Волки ... Восход кровавой луны.

— Малыш… ты вообще меня слушаешь? — тихо спросил Чанёль, присаживаясь рядом с Яной. — Да, — коротко ответила девушка, глядя в одну точку, пытаясь осмыслить то, что ей сказали. Она так некстати вспомнила про закон, которому должны следовать все оборотни: не вмешивать людей, не обращать их. В голове сразу же возник вопрос. Что теперь будет с ним? Какое наказание ждёт волка за то, что он сделал? Девушка резко вскинула голову, поворачиваясь лицом к парню, который с напряжением наблюдал за ней. — Что теперь будет? — спросила она, звенящим от волнения голосом. Оборотень молчал какое-то время. — Я не знаю, — еле слышно отозвался волк, отворачиваясь и пряча взгляд. И не то что бы он не знал, говорить ей о том, что его ждёт, он просто не собирался. Незачем ей это знать. — Чанёль! — повышая голос, зашипела Яна. — Не уходи от ответа! — крикнула она, вскакивая со своего места. — Я не ухожу… я действительно не знаю, — отозвался волк. — Тут всё неоднозначно. Это было вынужденной мерой. Я не знаю, как совет отреагирует на эту ситуацию, — добавил он, поднимая голову и глядя ей в глаза. Девушка выдохнула, по телу прокатывались волны жара от сердца по венам, словно лава. Она горела изнутри, дышать становилось всё труднее. — Яна… тебе дышать тяжело? — спросил парень, подскакивая с дивана. Она лишь кивнула в ответ, не в силах выдавить хоть слово. — Понятно. Подожди, сейчас будет легче, — говорил он, стягивая с себя майку. — Потерпи немного… — добавил он, раздевая Яну. Покончив с её одеждой, оборотень подхватил девушку на руки и быстрым шагом направился в ванну. Открыв ногой дверь в душевую кабинку, Чанёль придерживая Яну за талию, протянул руку за её спину и включил холодную воду. Он приподнял её, прижимая к своему телу и встал под ледяной душ. — Сейчас пройдёт. Прости меня… это я виноват… прости, малыш… — шептал волк, прижимая к себе вздрагивающее тело. Ему хотелось кричать, он никогда не видел, как обращают людей, только знал, что это очень болезненный процесс, но чтоб вот так… настолько сильно, а ведь это ещё не всё. Ему надо сделать ещё кое-что, чтобы завершить превращение. Оборотень внутренне содрогнулся, сжимая зубы до скрипа.  — Всё будет хорошо… мы справимся… — прошептала Яна. — Я смогу… Она чуть сильнее прижалась к нему, пряча лицо в изгибе его шеи. — Конечно, мы справимся, — выдавил волк, нервно вздыхая. Девушка вздрагивала всем телом, от неприятного чувства холода, которое сводило судорогой все мышцы. — Яна… — тихо позвал Чанёль. Она чуть отстранилась, заглядывая ему в глаза. — Мне нужно сделать ещё кое-что… чтобы закончить превращение, — волк виновато смотрел на неё. — Я знаю… — девушка слабо улыбнулась, подняв руку она провела кончиками пальцев по его щеке. — Не бойся… я потерплю, нестрашно… — Яна потянулась к его губам, оставляя лёгкий поцелуй. Она действительно не боялась, с ним ей ничего не страшно: даже упасть в пропасть, даже лететь без страховки. — Я… люблю тебя… — еле слышно выдохнула девушка в приоткрытые губы оборотня. Он вздрогнул, на мгновение застыв и, наверное, даже забыв как дышать. Волк потянулся к крану, выключая воду, этот звук мешал. — Повтори… что ты сказала? — переспросил он, напряжённо всматриваясь в её глаза, думая, что ему послышалось… показалось, и на самом деле она ничего не говорила. — Я… люблю тебя, — более громко и чётко произнесла Яна, чуть дрожащим голосом. На секунду… тишина, только тяжёлое, чуть хриплое дыхание. Он молчал, лишь сердце в груди рванулось с такой силой, отдалось тупой болью, заныло, цепляясь за рёбра. Волк с шумом выдохнул, его глаза засветились ярким красным пламенем, девушка вздрогнула, чувствуя горячее дыхание, чувствуя, как клыки царапнули кожу на плече, а следом пришла резкая боль, будто стеклом резанули. Яна прикусила губы и глухо застонала. — Тише, тише… больше не будет больно, — услышала она сдавленный голос волка. Он прижимал её к себе, опускаясь на пол душевой кабинки и усаживая девушку к себе на колени. Гладил по волосам, как маленького ребёнка. Что-то шептал, успокаивая.

***

Чанёль сидел на полу возле кровати и, не отрываясь, наблюдал за Яной. Она мирно спала, свернувшись под одеялом, лишь изредка вздыхая. Он улыбнулся, поднялся со своего места и склонившись к ней тихо, почти беззвучно прошептал. — Я тоже люблю тебя, — выпрямившись, волк ещё раз взглянул на спящую девушку и направился к двери. Оборотень вышел на улицу. Добравшись до парковки, парень уселся на капот своей машины. Ему надо было о многом подумать, например о том, как рассказать всем, кто он. Чанёль вздохнул. Достав из кармана пачку сигарет, он вытащил одну и закурил. Ночь заканчивалась, волк поднял голову, вглядываясь в ещё тёмное небо. Звёзды стали гаснуть и исчезать. Рядом послышались лёгкие шаги. Чанёль перевёл взгляд на источник шума. — Чёртов ублюдок… что ты с ней сделал! — рявкнул Сехун, сверкая глазами. — Не твоего ума дело. — устало отозвался Пак, ругаться с мелким — ну никак не входило в его планы. Следом за Сехуном на парковке появился Сухо. — Сехун, прекрати! — крикнул вожак ещё на подходе. — Да я ещё и не начинал! — в тон ему ответил оборотень. Чанёль медленно сполз с капота и встал напротив Сехуна. — Есть что сказать?! Давай, я тебя выслушаю, даже перебивать не буду, — спокойно сказал он. — Ты тварь! Надо было этой сучке тебя добить, всем бы от этого полегчало! Сухо я против того, что бы эта мразь была в стае, — зашипел мелкий. — Думаю, что со мной согласятся и остальные, когда узнают правду, — добавил Сехун, скривив губы от отвращения. — Если так случится, то мы просто уйдём, — тем же спокойным голосом отозвался Чанёль. — Ты же не думал, что я оставлю Яну здесь? Даже не надейся, она моя и я её никому не отдам, — волк чуть прищурил глаза, наблюдая за Сехуном. — Это не тебе решать, а совету и стае, — ухмыляясь, ответил младший. — Она не принадлежит к клану и не принадлежит к стае, — парировал Чанёль. — Так, а теперь заткнитесь оба! Чан, ты же собирался рассказать кое-что? — сказал Сухо, переводя разговор на другую тему. — Да. Позови всех, я хочу, что бы это услышала вся стая, — ответил оборотень, хмуро поглядывая на Сехуна. Тот ехидно усмехнулся, отворачиваясь. Через несколько секунд на парковке собрались все волки, в воздухе повисло напряжение, парни не могли понять, зачем вожак их собрал и какого хера вообще творится. Ясно было лишь одно — дело серьёзное.