Необходимо и достаточно

Мисаки полетела в ближайший скейт-парк, даже если её и решат тут искать, она всегда сможет сбежать, но одежда оказалась неподходящей, в домашних шортах было холодно, а куртка не давала нужной свободы. При себе не было ни денег, ни телефона и рано-поздно пришлось бы идти домой. Она могла бы пойти к Рикио или в бар дяди Кусанаги-сана и уже оттуда найти Микото, но совершенно не хотелось. Ята сидела на скамейке и долго прикидывала, какая из зол меньше. Рикио точно её не выгонит, а в крайнем случае даст позвонить кому-нибудь из ребят. Она поставила ногу на скейтборд, оттолкнулась и поехала к другу. Свобода и свистящий воздух успокаивали, она не чувствовала проблем, забылось всё хорошее и плохое, она просто летела. Но светофор так некстати встал у неё на пути, пришлось замедлиться и вовсе остановиться. Рядом прощалась влюблённая парочка, Мисаки вспомнила, как с ней прощался Микото, она бы раньше не поверила, что он может быть настолько нежным. Загорелся светофор, а до ушей Яты донеслось «позвони мне вечером» и мир остановился, она забыла о том, что должна идти, парочка разошлась, а она всё стояла. В висках стучало «я обещала позвонить Фушими-сенсею», она пропустила светофор и снова стояла на красном, прохожие начали уже беспокоиться и спрашивали: – Девушка, с Вами всё в порядке? – Она кивнула, а в голове бегали мысли: «позвоню от Рикио», «да он уже и забыл, что я должна позвонить», «или не забыл, это же Фушими-сенсей, он не может о чём-то забыть». Загорелся зелёный сигнал светофора, а Ята бросила доску на асфальт, развернулась и поехала обратно. Она хорошо знала квартал, и ей не обязательно было проезжать мимо своего дома, что бы попасть к дому номер семнадцать. Она не знала квартиры, но почему-то это её не волновало. Долетела она на скорости света и уже смотрела на дом номер 17, обычная девятиэтажная, такая же, как у неё, три подъезда и ноль шансов, что он случайно выглянет в окно и увидит её или что он вышел в магазин и скоро вернётся. Номер она, естественно не помнила. Оценив свои шансы, она поняла, насколько эфемерна её затея, но, тем не менее, она устроилась на скамейке посередине двора и стала ждать. Может, он всё же вышел из дома? Через полчаса у Мисаки стучали зубы, и её всё чаще посещала идея идти и стучать во все квартиры. Она залезла с ногами на скамейку и притянув колени к груди спрятала ноги под куртку. – Господи, что ты тут делаешь? – Сзади раздался голос. – Фушими-сенсей… – Зубы стучали, а вдобавок она ещё и чихнула. – Тц, пойдём. – Он протянул ей свободную руку. Мисаки с трудом слезла со скамейки. – Кто в такую погоду ходит в шортах? – Так п-по-получилось. – Они зашли во второй подъезд и поднялись на третий этаж. – Только не говорите, что вы живёте в сорок седьмой квартире. – Нет, она для меня великовата, в сорок шестой. А почему ты спрашиваешь? – Я живу в сорок седьмой. – Ясно. – Он открыл дверь, включил свет и пропустил Яту внутрь. – Проходи. – Простите за вторжение. – Тут никто кроме меня не живёт. – А Ваша девушка? – Мы не живём вместе. – Ясно… – Мисаки сняла куртку и скинула кроссовки, скейтборд примостился у выхода. – Странно ты одета. – Не нравится? – По-домашнему, что случилось? – Просто… я обещала позвонить, а телефон забыла… – Так, пошли на кухню, ты вся замёрзла, сделаю чай, и ты всё подробно расскажешь. – Угу. – И желательно с того момента, как я ушёл. Горячий вкусный чай приводил в чувства, черника, малина и ежевика дарили потрясающий аромат, Фушими пододвинул поближе кексы. – Бери, не стесняйся. – Спасибо. – А теперь рассказывай, что случилось. – Он присел рядом. Совсем другой, нет ни галстука, ни белой рубашки, им на смену пришла чёрная майка, на шее бусы из чёрного дерева. – Я из дома сбежала. – Решила начать с главного Мисаки. – Вот как, из-за чего? – Он был на удивление спокоен, пил свой красный чай и смотрел на Мисаки. – Всё навалилось, родители достали со своими расспросами, а я совсем запуталась и не знаю, что теперь делать… – Давай попробуем разобраться, только тебе придётся всё рассказать. Что родители от тебя хотят? – Мне неловко об этом говорить… – А почему тогда ко мне пришла? – Не знаю, я обещала позвонить, а телефон дома остался и я подумала… – Что я буду волноваться? – Ята чувствовала себя дурой. Он ведь взрослый человек, зачем ему все эти её детские сопли. – Конечно, буду, – она чуть рот от удивления не раскрыла, – я же твой классный руководитель, как-никак. Но вот то, что ты ночью сбежала из дома, меня волнует не меньше. – Сказанное её расстроило. – Так получилось, сейчас уже думаю, что зря. И на Вас все проблемы вываливаю. Я пойду, извините. – Она поднялась со стула. – Подожди, раз пришла, давай, разберёмся со всем. Что именно сказали родители? – Мисаки в ответ молчала. – Так, идём. Они перешли в комнату, сели на диван и Сарухико продолжил: – Если ты будешь молчать, это никак не поможет. Что тебе сказали, что ты сорвалась и побежала? – А Вы смеяться не будете? – Не буду. – Мама решила, что я в обморок упала из-за того, что беременна. – И ты считаешь, что это смешно? Ты же ещё школьница и это всё очень серьёзно. – Фушими-сенсей, не беременна я! – Ята залилась краской. – А почему тогда убежала? – Это всё из-за того, что они неделю меня уже пытают кто мой парень. – Поэтому ты упала? Перенервничала. – Да, все как сговорились мне нервы мотать… – Кто ещё? – Ещё и Микото постоянно смотрит на меня и ждёт ответа. – Ответа? – Он предложил встречаться, а я всё не решу. – Накипело, стало совершенно плевать, кому она это всё рассказывает. – Почему? Он же тебе нравится. – Я не уверенна, что настолько нравится… – Ясно, и что думаешь делать? – Не знаю… – Да уж, ситуация. А теперь объясни, почему ко мне? – Я хотела к Рикио пойти, но потом вспомнила про Вас и пошла сюда. – Я мог тебя не увидеть. – Я знаю. – И на что ты рассчитывала. – Я надеялась, что мне повезёт. – Долго ждала? – Меньше часа. – И всё это время в таком виде на улице? – Я убежала около восьми. – Сейчас почти десять. Ты просто ненормальная. – Мисаки опустила голову. – Так, я тебя провожу до дома. – Я туда не пойду. – Дело принципа? – Угу. Можете не провожать, я к Рикио. – Так, никуда ты не пойдёшь, останешься у меня, а завтра вернёшься домой. – Сенсей… – А теперь иди в душ, заболеешь ещё, сейчас дам полотенце, домашней одежды тебе, как вижу, не надо. – Угу. – И как всё до этого дошло? Сарухико постелил ей на диване в гостиной, а сам ждал в кресле её возвращения. – Фушими-сенсей, спасибо Вам. – Да было бы за что, я же так тебе и не помог разобраться. – Вы же настроены против Микото. – Да, пожалуй, тут я худший для тебя советчик. Поступай, как знаешь. – Угу. – Вернёшься завтра домой? – Да и рано, пока все спят. – Хорошо, что предупредила. Ну, доброй ночи. – Доброй, сенсей? – М? – Вы никому не скажите? – Что ты тут была или о чём мы говорили? – Обо всём. – Не скажу, за первое меня и уволить могут. – Да, простите. – Спи, давай, – он прошёл мимо, похлопав её по голове. Дверь в комнату закрылась, Мисаки выключила свет и залезла под одеяло. – Что я делаю… – прошептала в ночную тишину девушка. Мысли роились в голове: «Он такой добрый, другой бы прошёл мимо», «Его могут уволить, если узнают», «А если узнает его девушка? У него точно из-за меня будут проблемы», «А если узнает Микото? Что он скажет? Почему не пришла ко мне? Почему не позвонила?», «Да, он точно будет злиться», «Об этом никто не должен узнать, но что мне сказать, где я была?», «Всю ночь гуляла?» «За свои поступки надо отвечать», – сказал тогда Фушими-сенсей. Но как? «Как исправить то, что она натворила? Надо вернуться, пока не поздно, пока они ещё поверят, что всё это время она гуляла, хотя, с другой стороны, можно сказать, что осталась у друзей. Но если спросят? Можно сказать у Рикио, но он тогда будет допытывать меня, где я была, может, лучше Татара?» Сердце колотилось, как бешенное, отказываясь успокаиваться. Мисаки встала и подошла к окну, вид многим напоминал её двор, квартира была меньше и иначе обставлена, но многим походила на её дом. Сделала пару кругов по комнате и решилась выйти попить воды. Благодаря типичной планировке с лёгкостью добралась до кухни и уже искала стакан, когда щёлкнули выключателем. – Не спится? – Домашние штаны и серая футболка, от образа сенсея остались только очки. – Угу, простите, что Вас побеспокоила. – А, это… Ерунда, не бери в голову. – Он достал стакан и налил воды из кувшина – протянул Яте, затем достал ещё один. – Я только сейчас поняла… – Успокойся, никто не узнает, скажи, что у друзей переночевала и всё. – Ладно… А если Ваша девушка? – Она сюда не придёт. Тебе поискать снотворное или успокоительное? – Не надо, постараюсь заснуть. – С тобой посидеть? – «Что я ей сейчас предложил?» он закусил губу. Ята не знала, что ответить, просто смотрела на него, сейчас он совсем не был похож на учителя, такой обычный парень, каких много вокруг, но хотелось, что бы он был рядом, она же сама к нему пришла. – Не бойся, приставать не буду, просто посижу, пока не заснёшь. «Рядом с ним я точно не смогу заснуть» – Это уже лишнее, доброй ночи. – Она вернулась в комнату. – Спокойной ночи. – Дверь за ней закрылась, а Сарухико вздохнул. «Ну, и что я только что сморозил? Просто посижу, пока не уснёшь?! Ну, ну, хорошо, что не согласилась, не известно, чем бы это вообще закончилось» Он вернулся в свою постель, всё тело трясло, за стеной лежала девушка, занимавшая его мысли всецело и полностью, он никогда ещё ни к кому не чувствовал такого влечения. А она такая милая, невинная, робкая. Да и у неё есть молодой человек, ну или скоро будет, странно, что она вообще сомневается. А ещё это беспокойство, что Каори узнает о её приходе. Да, в конце концов, они даже не встречаются, но если он скажет об этом Мисаки, что она подумает? А говорить, что это просто его подруга уже поздно. «Выкинь все мысли о Мисаки из головы!» – мысленно кричал на себя Сарухико. «Хочу, что бы он сидел рядом!» – она готова была на стены лезть. Хотелось встать с кровати, открыть дверь, другую и упасть в его объятия. Ята вспомнила, как он звал её «Мисаки», как пытался докричаться там в медпункте. Мисаки снилось, что Фушими обнимал её, теплые сильные руки прижимали к себе, не давая возможности вырваться, а она и не вырывалась. Купалась в объятиях любимого человека, ловила мимолётные поцелуи. А когда открыла глаза и подняла голову, то увидела Микото, глаза округлились, а она невольно закричала. – Мисаки, ты чего? Мисаки!!! – Тёплые руки держали её, и было невыносимо жарко, а крики всё продолжались. – Мисаки! Мисаки, проснись! – Сарухико тряс тело девушки в попытках разбудить. А когда она, наконец, открыла глаза, прижал к себе и уже спокойнее сказал. – Тише, я рядом, это просто кошмар, просто сон, всё хорошо… – Он не прекращал гладить девушку по спине. – Фушими-сенсей… – Глаза слезились. – Ты закричала, и я сразу прибежал. Что ты видела? – Она помотала головой. – Ну, ну, уже всё хорошо. – Он крепче прижал к себе хрупкое тело. – Ты вся горишь. – Рука сама собой переместилась на лоб. – Сейчас принесу градусник. – Он собирался встать с дивана, но цепкие пальчики девушки схватились за футболку. – Не уходите. – Мисаки откинула одеяло. – Я сразу вернусь. – Но хватка не ослабла, и ему пришлось сесть обратно и обнять девушку. – Пять минут, потом я пойду за аптечкой. – Ладно. – Всё тело бил озноб. – Всё-таки простудилась вчера. – Угу. – Какой же ты ещё ребёнок. – Будете звонить моим родителям? – Она уткнулась ему в грудь. – Что мне с тобой делать? – Не знаю. – Ладно, на улицу я тебя не выгоню, и в школу ты сегодня не пойдёшь. Родители тебя искать будут. – Они знают, что у меня есть друзья, у которых я могу и на несколько дней пропасть. – Хочешь сказать, волноваться не будут? – Будут. И мне лучше вернуться домой, не хочу Вас обременять. – Вдобавок она ещё и закашляла. – Оставайся, сколько понадобится, я, конечно, не одобряю твоего побега, но выгонять не буду. Так, всё, мы договаривались. – Хватка ослабла, он встал и осторожно уложил девушку на кровать. Покопавшись в шкафах на кухне, удалось найти заветную коробочку. Он вручил Яте градусник, а сам устроился в кресле рядом. – Сенсей? – Ещё рано, подержи ещё. – Вы боитесь заразиться? – Нет. – Тогда… Тогда почему сели так далеко. – Он поднялся из кресла и устроился рядом. Она была такой слабой, нездоровый румянец на щеках, слабое тело, волосы разметались по подушке. Сарухико взял её руку в свои и улыбнулся. – Спасибо. – Давай посмотрю. – Она вложила градусник в его руку. – Действительно, 38,7. Тебя чем-то определённым обычно лечат? – Да, мама же врач. – Тогда напиши мне на бумаге, я схожу в аптеку, успею до работы. А пока пойду что-нибудь приготовлю. – Спасибо. Он усадил Мисаки на диване и осторожно кормил с ложечки. – Сенсей, я и сама могу. – Румянец или просто жар играл на её щеках. – Ладно, возьми ложку, – он пододвинул поближе поднос. Ята справлялась сама, но поела мало. – Всё? – Угу. – Совсем мало, ладно, я скоро вернусь. – Он убрал поднос и помог устроиться удобней. – Из того, что ты написала, у меня ничего нет. Придётся тебе подождать. Через двадцать минут Сарухико уже вернулся в комнату. – Знаешь, как это всё нужно принимать? – Знаю. – Тогда, я принесу воды. Ята выпила порцию таблеток и укуталась в одеяло. – Холодно? Принести ещё одно? – Не надо. – Мне уже надо собираться, справишься тут без меня или мне позвонить и сказать, что заболел? – Не надо, это будет подозрительно. – Мисаки закашлялась. Сарухико не мог терпеть этих звуков и присел рядом, осторожно взялся за плечи девушки. – В коридоре телефон, я там номер свой записал, звони если что. – Хорошо. – А лучше позвони мне на большой перемене. – Ладно, идите уже, а то опоздаете. – Постарайся поспать, я приду, как только смогу. Он быстро собрался, а когда перед уходом заглянул в комнату, Ята уже спала.