Перевод

The Grass Is Always Greener 927

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Автор оригинала:
kb0
Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/4334542/1/The-Grass-Is-Always-Greener

Пэйринг и персонажи:
Гарри Поттер/Дафна Гринграсс, Драко Малфой, Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Дафна Гринграсс
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Макси, 175 страниц, 8 частей
Статус:
закончен
Метки: AU Ангст Драма Насилие Романтика Учебные заведения

Награды от читателей:
 
«Отличный перевод!» от Александр фон Карштайн
Описание:
Во время второго семестра на шестом курсе Гарри спасает Дафну Гринграсс от участи хуже смерти. В оплату за это она учит его Окклюменции, и двое волшебников узнают друг друга достаточно хорошо, чтобы понять, что ярлыки не всегда полезны, а сокровища можно найти в самых неожиданных местах.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
В поисках вдохновения для собственного графоманства я наткнулся аж на две незаконченных попытки перевода фанфика с пейрингом ГП/ДГ. Ну что.. challenge accepted!

Спасибо Darkoloro за вычитку огромной кучи опечаток.

Часть 3

16 января 2017, 00:49
Chapter 3 Настала третья неделя апреля и Гарри, использовав немного зелья «жидкой удачи», смог получить у Слагхорна то воспоминание, которое так нужно было Дамблдору. Хотя было уже довольно поздно, он немедленно отправился к директору. Просмотрев и обсудив его, они теперь думали, что знали, что им противостоит — семь частей разорванной души Риддла — но небольшие сомнения всё ещё оставались. По большей части они исходили из того, что эти семь частей, или крестражей, были спрятаны. Дамблдор отметил, что это стоит обсудить в следующий раз, поскольку сейчас его мысли на этот счёт слишком расплывчаты. Гарри почувствовал себя крайне невезучим, когда обдумывал это новое знание. Как сказал Дамблдор, он (или кто-то другой) должен найти и уничтожить все крестражи, прежде чем Волдеморт может быть действительно убит. И что он может с этим сделать? После недолгого обдумывания решение казалось вполне очевидным. Он должен поделиться этой информацией с двумя умнейшими людьми в своей жизни: Гермионой и Дафной. Единственный вопрос, который его беспокоил — не навредит ли им эта информация? Наконец он решил, что вскоре поделится этим с Гермионой и, возможно, Роном. А с Дафной он должен выждать чуть дольше, для её же собственной безопасности. В конце апреля у Гарри и Дафны был их очередной урок-свидание. Она неплохо умела всё скрывать, но Гарри уже достаточно хорошо её узнал, чтобы понять, что она взволнована. Наложив уже привычные заклятия, обеспечивавшие им конфиденциальность, он спросил: — Ты что-то узнала, не так ли? — Да, — самодовольно ответила слизеринка. — Что? Погоди, ты узнала, что на уме у Малфоя, да? — Он попытался не давать излишнюю волю своим надеждам, но это было слишком трудно. Гарри с облегчением вздохнул, когда она кивнула. — Ну же, не держи меня в неизвестности, скажи мне! — Во-первых, я могу тебе без всяких сомнений сказать, что Малфой теперь полноценный Пожиратель Смерти, с меткой и всем полагающимся. — Я знал это! — вскрикнул он. — Вот мерзавец! — Он получил метку на пасхальных каникулах. И просто чтобы ты знал, Крэбб и Гойл — не пожиратели. Я подозреваю, что они могут быть замешаны в пожирательских действиях, но сомневаюсь, что они когда-либо получат метку. Они просто слишком тупые. — Дафна, казалось, чувствовала отвращение. Гарри допускал, что она так чувствовала себя, потому что не думала, что они соответствуют стандартам Слизерина. — Ладно, это хороша новость. А тебе удалось узнать что-то о замыслах Малфоя? — Да. Ты не поверишь, но у него есть план, состоящий из двух частей. Во-первых, ему поручили убить Дамблдора… — Что?! — Гарри с трудом мог поверить в то, что слышал. — Подожди, дальше будет ещё лучше, — она усмехнулась. — Он должен убить Дамблдора, потому что его отец облажался с тобой год назад в Департаменте Тайн, и если Драко не справится с заданием к концу года, его отец, вероятно, будет убит. — Этот ублюдок того заслуживает, — сказал Гарри без капли жалости. — А какая вторая часть у этого плана? — Он планирует убить Дамблдора, приведя сюда кое-какую помощь. — Гарри вопросительно взглянул на неё, не до конца понимая, о чём речь. — Он нашёл в Выручай-Комнате исчезательный шкаф. А второй, сопряжённый с ним — находится в Лютном переулке. К несчастью для него, шкаф не работает, так что он пытается починить его. Но как только он сделает это, то собирается привести сюда с полдюжины Пожирателей Смерти, которые штурмом возьмут замок и помогут ему убить Дамблдора, вместе со всеми, кого захотят. Какой-то миг Гарри смотрел на неё с открытым ртом. Она протянула к нему руку и одним ухоженным пальчиком толкнула его подбородок вверх, после чего засмеялась. — Ты абсолютно серьёзно? — наконец смог сказать он. Дафна кивнула. — Как ты об этом узнала? Дафна замолчала, и, очевидно, обдумывала свой ответ. — Давай я просто скажу тебе, что со слизеринской хитростью, и мы оставим это. Я не думаю, что ты хочешь знать в деталях. — А когда он начал возражать, добавила, — хотя я могу тебе сказать, что ни разу не подвергла себя опасности и не делала ничего, о чём сожалела бы. Он согласился с этим, решив, что пожалуй, оно и к лучшему, что он не узнает, потому что тогда может честно сказать, что он не в курсе, и защищать её. Кивнув, Гарри спросил: — Очень хорошо, но знает ли Малфой, что ты всё знаешь? Не окажешься ли ты в опасности в будущем и как быстро мне нужно использовать эти знания? Улыбка украсила её лицо. - Я не верю, что он знает, но на твоём месте я не стала бы затягивать. Он скоро может починить шкаф. — Верно. Она либо использовала пассивную легилименцию, разговаривая с Малфоем, или, возможно, активную, после чего стёрла ему память. Его внутренний слизеринец указал, что он на самом деле не хочет об этом знать, успокоив тем самым его совесть. — Я думаю, нужно рассказать об этом Дамблдору, так что Малфоя смогут исключить. А ты не знаешь, как Малфой попадал в Выручай-Комнату? В смысле, что именно он от неё требовал? — Конечно. Он думал о хорошем месте, где можно всё спрятать, — сказал она ему. Это было так просто, подумал он. — Отлично! Я смогу зайти туда завтра и уничтожить этот шкаф, или, по крайней мере, сделать так, чтобы его было труднее починить. — Наверное, это хорошая мысль. Значит, вот как начинаются все эти приключения, о которых ты мне рассказывал? Есть какой-то коварный заговор против школы, ты и твои друзья расследуете эту тайну, а затем ты делаешь что-то героическое, чтобы спасти нас всех, пока мы все даже не подозреваем, что были в какой-то опасности? — несмотря на намёк на улыбку на её лице, девушка была крайне серьёзна. Он ответил ей гулким смехом. — В твоём вопросе больше правды, чем ты думаешь. Ты упустила только один момент — каждый раз мы пытаемся рассказать взрослым, чтобы они помогли нам, и они нас игнорируют; или взрослые вообще против нас. — Он покачал головой, настолько глупо всё это выглядело. — А что насчёт твоих друзей, Рона и Гермионы? — Рон верит, что Малфой что-то задумал, но это слишком мало его волнует, чтобы что-то выяснять. — То есть он ведёт себя, как типичный гриффиндорец, обвиняя во всём слизеринца? — Гарри удивила горячность в её вопросе. — Да, примерно так. Разумеется, мы не все так себя ведём, — сказал он ей с улыбкой, смягчив этот неприятный момент. Она успокоилась и слегка улыбнулась ему в ответ. — Гермиона думает, что я веду себя как тот самый упомянутый тобой «типичный гриффиндорец», и что на самом деле ничего плохого не происходит, или же у Дамблдора всё под контролем и я должен оставить это всё в покое. С нетерпением жду, что же она скажет обо всём этом. — Я уверена, это будет забавно, — сказала Дафна с нотками сарказма. — Ты должен потом рассказать мне. — Обязательно, — с лёгкостью согласился Гарри. — Итак, что мы будем тренировать этим вечером? — Чуть больше практики по легилименции. Я начну поддерживать средние по силе окклюментные барьеры, и буду усиливать их, если ты пробьёшься. Похоже, тебе уже неплохо это удаётся. Как ты думаешь? — спросила она. — Ага. Я недавно использовал её на Роне. Не для того, чтобы порыться в его воспоминаниях, — поспешно добавил он, — но я хотел знать, говорит ли он мне правду. Так получилось, что палочка была у меня в руке, так что я незаметно направил её ему на ногу и тихо произнёс заклинание. Это сработало достаточно хорошо. Я могу сказать, что он привирает мне про свои игры в квиддич, и, слегка поспрашивав, я заставил его признать, что он слегка прихвастнул. Вторая версия его рассказа звучала намного правдоподобнее. — Хорошая работа, в границах этики, но определить правду можно и более мягкими способами. А теперь попробуй на мне, — скомандовала она. Гарри провёл следующие двадцать минут, пытаясь пробиться через её защиту, и добился успеха лишь однажды, увидев картину из её детства. Так же он провёл немного времени, пытаясь сделать это невербально и без палочки. В лучшей попытке он увидел лишь как изображение Дафны промелькнуло на каком-то фоне. Но всё же это было прогрессом по сравнению с его прежними достижениями в этой области. Он определённо улучшал своё мастерство. Остаток вечера был проведён в поцелуях и объятиях. Это определённо улучшило настроение Гарри, да и Дафна тоже выглядела очень счастливой, так что он решил спросить её об этом, как только прервал их поцелуй. — Эй, — мягко сказал он, — ты определённо в хорошем настроении. — Это так, — промурлыкала она, прежде чем снова мягко его поцеловать. — Какая-то особая причина? — Угу. — Дафна снова его поцеловала. Чёрт, когда она так делает, с ней сложно поговорить, подумал Гарри. — Почему? Она прижалась к нему и сказала: — Часть моих планов идёт очень хорошо, и это делает меня счастливой. Гарри посчитал это очень интересным, так как она выглядела так же на уроках и помимо того времени, которое они проводили вместе. — Какие планы? Дафна засмеялась. — Гарри, у тех, кто в душе слизеринец, всё время работают какие-то планы; такова наша натура. Ты должен знать, что и твоя тоже. Гарри недолго обдумывал это. — Думаю, что понял твой намёк про себя. Так какие планы у тебя так хорошо идут? — Ты, например, — сказала она ему, оставив поцелуй возле уха. — Ты так не думаешь? — Хм, ты права. — Было тяжело не согласиться с этим. Он думал, что их отношения развивались очень хорошо. — Если этот первый, то какие ещё? — Мои родители. Гарри слегка вздрогнул, почувствовав при этих словах её дыхание на своём ухе. — Почему? С ними что-то случилось? Она слегка отстранилась и засмеялась. -Думаю, у меня получилось немного обмануть их и застопорить их переговоры касательно моей судьбы. Он удивлённо поднял бровь. — У меня получилось убедить их, что я нашла другой способ обеспечить их безопасность, и мне просто нужно немного времени, чтобы всё получилось. Ты на самом деле мне нравишься, Гарри, и я хотела бы увидеть, что может у нас получиться. Гарри совсем забыл о матримониальных планах её родителей, пытавшихся устроить замужество Дафны. — Так что до этого ты лишь играла со мной? — он совсем не злился на неё, но был немного смущён, как ему показалось. Порой понять девушек совершенно невозможно. Дафна вздохнула. — Гарри, в самом начале мы встречались лишь вскользь. Мы проводили время вместе и развлекались, не считая моего согласия учить тебя окклюменции. Я не ожидала, что это продлится долго, как и большинство подростковых романов. Но теперь, когда я знаю настоящего тебя, я думаю, что хочу знать, что может у нас с тобой получиться. Это смутило его. — Даф! Мы встречаемся уже больше двух месяцев и ты решила это только сейчас? — Я думала, что ты испытываешь те же чувства, Гарри, по крайней мере поначалу. Я окончательно поняла это несколько недель назад — что ты мне на самом деле нравишься и что у тебя серьёзные намерения по отношению ко мне. Когда я поняла это, то это заставило меня быть гораздо серьёзнее по отношению к тебе. Гарри остановил себя от того, чтобы ляпнуть первое, что пришло ему в голову, чтобы было бы не особенно приятно. Задумавшись над её словами, он уловил смысл. Большинство парочек встречались месяц или два, а затем распадались. А единственными, о которых ходили разговоры, были пары, сохранявшие свои отношения полгода и более, и то лишь потому, что это было слишком необычно. — Ты сейчас серьёзно? — наконец спросил он её. — Да, Гарри. Я не пытаюсь, и никогда не пыталась обмануть тебя. Я обещаю. — Она была весьма искренней. — Думаю, что я понял, — сказал ей Гарри, слегка покачав головой. — Ты должен понять, Гарри. — Она смотрела прямо в его глаза, словно желая заставить его разобраться. — Я думала, что у нас с тобой вполне нормальные отношения, ну и я не могу похвастаться большим опытом в свиданиях и отношениях, будучи слизеринкой. Для девушки, решившей, что не стоит испытывать судьбу в отношениях с первым встречным, на Слизерине может быть очень одиноко. Сказать, что Гарри был в шоке, было бы сильным преуменьшением. — Ты ведь это не серьёзно, Дафна? Дафна серьёзно кивнула. — На Слизерине есть только два типа девушек: те, кто сделает что угодно и с кем угодно, и те, кто держит себя обособленно. Он может быть ужасным местом для жизни. — Так ты и Трейси… — Да. Мы защищаем друг друга и мы подруги. Ты мой второй настоящий друг здесь, и мой первый парень, — призналась она. — Я просто хотела, чтобы хоть когда-нибудь у меня был опыт нормальных отношений, и теперь я поняла, что ты действительно нравишься мне, Гарри. — Потянувшись к нему, она снова глубоко поцеловала его. Гарри снова был поражён, в который раз за этот вечер. Взглянув на часы, он застонал, увидев, который час. — Ненавижу, когда нам приходится расставаться, но думаю, что пора возвращаться. К тому же, мне нужно увидеться с директором. Она вздохнула и встала, потянув его за собой. — Ты и правда мне нравишься, Гарри… очень нравишься. — Ты тоже мне нравишься, Дафна. После ещё одного поцелуя, Гарри вышел из комнаты первым. Он отправился к кабинету директора под своей Мантией невидимкой, сделав свой путь к нему никем не замеченным. Использовав пароль с их прошлой встречи, который, к счастью, ещё работал, он зашёл внутрь и постучал в дверь. Из-за неё прозвучал старческий мужской голос: — Войдите. Гарри зашёл внутрь, обратив внимание, что этим вечером Фоукса здесь нет. В некотором роде это было очень плохо, потому что он надеялся послушать его успокаивающую песню, прежде чем всё это закончится. Надеясь на лучшее, он воздвиг в своих мыслях окклюментную защиту и отправился наверх. — Гарри, мальчик мой, какой сюрприз. Что я могу сделать для тебя? — Глаза директора, как обычно, поблёскивали за его очками. — Директор, я обнаружил кое-какую информацию, которую, как я думаю, вам стоит узнать. Даже если тот был удивлён серьёзностью Гарри, то ни коим образом этого не показал. — Разумеется, Гарри. Я всегда открыт для того, чтобы услышать что-то новое. Что ты обнаружил? Глубоко вздохнув, Гарри сказал ему: — Я обнаружил, что Драко Малфой попытается убить Вас, и он должен сделать это до конца учебного года. — Я знаю, — очень спокойно ответил ему Дамблдор. — Вы знаете об этом и ничего не делаете? — недоверчиво спросил парень. — Я не сказал, что сижу тут сложа руки, Гарри. Я сказал, что я знаю о его плане. Если ты хочешь знать, я поручил эту проблему профессору Снейпу. — Снейпу?! — Гарри был вне себя. — Профессору Снейпу, Гарри, — мягко поправил его директор. — И да, я полностью доверяю профессору Снейпу в разрешении этого вопроса. — Невероятно, — пробормотал Гарри, прежде чем продолжить свою речь. — А вы знаете, что Драко Малфой сейчас полноценный Пожиратель Смерти с Тёмной Меткой? — Да, я знаю. Профессор Снейп проинформировал меня о том, что это случилось несколько недель назад. — старый волшебник был настолько спокоен, как будто бы они разговаривали о погоде. — Но это же незаконно, ну, я предполагаю, что быть Пожирателем Смерти незаконно, — обратил внимание Гарри. — По тому, что сейчас написано в законах, да. Но я работаю с профессором Снейпом, чтобы помочь мистеру Малфою увидеть ошибочность его пути и вернуть его в нормальное общество, — сказал ему Дамблдор таким тоном, как если бы это было очевидно. — Но если это незаконно, то вы должны исключить его. Это ваша обязанность — обеспечить безопасность школы, — утверждал Гарри. — Я исполняю эту обязанность, дав профессору Снейпу задание позаботиться об этой проблеме. Я не думаю, что нам есть что ещё обсудить по этой теме. — Дамблдор, казалось, хотел закончить разговор, но Гарри этого не позволил. — И то, что Малфой попытается привести в замок Пожирателей Смерти, тоже не имеет значения? — Что ты имеешь в виду, Гарри? — теперь директор был, по меньшей мере, слегка заинтересован. — Я обнаружил, что Малфой пытается починить магический артефакт, при помощи которого прочие Пожиратели Смерти смогут проникнуть в замок и убить Вас, а также всех, кто попадётся им на пути. Это Вы называете поддержанием безопасности? — Гарри очень хотел знать правду. Директор нахмурился. — Я не слышал об этом, но проверю этот факт. Но даже если это правда, я не думаю, что это на самом деле что-то меняет. Профессор Снейп позаботится также и об этом. — Невероятно! — Гарри почти кричал. — Вы совсем не заботитесь о нас, да? — И тут его словно в голову ударило, у него же был подобный пример. — Нет, Вы совсем не заботитесь, и никогда не делали этого раньше. На самом деле, каждый год моего пребывания здесь вы подвергаете опасности всю школу, и ради чего? Мы все для Вас шахматные фигурки? О ком Вы заботитесь на самом деле? — Гарри встал, то ли чтобы просто пройтись, то ли уйти, он не был уверен — слишком уж был взволнован. — Гарри, сядь, пожалуйста. Ты делаешь необоснованные и слишком поспешные выводы… — Нет, сэр, — прервал его Гарри. — Я не думаю, что это так. Вы ставите под угрозу жизни студентов, которые не смогут защитить себя, но во имя чего? Из-за надежды, что Малфой увидит ошибочность своего выбора и образумится? Ха! Я так не думаю. И вы доверили Снейпу наблюдать за ним и уверены, что он всё сделает по-вашему? Это ещё более смешно. — Профессору Снейпу, Гарри. — Нет, сэр. Я не буду так его называть, — убеждённо сказал Гарри. — Он унижал меня, нападал, вторгался в мой мозг, и кто знает, что ещё, и делал это так много раз за эти годы, что он не заслуживает никакого уважения. Вы знаете, я теряю уважение и к Вам, поскольку Вы настаиваете на этом. Также Вы теряете моё уважение из-за Малфоя. Вы делаете то, что легко, вместо того, что правильно, сэр. Похоже, это закончится так же, как и все прочие крупные неприятности, случившиеся за последние пять лет. Мне придётся что-то сделать, подвергнув себя смертельной опасности, чтобы спасти тут всё. Не в силах более выносить это, Гарри развернулся и и сердито зашагал к выходу. Он заметил, что директор не попытался остановить его, хотя, похоже, и издал тяжёлый вздох. Ему трудно было с уверенностью понять это из-за собственных тяжёлых шагов и дыхания. Взглянув на часы, Гарри увидел, что осталось всего пятнадцать минут до закрытия библиотеки и начала комендантского часа. Чтобы дать себе чуть больше времени, он направился во владения мадам Пинс. Оказавшись в библиотеке, он быстро прошёл к секции, где содержалась информация о Хогвартсе. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти книгу с уставом Хогвартса. К счастью, в ней имелось содержание, так что пятью минутами спустя он нашёл ответ на свой вопрос. Покинув библиотеку точно в момент закрытия, он зашагал, хоть и чуть менее сердито, к кабинету декана его факультета. Профессор Макгонагалл открыла дверь, как только он постучал. — Мистер Поттер? Что-то случилось? — Да, профессор. Мне нужно с Вами поговорить по очень срочному делу. Она пригласила его в свои апартаменты. Гарри никогда не доводилось бывать здесь, но он не был удивлён, увидев внутри спартанскую шотландскую обстановку. Когда они оба присели, Макгонагалл спросила его: — Чем я могу Вам помочь? — Профессор, мне только что довелось поговорить с директором, и я весьма обеспокоен. Так что это имеет отношение к вашей должности заместителя директора. Она выглядела очень удивлённой. — Очень хорошо, продолжайте, пожалуйста. — Профессор, я только что узнал, что с недавних пор Драко Малфой — Пожиратель Смерти, что он планирует убить директора, и как часть этого плана — привести в замок полдюжины Пожирателей Смерти, которые будут помогать ему и приведут к серьёзным проблемам, пока они здесь, возможно, убивая всех студентов, которые попадутся им на пути. Она подняла руку к груди от удивления. — Не может быть! Вы серьёзно? — Абсолютно. Что ещё хуже, директор отказывается исключать Малфоя, утверждая вместо этого, что он пытается исправить его, и что опасность для школы и её студентов не настолько важны, как помощь Малфою в поиске нового пути в жизни. — Он наблюдал как заместитель директора обдумывала всё это. После очень долго ожидания она наконец спросила его: — А почему ты пришёл со всем этим ко мне? Разобраться со всем этим — обязанность директора. — Потому, профессор, — сказал он с раздражением, — что он игнорирует свою обязанность поддержания школы в безопасности, а в уставе школы сказано, что Вы также можете исключить из неё студента, если это требуется для безопасности. Она кивнула. — Хотя это и правда, но заместителю директора слишком редко приходится противостоять самому директору и решать что-то помимо него. Если профессор Дамблдор говорит, что он позаботится об этой проблеме, то я доверяю ему в этом. — Когда Гарри начал возражать, она подняла свою руку, чтобы остановить его. — Я знаю, что Вы и мистер Малфой никогда не ладили, но сейчас Вам нужно просто проигнорировать его. — Даже учитывая то, что он нарушает закон? — Нет, мистер Поттер. Когда он нарушит закон, мы вызовем авроров, чтобы арестовать его. Но до этого мы ничего не можем сделать. — Профессор, я сейчас говорю не о попытке убийства. Это незаконно — быть членом запрещённой группировки. По указу Визенгамота, Пожиратели Смерти под запретом, и доказательством тому может служить его Тёмная Метка, — уверенно сказал он. — Хотя это и может быть правдой, я не вижу никаких доказательств наличия у него Тёмной Метки. И прежде чем Вы спросите, — опередила его Макгонагалл, — Я не собираюсь досматривать его в поисках этой Метки. Это незаконно уже для меня. Гарри закатил глаза. — То есть, как и на моём первом курсе, когда я пришёл рассказать Вам о грозящей опасности, Вы собираетесь предложить мне идти своей дорогой, проигнорировав моё предупреждение? — к его ликованию, профессор выглядела слегка растерянно. — Боюсь, что обстоятельства на этот раз отличаются. Мои действия ограничены законом, — объяснила она. Гарри в целом понимал её точку зрения, но ставки были слишком высоки. Что, если Дафна окажется в коридоре, когда туда попадут Пожиратели Смерти? Нет, он не может позволить этому случиться. — То есть Вы ничего не сделаете? — Я не в силах что-либо сделать. Мне жаль, мистер Поттер. — Она выглядела расстроенной, хотя это не решало проблемы. — Мне тоже жаль, профессор. — Он был раздражён, и встал, чтобы уйти. — Мистер Поттер? Он остановился у двери и посмотрел на неё. — Пожалуйста, не совершайте ничего незаконного, глупого, или способного причинить Вам вред. Доверьтесь директору; я уверена, что он на самом деле знает, что делает. Гарри с трудом сдержал себя от смеха. — Если, по Вашему, рассчитывать на другого Пожирателя Смерти в решении проблемы — самая безопасная вещь в школе, тогда, пожалуй, он всё контролирует. — Не став дожидаться ответной реакции, Гарри покинул её кабинет. «И они удивляются, почему мы никогда не доверяем им, и не приходим к ним со своими проблемами», думал он, поднимаясь по лестнице, ведущей в башню Гриффиндора. Оказавшись внутри гостиной, Гарри увидел всех своих друзей, сидевших за столами с домашней работой, за исключением Рона; он играл в подрывного дурака с Дином и Симусом. Он обошёл вокруг, хлопнув каждого из них по плечу и показав знаком, чтобы следовали за ним. Отойдя в угол и призвав несколько кресел, Гарри стал ждать. Минуту спустя его окружали Рон, Гермиона, Джинни и Невилл. Он так же был бы не против присутствия здесь Луны, но в данный момент это было невозможно. — Что случилось, Гарри? — спросил Рон. — Кое-что очень важное. Подожди минуту. — Гарри вытащил палочку и наложил вокруг них звуковой барьер. — Итак. Слушайте внимательно. Я наконец обнаружил, что замышляет Малфой. — Гарри… — Гермиона начала возражать. Он так сурово взглянул на неё, что подруга замолчала. — После того, как ты услышишь, что я расскажу, то думаю, ты больше не будешь столь самодовольной. Я обнаружил, что у Малфоя теперь есть Тёмная Метка, он пытается убить Дамблдора, и он собирается сделать это, приведя в школу Пожирателей Смерти. — Что? — Ты шутишь? — Это невозможно! А Гермиона смотрела на него, широко разинув рот. — Я серьёзно. И что ещё хуже, Дамблдор знает об этом, но совсем не беспокоится по этому поводу. Он рассказал это Снейпу и позволил сальноволосому мерзавцу со всем разобраться. — Гарри, этого должно быть достаточно. Если профессор Дамблдор говорит, что у него всё под контролем… — Гермиона! Да ты себя слышишь? Хотя бы раз прими во внимание вариант, что Дамблдор не контролирует здесь всё, что тогда? Что случится, когда полдюжины Пожирателей Смерти, людей вроде Беллатрисы Лестрейндж, пройдут через школу? — Гарри услышал, как Невилл резко втянул в себя воздух. — Что, если ты попадёшься им на пути, возвращаясь из библиотеки, пока они пытаются помочь Малфою убить директора? Ты правда думаешь, что они не убьют тебя на месте, раз уж здесь нет свидетелей? Ей нечего было ответить на это. — Я даже дошёл до Макгонагалл, поскольку она тоже может исключать студентов, и она отдала всё в руки директора, добавив также, что у него всё под контролем и мы должны доверять ему. — Но ты не доверяешь, не так ли? — спросил Невилл. Гарри увидел, как сверкнули глаза его друга. — Нет, я не могу теперь полностью доверять директору, поскольку я наконец понял, что Дамблдор на самом деле не заботится о безопасности школы. Он больше озабочен тем, чтобы вернуть плохих людей на хорошую сторону, — подытожил Гарри. — Это очень серьёзное обвинение, приятель, — сказал Рон, его лояльность к директору вылезла наружу, прежде чем Гермиона смогла что-то сказать. — Я знаю, но я думаю, что это правда. — Гарри, но этого не может быть! — запротестовала Гермиона. — А я склонна согласиться с Гарри, — спокойно произнесла Джинни. — Посмотрите, что случилось со мной. Как он мог не знать, что за всеми нападениями на студентов стоит василиск? Он был в этой школе пятьдесят лет назад. Как он мог даже приблизительно не знать, где вход в Тайную Комнату? Он знал, что там была убита Миртл, и именно в этом месте оставались все послания. — Она поёжилась от нахлынувших воспоминаний. — Она права, — согласился Гарри. — На моём первом курсе в замке оказывается философский камень. Годом спустя он не сделал то, что должен был — немедленно запечатать вход в Тайную Комнату или хотя бы женский туалет на втором этаже. На третьем курсе окрестности замка кишели дементорами. Ещё через год, проводя здесь турнир, мало того, что он заставил меня в нём участвовать, так ещё и не распознал шпиона под маской Грюма, хотя тот был его старым другом. А в прошлом году — позволил прийти сюда Амбридж. На этот раз — у нас Пожиратель Смерти Малфой. Каждый год он знает о какой-то захватывающей опасности, и по-прежнему оставляет безопасность школы побоку, продолжая говорить нам, что школа — самое безопасное место в Британии. Гермиона обхватила голову руками. — Этого не может быть. Он не может этого сделать. Этого не может быть… — Гермиона, не веди себя, как страус, тебе это не к лицу, — сказала ей Джинни. Брюнетка посмотрела на них с шокированным выражением лица. — Я знаю, что ты считаешься с влиятельными личностями и книгами, и какие-то из их в твоей жизни были не так уж плохи, но все они несовершенны. — Но уровень некомпетентности, о котором говорит Гарри, поразителен! Должно быть что-то ещё, о чём мы не знаем, — возразила Гермиона. — Моя бабушка говорит, что чем больше власти есть у человека, тем сильнее он может ей злоупотребить, — прокомментировал Невилл. — Что нам делать, Гарри? Я сделаю, что ты скажешь, и пойду за тобой, куда бы ты нас ни повёл. — Спасибо, Невилл. — Гарри действительно ценил этот голос доверия. Рон и Джинни также пообещали свою поддержку. Гарри взглянул на Гермиону. — Наверное… но пожалуйста, пообещай мне, что ты не будешь совершать необдуманных поступков, — попросила она. Похоже, она всё же присоединилась к их группе, но сердцем всё же не верила во всё это. Гарри расхохотался, вызвав тем самым суровый взгляд со стороны своей лохматой подруги. — Я ещё не знаю, что буду делать, но всё произойдёт очень скоро. Если у вас есть какие-то идеи, дайте мне знать. Все пообещали ему подумать над этим вопросом. Гарри хотел поговорить ещё с одной девушкой, но до завтрашнего дня это было невозможно. На следующий день у Гарри был урок Зелий, которым, в кои-то веки, он остался доволен. Когда Слагхорн не смотрел в сторону студентов, он подбросил на стол Дафны маленькую сложенную записку, проходя мимо за ингредиентами. Она была лаконичной: «обед, на нашем месте для ужина — срочно!». В полдень Гарри сидел с полной тарелкой сэндвичей и соком в Выручай-Комнате. Дафна зашла под дезиллюминационным заклятием. Похоже, она не была счастлива от того, что пришла сюда сейчас. — Что было столь срочным? — на самом деле, она выглядела слегка огорчённой из-за него. — Я говорил с Дамблдором, и он ни капли не беспокоится о том, что делает Малфой, он не будет исключать его или делать что-то ещё, кроме как оставить Снейпа разбираться со всем этим. Дафна фыркнула. — Ни к чему хорошему это не приведёт. — Я знаю. Я также поговорил с Макгонагалл, и она тоже ничего не собирается делать, говоря, что здесь всё решает Дамблдор. — Следующие пять минут Гарри объяснял ей свою теорию, приводя примеры того, что директор в действительности не заботится о безопасности школы. Она серьёзно взглянула на него, и парень подытожил: — Я должен что-то сделать. Никогда не прощу себе, если тебя убьют во всей этой заварухе. Дафна медленно улыбнулась, затем подошла к нему и слегка поцеловала его в губы. — Это мило, Гарри. Я так понимаю, что ты сейчас в поисках идей, что же делать? — Да. Ничего стоящего у меня пока нет, и Гермиона не верит полностью, что Дамблдор целенаправленно так поступает, так что от неё никакой помощи. А все наши планы обычно исходили от неё. Мне нужно что-то… хитрое, — сказал он ей с дьявольской улыбкой, пытаясь завоевать её. Дафна засмеялась. — То есть ты влип и требуется точка зрения Слизерина? — спросила она, в свою очередь улыбнувшись. — Мой внутренний слизеринец признаёт, что ему нужна помощь настоящего, — сказал он самым серьёзным тоном. — Разумеется. Что же, обычное решение состоит в том, чтобы убедиться в корректности всех известных тебе фактов, что, как я верю, ты уже проделал, а затем добиваться нужного тебе результата, обычно при помощи шантажа. В этом случае нужно всё задокументировать, отправить копии по возможности всем людям, кому ты действительно доверяешь, так что эту информацию нельзя будет уничтожить или стереть тебе память, а затем сказать Дамблдору, что у него есть двадцать четыре часа, чтобы передать Малфоя аврорам, или ты передашь известную тебе информацию людям или группам, которые тщательно расследуют эту проблему. Очень важно, чтобы это не звучало как угроза, ну или хотя бы настолько малая угроза, насколько это возможно. — И как я это сделаю? — спросил он. — Это должно звучать так, что Малфой должен быть исключён на законных основаниях, и ты собираешься убедиться, что этот закон будет исполнен по истечению двадцати четырёх часов, если это ранее не сделает кто-то другой. Скорее всего, ты не должен упоминать о наличии других писем, разве что устно; если это будет написано, то будет прямо похоже на шантаж. Не беспокойся, они сумеют всё прочесть между строк, — уверила его Дафна. — И мне нужно отправить такие письма Дамблдору и Макгонагалл? — прояснил он. — Да, раз они оба несут за это ответственность. — Мне нравится. Да, очень… хитро, — ухмыльнулся ей Гарри. — Хорошо, и раз мы разобрались с экстренной ситуацией, давай поедим. Мне ещё нужно придумать оправдание тому, где я была. — На её лицо вернулось выражение лёгкой досады. — Трейси стала очень подозрительно смотреть в мою сторону. Особенная проблема — мои отсутствия по субботним вечерам, — слегка проворчала девушка. — Может, нам стоит перестать скрываться к концу учебного года? — с надеждой предложил ей Гарри. — Может быть. Я подумаю об этом. Это может ещё зависеть от того, какие будут планы на лето. Мы поговорим об этом позже, — сказала она ему. Гарри был доволен этим. Не менее доволен он был и несколькими поцелуями перед уходом Дафны. Поскольку у Гарри не было уроков до трёх часов, то он потратил своё свободное время на составление текста письма. Он хотел, чтобы Дафна проверила его перед отправкой, но в то же время желал справиться с работой самостоятельно. В этот момент он не мог полностью доверять Гермионе, чтобы просить её о помощи, поскольку она не поддерживала их целиком и полностью. После некоторых размышлений он решил, что можно обратиться с этим вопросом к Невиллу, поскольку тот вырос в магическом мире. Тем же вечером он показал Невиллу получившееся письмо, и тому оно очень понравилось. Он также написал ещё одно короткое письмо. В нём он просил получателя спрятать вложенное письмо на три дня, пока не появится Добби, чтобы забрать его. Если этого не случится, он просил получателя открыть и прочитать письмо, сделать копии и отправить их Министру Магии, начальнику Департамента магического правопорядка, в «Ежедневный Пророк», в «Придиру», Совету Попечителей Хогвартса, и любому, кто, по их мнению, должен знать и может помочь исправить потенциально опасную ситуацию в школе. Затем он сделал три копии обоих писем, вложив главное письмо в конверт, и положив его и письмо с инструкциями в больший конверт. Эти три копии отправились Лунатику, Артуру Уизли и Грипхуку. Он добавил гоблина в последнюю минуту, решив, что о нём Дамблдор никогда не подумает. Для уверенности, что письмо не будет проигнорировано, он добавил к письму Грипхуку пять галеонов и упомянул, что это оплата за время, потраченное гоблином на его (Гарри) дела. И затем отдал все письма Добби для доставки. Затем Гарри сделал ещё шесть копий главного письма, предназначив их Рону, Гермионе, Невиллу, Джинни, Луне и Дафне. Ещё два были написаны для его «жертв». Он делал это с грустью, но чувствовал, что это необходимо. Рано утром следующего дня он отдал оба «профессорских» письма Хедвиге с указаниями подождать времени утренней доставки почты. Сова ухнула в знак понимания. После чего отдал письмо для Дафны школьной сове, сказав доставить его как можно скорее. Его гриффиндорские друзья получили эти письма прошлым вечером, а письмо для Луны он отдаст лично за завтраком, шепнув ей спрятать его в сундуке и никому не говорить о нём. К счастью, когда он пришёл в Большой Зал, Луна уже была там. Она приняла письмо и инструкции без каких-либо вопросов, скрыв его под своей мантией. Гарри занял своё обычное место за столом и в ожидании принялся за завтрак. Вскоре подошли и его друзья, но он так сильно нервничал, что не мог поддерживать беседу. Это было очень похоже на мандраж перед матчем по квиддичу. В зал вошла Дафна, незаметно кивнув ему. Гарри улыбнулся, зная, что у неё теперь есть письмо. Он хотел бы поговорить с ней, поскольку это всегда его успокаивало, но пока этому не суждено было случиться. Гарри также надеялся, что вскоре они смогут перестать скрывать свои отношения. Он собирался провести с Дафной этим летом так много времени, сколько получится, и надеялся, что она не расстроит эти планы. Он также планировал пожить в каком-нибудь другом месте, подальше от Дурслей. Он пока ещё не знал, где, но по возможности не на площади Гримо; или, если не будет другого выбора, он задержится там максимум на несколько недель. — Приятель, ты чего смотришь на слизеринцев? — спросили его с лёгким отвращением в голосе. Гарри был удивлён как этим вопросом, так и тем, что его поймали на этом, поскольку глубоко ушёл в собственные мысли. Повернувшись к своему лучшему другу, он сказал: — Я сейчас обдумывал наши хитрые замыслы и всего лишь смотрел, чем они занимаются. Что тут такого? Большинство слизеринцев вполне обычные люди. — Ты спятил? — Рон был на грани взрыва. — Они слизеринцы, Гарри. Ты не можешь доверять никому из них. — Я согласен с этим насчёт Малфоя и его громил, но ты не можешь так утверждать по отношению ко всем остальным, Рон, ты ведь совсем их не знаешь. Гарри знал, что Рон не любит Слизерин в целом, но он никогда не понимал, насколько глубоко его друг пристрастен. Думая об этом, он понял, что это был лишь один пример из многих за все эти годы. — Они слизеринцы, и это всё, что тебе нужно знать. — Рон был непреклонен. — Рон, нельзя быть таким узкомыслящим, — отчитала его Гермиона. Гарри спасло от выслушивания аргументов своего необъективного друга то, что в зал влетела туча сов, принёсших утреннюю почту. Он стал внимательно следить за преподавательским столом. Одной из последних влетела Хедвига. Она пролетела сначала к профессору Макгонагалл, а затем и к Дамблдору, доставив каждому из них по письму и затем покинув зал. Похоже, только Дамблдор немедленно узнал, чья это была сова, и посмотрел на Гарри, прежде чем открыть письмо. Его глаза не сверкали, как обычно, как будто он предчувствовал проблему. Гарри не почувствовал никакого давления на свою окклюментную защиту, но тем не менее осторожно поддерживал её. Он провёл так много времени над составлением письма, пытаясь придумать правильный текст, что мог цитировать его наизусть, пока профессор углубился в чтение. «Дорогой профессор (имя), Мне стала известна информация, что в Хогвартсе происходит преступная деятельность. А именно, что Драко Малфой недавно получил Тёмную Метку запрещённой организации Волдеморта, именуемой Пожирателями Смерти. В дополнение к этому он планирует убийство директора, и намеревается переправить в школу группу Пожирателей для помощи в осуществлении этого плана. Учитывая то, как обычно ведут себя Пожиратели, я опасаюсь за жизнь студентов, которые могут им встретиться, и в целом за жизни всех студентов и преподавателей, находящихся в замке. Поскольку Вам теперь известно об этой незаконной деятельности, я призываю Вас исключить Драко Малфоя из школы и вызвать авроров с целью его ареста. Если вы не сможете сделать это в течение 24 часов, я буду рад помочь Вам, обратившись в соответствующие органы. Надеюсь, вы примете все необходимые меры для обеспечения безопасности находящихся в этой школе. С уважением, Гарри Дж. Поттер» Продолжая наблюдать за ними, он увидел рассерженную Макгонагалл, повернувшуюся к Дамблдору для быстрого разговора. Как только они закончили, профессор трансфигурации встала и направилась к нему. — Мистер Поттер. Я и директор желаем поговорить с Вами немедленно после завтрака. — Непременно, профессор. Я подойду сразу же, как только закончу. Я правильно предполагаю, что пароль остался прежним?  — Да, — отрывисто ответила она и вернулась за преподавательский стол. Гермиона посмотрела на него. — Ты передал им письмо, не так ли? — Я должен был. Это официальное уведомление. Моё устное предупреждение могут и положить под сукно. А с этим уже не выйдет, — серьёзно ответил Гарри. — Ты навлекаешь на себя огромные проблемы, — предсказала она. Гарри пожал плечами, не ввязываясь в дальнейшую дискуссию, поскольку она всё ещё оставалась одной из его лучших друзей. Тем не менее, он не мог совсем промолчать: — Это не может оказаться хуже, чем в прошлом году. Вряд ли у них есть Кровавое Перо. — Все его друзья вздрогнули. В их диалог вмешался Дин, сидевший рядом с Джинни, хотя они и расстались на прошлой неделе. — Что за письмо ты написал, Гарри? Гарри помедлил с ответом, обдумывая, что же сказать. — Замку грозит опасность, и я официально уведомил о ней директора и его заместителя, чтобы они могли о ней позаботиться. Дин нахмурился. — Официально? То есть твоему устному заявлению они не поверили? — Я не могу вдаваться в детали, — объяснил Гарри, — но и не могу сказать, что ты ошибаешься. — До меня доходили слухи о твоих приключениях, Гарри, и это всё меня не радует, — с беспокойством в голосе сказал ему Дин. — Будь терпелив. Вскоре это всё разрешится, так или иначе, и я думаю, тебе понравятся результаты. — Гарри встал. — Прошу меня простить, но у меня назначена встреча. — Оба профессора уже покинули зал, так что ему тоже нужно было идти. Гарри догадывался, что такая встреча состоится, когда писал эти письма. Это не доставляло ему радости, но смотрел на эту ситуацию, как на одно из тех препятствий, которые нужно преодолеть на пути к конечной цели. Так что, подойдя к лестнице, которая вела в кабинет директора, он глубоко вздохнул и расправил плечи, полный решимости пройти через это. Подняв свою окклюментную защиту, юноша вошёл внутрь, и обратился к ожидавшим его с максимально возможными спокойствием и самообладанием. — Директор? Профессор? Вы хотели меня видеть? — Да, Гарри, садись, пожалуйста. — Дамблдор был, как всегда, учтив и спокоен, в свою очередь заняв место за своим столом, но его глаза не блестели, как обычно, и не было никакого традиционного предложения конфет. Профессор Макгонагалл сидела в кресле рядом с ним, всё ещё слегка разгневанная. — А теперь, Гарри, чего на самом деле ты пытаешься достичь при помощи своего письма? — Только того, что в нём написано, директор. Я хочу, чтобы школа была безопасной для всех нас. Поэтому я передал вам официальное уведомление о проблеме в безопасности вместе с правильным курсом действий: исключением и арестом Драко Малфоя. И если у вас не будет достаточно времени в связи с волокитой, связанной с исключением, я предложил бы сам привести вторую его часть в движение. — Гарри изо всех сил пытался, чтобы в его голосе не звучали сарказм и снисходительность, что было весьма сложно. — Мистер Поттер, это шантаж! — решительно возразила Макгонагалл. — Вовсе нет, профессор. Я не требую ничего для себя лично и не требую от вас незаконных действий. Я только призываю вас выполнить свой служебный долг и ничего более. Я согласен с тем, что отведённое вам время не очень велико, но риски слишком велики, если вы не будете действовать быстро. — Гарри, нет никакой нужды в таком драматизме. Я вполне управляю ситуацией, — сказал ему Дамблдор. — На самом деле? И что вы изменили, директор, с тех пор, как мы разговаривали в последний раз? — Ничто не должно было измениться, потому что всё это время я держу проблему под контролем. Профессор Снейп разбирается с этим для меня, — объяснил Дамблдор. — Тот самый Снейп, который нападает на всех студентов, кроме Драко Малфоя? Тот самый Снейп, которого не беспокоят травмы, получаемые студентами, если они не слизеринцы? Тот самый Снейп, который ненавидит меня за то, что я похож на своего отца? Тот самый Снейп, который носит на руке Тёмную Метку? Этому человеку Вы доверили безопасность школы? — Мистер Поттер! Вы должны проявлять уважение к учителям, — предостерегла его Макгонагалл. Гарри повернулся к своему декану. — Профессор. Как я вчера объяснил директору, я не могу более уважать человека, который унижает меня, нападает на моих родителей, меня, даже на моё имя, вламывается в мой разум, и не проявляет совершенно никакого уважения ко мне, и который ведёт себя так начиная с моего первого дня в Хогвартсе, когда я даже ещё не знал, кто он такой. Такой человек не заслуживает уважения. Макгонагалл сидела, вытаращив глаза от этой обличительной речи. — Правду говоря, профессор, я бы хотел официально отказаться от посещения уроков по Защите От Тёмных Искусств. Я не буду более учиться под его руководством, и предпочту заниматься этим самостоятельно в свободное время. И предпочёл бы сдавать экзамены в конце года не под его руководством, что дало бы мне возможность спокойно закончить шестой курс. Ходить на его уроки, с этой точки зрения, было бы вредно и для меня, и для моего факультета, который теряет баллы только потому, что я дышу. — Гарри, пожалуйста, ты сейчас чересчур драматичен… — А Вы игнорируете действительность, директор. За эти годы с меня сняли больше пятидесяти баллов просто за то, что я ещё жив. Я уверен, что потерял сотни баллов на его уроках, выполняя те же самые действия, что и Драко Малфой, который единственный набирал очки на Зельях. И меня множество раз задерживали после уроков за выполнение обычной учебной работы. Дамблдор качал головой, а на лице Макгонагалл появилось крайне строгое выражение, что говорило о предстоящем расследовании. — Мистер Поттер, мы слишком отклонились от темы, — заявила Макгонагалл. — У вас есть другие причины для исключения мистера Малфоя? Гарри изо всех сил попытался не закатить глаза. — Нет, профессор, но вы только вдумайтесь: он нарушает закон, и если ему удастся задуманное, Вы получите людей вроде Беллатрисы Лестрейндж, её мужа и его брата, разгуливающих по коридорам и швыряющихся Убивающим Проклятьем в студентов. Как Вы будете себя чувствовать, когда убьют группу первокурсников Гриффиндора, зная, что у Вас был шанс предотвратить это? Вот почему я так поступаю. Я не хочу, чтобы ещё кого-то из тех, кого я знаю, убили. — Он глубоко вздохнул, прежде чем тихо добавить: — Это уже случалось слишком часто. — Альбус, каков Ваш план? — спросила наконец Макгонагалл в полной тишине. — Я намереваюсь закрыть совятню. Боюсь, Гарри, что не могу позволить Вам отправлять отсюда никаких сообщений на эту тему, — с грустью сказал ему Дамблдор. Не в силах сдерживаться, Гарри коротко засмеялся. — Ладно, делайте что хотите, но это не имеет значения. — Почему? — Потому, директор, что информация уже находится за пределами Хогвартса, в множестве скрытых мест, и ждёт назначенного времени. И если я ничего не сделаю, отправится множество писем с описанием проблемы. Я могу только остановить эту рассылку, но я этого не сделаю, если Малфой не окажется под арестом через двадцать четыре часа. — Гарри повернулся к своему декану. — Профессор Макгонагалл, вы измените своё мнение? Какой-то миг она колебалась, выбирая между ним и директором. — Ты должна верить мне, Минерва. Я знаю, что делаю, и это всё для общего блага, — сказал ей директор. Гарри так и подмывало спросить, какое ещё «общее благо» он имел в виду на самом деле, но сдержался, не желая ещё больше огорчать Макгонагалл своей наглостью. Макгонагалл задумчиво взглянула на своего начальника. Наконец, она повернулась к Гарри и ответила: — Да, мистер Поттер. Я начну оформление документов, необходимых для исключения мистера Малфоя. Можете ожидать завершения этого процесса к обеду. — Спасибо, профессор. Я рад, что Вы решили сделать то, что правильно для школы, — сказал он с лёгким наклоном головы. — Вы восстановили то уважение, которое у меня было к Вам. — Я должна принести свои извинения, мистер Поттер, — мягко произнесла она. — Я полагала, что директор контролирует происходящее лучше, чем вы мне об этом рассказывали, и что он просто не сообщил Вам всё. Однако я ошибалась, и я должна исправить это. Вы освобождаетесь от уроков. Если Вы будете в Главном Вестибюле перед обедом, то увидите, как осуществляется правосудие. Гарри заметил, что Дамблдор, похоже, был очень недоволен происходящим, но сохранял при этом молчание. Он надеялся, что старик не собирается попытаться перехитрить их в последнюю минуту. — Спасибо, профессор Макгонагалл. Буду ждать обеда. — Поскольку ему нечего было больше сказать, Гарри вышел, глубоко вздохнув с облегчением, как только оказался снаружи кабинета. Множество мыслей пронеслось у Гарри в голове. Он знал, что с Малфоем нужно было что-то делать, но поступил ли он правильно? Как всё случившееся скажется на его взаимоотношениях с Дамблдором? Пока одной его части было всё равно, другая знала, что старик нужен ему для охоты за крестражами. По крайней мере, он убедил Макгонагалл поступить правильно, но что после этого подумают о нём его друзья? Что важнее всего, что подумает о нём Дафна? Он полагал, что девушка не будет сильно беспокоиться, раз уж это большей частью была её идея, но всё ещё тревожился о помыслах своей девушки. Внезапно его руку и тело рывком потянуло в сторону. Прежде чем он понял, что случилось, то оказался в потайном ходу, прижатый мягким телом и хорошо знакомыми ему губами. Гарри обвил свои руки вокруг всё ещё невидимого тела и наслаждался приветствием от девушки, запах чьих духов он теперь так хорошо знал. — Что ж, и тебе тоже привет, — ухмыльнулся он, когда губы Дафны отпустили его и она отменила скрывавшее её дезиллюминационное заклятие. — Что посеешь, то и пожнёшь, мой хитрый выдумщик, — игриво сказала она. Гарри точно также поступил с ней на прошлой неделе. Разумеется, у него была Карта Мародёров которая помогла отыскать девушку, когда та была одна, но сегодня она видела, что Гарри вышел вслед за преподавателями, и они оба знали, куда он направился. — Как всё прошло? — спросила Дафна, на этот раз немного более серьёзно. — Не так хорошо, как я надеялся, но примерно как ожидалось. Дамблдор отказался менять своё мнение, цитируя всё ту же строку про «общее благо», которую он использовал и в прошлом. Но мне удалось убедить Макгонагалл, и она обещала исключить Малфоя и вызвать авроров. Когда она это сказала, директор не попытался запретить ей делать это, и надеюсь, не сделал этого после того, как я ушёл. Единственное, чего я боюсь, что он не позволит ей довести дело до конца. — Я вижу… — Дафна глубоко задумалась. — Макгонагалл сказала, что если я буду в Главном Вестибюле перед обедом, то увижу, как авроры выполняют свою работу. Я думаю, таким образом она пыталась извиниться и доказать, что сдержит обещание. — Он пожал плечами. — Думаю, что через несколько часов мы всё узнаем. — Как только Малфоя уберут с дороги, твоя жизнь станет гораздо легче, ну, на самом деле, так будет для всех. — Она кратко усмехнулась. — Но это также создаст вакуум власти и борьбу за неё в Слизерине. Я беспокоюсь, кто возьмёт верх. — А почему не ты? — искренне любопытствуя, спросил Гарри. Дафна улыбнулась. — Гарри, ты не имеешь представления, как на самом деле работает факультет Слизерин. Я недостаточно популярна и недостаточно безжалостна, чтобы перехватить главенство на факультете. Даже мы с Трейси вместе вряд ли сможем это сделать, хотя в большинстве случаев мы смогли бы загнать их в безвыходную ситуацию. — А при поддержке всех младших студентов вы смогли бы это сделать? Ты знаешь, как более умеренная или нейтральная фракция? — задал это вопрос вслух Гарри. — Я думаю, так происходило, потому что люди находились под воздействием угроз от Малфоя. Кого будут беспокоить несколько очень шумных людей, если за ними никто не пойдёт? Дафна обдумывала это. — Главная проблема — это угроза силой, поэтому, как правило, лидерство на себя берут студенты старших курсов. Малфою удалось сделать это на четвёртом курсе, поскольку он мог полагаться на осознаваемую власть своего отца, входившего в Совет Попечителей. К тому моменту, когда его отец был арестован, у Малфоя было достаточно последователей и физической силы, чтобы удержаться. — Она промедлила. — Хотя ты прав. От Панси шума будет больше всех, но ей не придадут особого значения. Самым опасным будет Нотт, но если он окажется в одиночестве, вероятно, мы сможем его контролировать. Думаю, ключевым моментом будет Забини. Если мы с Трейси сможем заставить его играть на нашей стороне, Буллстроуд не будет бороться с нами и у нас получится сколотить коалицию. — Что насчёт седьмого курса? — Честно говоря, большинство из них просто стремятся к одиночеству, примерно как я и Трейси. Даже Крэбб и Гойл не станут проблемой, после того, как исчезнет Малфой. — Она хихикнула. — Я готова поклясться, что у них на двоих две мозговых клетки. На самом деле, думаю, они должны были завалить хотя бы часть экзаменов, и только Снейп протащил их дальше. — Так что, ты это сделаешь? — с надеждой спросил Гарри. — Я поговорю с Трейси. У нас с ней Древние Руны на следующем уроке. — Она посмотрела на него с широкой улыбкой. — А чем ты собираешься заниматься остаток утра, кроме как тайно торжествовать? Он засмеялся. — Я и не собирался особо торжествовать. У меня всё ещё остаётся неразрешённой другая довольно большая проблема. — Он нерешительно посмотрел на неё. — Нам нужно будет в скором времени поговорить. Я… ммм… — он глубоко вздохнул и сумел-таки это сказать. — Я думаю, что готов рассказать тебе немного больше своих тайн. Сейчас ты заслуживаешь узнать их, ну и, честно говоря, мне нужно другое мнение. — Более хитрое мнение? — поддразнила она его. — Ну, раз уж ты это упомянула, да. — Он крепко прижал её к себе и страстно поцеловал. — Мммм, мне это нравится, — проворковала Дафна. — Боюсь, что у меня есть новости, которые тебе не так понравятся. — Она подняла идеально ухоженную бровь. — Я уговорил Макгонагалл разрешить мне бросить уроки по ЗОТИ. Снейп не позволит мне уйти просто так, не сняв с меня огромное количество баллов, не влепив отработку. Я буду учиться самостоятельно. Может быть, мы смогли бы потренироваться над этим, когда будем встречаться, раз уж у меня сейчас нет особого прогресса в окклюменции и легилименции. Дафна мило надулась. — Ну да, ты испортил мне всё удовольствие, теперь я не могу так глубоко проникать в твои мысли. — Она вздохнула, прежде чем уйти. — Но я понимаю. Да, пожалуй, это сработает. Снейп никогда не показывает нам на уроках того, чего нет в учебниках. — Я знаю, и это было лишь ещё одной причиной, чтобы так поступить, — сказал Гарри как ни в чём не бывало. — С тобой, конечно, очень весело, но мне пора идти на следующий урок. Увижу тебя за обедом, даже если и не удастся поговорить, — её губы коснулись его, словно обещая что-то. — Ты тоже сможешь повеселиться. Нам всего лишь нужно дождаться субботнего вечера, чтобы насладиться им вместе, — поддразнил он её. — Хорошо. Береги себя, Гарри. — И ты тоже, Даф. Скоро увидимся. — Он подарил ей ещё один долгий поцелуй, прежде чем девушка вышла. Оставшись один, Гарри направился в сторону Главного Вестибюля и захватил там скамью. Вытащив из рюкзака учебник по Защите, чтобы скоротать время за чтением, он стал ждать. Почти час спустя четверо авроров вошли в главную дверь и направились к кабинету директора. Возглавлял их Кингсли Шеклбот. Гарри едва заметно кивнул ему, получив аналогичный кивок в ответ. С улыбкой на лице гриффиндорец вернулся к чтению. Ещё сорок пять минут спустя рядом с ним оказались Рон и Гермиона, шедшие на обед. — Гарри? Что ты здесь делаешь? — Спросила его Гермиона с таким видом, словно он сошёл с ума. — Да, приятель, что случилось? — Рон, похоже, недоумевал не меньше неё. — Я решил немного почитать, пока жду, — сказал он им своим обычным голосом, разыскивая закладку. — Ждёшь чего? — Рон едва опередил Гермиону с этим вопросом. — Присаживайся и смотри. Это не займёт много времени. — Гарри убрал свою книгу, поскольку теперь было с кем поговорить. — Кстати, весь остаток этого года я больше не буду ходить на уроки по Защите. — ЧТО?! — Гермиона тут же вышла из себя. — Гарри Джеймс Поттер, ты не можешь перестать ходить на урок, который тебе нужен больше всего! — Вообще-то я могу. Снейп всё равно не учит нас ничему, чего нет в учебнике, так что, читая его и уделяя свободное время тренировкам, я это всё освою. К тому же, после сегодняшнего дня он возжелает снять с меня так много очков, что это не будет честно по отношению к остальному факультету. Могу поспорить, даже если я не буду присутствовать на его уроках, он всё равно будет искать способ так поступить или влепить мне наказание. — Что ты имеешь в виду, Гарри? Гарри не пришлось отвечать на этот вопрос — коридор заполнился звуками приближавшихся к ним шагов. Они повернулись и увидели директора, профессора Макгонагалл, профессора Снейпа, четырёх авроров и Драко Малфоя, который был закован в кандалы. Дамблдор выглядел смирившимся, Макгонагалл — полной решимости, а Снейп и Малфой — очень злыми. — Как-то рано пришло рождество, — пробормотал Рон, хотя его друзья легко его услышали. Гарри изо всех сил старался сохранить нейтральное выражение лица, не забыв об окклюментной защите. Когда Снейп увидел его, то тут же вскипел. — Это сделал Поттер, не так ли? Только он мог выдвинуть эти беспочвенные обвинения. Директор, я требую от Вас исключить его за ложное обвинение в адрес другого студента в совершении преступления, — вовсю глумился профессор. Гарри проигнорировал его, посмотрев в сторону авроров. Их лица были похожи на нейтральные маски, кроме Шеклбота, который, похоже, слегка улыбался. — Мистер Поттер. — Гарри посмотрел на своего декана. — Хотя заговора с целью нападения на профессора достаточно, чтобы исключить мистера Малфоя и начать расследование, но если у вас какие-то улики, либо что-то ещё, имеющее отношение к делу, это могло бы помочь расследованию. — Я полагаю, вы уже смотрели на его левую руку? — Нет, мистер Поттер. Как я объясняла ранее, у меня нет полномочий в одиночку досматривать обвиняемого. — Хотя Макгонагалл и говорила ровным голосом, на её лице было написано, что она очень хотела бы сделать то, что предлагал Гарри. — Ясно. Что же, я могу предоставить вам доказательства другого преступления. — Он поднялся и зашагал вперёд. Поравнявшись с Малфоем, Гарри быстро выхватил свою палочку, прокрутил её в руке и произнёс: — Диффиндо! -. Прежде чем кто-либо смог среагировать, левый рукав мантии Малфоя сполз к кандалам, оставляя его руку открытой, и все могли видеть на ней Тёмную Метку. — Что же, я думаю, доказательств вполне достаточно. — Ты заплатишь мне за это, Поттер! — заорал Малфой. — Это нападение! — Репаро. — произнёс Гарри, и рукав мантии незамедлительно оказался на месте. — Тебе не причинили вреда, и тебя не лишили никакой собственности. Я просто показал всем, кто ты есть на самом деле — Пожиратель Смерти. — Он усмехнулся, сделав особое ударение на этих словах, свирепо смотрев на Малфоя, который отвёл взгляд. — Если все последуют за мной, я покажу вам, как он собирался привести Пожирателей в замок. Он зашагал и обнаружил, что все идут за ним, даже Рон и Гермиона. На седьмом этаже он использовал идею, подсказанную ему Дафной, и появилась дверь в Выручай-Комнату. — Что это за место? — спросила Макгонагалл. — Волшебная комната, которая может изменяться. В данном случае это место, где можно прятать вещи, - Гарри провёл их внутрь. Было несложно найти то, что он искал. — Вот и он, — сказал юноша, указывая палочкой. — Малфой собирался использовать Исчезательный Шкаф, чтобы тайком провести Пожирателей в замок. Предположительно, он сейчас не работает, так что Малфой пытался починить его. Малфой смотрел на него, открыв рот. — Судя по выражению лица Малфоя, я прав. — Малфой начал было отпираться, но Гарри перебил его. — Вы найдёте парный шкаф в «Горбине и Бэрке» в Лютном переулке. Если вы достаточно пристально исследуете этот, то уверен, обнаружите, что он весь в отпечатках пальцев Малфоя. Шеклбот нагнулся и схватил правую руку Малфоя. затем он произнёс какое-то заклинание, наставив палочку сначала на руку Малфоя, а затем на шкаф. На шкафу немедленно появилось множество маленьких тёмных точек. — Он прикасался к нему, так что этого вполне достаточно, чтобы взять его в это дело. Вильямсон? — Взглянул он на другого аврора. — Уменьшите его и положите в коробку с уликами. Джонс, Вы и Пурнелл отправляетесь в «Горбин и Бэрк» и ищете шкаф, похожий на этот. Если обнаружите его, заберите в качестве вещественного доказательства, оставив расписку. — Двое мужчин вышли. — Мистер Малфой, Вы отправитесь со мной. Мистер Поттер, благодарю Вас за помощь. — Аврор вытащил сопротивлявшегося парня за собой — Малфой ничего не мог противопоставить огромному аврору и его помощнику. В то время, как постоянные жители школы покидали Комнату, Дамблдор взглянул на Гарри. — Мистер Поттер, кажется, Вам нужно отправиться в совятню, отправить кое-какие записки и собрать письма. Гарри формально кивнул. — Я займусь этим сразу же после обеда, сэр. — Он быстро вышел, направившись в Большой Зал с друзьями, следовавшими за ним по пятам. Когда они оказались одни, Рон возликовал: — Ты сделал это, Гарри! Ты избавился от Малфоя! Ты будешь героем школы! — Рон! Это плохо. Ученик школы арестован. — Гермиона, но это же Малфой. Учитывая, насколько грубо он вёл себя с тобой, даже не упоминая заклятия, которыми он осыпал тебя все эти годы, я думал, ты будешь счастлива. — Но теперь его жизнь будет разрушена. Скорее всего, он проведёт годы в Азкабане, — указала она. Гарри не обращал на их перепалку никакого внимания. Он мог понять точку зрения Гермионы, что для кого угодно плохо, будучи таким молодым, оказаться в такой ситуации, но был больше склонен согласиться с Роном. Малфой сделал свой выбор, и теперь ему придётся жить с ним. В Большом Зале было достаточно шумно. Многие видели, как авроры выводили Малфоя, закованного в кандалы. Само собой, это было темой дня. Когда Гарри поймал взгляд Дафны, она едва улыбнулась ему и кивнула. Он предположил, что это означает успех и с её стороны. Он узнает это через пару вечеров. После обеда Гарри остановился у кухни и вызвал Добби. Добби был счастлив помочь Гарри, и через двадцать минут вернул ему три письма. К удивлению Гарри, Грипхук взял только один галеон из пяти. В субботу Гарри шёл по коридору, возвращаясь в башню Гриффиндора после тренировки по квиддичу. Он шёл довольно быстро, пытаясь догнать Рона, который покинул тренировку незадолго до Гарри и теперь шёл немного впереди него. Неожиданно перед ними открылась дверь и из-за неё вышел Снейп. Он повернулся и увидел Гарри, идущего в его сторону, но не заметил Рона. — Поттер! — взревел учитель. Гарри взглянул на него и немедленно поднял свою окклюментную защиту. Он так же изо всех сил пытался убрать выражения отвращения со своего лица. Лучшим решением в этой ситуации ему показалось сохранять спокойствие. Гарри также обратил внимание, что Рон остановился в конце коридора и внимательно наблюдает за происходящим. — Итак, что Вы можете сказать в своё оправдание? — решил поглумиться профессор. — Ничего… сэр. Снейп взглянул на него и продолжил: — Пятьдесят баллов с Гриффиндора за Ваш неопрятный внешний вид. Гарри знал, что Снейп будет измываться над ним, но это было ненормально. Каким-то образом ему всё же удалось удержать язык за зубами. К счастью, Рон также ничего не сказал, хотя он был так зол, что цвет его лица почти сравнялся с цветом волос. После долгой паузы, профессор добавил: — И наказание за Вашу дерзость, Поттер. В моём классе, сегодня вечером, в восемь. — И ушёл с крайне сердитым выражением лица и развивавшейся позади него мантией. Гарри лишь покачал головой и медленно направился к своему другу. — Этот мерзавец! Я не могу поверить… Ты это видел? … В смысле… Тьфу! — Рон был крайне зол. Гарри тоже не был счастлив, но подумал, что знает, что с этим делать. — Спокойно, Рон. Мы отправляемся к Макгонагалл, прямо сейчас. — Он ухватил своего друга за квиддичный свитер и потащил за собой. Прибыв на место, Гарри постучал в дверь декана своего факультета. — Мистер Поттер, мистер Уизли. В чём проблема? — Профессор. У меня возникла проблема в лице мистера Снейпа, когда я шёл по коридору. Я ничего не сделал, профессор, а он снял с меня пятьдесят баллов «за неопрятный внешний вид». Сегодня суббота, и у меня только что закончилась тренировка по квиддичу. Как, предполагается, я должен выглядеть? — Было невозможно избавиться от расстройства в голосе, но Гарри был рад, что не начал кричать, хотя ему очень хотелось этого. Макгонагалл лишь вздохнула. — Затем, когда я ничего не сказал ему по поводу снятых баллов, он влепил мне наказание за «мою дерзость». Кажется, он ожидал, что я всё же что-то ему отвечу, — объяснил Гарри. Она посмотрела на Рона. — Вы были там, мистер Уизли? — Да, профессор, — ответил он, всё ещё едва контролируя свой гнев. — Я был в конце коридора и не думаю, что Снейп заметил меня, но всё было точно так, как сказал Гарри и крайне несправедливо, в точности как на его уроках. Макгонагалл какое-то время подумала над этим. — Пятьдесят баллов Гриффиндору, — объявила она, — и десять баллов каждому из вас за сдержанность. Ваше вечернее наказание отменяется, мистер Поттер. Я поговорю об этом с профессором Снейпом. Хотя я и беспокоилась за Вас, но теперь вижу здравый смысл в том, что вы не будете посещать уроки Защиты. Так что в дальнейшем Вас не будут за это штрафовать, и я лично приму у вас экзамен по Защите, мистер Поттер. — Спасибо, профессор, — сказал он с огромным облегчением. — Так что идите и приведите себя в порядок перед ужином, оба. Если у вас опять будут проблемы с профессором Снейпом, дайте мне знать об этом. — И она отпустила их. — Фух, это здорово, Гарри, — поздравил Рон своего друга. — Теперь мы сможем на него жаловаться. Когда они начали подниматься по лестнице к башне Гриффиндора, Гарри обдумал это. — Я не уверен что это поможет, Рон. Макгонагалл знает, что Снейп не такой уж хороший учитель, но я не думаю, что она когда-нибудь поймёт, какой он на самом деле. Подозреваю, Снейп сделал вчера всё, что было в его силах, чтобы спасти Малфоя, и это на самом деле открыло ей глаза. — Жаль, что тебе не удалось добиться и его ареста, — прокомментировал Рон. — Да, очень жаль, — вслух согласился Гарри, мысленно задаваясь вопросом — мог ли он что-то сделать в этом направлении. Возможно, его девушка сможет подбросить ему пару идей, когда он увидит её этим вечером. В среду вечером Гарри и Дафна продолжали встречаться в разных комнатах Хогвартса, но в субботу, по уже заведённой традиции, их ждала Выручай-Комната. Они слегка изменяли обстановку от недели к неделе, но это всегда было достаточно уютное место, где можно было поесть и поговорить. Этот вечер не стал исключением. Добби только доставил им ужин, когда Дафна, прекратив ничего не значащую болтовню, перешла к своей самой крупной проблеме на этот момент. — Гарри? Меня очень беспокоит Трейси. Она стала крайне подозрительной, суёт во всё свой нос, и даже иногда шпионит за мной. — Она разочарованно кольнула вилкой в салат. — Но ты же говорила, что она твой лучший друг? — Да, это так, но нам никогда не приходилось скрывать что-то столь важное друг от друга. К тому же это обычный для Слизерина способ собирать информацию о людях — никогда не знаешь, когда и что тебе пригодится. — Девушка отпила немного воды, дав ему время подумать над этим. Гарри в раздумьях поглощал лазанью. — Ты ведь говорила, что нам придётся рассказать ей, не так ли? — Гарри был крайне близок в своих догадках. — Думаю, что да. Ты уже рассказал своим лучшим друзьям? — спросила она с любопытством, хотя и была уверена, что он пока молчал. Гарри покачал головой. — Они проявили любопытство, и пару раз были близки к тому, чтобы разоблачить меня, но пока мне удалось сохранить тайну. В моей жизни происходит достаточно много событий, так что только Гермиона может уследить за всем этим, и мне удалось отбиться от неё, сказав, что я делаю кое-что по просьбе Дамблдора, и он просил держать это в секрете. К тому же она загружена выше головы из-за подготовки к экзаменам. Именно поэтому я всегда держу Карту и Мантию при себе, так что она не сможет использовать их, чтобы узнать, где я. Дафна засмеялась. — То есть ты им лжёшь. — Как слизеринец, — сказал он с широкой ухмылкой. — Ой, перестань, — она тоже засмеялась. — Ты думаешь, что можешь сказать Трейси, что у тебя есть парень, но для всех было бы лучше, если бы она подождала подробностей до лета? Дафна обдумала это. — Может быть. Похоже, мне придётся взять с неё клятву хранить тайну, если я скажу ей раньше. Ты правда думаешь, что будет безопаснее подождать с этим до лета? — Надеюсь, что так, потому что я очень устал скрывать наши отношения, Даф. — Он отложил вилку и посмотрел прямо ей в глаза. — Мне нравится быть рядом с тобой, и я хочу делать это чаще. Я хочу открыто говорить с тобой и держать тебя за руку, или ещё лучше, обнимать тебя, когда захочу. Я помню, мы договорились, что сохранение наших отношений в тайне будет безопаснее для тебя, но мне все больше хочется чаще видеть тебя рядом со мной. Возможно, я готов рискнуть. Если только Трейси узнает обо всём этим летом, тогда мы подождём с объявлением до начала следующего учебного года, думаю, что я смогу в достаточной степени обеспечить твою безопасность. А после окончания школы мы можем остаться вместе, и я смогу охранять тебя таким образом. По-настоящему меня беспокоит лишь то, как уберечь тебя от Волдеморта. — Гарри, ты не шутишь? — серьёзным голосом спросила она. — Ты действительно планируешь долгие отношения со мной? Он снова поднял вилку и какое-то время гонял по тарелке зелёные фасолины, очевидно, глубоко задумавшись. Затем поднял взгляд и снова посмотрел прямо в её красивые голубые глаза. — Да, я начинаю думать, что да. Я никогда не планировал что-либо на долгий срок, особенно с кем-то ещё, но мне на самом деле нравится быть рядом с тобой. Есть в тебе что-то особенное… что кажется правильным. Я… ммм… я надеюсь, что и тебе тоже это нравится. Дафна улыбнулась самой яркой улыбкой. — Так и есть, Гарри. Мне было бы очень интересно обсудить с тобой планы на долгую перспективу… может, этим летом? — Он кивнул. — Так какие у тебя ко мне чувства, Гарри? Парень разочарованно вздохнул. Он снова положил вилку и убрал в сторону почти пустую тарелку. — Я не знаю… и это часть моей проблемы. Я начал задаваться вопросом, не любовь ли это, но мне никогда не доводилось влюбляться в кого-то, так что я не знаю, — сказал он с некоторым разочарованием. Девушка оставила свой почти съеденный ужин и обежала вокруг стола, чтобы заключить его в объятия. — Ох, Гарри, — тихо сказала она, крепко обнимая его. — Это неправильно, что в детстве ты был лишён всего того, что обычно есть у детей, в том числе и любви. — Дафна нежно поцеловала его. — Я не знаю, лучшее ли это определение для любви, но для меня любовь — это чувство, испытываемое к другому человеку, без которого в твоём сердце образуется ничем не заполняемая пустота. Это может быть любовь к другу, члену семьи, или… романтическая любовь. Но когда тебе ужасно больно из-за того, что кого-то нет в твоей жизни — можешь быть уверен, что это любовь. Гарри раздумывал над этим, прижимая её к себе. И со слегка глупой усмешкой сказал ей: — Тогда… я люблю тебя, Даф. Я люблю тебя так сильно, что способен на глупые поступки, например, спрятать нас обоих, чтобы быть в безопасности, потому что без тебя мне будет очень плохо. Дафна наградила его ещё одним нежным поцелуем. — Я тоже люблю тебя, Гарри. Нет ничего глупого в том, чтобы беспокоиться за меня, такая забота — лишь ещё одно доказательство твоих чувств ко мне. Всё же, я думаю, нам скоро придётся раскрыть нашу тайну. — Может быть, сейчас стоит сказать только Трейси, взяв с неё обещание молчать. Я вряд ли смогу рассказать об этом своим друзьям до начала летних каникул. — Хорошо, — согласилась она. — Возможно, тебе стоит взять её с собой в следующую среду. Я останусь под Мантией и понаблюдаю. Думаю, это будет весело. Она засмеялась. — Да, и она наверняка пожелает поговорить и с тобой. — Я бы всем рассказал о нас хоть завтра, если бы не Волдеморт. Но как только с ним будет покончено, думаю, скрываться нам больше не будет причин. Дафна снова поцеловала его. — Дождаться этого будет нелегко. Но давай присядем. Ты сказал, что нам нужно кое о чём поговорить. Гарри опечалился. — Да, это так. — Он усадил её на диван, и девушка прижалась к нему. — Помнишь тот момент, когда ты предположила, что я — Избранный? — спросил он, мягко поглаживая её по руке. — Да. О, чёрт. Ты хочешь сказать мне, что это правда? — Она смотрела на него, широко раскрыв глаза. — Незадолго до того, как были убиты мои родители, было сделано предсказание, начинавшееся примерно так: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца.» — Но оно настолько общее, что может относится ко множеству людей, -возразила Дафна. — Ради твоей же безопасности, я не буду говорить тебе об остальной части пророчества, но в нём достаточно конкретики, чтобы указать на меня. Я должен убить его, или он убьёт меня. Вот почему так опасно быть рядом со мной. Вот почему он так охотится за мной. — Гарри замолчал. Мог ли он сказать больше? — Полагаю, Дамблдор тренирует тебя, чтобы ты мог справиться с этим? Тогда ничего удивительного в том, что ты так хорош, после шести лет под его началом… Гарри не смог удержать в себе короткий смешок. Дафна выглядела слегка обиженной. — Нет, это не твоя ошибка, — прохрипел он через несколько секунд. — На самом деле, это вполне логично, — наконец сказал ей Гарри, когда смог восстановить дыхание. — Но он рассказал мне об этом пророчестве только в конце прошлого учебного года. А всё, что он сделал в этом году — рассказал мне историю Волдеморта. Я узнал о нём полезные вещи, но Дамблдор не обучает меня никакой особенной магии или чему-либо, что помогло бы мне победить в битве. — Вот тупой ублюдок! — со злостью прошипела она. — Как, по его мнению, ты должен выиграть? Гарри пожал плечами. — Он говорит, что моим секретным оружием будет сила любви, потому что Волдеморт даже понятия не имеет, что это такое. На её лице явно читался скепсис. — Агааа. Предполагается, что ты обнимешь его и зацелуешь до смерти? — с сарказмом спросила она. Гарри хихикнул. — Не имею понятия. Думаю, я пойму это, когда придёт время. — Не такая уж хорошая идея, Гарри. Прежде всего тебе нужен план. — Дафна пристально посмотрела на него, было очевидно, что она обдумывает ситуацию. — Есть какие-ограничения, как именно ты должен победить или что делать? — Мне о таких не известно, — ответил он. — Ладно, дай мне подумать над этим. — Она посмотрела на него, глубоко вглядываясь в его глаза. — Я помогу тебе разобраться с этим, Гарри. Мне нравится быть рядом с тобой. — Обниматься и целоваться тоже? — спросил он, слегка дразня её. Дафна страстно его поцеловала. — И это тоже, — промурлыкала она, прежде чем начать целовать его снова. Всё, о чём мог думать Гарри, целуясь с Дафной — как же ему повезло встретить такую девушку. Жизнь в школе продолжалась. Гермиона, как обычно, завела волынку про экзамены в конце года, которые должны были начаться через месяц. Рон изо всех сил пытался игнорировать её, решив сконцентрироваться на квиддиче и ворча про тупость всех слизеринцев. Гарри пытался поправить Рона, не привлекая к себе избыточного внимания, и ловил быстрые взгляды своей девушки между их свиданиями. В ближайшую среду вечером Гарри скрывался в классе на пятом этаже под своей Мантией-Невидимкой. Спустя несколько минут после того, как часы пробили восемь, дверь открылась и внутрь вошли две девушки в мантиях Слизерина. Блондинка наложила на дверь заклинания приватности, пока брюнетка терпеливо ожидала её. — Итак, Дафна, ты наконец расскажешь мне о том, что за тайны тебя окружают? — Да, Трейси. Мне жаль, что пришлось хранить всё в тайне от тебя, но я думаю, ты сейчас всё поймёшь. — Дафна отвела её к стоявшим тут креслам. — Думаю, я сразу перейду к концу, чтобы пощадить твоё время. У меня есть парень, и он не из Слизерина. Трейси улыбнулась. — Это была моя любимая теория, особенно когда ты стала отсутствовать по субботним вечерам, когда мы с тобой обычно учились. Так кто он? — спросила она с волнением в голосе. Нервничая, Дафна на несколько секунд опустила взгляд на свои руки, прежде чем снова посмотреть на подругу. — Извини, что мне приходится так поступить, но ты должна пообещать мне хранить всё в тайне. Ты должна никому не говорить об этом, слышишь, никому, до следующего сентября. — Что?! — Трейси, я серьёзно. Мы действительно любим друг друга, но у нас могут быть очень большие проблемы, если станет известно, что мы встречаемся, — сказала Дафна самым серьёзным тоном. — Какие, например? — спросила Трейси. — Например, кого-то могут ранить или убить, — мрачно ответила ей подруга. — Если ты хочешь знать, кто это, мне нужно твоё обещание. Трейси недолго смотрела на неё, а затем кивнула. — Хорошо, ради тебя. Я обещаю, что никому не скажу о твоём парне, о том, кто он, и что он у тебя есть, до следующего сентября или пока ты не разрешишь мне. Устраивает? Лицо Дафны украсила улыбка. — Спасибо, Трейси. Ты не представляешь, как сильно мне хотелось поделиться этим с тобой, но я не могла этого сделать. Трейси закатила глаза. — Ты так об этом говоришь, как будто встречаешься с кем-то вроде… хм… Гарри Поттера. Дафна широко улыбнулась своей подруге. — Удачная догадка или ты меня просто разыгрываешь? — Я просто… подожди, ты что, на самом деле встречаешься с Гарри Поттером? — Глаза Трейси, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Дафна спокойно кивнула. — Невозможно! Ты не можешь этого сделать. Ты слизеринка, а он гриффиндорец. Замахав руками, словно пытаясь прогнать саму эту мысль, Дафна показала своё мнение на этот счёт. — Это всего лишь ярлыки. Когда ты узнаешь его, то поймёшь, что очень приятный парень. — Я не верю в это. Ты меня дразнишь, — запротестовала Трейси. — Кто это на самом деле? Стоя за ней, Гарри тихо стянул с себя Мантию и убрал её в карман формы, пока Трейси продолжала спорить. — Это поможет, если я поцелую её? — озорно спросил он. Трейси вскрикнула и обернулась, на её лице явно читалось удивление. Она безучастно наблюдала, как Гарри обходит её и целует Дафну. — Я не верю в это, — прошептала брюнетка. — Поверь, — сказала ей Дафна, когда губы Гарри оторвались от её собственных. — А ещё он очень хорошо целуется. — И быстро поцеловала своего парня. — Так что теперь ты знаешь мой большой секрет, но не можешь никому рассказать. Секунду спустя Трейси начала смеяться. — Нет, не могу, но не только потому, что я дала обещание, но и потому, что я не думаю, что кто-то мне поверит. — Она весело покачала головой. — Так, Поттер, а что обо всём этом думают твои друзья? Гарри хихикнул. — Они ещё не знают. Возможно, я расскажу им перед началом следующего учебного года. Мне нужно защитить Дафну, раз уж я сам постоянно влипаю в неприятности. Когда мы вернёмся в школу, я смогу это сделать; но это лето будет трудным, так что пока мы скрываем наши отношения. Брюнетка продолжала качать головой. — Полностью невероятно. Когда о ваших отношениях станет известно, об этом будет разговаривать вся школа. — Я знаю, — согласилась Дафна. — Поэтому-то мы пока и храним всё в тайне. — Трейси кивнула. — Ну и раз уж ты всё знаешь, то если не возражаешь, мне нужно кое-что сказать Гарри наедине. — Конечно, Дафна, нет проблем. — Трейси снова хихикнула про себя. — Это какая-то тайна… О, ещё один вопрос, — сказала она, поднимаясь. — А как давно вы встречаетесь? — Наше первое свидание было следующим вечером после дня Святого Валентина, — ответила Дафна. Трейси застонала. — Он надёжный, страстный и романтичный. Когда я найду такого же? — Не ожидая ответа, она вышла. Гарри повернулся, шокированно смотря на свою девушку, ухмылявшуюся ему. Она поцеловала его, чтобы привести его в чувство. Гарри покачал головой. — Не могу поверить, что она это сказала. Я не такой… Дафна лишь засмеялась и вновь наложила на дверь заклинания, после чего стала более серьёзной. — Гарри, у меня есть кое-что для тебя. — Она зарылась в мантию и, вытащив из неё маленькую коробочку, передала её ему. Открыв её, Гарри нашёл три маленьких фиала, наполненных очень тёмным зельем, и один фиал с зельем молочного цвета. — Что это? — Вот эти три — Напиток Живой Смерти, — с лёгкостью сказала она. Он изогнул бровь, глядя на неё. — Хорошо, — протянул Гарри. — И что ты предлагаешь с ними делать? — Как всегда, это потребует гриффиндорской храбрости, так что эта часть на твоё усмотрение. Но если ты сможешь влить один из них в Волдеморта, то, думаю, тем самым выполнишь пророчество. Он будет побеждён, и у тебя будет время, чтобы разобраться с этими крестражами, о которых ты недавно рассказывал мне. — Ох, да… хмм, разговор о невыполнимой миссии. — Гарри покачал головой. — Так, а почему их три? — Это даст тебе некоторую гибкость — ты можешь влить его в кубок или что-то подобное, и если его не выпьют, то ты сможешь попробовать снова; или если тебе встретится кто-то из его внутреннего круга, ты можешь использовать лишние на них. Я также наложила на фиалы чары неразрушимости. — Добавила она после некоторого размышления. — Значит, ты говоришь, что мне нужно заставить Волдеморта выпить один из них, а затем я должен очень осторожно спрятать его, так, чтобы никто не нашёл, что даст мне время уничтожить все крестражи, прежде чем я оживлю его и убью. Дафна покачала головой. — Не совсем. Тебе не нужно оживлять его, просто нанеси ему смертельный удар, например, отрежь ему голову. — Да, полагаю, это сработает. Почему ты выбрала этот способ? Он выглядит достаточно сложным для исполнения. В смысле, как я подберусь к нему, чтобы использовать зелье? — Он пристально изучал её. Она пожала плечами. — На этот счёт у меня нет идей, но похоже, что твоя главная проблема — отсутствие времени, или для тренировки, или для поиска крестражей… — Или для того и другого, — заметил Гарри. — Именно, — согласилась она. — А это даст тебе время, возможно, больше, чем тебе может понадобиться. Если тебе не удастся найти все крестражи, но ты хорошо спрячешь тело, может, тебе больше никогда не понадобится иметь с ним дело. Он навсегда останется в таком состоянии. Очень сложно правильно приготовить антидот. Настолько, что только тот, кто стал мастером Зелий, сможет сделать это. — А это что за зелье? Не думаю, что мы делали что-то похожее на уроках. — Это Зелье Принуждения. Ты можешь думать о нём, как об Империусе, но оно не настолько сильное. Хотя оно и не совсем незаконно, ты попадёшь под весьма пристальное расследование, если попадёшься на его использовании. Я подумала, что оно может быть полезно, если тебе понадобится помощь для выполнения первой части, — объяснила она. Гарри обдумывал её слова какое-то время. — О, ты предлагаешь использовать его на Пожирателе, превратив его в моего скрытого помощника? — Да, я думала о чём-то таком, но могут быть и другие варианты. Тебе нужно будет решить самому, когда будешь разбираться с этим делом. — Она пожала плечами, словно не зная, что ещё сказать. — Извини, Гарри, ничего лучше я придумать не смогла. — Не беспокойся об этом, это больше, чем сделали для меня все остальные, — мягко сказал ей Гарри. Он осторожно закрыл коробочку и убрал её в карман. — Постараюсь всегда держать её при себе, так что в случае чего смогу её использовать. — Я могу уменьшить коробочку, чтобы сделать её менее заметной, — предложила Дафна. — И на твоём месте я бы всегда держала Мантию при себе. — Хорошая мысль. Я также думаю, стоит поговорить с профессором Флитвиком о чарах сокрытия. — Вероятно, о Фиделиусе, подумал он про себя, и может быть, о некоторых маскирующих заклинаниях. Она улыбнулась и обвила его своими руками. — Хорошая мысль, — поддакнула она ему. — Но ещё лучшей идеей будет поцеловать свою девушку за то, что она тебе помогла. Гарри с радостью подчинился.
Примечания:
В оригинале игра, в которую играл Рон - exploding snap. На поттервики не нашёл такого и перевёл наобум, так что если у кого есть нормальные варианты, или ещё лучше, ссылка - велкам.
Опять же, в оригинале Снейп в эпизоде с закованным в кандалы Малфоем почему-то указан как учитель Зелий. Вот как так?
Снейп от ненависти ослеп? Не заметить почти двухметровую дылду недалеко от себя.
Имхо, есть проблема с логикой в эпизоде с признаниями в любви, так что я подправил на свой лад.
Жесть. Вот вы верите, что девушка, пусть даже и слизеринка, может спокойно предлагать отрезать кому-то голову? Да и идея с Напитком Живой Смерти шита белыми нитками.
* В оригинале в комментарии к этой главе автор грозится, что в следующей всё закончится... но почему их тогда восемь? Я сам не читал до конца, и слегка запутался. *
По поводу игры Рона - в фиках часто встречается вариант "подрывной дурак" типа карты в руках взрываются. Тот еще бред :D Щас бы у себя в руках повзрывать что-нибудь...
Спасибо за главу.
Чем мне нравятся такие фики на иностранных ресурсах, так это тем что враги там "так, чисто проходные". Например, Гарри чихнул, это передалось по связи и Волди испугавшись лохонулся с артефактом и умер забрав крестражи с собой. Мб здесь также. А остальная история это развитие отношений, реакция окружающих, мб мести ПСов.
>**UON**
>Гарри чихнул, это передалось по связи и Волди испугавшись лохонулся с артефактом и умер забрав крестражи с собой.

Посмеялся от души, спасибо :))))))
Спасибо за новую главу!
Радует, что с Малфоем прошло всё без проблем. (хотя ожидал подставы)
И новый этап отношений Гарри и Дафны радует. Насколько знаю, для англо-говорящих людей, слова: "Я люблю тебя" Ооооочень серьёзны.
* В оригинале в комментарии к этой главе автор грозится, что в следующей всё закончится... но почему их тогда восемь? Я сам не читал до конца, и слегка запутался. * - очень надеюсь, что автор не имел ввиду, окончание спокойного времени, а дальше начнётся мрак и безысходность. Хотя в тегах нет даркфика и деадфика, да и на страничке автора, насилие как незначительное указанно.
кстати, у Ваших примечаниях заметил пару указанных как "ГМ/ДГ", подскажите кто такой "ГМ"?)))))
спасибо за проду, очень интересно сюжет повернули, я почему то думал что гг сам будет с Малфоем разбираться, ну а Снейп как всегда проблемка еще та))))
Спасибо за новую главу и перевод также. Кажется этот перевод уже зашел дальше предыдущих незавершенных попыток (точно не помню, ибо давно читал их) и это меня радует. Надеюсь, что вы и далее продолжите этот перевод до его завершение. С нетерпением жду новой главы. Удачи и вдохновения.
>**Viskirson**
>Спасибо за новую главу!Радует, что с Малфоем прошло всё без проблем. (хотя ожидал подставы)И новый этап отношений Гарри и Дафны радует. Насколько знаю, для англо-говорящих людей, слова: "Я люблю тебя" Ооооочень серьёзны.* В оригинале в комментарии к этой главе автор грозится, что в следующей всё закончится... но почему их тогда восемь? Я сам не читал до конца, и слегка запутался. * - очень надеюсь, что автор не имел ввиду, окончание спокойного времени, а дальше начнётся мрак и безысходность. Хотя в тегах нет даркфика и деадфика, да и на страничке автора, насилие как незначительное указанно.

Ошибаетесь, для амеров и наглов слова я люблю тебя не значат ровно не-че-го. Это как у нас пожелать доброго утра притному человеку. Я этих наглоговорящих хорошо знаю по личному с ними общению.
Классный фанф! Отличный перевод! Есть большая надежда что перевод заброшен не будет.
переводчик
>**hOLLAND**
>По поводу игры Рона - в фиках часто встречается вариант "подрывной дурак" типа карты в руках взрываются. Тот еще бред :D Щас бы у себя в руках повзрывать что-нибудь...

А, вот чего я видел. И кстати, нашёл, что оригинал упоминается во 2, 3 и 4 книгах серии.
В Англии "snap" -вид карточной игры, основанной на внимании и быстроте реакции.
"Подрывной дурак" - это народный перевод, у Спивак - "взрывающиеся хлопушки", а у Росмэна - "исчезающие карты".
В общем, я подумаю и поправлю. Но имхо, "подрывной дурак" не такой уж и бред. Что мешает заколдовать карты так, что они взрываются не в руках, а в каких-то особых условиях?
переводчик
>**йопжик**
>кстати, у Ваших примечаниях заметил пару указанных как "ГМ/ДГ", подскажите кто такой "ГМ"?)))))спасибо за проду, очень интересно сюжет повернули, я почему то думал что гг сам будет с Малфоем разбираться, ну а Снейп как всегда проблемка еще та))))

Наверное, опечатка, и имелся в виду "ГП/ДГ", естественно. Поправлю.
Благодарю за главу, уважаемый переводчик.
Правда смущает жанры: ангст и драма... Боюсь представить, что будет дальше.
>**дядя Толя (Незарегистрированный пользователь)**
>Ошибаетесь, для амеров и наглов слова я люблю тебя не значат ровно не-че-го. Это как у нас пожелать доброго утра притному человеку. Я этих наглоговорящих хорошо знаю по личному с ними общению.

Очень жаль. Я так верил, что первое официальное признание в любви, важно для них. =(
В любом случае спасибо за новую для меня информацию. =)
переводчик
>**Asteban**
>Благодарю за главу, уважаемый переводчик.Правда смущает жанры: ангст и драма... Боюсь представить, что будет дальше.

Скопировал из другого незаконченного перевода этого фика.
Но драма указана и в оригинале.
>**BlindKnight**
>Скопировал из другого незаконченного перевода этого фика.Но драма указана и в оригинале.

Надеюсь на ХЭ...
Фанфик неплох, конечно. Раздражает только Гермиона и ошибки. А последнего, к сожалению, много. Вы бы перечитали хоть раз перед выкладкой главу что ли
переводчик
>**Maksim S.**
>Фанфик неплох, конечно. Раздражает только Гермиона и ошибки. А последнего, к сожалению, много. Вы бы перечитали хоть раз перед выкладкой главу что ли

В 12 ночи, когда уже спать хочется? Не помогло бы.
Кстати, не понял, чем не устроило обращение "Вы".
"Также/так же" - это да, мой косяк, совсем забыл уже, как правильно.
>**BlindKnight**
>Кстати, не понял, чем не устроило обращение "Вы".

Почему-то мне не пришло уведомление о Вашем ответе, так что в следующем отзыве я на этот вопрос ответил. На всякий случай дублирую: с большой буквы данное местоимение будет писаться только тогда, когда оно употреблено в каком-либо тексте - не диалоге.

Почувствуйте разницу:
- Рональд Уизли, вы король, - сказал Снейп.

Уважаемый Рональд Уизли.
Пишу Вам, чтобы сообщить, что Вы король.
Искренне Ваш Снейп.
"Дафна засмеялась.
— То есть ты им лжёшь.
— Как слизеринец, — сказал он с широкой ухмылкой.
— Ой, перестань, — она тоже засмеялась. " ....ааась?
«Взрывающиеся_карты» на Фэндоме: «Взрывающиеся карты (англ. Exploding Snap ) — волшебные карты, которые могут взорваться во время игры. Весьма популярны среди студентов Хогвартса.»
http://ru.harrypotter.wikia.com/wiki/%D0%92%D0%B7%D1%80%D1%8B%D0%B2%D0%B0%D1%8E%D1%89%D0%B8%D0%B5%D1%81%D1%8F_%D0%BA%D0%B0%D1%80%D1%82%D1%8B