Мемориал

Hello, hello, hello, how low? I feel stupid and contagious Here we are now, entertain us. -Nirvana – Smells Like Teen Spirit. Настю будит звонок её телефона, который очень раздражает и действует на нервы, и у неё спросонья даже не сразу получается схватить телефон. Она шарит рукой по тумбочке, пытаясь достать телефон, не открывая глаз, но в результате сталкивает его вниз, и он падает на пол. Выругавшись, девушка кое-как открывает глаза и тянется за телефоном, который всё ещё продолжает звонить, раздражая её. Если бы сейчас в комнату кто-то вошёл и включил яркий свет, это подействовало бы так же. На экране высвечивается фотка Саши Мартынова, и Настя закатывает глаза. -Тебе обязательно было меня будить? – она отвечает на звонок, немного сердясь, но ловит себя на мысли, что также ей очень хочется рассмеяться. – У меня был трудный день, Саша, чёрт возьми!.. – говорит она и закрывает себе рот рукой. -А у меня трудный вечер. Насть, я… ты… приходи пожалуйста сюда, я сейчас сижу на скамейке на детской площадке во дворе твоего дома, и ты мне нужна… – невнятно говорит он, и она понимает, что он пьян, что немедленно застаёт её врасплох. -Сейчас уже… – Настя бросает взгляд на будильник, стоящий на тумбочке рядом с кроватью, – уже десять вечера, Саша. Я не собираюсь идти на какую-то площадку… -Пожалуйста! – просит он. – Ты очень нужна мне здесь, мне не с кем поговорить. -Ну, чёрт!.. – ругается Гусакова, опуская ноги на коврик. – Если это не окажется чем-то действительно важным, я тебя убью! И готовься объяснить, почему ты пьян. -Ты, как всегда, мила, – комментирует он, шумно вздыхая, – в любом случае оно того стоит, мне грустно и одиноко. Так ты придёшь или бросишь меня здесь одного? -Да! – резко бросает ему в ответ Настя. – Если бы я не собиралась прийти, то уже давно послала бы тебя куда подальше, но если я всё ещё разговариваю с тобой… -И на этом спасибо… – бормочет он, и она сбрасывает, обещая, что скоро спустится. Не переставая ругать его про себя, она поднимается с кровати и переодевается в джинсы. В гостиной не горит свет, и в комнате родителей тоже – судя по всему, все уже спят. Настя хочет заглянуть в комнату к Алакаре, но в последний момент передумывает. Она накидывает лёгкую куртку, берёт ключи и выходит из квартиры. Сашу она находит на детской площадке, и он выглядит безумно несчастным. Девушка садится рядом с ним на скамейку, не зная, с чего стоит начать диалог. -Ты пришла, – говорит он утвердительно, но с ноткой удивления в голосе. -А разве у меня был выбор? – осторожно спрашивает девушка. – Твой голос был таким несчастным, впрочем, как и сейчас. Что у тебя случилось, что ТЫ пил? – интересуется она, выделяя слово «ты» и имея ввиду, что раньше он не допускал этого. -Всё так сложно… – поморщился он, словно собирался выпить горькую микстуру. – Я не хотел втягивать тебя во всё это, но, видимо, придётся… Знаю, что ты не одобришь, потому что она твоя подруга и всё такое, но прошу – хотя бы выслушай меня. -Не думаю, что говорить о ней – хорошая идея… – неуверенно произносит Настя. Часть её желает сказать, что она не станет обсуждать с ним Анджелину, другая же часть назойливо шепчет, что если бы ей нужно было выговориться, Саша её выслушал бы и даже слова ей в ответ не сказал бы, ни в чём бы не упрекнул. -Пожалуйста, мне нужно поговорить, очень… – жалобно просит он, и Настя соглашается. Ну как можно отказать близкому другу, особенно когда он кажется таким несчастным? Конечно, она не может ему отказать, и он об этом хорошо знает. -Ладно, – сдалась Настя, не в силах выдержать его измученного взгляда. Ей хоть и не очень хотелось ввязываться во всё это, но он, как и Анджелина, был её другом. К тому же, она может дать ему полезный совет. – Рассказывай, что у тебя там случилось. -Анджелина… – он запнулся, но продолжал дальше. – Видишь ли, она хочет большего, чем просто поцелуи, их ей недостаточно. Она хочет меня, а я… Следовало заставить его замолчать или уйти, но вместо этого Настя спросила: -Так в чём проблема? -Она моя первая девушка, с которой всё так серьёзно, и я… никогда не спал с другими, – шумно выдохнул он, и Настя смотрела на него, не понимая, почему он решил поговорить об этом с ней. Логичней было бы обсудить все проблемы с любимой. -Господи, Саш… Ты хочешь, чтобы я разгребала это за тебя и умоляла Анджелину подождать? Ты можешь сделать это сам. Она, конечно, моя лучшая подруга, но я не стану просить за тебя. -А у тебя был секс? – шумно вздохнув, спросил он, и только потом пожалел, что задал этот вопрос, потому что понял, что она может обидеться, может сказать, что неприлично у девушек спрашивать такое, но Настя отнеслась к вопросу на удивление адекватно. -Нет, – покачала головой она, ожидая, что он спросит о причине. -А хотела бы? – её ожидания не оправдались, он спросил совсем другое. Девушка повернула голову и, глядя в его глаза, пыталась понять, о чём он думает. -Все девушки хотят… – осторожно ответила она, и это было правдой. Просто кто-то дожидается любимого, а кто-то меняет парней, как перчатки. Но он спрашивал её не про всех девушек, а конкретно про неё, и нужно было ответить положительно, не приплетая сюда других девушек, но добавив, что она хочет только с любимым. -Это значит «да» или «нет»? – посмеиваясь, спросил Саша. -Да, – рассмеялась в ответ девушка. Игривое настроение Саши её немного настораживало, но она напомнила себе, что он всё тот же её друг, просто немного выпил, и теперь его потянуло на пошлые разговоры, с кем не бывает. -Займёшься им со мной? – спросил Саша, и Настя чуть не откусила себе язык от неожиданности. По его лицу было непонятно, шутит он или нет, но она надеялась, что это всё же такая идиотская шутка. -Что?! – выкрикнула девушка, не удержавшись. Она надеялась, что сейчас он рассмеётся, по-дружески обнимет её, извинится и скажет, чтобы она не беспокоилась, но он молчал, и напряжение между ними возрастало. Девушка даже хотела встать и уйти обратно в дом, но что-то заставило её остаться рядом с ним. -Мы могли бы… – снова начинает Саша, бросив короткий взгляд на девушку. – Я не могу сделать это с Анджелиной, но мы могли бы помочь друг другу, Настя, – говорит он так убедительно, будто и правда верит во всю эту чушь, и девушка никак не может узнать в нём того Сашу, который долгое время был её лучшим другом. – Ведь у тебя тоже когда-нибудь будет парень, – продолжает размышлять Мартынов. Он слишком пьян для таких размышлений, но всё равно продолжает, – и тебе стоит знать, как делать ему приятно. А я смогу чувствовать себя свободней с Анджелиной. Настя смотрела на него, не веря, что эти слова говорит её друг. Раньше Саша никогда не позволял себе подобного, но, видимо, настойчивость Анджелины вымотала его, хотя её как девушку тоже можно было понять – чем дольше Саша оттягивал этот непростой для него момент, тем больше она сомневалась в том, что он хочет её. Настя поняла, что ей с самого начала не следовало соглашаться встретиться с ним здесь, когда он в таком состоянии, но она понятия не имела, что всё так выйдет, что он будет предлагать ей такие гадости, словно видит её как продажную девку, которой всё равно, с кем спать. Она чувствует, что ещё немного – и слёзы вырвутся наружу. -Ты что, шутишь? – делает последнюю попытку девушка, всё ещё надеясь, что он рассмеётся, но для пьяного у него довольно серьёзный вид. Он серьёзно верит в то, что она может согласиться. -Нет, – отвечает он, – зачем мне шутить такими вещами? Я просто подумал, что мы оба могли бы помочь друг другу. Это пошло бы нам обоим на пользу, но если… -Я не хочу тебя даже знать с этой минуты! – Настя вскакивает со скамейки, её глаза горят злостью, а в голове вертится только одно слово: мерзавец. Саша хватает её за руку, пытаясь остановить, но она вырывается и бежит в подъезд. Поднявшись в квартиру, девушка захлопывает за собой дверь и съезжает по стенке на пол, не в силах остановить горьких слёз унижения.

***

Настя просыпается, когда часы показывают десять утра. Судя по громким голосам внизу, все уже давно встали. Обычно девушка спит часов до двенадцати, но сегодня чувствует странную бодрость, несмотря на то, что долго не могла уснуть из-за переживаний о событиях вчерашнего дня. И вечера, услужливо подсказывает память. На телефоне пятнадцать пропущенных от Саши и пять сообщений с извинениями, но Настя игнорирует их все. Открыв одно из сообщений, в котором Мартынов пишет, каким же кретином он был, девушка удаляет это и все остальные сообщения, не читая, после чего идёт в ванную, не переставая думать о его подлом поступке. Во время чистки зубов она задумывается о том, чтобы встретиться с Анджелиной и рассказать ей всё, но, выйдя из ванной, колеблется – может, Саша заслуживает ещё одного шанса, а Анджелина может захотеть бросить его, если узнает, что он предлагал её подруге. А если учесть то, что когда-то он был влюблён в Настю, картина складывается не в его пользу и точно не в её, хоть она ему и отказала. Ей не хочется терять дружбу с Анджелиной, но она не знает, как будет смотреть ей в глаза при встрече, несмотря на то, что не сделала ничего плохого. Может, надеть солнцезащитные очки на встречу с ней? Гусакова глядит на своё отражение в зеркале, смеётся над собственной шуткой и выходит из ванной. Пока Настя переодевается, её телефон снова разрывается от звонков, но она не хочет разговаривать с Сашей и вряд ли когда-нибудь захочет. Он считает, что извинениями может мгновенно всё исправить, но это не так, к тому же, Настя сама пока не хочет ничего менять. Она настолько зла, что не может даже слышать его голос. Настя даже не знает, может ли она обо всём рассказать Алакаре. Ей не хочется взваливать это на сестру и заставлять её хранить это в тайне, если она всё же решит ничего не говорить Анджелине о мерзком поведении её парня, но она ведь должна ей сказать? Девушка не уверена, как будет правильнее, и это терзает её ещё больше. Возможно, ей стоит просто спуститься вниз и спросить совета у Алакары, но если Анджелина узнает, это будет выглядеть так, будто у Насти и Саши что-то было, и она намеренно пытается это скрыть, но на самом деле она бы на это не согласилась. Вздохнув, Настя отправляет Анджелине сообщение: «Мне надо с тобой поговорить, мы сможем сегодня встретиться?» и ждёт ответа. Она немного нервничает, но, наверное, так будет правильно и честно по отношению к подруге. В конце концов, самой Гусаковой не о чем волноваться, ведь это не она предлагала секс своему другу. «Да, конечно. Что-то случилось?» – почти мгновенно отвечает Анджелина. Насте не хочется расстраивать её сейчас, поэтому она решает отложить разговор до встречи. «Расскажу, когда увидимся» – пишет она в ответ, и они договариваются встретиться в кафе недалеко от Настиного дома через два часа. Гусакова начинает сомневаться, правильно ли поступает, желая всё рассказать, но другого варианта, если она хочет сохранить дружбу с Анджелиной, у неё нет. Она должна рассказать о поступке Саши. Когда она красит глаза перед зеркалом, телефон снова начинает разрываться от звонков. Чертыхнувшись, девушка идёт к кровати, чтобы выключить телефон – она думает, что это Саша всё ещё вымаливает у неё прощение, хоть она в этом и не нуждается, но на экране вместо друга отображается совсем незнакомый номер. Несколько секунд она раздумывает, что делать, потом быстро нажимает «принять». -Слушаю, – она изо всех сил надеется, что это не Саша, который может решить позвонить ей с чужого номера, лишь бы она взяла трубку и выслушала его. -Привет, – раздаётся голос Егора Кузнецова, про которого она уже успевает забыть из-за всех этих событий, так неожиданно на неё свалившихся. Быть частью семьи Алакары значит не иметь спокойной жизни, но бо́льшая часть Насти рада, что они родственники. -Что ты хочешь? – нахмурившись, спросила Настя. Она до сих пор была сердита на него за его попытки втереться к ней в доверие. -Поговорить и заслужить королевское прощение, как и прежде, – шутливо ответил парень. – Настя, мне жаль, что на вечеринке я тебя расстроил и наговорил лишнего. И я слышал, что произошло с твоей сестрой, – тихо говорит он, и сердце девушки падает куда-то вниз от воспоминаний. – Она в порядке? -Всё обошлось. Отделалась небольшим испугом. -Это хорошо, – Егор молчит, явно желая сказать что-то ещё, и Настя зачем-то ждёт продолжения. – Ещё раз извини меня за ту ссору. Ты всегда так далеко, и у меня от этого сносит крышу. Я пытаюсь быть ближе, но это не работает... -Егор, мы много раз говорили об этом… – напоминает ему Настя, желая больше никогда больше не возвращаться к данному вопросу. – И на этом я ставлю точку. Она говорит, что пришло время двигаться дальше, и они прощаются. После того, как девушка кладёт трубку, из её головы всё никак не выходят его слова о нежелании сдаваться. А значит, спокойствия можно не ждать. Когда Настя заканчивает собираться, она спускается вниз, чтобы поговорить с Ритой и проверить её состояние. Сегодня сестра уже не кажется отрешённой, как вчера. Она весело болтает о чём-то с Лилой и на вопрос Насти, всё ли у неё хорошо, отвечает, что она в полном порядке. Гусакова извиняется, потому что всё равно чувствует свою вину за произошедшее. Анджелина опоздала на десять минут, дико извиняясь. Из её слов, потоком рвущихся наружу, Настя толком ничего не поняла, но зато подсчитала, что услышала слово «извини» больше десяти раз. Настя, поднявшаяся, чтобы обнять Анджелину, снова опустилась за столик, а Джонсон села напротив. Они решили заказать что-нибудь покушать, прежде чем Настя начнёт разговор, ради которого пришла сюда. Когда официант уходит, записав их заказ, Анджелина поднимает голову, захлопывая меню. Она выглядит чуть встревоженной, может потому что Алакара уже успела рассказать ей о том, что произошло вчера? В любом случае, Настя знала, что ей очень скоро придётся расстроить подругу, и была этому не рада, но у неё не было выбора. -О чём таком ты хотела со мной поговорить? – спрашивает Анджелина, пытаясь понять по Настиному взгляду. Гусакова же молчит, не зная, как начать разговор. – Ты написала, что нам лучше встретиться, чтобы поговорить вживую, а не по телефону. И вот я здесь, но ты молчишь, и это заставляет меня немного нервничать. -Прости… – Настя убирает за ухо волосы и на всякий случай отодвигает меню подальше, чтобы не отвлекаться. – Не знаю, как сказать, но уверена, что новость тебе не понравится… -Тогда скажи как есть, – закусывает губу Анджелина, – это всегда лучше лжи. По твоему виду я могу сказать, что ты расстроена. -Да, немного… – призналась Настя, хотя с каждой минутой это чувство усиливалось, и дело было не только в реакции Анджелины. Настя очень переживала из-за того, что это вообще произошло, что Саша снова решил растоптать их дружбу. -Что случилось, Насть? Я не могу просто сидеть и смотреть на твоё страдальческое лицо. -Я виделась с Сашей вчера вечером, – выдыхает девушка. -Что в этом такого смертельного? – не понимает Анджелина. Для неё это никогда не было проблемой, она никогда не пыталась привязать его только к себе, запрещая общаться с другими, потому что знала – если он захочет уйти, то всё равно уйдёт. – Я не из тех девушек, которые сажают парней на цепь и запрещают общаться с другими. -Я знаю, просто… просто он предложил мне секс. – наконец делает признание Настя. Глаза Анджелины расширяются, и Настя буквально чувствует, как ей больно, поэтому торопится всё объяснить: – Он позвонил мне сам и сказал, что сидит на детской площадке у моего дома, слёзно просил прийти. Он был пьян, и я побоялась оставлять его в таком состоянии, поэтому спустилась, думая, что он просто хочет поговорить. Он сказал мне, что у вас проблемы, что ты хочешь от него большего, чем поцелуи, и он не может тебе этого дать. А потом предложил мне заняться с ним сексом, чтобы нам обоим было легче, когда мы будем делать это с любимыми… Настя закрыла лицо руками, чувствуя, как подступают рыдания. Анджелина молчала. Кажется, она была сбита с толку, но от этого не становилось легче. Насте хотелось схватить сумку и убежать отсюда, но она не могла сдвинуться с места, её тело словно стало весить ни одну тонну. -Ты что, плачешь? – голос Анджелины звучал словно издалека, но Настя не обратила внимания на её слова. У неё на душе было слишком тяжело, и она уже пожалела, что рассказала всё Анджелине, боясь, что теперь подруга даже видеть её не захочет, не то что разговаривать. Эта мысль причиняла невероятную боль. -Настя, послушай меня… – Анджелина убрала руки от лица Гусаковой, и девушка смотрела вниз, лишь бы не смотреть на подругу. – Ничего не было, так ведь? – Настя кивнула, подтверждая, что не сделала ничего такого, за что должна была себя ненавидеть, но почему-то легче от этого не становилось. – Это самое главное. -Если ты не успокоишься, я отменю наш заказ и закажу нам выпить, – Джонсон изо всех сил старалась быть серьёзной, но в её голосе проскальзывали нотки смеха. – Мне не очень нравится тот факт, что он додумался предложить такое тебе, в то время как его девушка я, но это не твоя вина, Настя, и тебе не нужно изводить себя из-за этого. -Но… -Чёрт, ты вообще слушаешь меня? В том, что Саша идиот, нет твоей вины, – повторила Анджелина, понимая, что Насте от этого легче не стало. С одной стороны, было хорошо, что она могла отвечать за свои действия, была доброй и милой, но с другой… Об эту доброту и так уже многие вытерли свои грязные ноги, и Анджелина не собиралась становиться одной из них. -Что ты теперь будешь делать? – спросила Настя. После случившегося её сильно волновал этот вопрос. -Не знаю, честно… – ответила Анджелина. – В любом случае, сначала я поговорю с ним. Мне неприятно то, как он повёл себя с тобой, и если ты не собираешься с ним говорить, – Анджелина опускает глаза на Настин телефон, лежащий на столе. На экране уже второй раз высвечивается имя Саши, – то я сама спрошу у него, почему… -Почему ты решила, что я избегаю его? – с удивлением спрашивает Настя. Если бы она только опустила взгляд на телефон, то сразу бы всё поняла, но ей не до этого. -Потому что он звонит тебе уже второй раз, пока мы тут сидим, – смеётся Анджелина, и Настя опускает взгляд на экран, на котором высвечивается имя Мартынова. К счастью, её телефон на режиме «без звука», так что звонки не мешают им. Девушка просто переворачивает телефон экраном вниз, не желая видеть его имя на экране, а разговаривать с ним – тем более. – Почему ты не хочешь ответить? -Потому что он мудак, – отвечает Настя, усмехаясь, – и я отлично знаю, что он скажет, но мне не нужны эти чёртовы извинения из страха, что ты не простишь его в случае, если я расскажу, а он знал, что я это сделаю, – говорит Настя, добавляя про себя: «даже я не знала, сделаю ли это». -Не беспокойся об этом, – уверяет подругу Анджелина, – и спасибо, что рассказала мне всё, я очень ценю это, – она изучает Настю внимательным взглядом, пытаясь понять, о чём та думает, но по её отсутствующему взгляду не очень понятно. -Это не заставит меня перестать чувствовать вину, ты же знаешь, это сложно… – вздыхает Настя, надеясь, что они не будут продолжать этот идиотский разговор. Она уже не в состоянии говорить об этом и выслушивать, как подруга её успокаивает. -Знаю, – кивает Джонсон, – поэтому просто говорю тебе, что всё хорошо, можешь не беспокоиться, особенно за наши с тобой отношения. Лучше скажи, как ты чувствуешь себя после вчерашнего? Ну конечно! Настя знала, что этот вопрос будет задан, Анджелина не могла не спросить. Насте не особо хотелось говорить об этом, но подруга уже всё равно знала. -Кто тебе сказал и когда? – Настя не злилась, ей просто было интересно. -Алакара, – всё, как и ожидалось, но Настя всё равно не удержалась от закатывания глаз. – Она позвонила мне вчера и рассказала, что произошло. Мы одна команда, ты же ещё помнишь? – осторожно спрашивает Анджелина, и Настя, кивая, смеётся. Почему она вообще напоминает об этом? – Хорошо, тогда скажи мне, как ты? -Честно? Фигово, – признаётся Гусакова. – Рита в порядке, но вот я… не совсем. -Ох, Настя, в этом-то и заключается твоя проблема! – шумно вздыхает Анджелина. – Ты не можешь успокоиться даже тогда, когда все другие уже успокоились. -Не все. Зная Олега, Настя уверена, что он всё ещё мучает себя, и возможно, даже больше, чем она. Он мог держать всё в себе, улыбаться и уверять её, что всё в порядке, но ей и не нужно было спрашивать, чтобы знать, как обстоят дела на самом деле. -Настя, расслабься наконец! Это не твоя проблема. Чисто физически всё в этом мире не может быть твоей проблемой, – говорит Анджелина, и они вместе смеются.

***

Подходя к подъезду, Настя с ужасом осознаёт, что на скамейке перед домом сидит Саша. Девушка хочет сделать несколько шагов назад и убраться отсюда как можно дальше, но в этот самый момент он поворачивает голову и, встретившись с ней взглядом, поднимается со скамейки навстречу ей. Убегать слишком поздно. -Настя… – умоляет он, чуть не плача, – я хочу поговорить, выслушай меня, – просит он, когда она проходит мимо него к подъезду, и хватает её за руку, пытаясь удержать. -Что тебе надо? – резко поворачивается она к нему. Её глаза горят злостью, и он не винит её, но ему нужно её прощение, нужно знать, что у них всё наладилось, что она простила его и поняла, что на самом деле он не имел ввиду то, что предлагал ей. -Ты… – отвечает он, не позволяя себе улыбнуться. – Твоё прощение. Много чего. Он знает, что улыбка может только всё испортить, а он уже и так много чего испортил. Теперь исправить бы то, что он натворил прошлым вечером. -Знал бы ты, насколько сильно я не хочу с тобой разговаривать – сейчас бы не был тут! – в злости бросает ему Гусакова, надеясь, что он повернётся и уйдёт, но он остаётся стоять на месте, всё так же держа её руку и не давая ей исчезнуть. -Я знаю. Но знала бы ты, насколько сильно мне жаль, – в тон ей отвечает он. -Тебе? Жаль? – с губ девушки срывается истерический смешок. – Ты, чёрт возьми, предложил мне заняться с тобой сексом, хотя мы даже не вместе и не будем! И, если ты забыл, у тебя есть девушка, по отношению к которой это ещё более подло! -Знаю. Знаю… – Саша запускает руку в волосы, пытаясь справиться со всем этим безумием. – Настя, я изначально не должен был просить тебя встретиться со мной, я перепил и просто был не в состоянии контролировать себя. Прости меня! -Это не оправдание! – кричит в ответ девушка, желая, чтобы он отстал от неё. Ей всё ещё больно при мысли, что он считает её просто объектом для развлечений. -Но мне правда жаль! – судя по голосу, он был в отчаянии, не зная, что она сейчас безумно сердита, и если бы он был более умным, то сейчас ушёл бы, подождал лет пять, а потом попытался бы снова, но он не мог ждать. Ему нужно было знать, что у них всё хорошо, что она простила его и знает, что он правда раскаивается перед ней. Если бы он только был уверен, что она знает… -Но мне правда плевать! – крикнула в ответ Настя, выдёргивая свою руку. Разговаривать с ним не было никакого желания. Она хотела поскорее убраться отсюда и не слушать его жалких оправданий. – Отпусти меня, я хочу домой! -Я прошу – не рассказывай ничего ей! – слёзно молил Саша, не зная, что уже поздно. Он отлично понимал, что может случиться, если Анджелина узнает о его пьяной выходке. Она иногда была слишком эмоциональной и принимала всё близко к сердцу, а ему не хотелось её терять. – Если она узнает, то сразу же уйдёт от меня! -Позвони и спроси у неё, – говорит Настя как-то слишком спокойно, глядя в сторону. – Возможно, что она уже не хочет быть с тобой, потому что ты повёл себя слишком мерзко! И да, я ей всё рассказала, – говорит девушка, следя за его реакцией, и он чувствует себя уничтоженным, – потому что прямо сейчас я возвращаюсь от неё. -Нет, этого не может быть… – наконец отпуская её руку, шепчет Саша. – Почему ты рассказала ей всё, не поговорив сначала со мной? Я мог бы тебе всё объяснить. -Потому что ты этого заслуживаешь, – ответила Настя, – и потому что рассказать всё было честным по отношению к ней, ведь она моя подруга, а ты это забываешь. -Разве я могу забыть что-то, что связано с тобой? – примирительно выдыхает он, но Настя не собирается сейчас с ним мириться. Желание накричать на него угасает, но это не значит, что она готова стоять тут и выслушивать его оправдания. -Если бы ты помнил, тебе бы и не пришлось забывать, но тебе плевать на меня! – говорит Настя и делает шаг назад, в сторону подъезда. Она безумно зла и хочет как можно скорее сбежать отсюда, подальше от его пронзительных глаз и умоляющего взгляда, который просит её о пощаде, но ей всё равно, что он ещё скажет. -Настя… Если я только могу что-то сделать, чтобы изменить это. Просто скажи мне… -Ты ничего не можешь сделать, точно не сегодня! – она разворачивается и, достав ключи из кармана, быстро идёт к подъезду, надеясь, что он не пойдёт за ней. И он не идёт, а просто стоит рядом со скамейкой и смотрит ей вслед. Он кажется таким несчастным, глядя, как она уходит, не захотев выслушать его, но вина уже начинает делать своё дело, полностью завладевая им. «Не сегодня», она сказала, что не сегодня. «Я попытаюсь завтра, или послезавтра, или через неделю, но я буду пытаться» – думает он. Он не может позволить себе потерять её, в то время как она столько времени была его другом и поддерживала. Она никогда не издевалась над ним, и пыталась уколоть в ответ лишь когда он обижал её. Она никогда не говорила ему, что без него ей было бы лучше, и не выставляла за дверь, а потом бежала к другому. Она всегда давала ему советы и поступала с ним лишь так, как он того заслуживал. Она отказалась с ним встречаться, потому что не хотела причинять ему боль и быть нечестной с ним, а он долгое время принимал это за издевательство и попытку манипулировать им. Почему только сейчас, стоя здесь и глядя ей вслед, он понял, как виноват перед ней? И не только за то, что наговорил вчера вечером, а за всё, что было до этого. «Ты облажался, Саш. Очень сильно облажался», – говорит он себе и, развернувшись, идёт прочь от её дома.