Перевод

The Grass Is Always Greener 925

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Автор оригинала:
kb0
Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/4334542/1/The-Grass-Is-Always-Greener

Пэйринг и персонажи:
Гарри Поттер/Дафна Гринграсс, Драко Малфой, Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Дафна Гринграсс
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Макси, 175 страниц, 8 частей
Статус:
закончен
Метки: AU Ангст Драма Насилие Романтика Учебные заведения

Награды от читателей:
 
«Отличный перевод!» от Александр фон Карштайн
Описание:
Во время второго семестра на шестом курсе Гарри спасает Дафну Гринграсс от участи хуже смерти. В оплату за это она учит его Окклюменции, и двое волшебников узнают друг друга достаточно хорошо, чтобы понять, что ярлыки не всегда полезны, а сокровища можно найти в самых неожиданных местах.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
В поисках вдохновения для собственного графоманства я наткнулся аж на две незаконченных попытки перевода фанфика с пейрингом ГП/ДГ. Ну что.. challenge accepted!

Спасибо Darkoloro за вычитку огромной кучи опечаток.

Часть 4

21 января 2017, 17:16
Глава 4. Гарри не был полностью уверен в том, как он это сделал, но каким-то образом, несмотря на все зелья, выпитые директором этим вечером, Гарри удалось аппарировать вместе со стариком обратно в Хогсмид, а затем пролететь вместе с ним ко входу в школу. Даже после всего этого директор, хоть и едва-едва, но был ещё жив. К счастью, профессор Макгонагалл встретила их у двери. Следуя указаниям директора, который с трудом мог связать два слова, она указала Гарри отлевитировать Дамблдора в больничное крыло, пока она отошла, чтобы привести профессора Снейпа. Уводя таким образом директора в вотчину мадам Помфри, гриффиндорец прокручивал в голове события этого вечера. Директор подошёл к нему, когда ужин подходил к концу, и попросил Гарри пройти с ним в его кабинет. Там старый волшебник почти час убеждал Гарри, что хотя они и по разному смотрят на одни и те же события, но находятся по одну сторону, и только если они будут работать вместе, то смогут победить Волдеморта. Гарри был уверен, что он согласен не со всем, сказанным директором, но в то же время понимал, что шансы на успешную попытку избавления от Волдеморта будут гораздо выше, если он позволит директору помочь ему, при условии, что Дамблдор не будет совершать глупых поступков и не подвергнет его неоправданному риску. Так что они снова работали вместе над тем, чтобы повергнуть Волдеморта. Чтобы показать Гарри серьёзность своих слов о совместной работе, отправиться на миссию по добыче крестража. После того, как они попали в пещеру на побережье и преодолели разнообразные ловушки, в том числе и подземное озеро с инферналами, Гарри был рад, что оказался здесь вместе с директором. Самой ужасной ловушкой оказалась большая порция зелья, защищавшая крестраж, и Дамблдор выпил его, чтобы достать проклятый предмет. Вот так они и попали в эту жуткую неприятность. Теперь, кроме руки, полностью почерневшей от проклятья, настигнувшего его прошлым летом, директор настолько пострадал от выпитого зелья, что было крайне сомнительно, что он выживет. Добравшись до больничного крыла, Гарри увидел, что Макгонагалл и Снейп уже на месте. Помфри забрала Дамблдора у Гарри, положив пострадавшего на кровать. Снейп посмотрел на то, как Помфри проводит диагностику, а затем затолкал безоар директору в глотку. Дамблдор вытащил кубок, с помощью которого он пил зелье, и Снейп взял его, чтобы проанализировать состав зелья и попытаться сделать антидот. В этот момент Макгонагалл отвела Гарри в сторону. — Мистер Поттер. Что Вы можете рассказать мне об этом? Я должна знать всё, что возможно, чтобы спасти его. — Простите, профессор, но всё, что я могу сказать — что он взял меня с собой в поездку, и она закончилась тем, что ему пришлось выпить огромную порцию зелья. Я не могу сказать Вам, что это было за зелье, кроме того, что, как мне кажется, оно очень вредное. Она неодобрительно посмотрела на него с крайне суровым выражением лица. — Тогда где вы нашли это зелье? — Мне на самом деле жаль, профессор, но директор взял с меня обещание ничего об этом не рассказывать. Он сказал, что это очень важно, чтобы всё оставалось в тайне. Макгонагалл попыталась добыть у него информацию ещё несколькими способами, но Гарри был непреклонен. Покинув больничное крыло, он услышал, как Снейп сказал, что он выяснил, что это было за зелье, и что он может сварить антидот. К сожалению, директору придётся провести в больничном крыле остаток июня и, возможно, июль. Сейчас была только первая неделя июня, и ещё через неделю, в следующий понедельник, должны были начаться экзамены (то есть до них оставалось девять дней). Гарри был рад, что это не ему пришлось так надолго застрять тут. Наверное, медсестра свела бы его с ума. Своим друзьям Гарри рассказал версию, которая была лишь немного длиннее той, что уже услышала Макгонагалл. Гермиону не обрадовало отсутствие подробностей, но она смягчилась, когда Гарри сказал о своём обещании молчать. По причинам, которые Гарри не смог бы объяснить, он рассказал Дафне чуть более полную версию случившегося. Когда он показал ей медальон с фальшивым крестражем, Дафна добровольно взялась выяснить, кто такой Р.А.Б., но они оба верили, что именно у него сейчас находится настоящий крестраж. Покончив таким образом с делами, остаток времени Гарри и Дафна провели как парень и девушка. Она даже позволила ему изучить её немного лучше… физически. Вся их одежда осталась на месте, но Гарри чувствовал себя таким счастливым, таким влюблённым, и таким близким к ней, что был уверен — если сейчас ему пришлось бы создавать Патронус, тот вышел бы рекордных размеров. Позже вечером, когда он отправился спать, его настигла суровая правда: война — это неприятно, и ему придётся делать неприятные вещи, на которые не решился бы в обычной жизни, если он хочет победить. Он был очень благодарен тому, что Дафна на его стороне и может помочь ему. Он был уверен, что эта помощь ему понадобится, прежде чем всё это закончится. Новости пришли поздним днём в субботу перед экзаменами, неделю спустя после того, как Дамблдор выпил то зелье. Хорошей новостью было то, что директор выживет. Плохой — что он очень слаб и до июля останется в больничном крыле, а учителям приходится навещать его там, чтобы поговорить с ним. Ещё одной хорошей новостью было то, что квиддичный сезон в этом году наконец-то закончился, так что Гарри и Дафна, встретившись в три часа пополудни, провели вместе два восхитительных часа. Помимо разговоров и поцелуев, они начали ослаблять свою окклюментную защиту друг для друга и напрямую обмениваться мыслями. Кроме того, что так они узнавали друг друга, это увеличивало и их страсть. Чувства, которые они испытывали друг к другу, достигли новых высот — как будто бы они видели друг друга в последний раз. За несколько минут до начала ужина они разошлись. Дафна ушла первой, а Гарри последовал за ней несколько минут спустя. Заходя в Большой Зал, он посмотрел на преподавательский стол и заметил, как Снейп внезапно схватился за левое предплечье на несколько секунд, а затем попытался уйти максимально незаметно. Решив, что это может быть та самая возможность, которую он искал, Гарри вернулся в Главный Вестибюль и быстро добрался до бокового коридора, где, как он знал, должен был пройти Снейп. Не видя никого вокруг, парень вытащил Мантию-невидимку и накинул её на себя. Поразмыслив, что Снейп может оказаться той самой помощью в стане врага, которая ему необходима, он вынул из кармана коробочку с зельями и открыл её, взяв в руку пузырёк с молочным зельем, после чего убрал всё остальное в карман. Заглянув за угол, Гарри увидел Снейпа, спешившего по своим делам. Осторожно сдвинувшись в сторону, чтобы Снейп не мог столкнуться с ним, он вытащил свою палочку. Стоило Снейпу, шедшему быстрым темпом, пройти мимо него, Гарри выдвинул палочку из-под мантии и невербально отправил в того Империус. Он почувствовал лишь слабый укол вины за нападение на своего сальноволосого мучителя со спины. Зельевар немедленно задеревенел, двигаясь крайне медленно в попытке достать свою палочку. Гарри мог чувствовать, как тот мысленно сопротивляется и втолкнул ещё больше своей воли в заклятие. Через несколько секунд Снейп перестал двигать руку в сторону палочки. Выдвинув из-под мантии зелье, так что оно, казалось, повисло в воздухе, Гарри прошептал: «Выпей это». Снейп всё ещё мысленно боролся с ним, но рука зельевара медленно двинулась вперёд и схватила пузырёк, после чего его содержимое оказалось влито в рот слизеринского декана. Прошло почти десять секунд, прежде чем Гарри заметил, что Снейп почти прекратил борьбу. Улыбнувшись, гриффиндорец прошептал: «Повернись и иди в этот класс.» Снейп выполнил приказ. Гарри зашёл следом за ним, и закрыл заклинанием дверь, так что они остались одни. Продолжая держать профессора под заклинанием, он начал отдавать ему приказы. — Ты не будешь сопротивляться моим приказам и станешь отвечать только на мои вопросы. Снейп медленно кивнул. — К тебе поступил вызов, и ты спешил на встречу с Волдемортом? — Да, — неторопливо ответил тот. — Как ты должен был попасть туда? — Выйти за пределы школы и использовать портключ. "Хорошо", подумал Гарри. — Может ли портключ перенести более одного человека? — Да. "Как же всё хорошо складывается", размышлял Гарри. — Как ты думаешь, почему тебя вызвали? — У Тёмного Лорда проблемы со здоровьем и, возможно, ему нужно больше зелий. — О? Каких именно зелий? — Мысли на огромной скорости пролетали в голове гриффиндорца. — Некоторые специальные укрепляющие зелья. — Когда у него начались эти проблемы? — В субботу после полудня и также в прошлую среду вечером. Гарри обдумал это — время точно совпадало с расписанием его свиданий, что его удивило. Что ж, если Тёмный Лорд может влиять на него, то Гарри не видел причин, почему он не может влиять на Волдеморта. И это оказалось довольно забавно. Понимая, что нужно действовать, он сказал Снейпу: — Я отправлюсь с тобой и ты не будешь нападать на меня; ты никому не расскажешь о том, что я с тобой; ты будешь вести себя как обычно рядом с другими Пожирателями Смерти и Волдемортом; но ты также будешь выполнять то, что я скажу. Ты понял? — Да. — Очень хорошо. Отправляйся к главным воротам школы. Снейп вышел в своём обычном быстром темпе, и Гарри поспешил за ним. Поняв вдруг, что его шаги отчётливо слышны, он быстро наложил заглушающие чары на свою обувь. Снейп вдруг остановился, так что Гарри приказал ему продолжать движение. Как только они оказались снаружи замка, двигаясь в сторону ворот, и Гарри заметил, что вокруг никого нет, он решил расспросить Снейпа о ещё нескольких вещах, пока у него был шанс. — На чьей ты стороне — Дамблдора или Тёмного Лорда? — Гарри на самом деле хотел знать это. — Дамблдора, — отчётливо ответил тот, тем немало удивил Гарри. — Как долго ты находишься на его стороне? — С тех пор, как стал шпионом. Гарри закатил глаза — это был самый бессмысленный ответ. — Когда ты стал шпионом? — В ночь, когда Тёмный Лорд убил Лили Поттер. Какое-то время Гарри с трудом дышал. Когда он решил, что сможет говорить спокойно, то спросил: — Почему ты стал шпионом из-за смерти Лили Поттер? — Потому что я любил её и после её смерти понял, что Тёмный Лорд не беспокоится ни о чём и ни о ком, кроме себя. Решив, что раз уж он зашёл так далеко, то нет смысла останавливаться, Гарри спросил: — Почему ты ненавидишь Гарри Поттера? — Потому что он сын Джеймса Поттера, выглядит точь-в-точь как его отец, так что я вижу в нём только Джеймса, и я ненавидел Джеймса Поттера больше кого-либо ещё. Гарри покачал головой. Снейп в действительности оказался величайшим мерзавцем, неспособным увидеть разницу между Гарри и его отцом. Оказалось, что Снейп любил его мать, и взамен ненавидел его отца за то, что тот женился на ней. Какая жуткая неприятность. Будучи не в состоянии думать сейчас о чём-либо ещё, остаток пути к школьным воротам он проделал за Снейпом в полной тишине. Возле ворот Гарри задал ещё несколько вопросов, ответы на которые, как он считал, ему понадобятся. — Что представляет собой портключ для отправки к Тёмному Лорду? — Письменное перо. — Есть ли какие-то препятствия, ловушки, или другие магические трюки, которые могут остановить меня, или обнаружить меня, поскольку у меня нет Тёмной Метки? — он крайне беспокоился на этот счёт. — Нет. Гарри улыбнулся — ему везло. — Как ты обычно возвращаешься назад? — Другим портключом, а затем пешком иду в замок.  — Дай мне этот портключ. — Снейп передал ему чернильницу, которую Гарри спрятал в мантии. — Как он активируется? — Нужно прикоснуться к нему палочкой. За воротами Снейп достал орлиное перо и палочку. — Используй палочку для активации портключа, — приказал Гарри, прикоснувшись к перу. Стоило Снейпу сделать это, как Гарри почувствовал, как его резко потянуло за пупок — самое нелюбимое для него ощущение в таких перемещениях. Они оказались в старом мэноре, и Гарри изо всех сил попытался не упасть. Быстро выпрямившись, он замер как статуя, потому что тут, не более чем в пяти футах перед ним, стоял Люциус Малфой. — Ты опоздал, Северус, — протянул Малфой. — Я пришёл так быстро, как только смог. Где наш господин? — В своей комнате, — ответил Малфой, внимательно наблюдая за Снейпом. Снейп двинулся вперёд, и Гарри пошёл за ним, стараясь оставаться максимально незаметным. Оказавшись на полпути в своей авантюре, теперь он удивлялся — как ему в голову могла прийти мысль, что это хорошая идея. Затем он решил, что находясь здесь, ему стоит приглушить свои «гриффиндорские мысли» и начать больше прислушиваться к своему внутреннему слизеринцу. Мысль о том, чтобы использовать остаток «зелья удачи», также пришла ему в голову, но оно осталось в его чемодане. Он также подумал, что Фелицис мог посчитать, что удачнее будет избежать встречи с Волдемортом, так что, возможно, это к лучшему, что он не использовал его. Поднявшись по лестнице, Гарри едва успел зайти в большую комнату, прежде чем Снейп закрыл дверь. К счастью, в комнате больше никого не было, кроме самого Волдеморта, лежавшего на диване и выглядевшего очень бледным, даже для него. Шрам Гарри на секунду взорвался от боли, прежде чем он захлопнул свою окклюментную защиту, уменьшив боль до вполне терпимого уровня. — Ссснейп, ты глупетссс, почему ты так сссадержался, — прошипел Тёмный Лорд. Зельевар пересёк комнату и преклонил перед ним колени. — Прошу прощения, мой господин. Было не так легко выбраться из замка, но я пришёл так быстро, как только смог. — Дай мне мои ссселья! Из-за этого поттеровского отродья меня опять тошшшнит! Снейп достал фиал с зельем и Волдеморт уже собирался выпить его, как Гарри мысленно послал «Петрификус Тоталус». Тёмный Лорд тут же замер. Снейп повернулся, чтобы увидеть, откуда было послано заклинание, так что Гарри оглушил его. Юноша глубоко вздохнул, с трудом веря, что его импровизированный план зашёл так далеко. Он быстро наложил заглушающие чары на всю комнату. Настала самая сложная часть. Он бы хотел, чтобы у него было хотя бы ещё одно Принуждающее Зелье, но ему уже пришлось пустить его в ход. Затем мысль словно ударила его в голову; он едва не хлопнул себя по лбу за глупость — он совершенно забыл о чарах. С решимостью он наложил Побуждающие чары на «человека» перед ним и послал ему очень сильный приказ о сотрудничестве. На всякий случай Гарри наложил эти чары ещё раз, на этот раз с посылом говорить правду. Надеясь на лучшее, он снял заморозку с лица Волдеморта, так что тот мог говорить. — Кто ты и что ты делаешь? — спросил Волдеморт. Шагнув к дивану, Гарри, всё ещё скрытый под мантией, наложил на Тёмного Лорда «Империо». Так как ему удалось преодолеть это проклятие на кладбище, Гарри надеялся, что ему удастся выиграть и эту мысленную битву. Сопротивление и ответный удар были неимоверны. Он думал, что контролировать Снейпа — тяжело, но эта задача оказалась намного труднее. Несколько минут прошло, прежде чем Гарри удалось наконец захватить контроль над Волдемортом. — Том Риддл, расскажи мне о своих крестражах, о том, где они спрятаны, о ловушках вокруг них и как их обойти, — приказал Гарри. И следующие пятнадцать минут он провёл, внимательно всё выслушивая. Гарри подумал, что, пожалуй, стоит занять или купить думосброс, чтобы позднее пересмотреть этот разговор и убедиться, что он ничего не забыл. Когда Риддл закончил, Гарри спросил его: — Могу я использовать портключ прямо в этой комнате или мне нужно спуститься по лестнице в точку, куда я прибыл? — Ты можешь иссспользовать портключ, чтобы выбраться изссс этой комнаты, вссстав перед камином. На Гарри словно напало вдохновение: и как же он этого раньше не спросил? — Назови всех Пожирателей Смерти. — Волдеморт начал перечислять их, и Гарри успел насчитать тридцать семь, когда тот закончил. Что ж, решил он, позднее можно будет подумать, что с этим делать. Оставался лишь ещё один вопрос, на который ему очень хотелось знать ответ. — Назови всех Пожирателей, которые у тебя когда-либо были, чья фамилия начиналась на «Б». — На этот раз список был очень коротким, и только у одного из них имя начиналось на «Р». Решив, что он получил всё, что ему нужно, Гарри принудил Волдеморта выпить одно из зелий Дафны. Тёмный Лорд упал, словно заснув. Даже «Энервейт» не смог пробудить его. Гарри взглянул на Снейпа, и решил, что он получил от него всё, что нужно, так что использовал на нём ещё один пузырёк от Дафны. Он не мог заставить себя убить зельевара на месте, но решил, что Снейп слишком опасен, чтобы разгуливать на свободе, особенно после применения к нему «Империуса». Гарри знал, что сальноволосый мерзавец никогда не простит его за это, а возмездие, мягко говоря, будет жестоким. Левитируя Волдеморта к месту перед камином, Гарри услышал шипение. Оставив Тёмного Лорда, который с глухим звуком стукнулся об пол, он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть огромную змею, выползающую из стены. Узнав её, Гарри швырнулся Режущим проклятьем, но промахнулся. Перевернув кресло, чтобы оно находилось между ним и змеёй, он попытался снова. Змея отскочила назад и избежала проклятья. Гарри выругался. Решив, что нужно что-то более размашистое, он с рубящим движением палочкой произнёс: «Сектумсемпра». Разрез длиной три фута прошёл через пол, самым краем достав змеиную шею. Голова упала на пол и змея больше не шевелилась. Едва не задыхаясь от волнения, Гарри стоял, осматривая свою добычу. Похоже, она достигала целых двенадцати футов в длину. Что ж, в будущем будет одной проблемой меньше, крестраж в Нагини он уничтожил. Гарри отлевитировал змею вместе с головой, уложив её на грудь Волдеморта. Затем уложил Снейпа поверх этой кучи, и связал всех вместе. Он уже собрался отправляться, и вдруг постучали в дверь. Юноша проклял своё невезение, и убедился, что мантия всё время была на нём. Затем он наложил дезиллюминационное заклятие на кучу тел у камина, и снял с двери заглушающие чары, подойдя к ней так, чтобы оставаться за ней при открытии. Пытаясь максимально правдоподобно изобразить голос Тёмного Лорда, Гарри прошипел: «Входите». Открылась дверь и внутрь зашла Беллатриса Лестрейндж. Он никак не мог решить, нужно ему радоваться или проклинать всё на свете, увидев здесь одну из самых сильных Пожирательниц. Стоило ей пройти мимо него, как Гарри просто пустил ей в спину Оглушающее, и та упала на пол. Он вновь ничуть не беспокоился о том, что напал со спины, учитывая то, сколько зла принесла Беллатриса, а его внутренний слизеринец сказал ему, что это был крайне выгодный поступок. Быстро закрыв за ней дверь, Гарри на всякий случай послал в Лестрейндж ещё одно оглушающее, отправив её в ту же кучу тел и привязав к остальным. Он надеялся, что портключ сумеет переправить четверых людей и змею. Решив подарить Пожирателям ещё один подарок, помимо похищения их господина, он шёпотом наколдовал несколько огненных шаров, запустив их в разные углы комнаты. Ухватившись рукой за верёвки и удерживая в ней портключ, Гарри прикоснулся палочкой к маленькой бутылочке и исчез. Несколько секунд спустя его радостному взору предстали ворота Хогвартса, ещё заметные в сумраке, так же как и куча тел перед ним. Использовав слабые рассекающие чары, Гарри разрезал верёвки, а затем аппарировал с каждым из своих пленников на побережье, куда Дамблдор брал его неделю назад. К тому времени, когда он переправил туда последнего, то очень устал, как физически, так и магически. К счастью, всё, что ему оставалось сделать — это использовать несколько заклинаний левитации. В короткий срок он доставил их всех в пещеру, использовав кровь Беллы, чтобы открыть проход в скале. Волдеморта, тушу змеи и Снейпа он повёз на островок в центре подземного озера, после того, как убедился, что отобрал у них все вещи. Он даже уничтожил их одежду, оставив лишь нижнее бельё. Их палочки отправились к нему в карман. К его приятному удивлению, палочка Тома подчинялась ему так же хорошо, как и его собственная. Вернувшись на берег озера, Гарри обыскал Беллу и, к своей радости, нашёл её волшебную палочку и ключ от хранилища. Что означало, что ему не нужно её контролировать, чтобы найти там спрятанный крестраж. С этим ключом, как глава Блэков, он сможет войти в её хранилище и забрать его оттуда. Играя одновременно роль судьи, адвоката и палача, Гарри запустил Беллу над озером, и она упала в него в тридцати футах от берега. Реакция инферналов была незамедлительной. Он сомневался, что она могла очнуться после оглушения, так что казнь вышла куда более гуманной, чем та заслуживала. Покинув пещеру, Гарри нацарапал вокруг входа в неё четыре маленьких руны. В центре он добавил подзаряжающую руну для подпитки наколдованного следом Фиделиуса, скрывшего вход пещеру. Связав Фиделиус с рунами, Гарри сделал Хранителем самого себя. Поскольку пришлось закрыть небольшую область, то это не потребовало много сил. Теперь для всех это место выглядело как сплошная каменная стена. Он был очень рад, что когда-то нашёл время для того, чтобы научиться этому при помощи Флитвика. Удовлетворённый тем, что позаботился о Волдеморте до поры до времени, Гарри аппарировал назад к воротам школы. В состоянии крайней усталости он добрался до кухни, где его тут же нашёл Добби. — Гарри Поттер, сэр. Добби может чем-то Вам помочь? Еды? Или Вам нужно присесть? — Да, Добби, мне и правда нужна кое-какая помощь, — хрипло сказал Гарри, от истощения прислонившись к стене. — Мне нужна лёгкая закуска, чтобы поесть на ходу, и очень нужно, чтобы ты доставил сообщение Дафне. Ты сможешь это сделать, пожалуйста? — Очень просто, Гарри Поттер. Ждите здесь. — Добби развернулся и схватил тарелку. Он несколько раз щёлкнул пальцами, и на тарелку через кухню полетела еда. Когда он обернулся менее чем десять секунд спустя, на тарелке лежал полностью готовый сендвич. — Сендвич с ветчиной, Гарри Поттер, сэр? — Спасибо, Добби, ты отличный эльф. — Гарри ухватил сендвич и вгрызся в него — он был очень вкусный. — Ты молодец, Добби. — Эльф засиял и слегка затрясся от счастья. — Ещё одна просьба. Ты не мог бы найти Дафну и тихо сказать ей, чтобы больше никто не услышал, что я сейчас там, где мы ужинаем, и мне нужно, чтобы она пришла по срочному делу. Я знаю, что уже наступил комендантский час, но сегодня вечером мне нужна её помощь. — Да, сэр, Добби передаст сообщение Гарри Поттера. — С хлопком эльф исчез. Гарри набросил на себя Мантию-Невидимку и трудом поплёлся на седьмой этаж, по пути доедая сендвич. На своём пути он видел лишь одного студента, торопившегося обратно в спальни, но Мантия Гарри скрыла его. На седьмом этаже он стал думать о полностью обставленном месте, где он мог бы поспать и принять ванную. Гриффиндорец только открыл дверь, как услышал топот бегущих по коридору ног. Обернувшись, он увидел, как в его сторону бежит Дафна, а её мантия развевается у неё за спиной. — Гарри? Это ты? — позвала она. Он сбросил с себя капюшон. — Даф, я так рад тебя видеть… заходи, — сказал он ей с облегчением и изнеможением в голосе. Она помогла ему зайти внутрь и закрыла дверь. — Что случилось? Ты выглядишь… изнеможенным. Прости, но ты и правда едва стоишь на ногах. — Это на самом деле так. Ты не поможешь мне избавиться от одежды? Мне нужно быстро принять душ, прежде чем я рухну от усталости. На её лице появилась озорная улыбка. — Мысль мне нравится, но готовы ли мы с тобой к этому? — Нет. — Он слишком устал, чтобы дразнить её в ответ. — Мне только нужна помощь, чтобы отправиться в душ, а затем понадобится кто-то, кто будет держать меня и говорить, что всё будет хорошо. — Он попытался снять с себя мантию, но не смог даже поднять руки. Дафна быстро начала помогать ему, пока он не остался в одних боксерах. Заметив на кровати шёлковую пижаму, Гарри схватил её и отправился в ванную. — Я вернусь через несколько минут. Ты можешь переодеться здесь. Дафна увидела на кровати ещё одну пижаму. Решив сейчас согласиться со всем, она быстро сняла с себя всю одежду, оставшись в одних панталонах, и надела поверх шёлковую пижаму. Ей пришлось признать, что пижама очень приятная на ощупь, практически как та, которую она обычно носит. Она услышала, как перестала течь вода, и несколько минут спустя из ванной вышел Гарри, который протащился через комнату и заполз в постель, после чего положил свою палочку и очки на изголовье кровати. — А теперь, Гарри, расскажи мне, что случилось, — стала уговаривать его Дафна, прижавшись к нему под одеялом. Лёжа на боку, девушка внимательно смотрела на него. — Я очень устал, Даф. Я не уверен, приходилось ли мне когда-то колдовать больше за один вечер. — О? Что же произошло, что тебе пришлось так потрудиться? — Множество аппараций, включая три двойных на большую дистанцию. Даф, клянусь Мерлином, это было ужасно. По меньшей мере трижды мне пришлось наложить Империус. Я был очень близок к цели и должен был всё закончить. — Он всхлипнул. — И мне пришлось убивать сегодня вечером, наверное, троих человек, прежде чем всё закончилось. — Не в силах сдерживать эмоции и продолжать разговор, Гарри разрыдался. Дафна опустила взгляд и увидела, как по его щеке бегут слёзы. — Шшш, всё, всё, Гарри, — проворковала она. Дафна притянула его к себе, так что его голова лежала на её плече. — Обними меня за талию и держись за меня. — Как ни странно, он сделал это без колебаний. Дафна услышала, как он начал рыдать. — Ты сделал то, что должен был, Гарри, всё будет хорошо. Я с тобой, Гарри, я присмотрю за тобой, пока ты будешь спать. Просто засыпай тут, у меня на руках. Со мной ты будешь в безопасности. Она подозревала, что сейчас Гарри испытывал муки совести, так что крепко обняла его и сделала всё, чтобы успокоить его. Её пальцы мягко скользили по его волосам и гладили по плечу. — Ты всё сделал правильно, Гарри. Я тебя люблю, — мурлыкала она ему снова и снова. Это заняло какое-то время, но в конце концов его рыдания затихли, и Гарри медленно и неглубоко задышал. Дафна поцеловала его в лоб. Дафна обдумывала то немногое, что он рассказал ей. Всё звучало так, как будто он осуществил пророчество. Если это так, то, к её счастью, всё уже позади и наконец-то она могла бы зажить нормальной жизнью. Он никогда не будет полностью нормальным — он просто не сможет, он же Гарри Поттер. Мысленно улыбнувшись, Дафна стала обдумывать мысль — может, стоит как-нибудь потом подговорить его стать Министром Магии? Не было никакой причины, по которой он не смог бы это сделать, возможно, после успешной квиддичной карьеры. Да, они определённо должны обсудить своё будущее этим летом. Учитывая состояние Поттеров и половину состояния Гринграссов, которое она унаследует от родителей, они смогли бы вести достаточно комфортную жизнь, даже не задумываясь о работе, если бы захотели. Эта мысль на мгновение шокировала её. Она что, на самом деле думала о замужестве за Гарри Поттером — гриффиндорским Золотым Мальчиком? Дафна мысленно усмехнулась. Честно обдумав этот вопрос, она поняла, что будет счастлива вместе с Гарри. Им ещё было что обсудить, прежде чем можно будет говорить о свадьбе, но всё то время, которое они провели за разговорами, давало им достаточно прочную основу для будущего. Прижав Гарри чуть сильнее к себе, она закрыла глаза и мысленно пожелала, чтобы свет погас. В темноте девушка мечтала о том, какой могла бы быть её жизнь с Гарри. Они вдвоём могли бы стать мощной силой… Следующим утром, а точнее, ближе к полудню, Гарри, наконец, проснулся. Открыв глаза при приглушённом свете, он думал о том, как ему комфортно, как тепло, как хорошо пахнет воздух — прямо как Дафна. А затем он увидел перед своим лицом шёлковый холм, на котором лежала его рука. К его огромному ужасу, холм оказался живым и медленно поднимался и опускался. Поняв, что происходит, и надеясь, что девушка ещё спит, он медленно сдвинул руку вниз, так что теперь она лежала на более безопасном месте — её животе. — Что-то не так, Гарри? — послышался мягкий голос над его головой. — Тебе не нравится держать меня там? Ты знаешь, как много парней хотели бы сделать то, от чего ты сейчас отказался? Покраснев до корней волос, он медленно поднял голову и увидел озорную ухмылку на лице своей девушки. — Мне… ммм… мне это нравится, Даф; но я подумал, что первый раз должен быть более, ну ты знаешь, особенным. Она хихикнула. — Тот первый раз будет особенным, Гарри, но этот первый раз слегка особенный по своему. Это была первая ночь, когда мы с тобой спали вместе, и мне очень понравилось. А как насчёт тебя? В его силах было только кивнуть — парень не верил, что сможет ответить нормальным голосом, пока в его голове бродили мысли о словах «спать вместе» — Я рада, — сказал она. — И всё же, расскажи мне про вчерашний вечер. Из твоих комментариев я сделала вывод, что у тебя всё получилось. Это так? — Да. Риддл спит мёртвым сном в весьма защищённом месте под чарами Фиделиуса. Я также знаю, где находятся все крестражи, по крайней мере, где именно он их спрятал, и как обойти все ловушки, которые он там оставил. Так что теперь нужно лишь позаботиться о них всех, а затем уже делать что-то с самим Волдемортом. Пожалуй, легче всего будет поступить с ним так же, как с Беллой. — Он обхватил себя за голову, вспомнив о том, что он сделал с ней. Злая и безумная ведьма заслуживала гораздо худшей судьбы, но он всё ещё испытывал муки совести от того, что убил её. — Хорошо, мы знаем, что у рассказа есть счастливый конец. А теперь расскажи мне всё целиком, Гарри, — попросила она. Он рассказал Дафне всё, случившееся накануне, и как он себя чувствовал из-за этого. Он так же сказал ей, что теперь немного лучше понимает Дамблдора, поскольку ему пришлось делать то, что ему не нравится, «ради общего блага». Дафна продолжала крепко обнимать его. — Гарри, всё будет хорошо, поверь мне. Я знаю, тебе пришлось совершить поступки, которые тебе не по душе, но они принесли пользу обществу. Ты избавил мир от нескольких убийц и террористов, и спас много жизней. Что более важно, никто кроме них при этом не пострадал, невиновные были в безопасности. Вот почему тебе не нравится то, что делал Дамблдор, не так ли? Он вершил своё «общее благо», причиняя боль другим, вспомнить хоть твоё несчастное детство. Он всхлипнул. — Думаю, ты права. Она усмехнулась. — Ты знаешь, что я права, Гарри. Позволь своему слизеринцу немного подумать над этим, и ты увидишь, что согласен со мной. — Дафна крепко сжала его на несколько секунд. — Ты знаешь, готова поспорить, ты даже не догадываешься о том, что совершил огромное благо. — Что? — с любопытством спросил он. — Просто подумай о том, насколько лучше будет школа без Снейпа, — сказала ему девушка с едва заметной улыбкой. — На все должности, где требуется знание Зелий, в следующие несколько лет будет намного больше кандидатов. Гарри не мог не согласиться с этим и улыбнулся ей в ответ, а затем начал смеяться. Как оказалось, ему это было очень нужно. Затем он потянулся и мягко поцеловал её. — Я пока не уверен в этом полностью, но спасибо тебе, что помогла мне понять, что так должно было случиться. Думаю, когда-нибудь я в это полностью поверю. — Разумеется, Гарри. Я сделаю для этого всё, что в моих силах, — с жаром пообещала она. — А знаешь, это всё означает кое-что ещё, — сказал он девушке, выжидательно глядя на неё. Гарри ожидал её реакции, но она лишь покачала головой, не сумев догадаться. — Это значит, что нам с тобой больше не нужно скрываться. — Мне нравится ход твоих мыслей, — сказала ему Дафна с огромной улыбкой. — Но я всё ещё думаю, что нам стоит подождать до конца лета, прежде чем объявить об этом. — Почему? — надулся Гарри. — С Волдемортом покончено… — Верно, но ещё остались его Пожиратели. Давай разберёмся с ними и отыщем крестражи. Если у тебя есть на примете аврор, которому ты мог бы доверить свою жизнь, возможно, мы могли бы дать список Пожирателей ему. Ну или… — она замолчала, задумавшись о чём-то. — Или что? — он задавался вопросом, о чём так задумался её слизеринский разум. — Или мы могли бы решить эту проблему самостоятельно. Если твоя цель — убедиться, что Пожирателей Смерти больше нет, то нам нужно заманить их в достаточно опасное место, а затем позаботиться о том, чтобы они больше никогда никого не беспокоили, и чтобы у них не было снова способа ускользнуть, сославшись на то, что они были под Империусом. — Судя по её лицу, она снова над чем-то задумалась. — Это также означает, что нам нужно будет избавиться от свёкра моей сестры, но я не думаю, что её это слишком расстроит. Её мужа — может быть, но мне, в общем-то, всё равно. — Как Дафна рассказывала ему раньше, её старшая сестра вышла замуж за старшего брата Тео Нотта, пытаясь защитить семью, делая вид, что они симпатизируют Тёмному Лорду. Насколько ей было известно, её шурин не был Пожирателем Смерти, хотя и симпатизировал политическим идеям Тёмного Лорда. — Интересная идея. Я подумаю над этим. — Гарри посмотрел на неё. — Раз уж ты рассказала обо всём Трейси, могу я открыть всё своим друзьям в последний учебный день? Я бы хотел, чтобы они провели лето, привыкая к тому, что мы с тобой встречаемся. — Ты думаешь, это будет так трудно для них? Гарри кивнул. — Да, по крайней мере для Рона. Он терпеть не может слизеринцев просто потому, что они слизеринцы. Гермиона будет удивлена, но она, скорее всего, привыкнет к этому достаточно быстро. Так же, как и Невилл, я полагаю. Джинни отнесётся к этому крайне настороженно, но всё же примет всё это. А Луна вообще ни о чём не беспокоится. — Кажется, у меня есть идея, как это можно им сказать, но мне нужно обдумать её и проработать детали. — Хорошо, — согласился он. — Пожалуй, нам уже лучше вставать. Сегодня вроде суббота, но время уже приближается к полудню. А ещё у нас послезавтра начинаются экзамены, и мне нужно к ним готовиться, — авторитетно сказала Дафна. — Ты сейчас очень похожа на Гермиону, — зевнув, ответил ей Гарри и скатился с кровати. — Эй, посмотри, это моя одежда — чистая и аккуратно сложенная. — Наверное, об этом позаботился Добби, — отметила она, поднимаясь и хватая свою одежду, также чистую и уложенную. — Я буду в ванной. Теперь твоя очередь здесь переодеваться. Десять минут спустя они расстались, направившись каждый в сторону своей спальни. Гарри вошёл в гриффиндорскую гостиную в тот самый момент, когда его друзья собирались уходить. — Вот ты где, друг! Где ты пропадал? Было трудно сказать, чего было больше в голосе Рона — раздражения или гнева. Но было совершенно ясно, что Гермиона очень зла. — Гарри Джеймс Поттер! Где ты был? Ты знаешь, как мы беспокоились за тебя? Тебя не было в постели, ты не оставил никакой записки, ты никому не сказал, где ты будешь, ты… — Гермиона! — крикнул он, тем самым заставив её замолчать. Оглянувшись вокруг, он увидел, что Джинни свирепо смотрит на него, а Невилл изумлённо ухмыляется и наслаждается происходящим, "возможно, потому, что это не на него сейчас наорали", подумал Гарри. Он отвёл их всех в угол, оградив заклинаниями от любопытных глаз и ушей. — Это одна из тех секретных вещей. Но могу сказать вам, что был на одном задании… — Гарри! Ты не должен так делать! Профессор Дамблдор всё ещё в госпитале! Да ты знаешь… — Гермиона! — Она снова замолчала. — Если ты не перестанешь так себя вести, я больше ничего не скажу. — Она явно обиделась, но перестала перебивать его, по крайне мере сейчас. — Я не могу рассказать много, но если вкратце — то основываясь на достоверной информации, мне удалось получить ещё один предмет из тех, что я искал. Это всё, что я могу рассказать сейчас, но, скорее всего, я смогу поделиться деталями чуть позже этим летом. — Почему именно летом, Гарри? — спросил Невилл. — Потому что, как мне кажется, мы достигнем очень важного момента в войне, когда уже не будет важно, что некоторые секреты перестанут быть таковыми. А пока что, извините, но мне приходится очень осторожно общаться с людьми, — сказал Гарри, пожимая плечами. — При условии, что ты не попытаешься сбежать и сделать всё в одиночку, — сказала Гермиона, по сути, обвинив его именно в этом. Гарри уже почти сказал ей, что у него есть помощник, но в последнюю секунду понял, что это было бы самым худшим, что можно было сказать Гермионе, и она почувствовала бы себя совсем ненужной. — Так, а как насчёт того, чтобы забыть пока про войну и пойти пообедать? — предложил он. — Как по мне, звучит здорово! — сказав это, Рон направился к Большому Залу впереди всей группы. Гарри обратил внимание, что Джинни внимательно присматривается к нему, как будто пытаясь в чём-то разобраться. Пожалуй, ему стоит быть осторожным с ней. Он подозревал, что это девушка намного умнее, чем казалось на первый взгляд, во всяком случае, такое впечатление у него сложилось по тем немногим разговорам, что были у них в этом году. Гермиона также критически изучала его, но Гарри отмахнулся от этого и направился дальше рядом с Роном. Когда в понедельник начались экзамены, шумные пересуды на одну тему заполнили школу. Реакции людей в основном выражались в счастье, оскорблениях или тревоге. Профессор Северус Снейп отсутствовал и, похоже, никто не имел ни малейшего представления, где он находится; а те двое, кто знал об этом, хранили полное молчание. Большая часть школы, включая некоторых учителей, была рада, что он исчез. Как-никак, он всё же был самым ненавидимым преподавателем за всю историю Хогвартса. Некоторые слизеринцы начали распространять теории заговора о том, что их профессор, скорее всего, был насильно схвачен кем-то, вероятно, Министерством. Хотя они и не догадывались об этом, но были очень близки к истине, хотя и ошибаясь с личностью похитителя, так что эта теория получила широкое хождение. Большинство слизеринцев вели себя так, словно им всё равно, что сталось с их деканом, хотя, если уж говорить начистоту, они тоже радовались тому, что он пропал. Некоторые из учителей были обеспокоены тем, что случилось с их коллегой. В основном их беспокоило то, что если что-то могло случиться с Северусом, то позже то же самое могло произойти и с ними. В меньшей степени их беспокойство вызывало то, что им придётся выполнять его обязанности, замещая зельевара на уроках и экзаменах. И лишь один из них беспокоился о безопасности и здравомыслии пропавшего. Он сделал запрос своему заместителю, который и доставил ему студента. В сопровождении профессора Макгонагалл Гарри прибыл в больничное крыло, и затем подошёл к скрытой ото всех кровати. На ней лежал мужчина с почерневшей рукой, выглядевший крайне болезненно. Вспомнив об окклюменции, Гарри немедленно воздвиг защиту в своём разуме — с директором это уже стало привычкой. — Вы хотели видеть меня, сэр? — Да, Гарри. — Голос директора звучал очень старо и устало. — Во-первых, я должен поблагодарить тебя за то, что вытащил меня оттуда. Я уверен, что если бы не твои действия, я бы тогда не выжил. — Рад был помочь Вам, сэр, — серьёзно сказал Гарри. — В некотором роде я всё ещё сожалею, что повиновался Вам тогда, но надеюсь, что всё закончится хорошо. — Я понимаю, мой дорогой мальчик. Ты забрал там то, зачем мы приходили? Гарри мрачно улыбнулся. — Да, но это была фальшивка. Кто-то с инициалами Р.А.Б. опередил нас. — Он взглянул на Макгонагалл, и заметил, что она пребывает в недоумении. Что ж, решил он, это, в конце концов, проблемы директора. Дамблдор кивнул. — Ясно. Мне нужно будет подумать над этим. Гарри ничего не ответил. После того, как он допросил Волдеморта, он знал, что речь идёт о брате Сириуса. Он надеялся, что крестраж всё ещё в доме Блэков и им владеет Кричер. Если же нет, то он прикажет Кричеру найти его. — Разумеется, тебе нужно будет продолжать искать его, Гарри, — сказал Дамлбдор, — как и оставшиеся из них, — мягко добавил он.  — Разумеется. сэр. — Гарри не видел необходимости говорить о том, что он знает о местонахождении крестражей, особенно пока здесь находилась Макгонагалл и странно на него смотрела. — И вот что, Гарри, как я понял, профессор Снейп исчез в субботу вечером, направляясь на своё задание. Также мне известно, что тем вечером тебя не было на ужине. Ты не знаешь, что могло с ним случиться? Гарри не чувствовал попыток вторжения, но видел, что директор внимательно на него смотрит. — Если вы спрашиваете меня о видениях, то могу сказать Вам, что ничего подобного в субботу не было. Но шрам очень беспокоил меня вечером, так что я пропустил ужин. Так обычно бывает, когда Волдеморт чем-то огорчён, так что, возможно, это и могло быть причиной чего-то случившегося со Снейпом, когда он отсутствовал по этим делам. — Гарри был горд тем, как спокойно и уверенно ему удалось сказать всё это, но он был крайне осторожен, сохраняя прежнее выражение лица. — Возможно. Думаю, в будущем нам стоит быть внимательнее. Если ты что-то узнаешь — дай мне знать, пожалуйста. — Как пожелаете, сэр. — Гарри повернулся к своему декану. — Профессор, если Снейп не вернётся к среде, могу я сдавать экзамены по Защите вместе со всем классом? — Можете, мистер Поттер, — сказала она ему. — Если же он вернётся, я приму их у Вас тем же вечером. — Спасибо, профессор. Если от меня больше ничего не нужно, то я поспешу — у меня скоро экзамен по Чарам. — Макгонагалл отпустила его. Гарри повернулся и вышел, улыбнувшись лишь после того, как он покинул больничное крыло. Из всех его друзей лишь Гермиона была хоть немного обеспокоена отсутствием Снейпа, но и она не слишком расстраивалась, поскольку не считала его достаточно хорошим преподавателем. Рон же пребывал в восторге, поскольку, как он заявил, «один мёртвый слизеринец — хорошее начало.» Гарри лишь покачал головой, услышав такую позицию своего друга. В последний учебный день Гарри проснулся рано. Он уже собрал свои вещи и был готов к отъезду, хотя и не собирался мчаться на поезде обратно в Лондон. Макгонагалл передала ему записку, в которой было сказано, что его родственники прибудут на станцию, как обычно, чтобы забрать его, записку, которую он убрал в карман без всяких возражений или комментариев. Гарри мысленно смеялся при мысли о том, как Дурсли будут торчать на станции, на которой он даже не собирается появляться. Он больше никогда не вернётся к ним. И неважно, что на этот счёт думают Дамблдор или Макгонагалл. Помимо того факта, что Волдеморт больше не представлял проблемы, как оказалось, то же относилось и к некоторым Пожирателям. Прошло больше недели, прежде чем эти новости утекли наружу, но в конце концов в «Ежедневном Пророке» появилась статья о том, что сгорел фамильный менор Малфоев и почти половина дома оказалась разрушена. И что ещё хуже для них, когда на место с целью погасить огонь прибыли министерские работники, то обнаружили там нескольких сбежавших Пожирателей, включая обоих братьев Лестрейндж. Они были практически при смерти от отравления дымом, будучи не в состоянии сами покинуть зону пожара из-за алкогольного опьянения. Теперь, поскольку их вернули в Азкабан, раздавались призывы применить к ним Поцелуй Дементора, чтобы они не могли сбежать снова. В связи с этими обстоятельствами Люциус и Нарцисса Малфои оба оказались под арестом, и в их отношении началось расследование. Гарри хотел знать, что может случиться с Малфоями, раз все трое попали в Азкабан, что показалось ему весьма забавным. Гарри был очень счастлив, что Драко Малфоя больше нет в школе, так что они с Дафной смогут спокойно заявить о своих отношениях. Бывший шестикурсник был приговорён к тринадцати годам заключения, но Гарри сомневался, что дементоры позволят ему выйти из него живым и здоровым. Дважды проверив, что он упаковал всё, кроме Мантии-Невидимки, Карты, и своей Молнии, Гарри уменьшил чемодан и спрятал его в карман. Взяв всё остальное в руки, он покинул спальню, пока его соседи всё ещё просыпались. Когда Рон двадцатью минутами позже спустился в гостиную, то увидел Гарри, стоящего посреди комнаты и огладывающегося по сторонам. — Гарри! Что случилось? Что ты тут делаешь в таком виде? — Просто смотрю и думаю, — ответил Гарри обычным голосом. — Ты когда-нибудь задумывался о том, как выглядят остальные гостиные? Рон усмехнулся. Ну, мы с тобой видели, что из себя представляет слизеринская. Она была достаточно уродливой. Гарри засмеялся. — Да уж… Мне всё равно, в какие цвета она окрашена, но я подозреваю, что и им будет всё равно, окажись они здесь. — Лучше им этого не делать! — Рон был непреклонен. — А почему нет? Ничего страшного же не случится. — Гарри замолчал, посмотрев на Рона. — Я бы также с удовольствие посмотрел на гостиные Равенкло и Хаффлпаффа. Думаю, в следующем году я так и сделаю, — очень глубокомысленно сказал он. — Ну ты и псих, — тихо прокомментировал Рон. — Скажи, а зачем ты взял с собой метлу? У нас сегодня нет времени, чтобы полетать. Гарри оглянулся, увидев Невилла спускавшегося по лестнице с мужской стороны, а также Гермиону и Джинни, выходивших с женской. Они все шли к нему и Рону. Он улыбнулся своим друзьям и подошёл к большому окну неподалёку. — Думаю, что я полечу домой, — спокойно сказал парень и открыл окно. — Что? — услышал он вопль, вылетевший из четырёх пар лёгких. Несколько человек. также находившихся в гостиной, посмотрели в их направлении, так что Гарри выхватил палочку и оградился от них заклинанием. Остальные гриффиндорцы, покачав головой, вышли через дыру в портрете на завтрак. — Я сказал, что собираюсь лететь домой, ну или туда, где я останусь на лето. — Гарри наблюдал за тем, как они отреагируют и не был разочарован. На какой-то миг образовался хаос, как он мысленно и предсказывал, и Гарри согласился с тем, что это забавно. Голос Гермионы перекрыл гам его друзей и вполне ожидаемо завопил. — Гарри Джеймс Поттер! Ты не можешь так поступить! Это небезопасно! Как ты думаешь, что скажет Дамблдор? К их всеобщему удивлению, Гарри рассмеялся. — Гермиона? Я люблю тебя за то, как логично ты смотришь на жизнь, но пожалуйста, ради всех нас, перестань вопить о вещах, о которых ты мало что знаешь. — Как только она собралась снова что-то сказать, Гарри подошёл к ней, и, положив один палец ей на губы, снова заставил её удивлённо замолчать. — Во-первых, — сказал им Гарри, — это моя жизнь, а не директорская. Он более чем достаточно указывал мне, как я должен жить, и я более не намерен позволять этому продолжаться. Мне, в целом, всё равно, что он подумает о том, как я провожу лето. Я собираюсь насладиться им, прежде чем вернуться сюда в сентябре, чтобы провести здесь самый лучший и последний год. И никто не заставит меня поступить иначе. Мне уже почти семнадцать, и официально это случится чуть больше, чем через месяц. — Но Гарри, — голос Рона звучал крайне сконфуженно, — ты никогда так не поступал раньше. — Ты абсолютно прав, Рон, и это преступно с моей стороны — упускать такую возможность, — сказал он с усмешкой. — Так что я собираюсь повеселиться по своему… — Но это небезопасно, Гарри, — возразила Гермиона. — Ты же знаешь, что профессор Дамблдор думает только о том, что будет лучше для тебя. — Гермиона? Дамблдор указывает твоей семье, как вам проводить лето? — Она отрицательно покачала головой. — И так же он не говорит этого прочим студентам, так что я не вижу причин, чтобы он управлял моей жизнью. — Но Гарри, — он обернулся к Рону, — Я думал, что нам троим есть чем заняться этим летом, ну, для войны, ты знаешь? — Выражение лица Рона, когда он пытался с недомолвками сказать то, о чём остальным знать не следует, было забавным. — Ты имеешь в виду нашу охоту за кое-чем? — спросил Гарри, получив в ответ кивок от Рона. — Больше не нужно из-за этого разрушать твоё лето, Рон. Мы с Дамблдором уже нашли половину из них и я знаю, где остальные, и как обойти ловушки возле них, так что я позабочусь об этом. Спешить некуда. — Он пожал плечами так, как будто в этом не было ничего особенного. — Гарри! — Гермиона обиделась, как маленький ребёнок. — Ты не можешь просто уйти и сделать это сам, мы нужны тебе. Это будет очень опасно — найти все эти вещи и уничтожить их. — О чём вы тут говорите? — задала вопрос Джинни. Невилл также смотрел на них с крайним любопытством. — Пытаясь достичь бессмертия, — объяснил Гарри, — Волдеморт создал несколько крестражей… — Гарри! Ты сказал, что это должно оставаться в тайне! — Расслабься, Гермиона. Я доверяю Джинни и Невиллу. — Он взглянул на них двоих. — Вы оба должны пообещать мне хранить молчание. — Они тут же кивнули, так что он обернулся к Гермионе. — В общем, объясни им всё в поезде, только не забудьте оградиться заклинаниями, чтобы вас не подслушали. Если всё пройдёт хорошо, я разберусь с ними к концу недели. — Но как, Гарри? Ты говорил, что они охраняются так, что там очень опасно. — Уставилась на него Гермиона. — Верно, — согласился Гарри, — но если знать Парселтанг и чего стоит ожидать там, то можно спокойно пройти. Так что теперь это только вопрос того, чтобы их уничтожить. Думаю, я смогу это сделать при помощи меча Гриффиндора, ну или Дамблдор разберётся с этим, когда пойдёт на поправку. Это и правда теперь не имеет значения, как и все прочие намерения и цели — пророчество теперь исполнено. — Что? — Они снова завопили, а Гарри лишь улыбнулся. — Гарри, объясни, — скомандовала ему Гермиона. — Гермиона, не сходи с ума понапрасну. — Девушка смутилась на секунду, затем снова посмотрев на Гарри с требовавшим объяснений взглядом. — Хорошо, вы все помните, что я исчез вечером и затем проспал половину дня перед экзаменами? — Все дружно кивнули. — Тем вечером я исполнил пророчество. В первой строке сказано: Грядёт тот, у кого будет сила победить Тёмного Лорда. Что значит — победить? Все посмотрели на Гермиону. — Это значит подавить, разгромить или преодолеть, — сказала она. — Так что я преодолел и подчинил его, — кратко подытожил Гарри. — Гарри, ты должен рассказать нам больше. Ты… ммм… убил его? — Гермиона выглядела так, как будто съела какую-то гадость. — Хм… не совсем… но достаточно близко к этому. Если вкратце, то когда Снейпа вызвали к Волдеморту, я отправился вместе с ним под мантией-невидимкой. Оказавшись на месте, я заставил Волдеморта рассказать о крестражах, а затем влил в него Напиток Живой Смерти, — все ахнули. — Затем я доставил его в очень защищённое место, единственный вход в которое скрыл под чарами Фиделиуса, являясь его хранителем, так что больше никто об этом не знает. Так что, видите, он больше не сможет что-либо сделать, а я достану все крестражи. — Гарри улыбался над своим рассказом, не объясняя, что всё это случилось благодаря помощи и плану Дафны. — То есть ты знаешь, где профессор Снейп, — воскликнула Гермиона. — Да. Он составил компанию Волдеморту. — Гермиона открыла рот, но Гарри опередил её. — И он останется там, где он сейчас находится. Если я решу простить его за всё то, что он сделал со мной за эти годы, то вытащу его оттуда. — Но Гарри, он же на нашей стороне. — И что? — с сарказмом ответил ей Рон. — Я согласен с Гарри. Пусть Снейп там и остаётся. Так будет лучше для всех нас. — С целью помешать Гермионе и дальше спорить, Рон быстро сменил тему. — Гарри, раз уж ты не собираешься отправляться к Дурслям, ты не хочешь приехать в Нору и пожить у нас? Гарри нашёл крайне любопытным, что Джинни, похоже, была очень заинтересована в его ответе, гораздо сильнее, чем все остальные. — Спасибо за приглашение, Рон, я наверняка ненадолго к вам приеду, но прямо сейчас я собираюсь провести как можно больше времени со своей девушкой. — Их реакцией на это откровение он также не был разочарован. — Ты что? — похоже, они снова сказали это вместе. — Собираюсь провести время со своей девушкой, которая очень много для меня значит, мне нравится целоваться с ней, часами смотреть на её красоту, наслаждаться нашим общением, я и убеждён, что она бы великолепно смотрелась на пляже в бикини… — Он почувствовал слабый удар в бок, но проигнорировал его. — Гарри! — на этот раз его прервала Джинни. — Кто? — спросила она, когда он посмотрел на неё. — Что ж, я большую часть семестра встречаюсь с Дафной Гринграсс… — Что? Слизеринка? Ты совсем из ума вышел? — судя по тому, как покраснело лицо Рона, его вот-вот хватит удар. — Ты не можешь встречаться со слизеринкой, Гарри. Ты гриффиндорец. — То, насколько шокирована была Гермиона, показывало хотя бы то, что она не сделала Рону замечание по поводу его манеры выражаться. Гарри кратко покачал головой, прежде чем продолжить. — Рон. Ты мой лучший друг. И как твой лучший друг, я должен сказать тебе, что тебе пора повзрослеть. Перестань мыслить ярлыками и шаблонами, и раскладывать всех людей по ящикам, как это делает Малфой. Подтекст не прошёл мимо Рона. — Я НЕ такой, как Малфой! Гарри обрадовало, что его друг не упустил главную мысль. — Я не спорю с тем, что ты очень хороший человек, и не проклинаешь людей со спины, не называешь магглорожденных „грязнокровками“, не ходишь с напыщенным видом. Но, если не учитывать эти моменты, ты думаешь в точности как он, Рон. — Рон стоял, широко разинув рот, не в силах поверить в сказанное Гарри и медленно краснея всё сильнее от гнева. Гарри заметил, что Джинни, похоже, тоже не понравилось то, что он сказал про Рона. — Рон, ты лепишь ярлыки на людей и затем рассуждаешь о том, как они должны и не должны вести себя, и как относиться к ним, базируясь на этих ярлыках. Ты только что заявил самый очевидный пример: „все слизеринцы — плохие“. — Ну так они такие и есть, — стоял на своём Рон. — Нет, это не так. Взгляни на профессора Слагхорна. Мне не нравится его „Клуб Слизней“, но он не плохой человек, он судит о нас по тому, как мы ведём себя на его уроках. Аврор Грюм также слизеринец — ты знал об этом? — Нет, — теперь Рон уже не выглядел таким уверенным. — Профессор Вектор, которая здесь преподаёт, и часть людей в особой организации Дамблдора тоже слизеринцы. И ты должен помнить, что не все гриффиндорцы такие уж хорошие. Имя Питера Петигрю значит что-то для тебя? Для меня — да. — Гарри смотрел на своего друга. — Но я не такой, как Малфой! — лицо Рона всё ещё было красным. — Ты так же пристрастен, как и он, хоть и в противоположную сторону. На самом деле, если я использую твои аргументы и поменяю Гриффиндор со Слизерином, а Гермиону с Дафной, и добавлю к этому парочку оскорблений, это будет звучать точно так, словно это говорит Малфой. — Гарри увидел, как Гермиона едва заметно кивнула в знак согласия. — Если бы ты не был предвзятым в своих убеждениях, тебя бы не беспокоило так сильно то, что я встречаюсь со слизеринкой, вместо этого ты бы радовался за меня. — Ты сошёл с ума, — пробурчал Рон. — Ты ненавидишь слизеринцев так же, как Малфой ненавидит гриффиндорцев. Успокойся и обдумай это позже. Можешь попросить Гермиону всё тебе объяснить. Я могу сказать, что она понимает, о чём идёт речь. — Гермиона свирепо посмотрела на него, очевидно, не желая сейчас вставать между ними в этом споре. — И Рон, это в точности то, о чём Распределяющая Шляпа поёт каждый год. Вот почему в школе нет единства. Практически все навешивают друг на друга ярлыки. Вот почему так много людей думают, что я чудовище, когда случается что-то плохое, даже не имея никаких доказательств. Они слышат слухи и верят худшим из них. Поэтому они повесили на меня такой ярлык и у них теперь есть кого обвинять. Они определили меня в категорию людей, которой я не принадлежу. — Гарри покачал головой над этой несправедливостью. — Как же хорошо, что это всё осталось терпеть лишь год. Полагаю, мне пора отправляться и наслаждаться летом. — Подожди, Гарри, — позвал его Рон. — Есть и ещё одна причина, по которой ты не можешь встречаться с Гринграсс, гораздо более важная. — Да? — с ухмылкой спросил Гарри. Уже неплохо, подумал он, учитывая, как внезапно занервничал Рон. — Да, ты не можешь встречаться с ней, ну, потому что ты должен быть с Джинни. Гарри шокированно уставился на него, задумавшись, как это могло прийти в его голову. — Рон! — завопила Джинни. — Джинни, я знаю, что ты хочешь его, — объяснил её брат. — Как-то так это и должно работать. — Джинни сильно покраснела, трудно было понять, то ли от смущения, то ли от гнева. Может быть, по обеим причинам сразу. Гарри качнул головой — ситуация была очень забавной. — Что ж, Рон, это не работает таким образом. — Улыбнувшись, он повернулся к Джинни. — Джинни, ты очень хороший человек, и мне приятно было общаться с тобой в этом году и узнавать, какая ты есть. Я счастлив назвать тебя своим другом. Если бы всё сложилось по-другому, может, из этого что-то и вышло бы. Но ты смотрела только на Дина, когда я был свободен, а я смотрел только на Дафну, когда стала свободна ты. — Он пожал плечами. — Если когда-нибудь Дафна решит, что она меня не любит, возможно, у тебя и будет шанс, но не стоит ждать этого. Наслаждайся своей жизнью, и если тебе попадётся хороший парень — встречайся с ним. Ты хороший человек, и мне бы не хотелось видеть, как ты ждёшь того, что может никогда не случиться. Джинни, похоже, была всё ещё немного смущена и разозлена, но она медленно кивнула ему. Возможно, она всё же пережила всё это, как Гермиона говорила ему год назад в Хогсмиде. — Спасибо, Гарри. Мне было правда приятно узнавать, какой ты на самом деле. — Джинни ненадолго замолчала и сглотнула, словно вытаскивая наружу остатки своей храбрости. — И Гарри, если Дафна решит бросить тебя, пожалуйста, дай мне знать. Мы сможем обсудить это. Думаю, я достаточно повзрослела, чтобы знать, что это может как сработать, так и нет. После этих её слов Гарри почувствовал себя гораздо лучше и благодарно кивнул ей. — Но я всего лишь пытался сделать так, чтобы вы двое были вместе, — пожаловался Рон, всё ещё не желая сдаваться, хотя его голос и цвет лица начали возвращаться к нормальному состоянию. Джинни удивлённо уставилась на своего брата, тогда как Гарри рассмеялся. — Хорошооо, — протянул он. — Извини, Рон, но для меня это выглядело совсем не так. На самом деле, ты так хорошо играл роль защищающего её старшего брата, что я думал, что ты не хочешь, чтобы с ней вообще хоть кто-то встречался. — Джинни свирепо посмотрела на Рона, который с самым внимательным видом изучал свои ботинки. Гарри хотелось бы знать, насколько бурным будет последующий разговор брата и сестры. — Гарри? — Он взглянул на Гермиону, мягко позвавшую его по имени. — Куда ты отправляешься этим летом? Он улыбнулся. — Я сам ещё точно не знаю. Но мне нужно будет встретиться с родителями Дафны и попросить их разрешения, прежде чем я… — Ты что? — Рон завопил так, что его лицо снова побагровело. Гарри закатил глаза. — Рон, прошу тебя, перестань так остро на всё реагировать. Рон, казалось, готов был забрызгать всё слюной. — Но… но… ты собираешься жениться на ней, провстречавшись лишь несколько месяцев? Что она сделала, напоила тебя любовным зельем? Гарри захотелось найти большую дубину и посмотреть, сможет ли он с её помощью вбить в Рона хоть немного чувства такта. — О чём ты вообще говоришь? Мы ни разу не затрагивали этот вопрос, во всяком случае, я такого не припоминаю. — Но ты сказал, что собираешься спросить разрешения у её родителей, — возразил Рон. — Да, — подтвердил Гарри. — Я хочу взять её с собой в летнее путешествие и подумал, что спросить её родителей, может ли она поехать со мной, будет хорошей идеей. — Ой, прости, — неубедительно извинился Рон. Гарри покачал головой, прежде чем повернуться к другому человеку, который был его другом все эти долгие годы. — Как бы то ни было, Гермиона, ты ведь рассказывала мне о куче интересных мест, где побывала за время своих путешествий, так что я подумываю посетить какие-то из них, найти где-нибудь хороший пляж, найти… я даже не знаю, просто приятное место, куда можно пойти и расслабиться. Ты знаешь, забыть о всех тех глупостях, с которыми мне пришлось иметь здесь дело. — Он едва не взглянул на Рона, произнося последнюю фразу, но сумел сдержать себя. — Я всё ещё не могу поверить, что ты встречаешься со слизеринкой, — пробурчал Рон и получил суровый взгляд от Гарри. — Рон, какой же ты идиот, — тихо прокомментировал Невилл. Рон уставился на Невилла, в то время как Гарри радостно усмехнулся — в спор вступил его молчаливый друг. — Рон, ты что, совсем забыл с кем ты разговариваешь? — спросил Невилл. — Он не только твой лучший друг, которого ты должен бы поддерживать, это же Гарри Чёртов Поттер, недавний Победитель некоего Тёмного Лорда и насмешливого Снейпа. Как много людей ты знаешь, которые были бы достаточно сильными волшебниками, чтобы сделать это? И ты ещё недоволен его выбором девушки? Он мог бы выбрать практически любую девушку, которую захотел бы, и решил, что Гринграсс достаточно хороша, чтобы встречаться с ней. Тебе что, бладжер слишком часто попадал в голову, Рон? Гарри понравилась эта краткая речь. Невилл, как правило, молчал, но когда он выглядывал из своей раковины, то был весьма красноречив. И тут Гарри в голову пришла отличная идея, как закончить весь этот разговор, он знал, что Дафне бы это понравилось. — Рон, если бы Дафна стояла вот здесь, — указал он на пустое место слева от себя, — что бы ты ей сказал? — Сейчас? — практически пискнул Рон, словно оказавшись в затруднительном положении. — Да, Рон, вот прямо здесь и сейчас. Чтобы ты сказал ей в лицо? — Гарри спокойно посмотрел на своего друга. Он был практически полностью уверен, что сейчас случится. Ему только было неясно, кто же стукнул Рона по спине, когда он подавился. — Это просто, что она недостаточно хороша для тебя, что она не заслуживает тебя, — уверенно сказал тот. Гарри вытаращил глаза. — Ты готов сказать это, хотя ничего не знаешь о ней? — Да, — уверенно повторил Рон. — Продолжай, говори всё, что хочешь, — с грустью сказал Гарри. — Возможно, тебя и услышат. — Ты вообще о чём сейчас? — спросил Рон, в то время как слева и чуть сзади от Гарри появился ещё один человек. Это была девушка с волосами цвета светлого мёда, одетая в зелёный топ и стильные джинсы. Её одежда облегала её достаточно плотно, чтобы было видно, что у девушки отличная фигура. Но выражение её лица было не столь приятным, и её глаза с напряжением и яростью смотрели на рыжего парня. — Ты и на самом деле придурок, Рон Уизли. — Гринграсс? — едва произнёс Рон, сильно побледнев и, похоже, с трудом дыша. Гермиона слегка стукнула его, чтобы привести его в чувство и заставить дышать снова. Гарри был рад видеть, как Невилл наслаждается этим моментом, втихомолку посмеиваясь. Он решил, что этим летом обязательно заедет к Невиллу в гости. — О, очень хорошо, Уизли, — с сарказмом произнесла Дафна, прежде чем повернуться к Джинни. — Извини, тебя я не имела в виду. С тобой, по моему мнению, всё нормально. — И повернулась обратно. — Рон, используя твои собственные слова, ты недостаточно хорош, чтобы быть другом Гарри, ты не заслуживаешь того, чтобы у тебя был такой друг, как он. Тебе действительно нужно подумать над тем, что он тебе сказал. Ярлыки не имеют никакого значения, главное — что представляет из себя сам человек. Руки Дафны легли на её бёдра, а её суровый взгляд, казалось, стал чуть сильнее. — Также, позвольте мне сказать вам кое-что ещё. Я, к несчастью, знаю Драко Малфоя лучше, чем кто-либо из вас, и ты, Рон Уизли, гораздо более похож на эту мелкую напыщенную задницу, чем ты думаешь. Идём, Гарри. Я проголодалась, но не хочу завтракать здесь. Глазго не так уж далеко. Мы можем поесть там, а потом решить, что делать дальше. И просто потому, что он мог, и чтобы слегка отомстить Рону, Гарри обвил рукой талию Дафны, прижал её к себе и поцеловал, и это был далеко не быстрый клевок в щёчку. Он перебросил ногу через «Молнию» и слегка взлетел. Дафна уселась на метлу позади него, обхватив Гарри за талию и прильнула к нему. — Рон, мы с тобой поговорим о твоих чувствах к некоторым людям в сентябрьском поезде в Хогвартс. Я надеюсь, что к тому времени ты повзрослеешь. Гермиона? — Взглянул он на свою давнюю подругу. — Насчёт того вопроса, который ты задавала мне несколько месяцев назад, о том, может ли кое-что когда-нибудь случиться? Гермиона смущённо глядела на него, в то время как Гарри быстро кинул взгляд на Рона. Лицо девушки неожиданно просияло, и она так же кинула на Рона быстрый взгляд. — Да, именно, — подтвердил Гарри. — Я думаю, что поменял своё мнение, и теперь уверен, что тебе стоит сменить фокус и поискать в другой стороне. Думаю, твоя предыдущая цель не настолько замечательная, как ты сама. Пышноголовая девушка выглядела захваченной врасплох. — Ты думаешь? — Да. Я думаю, что ты слишком умная, и это не сработает. Это твой выбор, разумеется, но я думаю, ты заслуживаешь гораздо лучшего, — подтвердил Гарри. — Тебе есть над чем подумать этим летом. — О чём вы говорите? — спросил Рон. — Это касается только меня и Гермионы. Если она захочет объяснить это тебе, то это её дело, но не требуй от неё объяснений. — Гарри оглянулся вокруг, улыбаясь своим друзьям. — Увидимся с вами позже. Я буду на связи. — Гарри вылетел в открытое окно и отправился прочь, оставив позади изумлённых друзей, наблюдавших, как пара летит в сторону восходящего солнца.
Примечания:
* Вот она, сила любви. Мва-ха-ха!!! *
Автор жжёт, конечно. А если бы Гарри с Дафной переспали, он бы сам копыта откинул?
* Чего-то у автора Гермиона вопит похлеще Молли Уизли *
Класс!!!! Как все просто оказалось. Лихо, ничего не скажешь.
*Посмотрев оригинал, в легком шоке*
Еще четыре части? Тут уже можно с чистой совестью писать эпилог и вешать ярлык "закончено". Превосходно.
Очень жду.
Еще чуть-чуть и ФИНАЛ!!! Ждем с нетерпением продолжения! Интересно, как прореагируют Дамблдор и Макгонагалл на его своеволку?
На самом деле Гермиона очень сильно вопит, когда считает, что что-то не правильно. Ведь она такая правильная и остальные должны быть такие же.
>**MalISer**
>Еще чуть-чуть и ФИНАЛ!!! Ждем с нетерпением продолжения! Интересно, как прореагируют Дамблдор и Макгонагалл на его своеволку?

Чуть-чуть? Ха. Ха.
переводчик
>**Нокард**
>Чуть-чуть? Ха. Ха.

Ага, автор расщедрился аж на 4 главы эпилога.
Начался он, во всяком случае, любопытно.
Здравствуйте уважаемый переводчик!
Соглашусь с комментариями читателей выше, ещё 4 части, а эпилог можно спокойно лепить, прямо сейчас. Надеюсь судьба не повернётся к героям ж...мм затылком да)
Перевод как всегда на высоте, спасибо!
Однако быстро Гарри невербальный империус освоил. Когда успел?
грейнджер подозрительно напоминает рыжую кабаниху... а уж это её "Гарольд Джеймс Поттер" так вообще...

Сценка в конце этой части, где они вдвоём улетаю в закат... прям вижу на месте метлы Харлей, и Гарри в одежде байкера(дафна одета уже так как нужно) =D прям канонично-пафосная сцена на эпилог!
это почти как герой уходящий в туман(закат), позади которого всё взрывается, но он не оборачивается и сохраняет покерфейс. великолепно))

работа очень хорошая) и действительно, по большей части произведение закончено, дальше чисто эпилог по типу "встреча с родителями, свадьба, первая ночь, прошло n-лет".
Читается легко и приятно. В своём роде шедевр.
Добра.
Хоть автор немного наркоман, но прочитав эти 4 главы я остался доволен. Я рад, что здесь Поттеру досталась умная и амбициозная девушка. А сила любви и в правду сработала)) Каноничный однако тут пожиратель лимонных долек вышел))
вам, вас, вы - с маленькой буквы, если это не письмо или иной текст.
Ошибок и опечаток так много, что я не уверен, стоит ли их выделять дальше. Вы исправляет их, переводчик?
Панталоны? Уверен что в 90 уже было нормальное женское белье!)
Спасибо за ваш труд!
>**Rodendron**
>Панталоны? Уверен что в 90 уже было нормальное женское белье!)Спасибо за ваш труд!

мы говорим о Аристократке маг мира) там у них как ни как всё ещё на вскидку век 17-18))
Дафна конечно несколько более продвинута, но традиции-с)