботливо прикрывая кончиком простыни, благо кровать была большая. - Ты - мой самый лучший подарок, - легкий поцелуй в плечо. Я, переводя дыхание, повернулся к нему лицом и коснулся лбом его груди. - Я рад, что тебе понравилось. - Мой отважный малыш Ко, - со смешком произнесли над моим плечом, а я в кои-то веки не принял близко к сердцу его вечное "малыш". Странно, однако, вышло. Руки, по идее более взрослый и извращенный (хотя, извращенцем он действительно является в более существенной мере, чем я) дарит мне романтический подарок, а я преподношу ему... такое. Наверное, мы просто знаем что каждый из нас хочет получить и как сделать каждого из нас счастливым, а это замечательно, не так ли?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.