Орбис +45

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Фантастические твари и где они обитают (Фантастические звери и места их обитания)

Основные персонажи:
Криденс Бэрбоун, Персиваль Грейвс
Пэйринг:
Грейвс/Криденс/Геллерт
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Фантастика, AU
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, OOC
Размер:
Макси, 172 страницы, 24 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«За мир, в котором хочется жить» от Морха
«Самая лучшая работа последние!» от pronto
«Отличная работа!» от Экстремальный Яойщик
Описание:
Криденс не обладает магией, но очень хочет отправиться к Орбису. Аврор в отставке решает ему помочь. Но так ли благи его намерения?

Посвящение:
Посвящается Экстремальному Яойщику :)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
По заявке "Твари - Гаттака".
Отдельное спасибо за вдохновение прекрасной Морхе :-*
К фику:
https://pp.userapi.com/c837538/v837538488/2226b/pQMTqoX_jLw.jpg
Шикарный коллаж от Экстремального Яойщика :-*
https://pp.userapi.com/c837538/v837538488/22ca2/hjkX_xrKH5U.jpg
Ну вот еще. Красиво очень)
https://pp.userapi.com/c836132/v836132171/2c3b4/9ZLUAuqivmw.jpg
https://pp.userapi.com/c637522/v637522686/400a9/wMi1VeRHHgA.jpg

22.

8 июня 2017, 14:10
Следующим утром профессор сообщил, что никого вместо Уны брать не будут, а ее часть поделят между оставшимися членами команды.
- Я видел, вы можете справиться и вшестером. А времени на обучение нового человека у нас нет. – Стальк присел на краешек своего стола. – Главное – добраться до Орбиса. Это самая сложная и энергозатратная часть путешествия. Шесть человек, конечно, необходимый минимум… но вы группа сильная. Самая сильная на моей памяти. Да… И второй вопрос. – Он развел руками. – Приближается магнитная буря, способная существенно помешать работе городских генераторов. У меня есть предложение отложить старт на месяц.
Аудитория одобрительно загудела, а Криденс нервно улыбнулся, не веря своим ушам. Его давно уже волновал вопрос ядра, ведь неприятные ощущения под солнечным сплетением никуда не пропадали. Он всерьез опасался, что времени до отправки ему не хватит, а еще и эти слова Персиваля накануне… Но вот целый месяц сверху - это было настоящим спасением.
Правда, долго радоваться ему не пришлось. Уже на следующем занятии, вернувшись в аудиторию, Стальк сообщил, что руководство настаивает на скорейшей отправке.
- Стартуете через пять дней.
В животе скрутило так, что Криденс невольно подался вперед, уткнувшись грудной клеткой в стол. Так, наверно, чувствуешь себя, когда летишь в пропасть, и тебя ловят на полпути. Ты, готовый уже умереть, вдруг наполняешься надеждой, облегчением… но кисть выскальзывает из спасительной руки, и ты снова летишь, вот только умирать теперь намного страшнее…
Еле дождавшись окончания занятий, он сбежал в свою комнату и забился в угол, загнанно дыша. Паническая атака долго не хотела выпускать его из своих душных объятий, желудок, кажется, подобрался к самому горлу. Если бы молодой человек съел сегодня хоть что-нибудь, то обязательно бы с этим попрощался.
Криденс растягивал вдохи и выдохи, тер ледяные руки, повторяя, словно мантру: «Сейчас пройдет, вот сейчас…»
Успокоиться получилось лишь минут через пятнадцать. Криденс налил себе горячего чаю, уселся на кровать, обхватил кружку дрожащими пальцами. Он напоминал себе умирающего старика, который долго и искренне уверяет собравшихся родственников, что его время пришло, и в смерти нет ничего пугающего… А потом, оставшись в одиночестве, бьется в истерике перед неизбежным.
Промучившись почти до вечера, он напросился в гости к Ньюту, понимая, что еще пара часов в этих четырех стенах – и он рехнется.
Пока Скамандер ходил в подвал за вином, Криденс вспомнил о Персивале. «А ведь это именно его идея – послать нас пораньше», - подумал он и поразился, что не чувствует в отношении Грейвса ни злости, ни обиды.
- Что-то случилось? – повторил свой вопрос Ньют, возвращаясь с бутылкой. – Или так и будешь молча отсиживаться?
Криденс поднял на него глаза – друг выглядел очень встревоженным – и понял, что ничего ему не расскажет. Для чего? Облегчить душу? Получить поддержку? Все это имеет смысл, если твоя проблема разрешаема, если есть хоть какой-то намек на выход… А вот заставлять переживать еще и своего друга – это как-то совсем уж низко.
- Да ничего, - натянуто улыбнулся Криденс. – Просто устал. И… мне немного страшно.
- Немного? – беззлобно усмехнулся Ньют. – Я вообще поражаюсь, как ты до сих пор держишься. – Он откупорил бутылку, разлил вино по высоким фужерам. Один протянул Бэрбоуну, с другим устроился напротив, через стол. – Знаешь, ты меня удивляешь последнее время. Просто поражаешь. Никогда не думал, что ты такой…
- Ммм? – уточнил Криденс, пригубив спиртное. – Такой сумасбродный?
- Смелый, - серьезно ответил Ньют. – Одно дело – мечтать о чем-то. О чем-то настолько… невероятном и даже опасном. Но претворять подобное в жизнь… Не знаю…
- Ты так говоришь, словно до меня этого никто не делал, - усмехнулся Криденс. Вино обдавало желудок теплом, распространяя по организму такое необходимое сейчас спокойствие.
- А разве делал? И ты знаешь, что я имею в виду…
- Что я магл. Да, тут ты прав…
- Ты не магл, - мягко улыбнулся Ньют, упирая локти в стол и подаваясь вперед. – Ты обскур.
Криденс прищурился, рассматривая друга. Интересно, знает ли он, что обскуру лететь к Орбису категорически противопоказано? Вряд ли… На секунду молодому человеку просто до одури захотелось все рассказать, поделиться, попросить помощи. Но он сдержался. Это ничего не решит, никак не поможет. Даже если ему предложат сбежать, скрыться, Криденс не может на это пойти. Он нужен группе, нужен, чтобы подняться к провалу, преодолеть самую сложную часть путешествия.
Молодой человек сделал несколько больших глотков и невесело усмехнулся. Да кому он врет? Конечно же, он не сбежит совершенно по другой причине. У этой причины глубокие коньячные глаза, густые брови, сережка в левом ухе и, кажется, хорошее мнение о нем, Криденсе. Мнение, которым он так дорожит…

Когда за окном стемнело, к ним присоединилась Тина. Перебравшись во двор, под широкий навес, молодые люди долго обсуждали состояние Уны, жалея, что девушке так и не суждено отправиться к Орбису.
- Удивительное дело, - признался Криденс. – Из команды выпали два сильнейших генета, одного члена так и вообще не хватает… а профессор до сих пор называет нашу группу сильнейшей.
- Кстати, да, - кивнула Тина, с удовольствием откидываясь на спинку кресла-качалки. – Мистер Грейвс тоже поражается этому факту.
При упоминании Персиваля Криденс весь подобрался, словно мужчина мог его видеть. Он впервые в жизни так сильно хотел быть для кого-то важным, нужным, достойным. Хотел оправдывать чьи-то ожидания. И дело тут было даже не силе. Возможно, Геллерт порадовался бы именно этому, испытал гордость, если бы увидел магические успехи и достижения Бэрбоуна. Но Грейвс… у него были совершенно другие критерии, Криденс очень хорошо это чувствовал.
Захмелевший Ньют привычно уже пустился в рассказы о каком-то выведенном в его лаборатории фантастическом звере, Тина положила голову на руку и, кажется, задремала. Заметив это, Скамандер сообщил, что ненадолго поднимется наверх – приготовит для своей девушки постель – и скрылся за дверью. Голдштейн приоткрыла один глаз, проводила его взглядом и улыбнулась Криденсу.
- Ооо, - протянул тот. – Ты уже и на ночь остаешься? Прогресс!
- Да. – Девушка выпрямилась, отхлебнула вина. – Вода камень точит, знаешь ли.
- Знаю, знаю. Слушай… а расскажи мне что-нибудь о Грейвсе, а? Только не надо вот этих вот улыбочек многозначительных!
- Ой! – сдавленно захихикала Тина. – Все я про тебя давно поняла, не смущайся. Такой мужчина… грех не влюбиться. Я тоже, одно время…
- Да ладно!
- Тшшш! Чего орешь-то так? – И заговорщицки подалась вперед. – Я про его личную жизнь не особо много знаю. Но спрашивай.
- Он был женат?
- Нет.
- А сейчас встречается с кем-нибудь?
- Вряд ли. С Уной вот в театр один раз ходил, но это ты в курсе.
- А почему ты вообще думаешь, что он… ну…
- И с парнями, и с девушками? – расплылась в улыбке Тина. – Да был, говорят, у него служебный роман с кем-то из мужчин в МАКУСА. Только никто не знает, с кем.
- Как это? – удивился Криденс. – С чего вообще взяли такое, если ни разу не застукали?
- Я тогда только пришла в Конгресс и особо в интриги не лезла, так что…
- А это мог быть Геллерт Гриндевальд, как думаешь? – выпалил Криденс.
- Что? – округлила глаза девушка. – Откуда ты вообще знаешь это имя?
- От Уны.
- А… ну да. Он же из «Орбис.ком» тоже… я уже и забыла. Нет, с ним точно нет. Гриндевальд и Грейвс ненавидели друг друга.
- Ненавидели?
Теперь пришла очередь Криденса округлять глаза.
- Да, у них были очень сложные отношения. Постоянное противоборство. Мистер Грейвс был таким… хм… как пуп Земли. – Она широко улыбнулась. – Ну а когда появился Геллерт, то существенно подвинул его с пьедестала. Мистеру Грейвсу это, естественно, не понравилось. Да и вообще… говорят, когда Гриндевальд вошел в основной совет Конгресса, собрания превратились в их постоянные перепалки и споры.
- Вот как… - задумчиво сказал Криденс, допивая свой бокал. Спиртное значительно притупило неприятные ощущения в животе и чувство страха. – Интересно было бы посмотреть. Он же вроде такой… всегда держит себя в руках. Я его даже раздраженным ни разу не видел.
- Я тоже, - согласилась Тина. – Хоть и сталкиваюсь с ним почти каждый день уже не первый год. Исключительной выдержки человек.

Криденсу Ньют тоже предложил остаться на ночь. И молодой человек с удовольствием воспользовался этим предложением. Ближе к двенадцати, когда Тина уже спала наверху, Скамандер тихонько спустился в гостиную, присел на диван, чуть сдвинув Криденса, смотрящего последние новости. И выудил из кармана халата небольшую коробочку.
- Смотри.
Криденс приподнялся на ладонях, пораженно хмыкнул, принял вертикальное положение.
- Все-таки решился, да?
- Ага, - расцвел Ньют, открывая коробочку.
- Бог мой! Ты сколько на это копил?
- Долго. Но Тина… она же такая… к ней нельзя с обычным кольцом.
- Нельзя, - улыбнулся Криденс, рассматривая друга.
- Что?
- Ничего. Просто… рад за вас. Очень.
Проводив Ньюта, Криденс растянулся на диване, отключился от новостного канала. Спать совершенно не хотелось, спиртное потихоньку ослабляло свое действие, оседая по организму гудящей тяжестью. Он долго думал обо всем на свете, меланхолично наблюдая, как мысли ткут еле видимый узор, вплетаются в золотое марево паутины. Одна простая, но очень ясная мысль вдруг посетила его – между генетами и маглами не такая уж и большая разница. Да, маги умели пользоваться нитями, чтобы трансгрессировать, перемещать вещи, наводить морок, возводить защиту, становиться невидимыми. Особо сильные, как, например, Персиваль, могли плести сложнейшие узоры вокруг предметов и жидкостей, усложняя их природу, создавая артефакты и зелья. Но генеты не отличались от маглов ничем принципиальным. Те же люди, просто получившие в распоряжение игрушки поновее. Никто из них не мог повлиять на мироздание глубинно. Да что там на мироздание… даже на свою судьбу не мог повлиять. Феникс вон даже знал, в каком возрасте умрет. И как ему это помогло?
Криденс перевернулся на бок, закрыл глаза. Персиваль был прав – человечество должно было ступить на новую ступень развития, но не ступило. Что еще он там говорил? «Нас всех ждет перерождение»? Интересно, что он имел в виду? Криденс вдруг очень сильно, до дрожи в теле захотел увидеть Грейвса еще хотя бы раз, хоть ненадолго. Проваливаясь в дрему, молодой человек представил, как из его живота тянутся упругие золотые нити, сминают время, устремляясь в будущее, вплетаются в чужую судьбу, разворачивают ее, меняют. Вырывают Грейвса из привычной рутины, оплетают коконом и тянут… «Как обидно умирать вот сейчас, - успел подумать напоследок Криденс. – Когда я научился таким вещам… И так много еще хочу узнать, понять и пережить…»

На следующий день Криденсу показалось, что его сонные фантазии возымели действие – к главному входу компании подъехала машина. Он выглянул в окно аудитории и почти без удивления посмотрел на трех прибывших Авроров, одним из которых, конечно, был Персиваль. Сердце гулко ухнуло, губы самовольно растянулись в улыбке, которую Криденс тут же постарался спрятать.
- Профессор? – поднял он вверх руку, привлекая внимание.
- Да?
- Можно выйти? Мне нужно в уборную.
- Конечно.
Криденс летел по коридорам, на ходу поправляя непослушные волосы. Надо было принять с утра душ, а то такой бардак на голове… Он хлопнул дверью туалета, сбрызнул волосы теплой водой, прилизывая особо выбивающиеся вихры. Радовало, что он хотя бы одет сегодня нормально – в черный тренировочный костюм, немного облегающий, но это и хорошо. Криденс посмотрел в зеркало, придирчиво окидывая взглядом лицо, прическу, в который уже раз поправляя одежду. Так. Главное теперь – успокоиться. И ничем не выдать Грейвсу своего волнения. Он постоял у зеркала еще несколько минут, втайне надеясь, что Авроры поднялись именно на этот этаж, и получится столкнуться с ними в коридоре.
Но, выйдя из уборной, молодой человек практически впечатался в налетевшую на него Уну.
- Тшшш!! – зашипела та, впившись пальцами в его локоть. – Идем, скорее!
- Куда? – тоже шепотом спросил Криденс, поддаваясь.
- Тебе нужно срочно уходить! Здесь Грейвс и еще пара Авроров. И они пришли за тобой!
- В смысле – за мной? – остановился молодой человек.
- Да топай ты! – толкнула Криденса Уна. И неожиданно отборно выругалась. – В прямом смысле! Они знают, что ты обскур!
- Ч…что?! – От шока Криденс начал заикаться. – С чего ты взяла?
- С того, что умею читать мысли! – Она свернула в коридор, ведущий к жилому корпусу. – Я знаю один подземный ход, если поспешим – выберешься.
-Так, стой! – снова притормозил Криденс. – Я не хочу убегать!
- Твою мать, Бэрбоун! – в глазах Уны мелькнули какие-то сумасшедшие огоньки. – Ты что, не врубаешься? Ты обскур! Думаешь, тебя арестуют? У них приказ на твое уничтожение!
Ноги вмиг стали ватными, и Криденсс чуть не растянулся, когда девушка грубо дернула его, почти переходя на бег. Мысли бились в голове маленькими болезненными молоточками. Как? Откуда? И почему именно сейчас? Он подумал, что, наверно, смог бы договориться. Пообещать никому не причинять вреда, получить разрешение подняться к Орбису, просто сделать свою часть работы… уйти достойно. Но кто его будет слушать? Уна права – обскуры подлежат уничтожению.
Они успели миновать комнаты корпуса, спуститься по служебной лестнице на несколько этажей. Уна везде орудовала магнитной карточкой, которой – Криденс знал – пользовались лишь в крайних, форс-мажорных ситуациях. И ни разу не воспользовалась сетчаткой глаза. Оказавшись в просторном темном помещении, похожем на ангар, Криденс не выдержал:
- Уна! Стой! А как же камеры? Ладно, по ключу тебя не засекут, но камеры? Те, в коридорах? Ты их вырубила?
- Нет. – Девушка остановилась, разворачиваясь. – Не вырубила.
И прикоснулась к его груди. Перед глазами заплясали искры, Криденс схватился за сердце, чувствуя, как разливается за грудиной леденящий холод.
- Уна… - еле выдавил он, оседая на пол. – Что … происходит..?
Яркие сполохи осветили пространство, заставляя болезненно жмуриться. Уна широко разводила руками, творя один защитный купол за другим, вкладывая их друг в друга, словно готовилась отбивать атаку. Магия лилась с ее рук непрерывным потоком, Криденс впервые видел подобное.
- Мы прощаемся. – Уна присела рядом, медленно расстегивая тренировочную куртку Бэрбоуна. – Ты ведь уже все понял, да?
Он с трудом скосил глаза на свою грудь и судорожно втянул носом воздух, различив под кожей черное мельтешение.
- Т… твою мать…
- Грейвс пришел не за тобой. Он пришел за мной. – Короткий вздох. – Но прости, я не могу тебя здесь оставить. Знаешь, передо мной все это время стоял такой нелегкий выбор... сдать тебя тому, кому ты так нужен, получить кругленькую сумму... или же прикончить тебя своими руками. Убивать долго, с наслаждением... Как видишь, я выбрала второе.
- Что... я… тебе сделал?
- Что сделал? – хмыкнула Уна, прищурилась. – Ты с самого начала показался мне странным. Слабенький генет, которого невозможно прочесть. И я подумала, что имею дело с эммагом. – Она легла рядом, пропадая из поля зрения. – Подумала, что твой маг крайне силен, если может закрывать своим полем даже тебя. И я увидела этого мага, тогда, в твоей комнате, помнишь? Ты открылся… так опрометчиво с твоей стороны. О, ты многое показал мне…
Мелодичный голос лился, кажется, со всех сторон, эхом отражаясь от куполов. А потом затих. Криденс судорожно дернулся, вдруг испугавшись, что теряет сознание. И Уна тут же нависла над ним, коснулась пальцами груди молодого человека.
- Не бойся, тебе я отвела больше времени, чем Фениксу. Успеем хорошенько попрощаться. Я все равно никуда не спешу. У Грейвса, знаешь, есть специальное заклятие против обскура. Думаю, он уже успел активировать его вокруг компании, не просочишься. И подземного хода нет. Так что… мы оба смертники. – Она коротко хохотнула. – Чертов Грейвс! Обставил меня-таки… О, советую не дергаться, только хуже себе сделаешь. Прости, но я умею отторгать ядро с пятнадцати лет и знаю, как пользоваться этой силой. Так что… лучше расслабься.
Уна снова легла на пол, Криденс хотел повернуть голову в ее сторону, но вдруг обнаружил, что тело перестало слушаться. Он лихорадочно пытался объяснить себе происходящее, но все казалось таким бредом…
- Если… ты знаешь, что я… обскур… - Слова давались с невероятным трудом. – И за что-то злишься на меня… то почему просто… не сдала? Зачем убила… Феникса?
- Не сдала тебя? – нараспев промурлыкала девушка. – Потому что у меня не было доказательств. Я не Пророк, это их видениям доверяют безоговорочно. Да, я могла бы позволить Фениксу донести на тебя… но чертов ублюдок захотел Криденса. Господи, что они все в тебе находят? - Короткий смешок. - К тому же… мне было мало твоей смерти, я хотела твоего падения, осквернения. Твоего обвинения. Чтобы все отвернулись от тебя. Чтобы ты и сам начал сомневаться, и, в конечном итоге, - принял на себя вину за убийство, которого не совершал. Ну… это в идеале. – Уна вздохнула. – Но вот беда – раз за разом тебе удавалось выкручиваться.
- Что… я… сделал?..
Девушка мелькнула перед глазами, опустила голову Криденсу на грудь. Молодой человек с ужасом понял, что не чувствует ее тяжести.
- Думаешь, я тогда случайно попала на шпиль? Просто поглазеть на отправку к провалу очередной группы? Я провожала Геллерта. – Небольшая пауза и тихий вздох. – Знаешь, он всегда говорил, что любовь – это самопожертвование. Это всегда проигрыш, полный и безоговорочный. Он говорил, что ради любви можно забыть про себя. НУЖНО забыть. Мои родители умерли пять лет назад. Они всю жизнь отдали компании, жили ею, дышали… Я с детства знаю каждый уголок этого здания, каждую лазейку, потому что мама с папой частенько брали меня с собой.
Несколько минут она молчала. Криденс пытался сконцентрироваться на потолке, разглядеть там какую-то деталь. Хоть что-то… Лишь бы зацепиться взглядом, удержаться в этой реальности, не потерять сознание. Боли он не чувствовал, но разлившийся по телу холод – сковавший каждую клеточку, медленно подбирающийся к мозгу и сердцу – пугал намного сильнее возможной боли. Он даже не ощущал ничего под солнечным сплетением, словно черные разводы проросли не только в физическое тело, но и во все остальные.
- Он говорил, что я должна стать сильной. Должна стать лучшей. Ради него.
- Уна.
- Я впервые увидела его в двенадцать лет. После очередного сердечного приступа родители привели меня к нему, прямо здесь, в компании. В его кабинет. Потому что верили, что Геллерт сможет помочь. Но он не мог… не так. Он меня не вылечил, но дал мне намного больше. Он меня изменил, переплавил, сделал такой… сильной. Самой сильной.
- Уна…
Но девушка его не слушала.
- Не знаю, почему он передумал, почему отказался от своих планов. Я до сих пор считаю это ошибкой. Но я не оставила его, даже когда он сменил облик, даже когда его заперли в том доме… Я приходила, снова и снова, но он выгонял меня. Каждый раз. Говорил, что я не готова, что я не подхожу. А потом появился ты…
Уна подалась вперед, положила руку на горло Криденса и зло сверкнула глазами. Он не почувствовал ее касания, но воздуха резко стало не хватать.
- Он отдал тебе все! Господи, да он даже свое ядро тебе отдал! – шипела Уна, прожигая Криденса взглядом. – И что ты сделал ради этого? Чем заслужил? Я любила его! Так любила… Я бросила к его ногам свою жизнь, свою судьбу! А ты… ты просто лег под него! Просто лег! Вот и вся твоя заслуга!
В ушах шумело, Криденс слышал девушку словно через пелену. Ее крики вплетались в какой-то посторонний размеренный шум. Он скосил глаза, заметил голубоватые сполохи. Их нашли! Нашли! Но это, наверно, ничего не меняет…
- Скажи, с Грейвсом ты тоже спишь? – Это было козырем. Уна победно смотрела на Криденса, еле заметно кивая головой. Было видно, что слова эти заготовлены ею давно. – Знаешь, что именно Грейвс засадил Геллерта, сломал его, и все равно… спишь? Это и есть твоя благодарность?
Он мог сопротивляться, хотя бы внутренне, не пуская девушку в свою голову, не поддаваясь… Но ее козырь покрыл все. Криденс не чувствовал злости, страха или разочарования. Только свою вину.
- Мне… - прохрипел он, пытаясь сконцентрировать на Уне взгляд. – Мне жаль… Прости.
Девушка отшатнулась, выпуская его горло, Криденс тут же судорожно сделал большой вдох. А потом Уна отвесила ему звонкую пощечину, от которой дернулась голова.
- Ублюдок!
И это было последним, что он услышал.
Черные стены ангара вытянулись, удлиняя помещение. Криденса швырнуло вперед, к белой точке, появившейся на горизонте. Он тут же вспомнил про тоннели, которые видят люди в момент клинической смерти, и на него обрушилась волна облегчения. Тело стало невесомым, и все, о чем Криденс мог думать, - что он, наконец, свободен. Не надо больше бороться, ждать смерти, постоянно врать… Теперь можно расслабиться. Точка быстро разрасталась, наливаясь сиянием. Это не походило на провал, это было так… настолько… Криденс пытался подобрать слова, но понял, что не может. Глаза жгло от слез восхищения и такого острого, чистого счастья…
А потом он почувствовал прикосновение. Кто-то взял его за левое запястье. Бэрбоун обернулся и увидел Геллерта, настоящего, с тонкими чертами, светлыми волосами и золотыми глазами. Мужчина укоризненно повел головой, мягко улыбаясь. И резко дернул Криденса вниз, заставляя рухнуть с небес, устремиться обратно к земле.

Размеренные толчки заставляли голову дергаться, Криденс не сразу сообразил, что его бьют по щекам, - тела он все еще не ощущал.
- Криденс! Твою мать...
Голос Персиваля дрожал. И это было так непривычно, странно…
- Кхх…
- Криденс… - Облегченный вздох.
Он разлепил глаза, но несколько секунд видел только черноту.
- Ты меня чувствуешь?
Легкие касания, кожа на груди реагировала, отдаваясь дрожью. Леденящий холод потихоньку отступал, перед глазами прояснялось.
- Да.
- А здесь?
- Где?
- Ничего. Скоро почувствуешь.
- Вы что там… себе позволяете…
Тихий смешок.
- Не переживай, просто пытаюсь вернуть тебе чувствительность.
- Где Уна?
- Ее оглушили и переправили в доследственную крио камеру. С обскурами, знаешь, надо поосторожнее.
- Она убила Феникса… она сказала…
- Да. Я знаю. Но Уна из очень знатной семьи. Ее ждет казнь, но сначала – допросы и суд.
- Что? – Криденсу удалось повернуть голову, скосить глаза на сидящего рядом Грейвса.
- Я давно подозревал, что она и есть нужный мне обскур. А после свидания подозрения лишь усилились. Я уже видел такое раньше – генету не хватает своих сил и он отторгает ядро, чтобы получить преимущество на тренировках. Или… пользуется силой другого мага. – Персиваль смерил его шутливым взглядом. – Мне не составляет труда контролировать свои мысли, но одну я тогда, на свидании, упустил специально – дал понять Уне, что хочу перенести дату вашего старта. И она испугалась.
- Вы хотите сказать…
- Да. Такой сильный генет может с легкостью вызвать у себя сердечный приступ. Осталось лишь дожать, и я пошел на блеф, приехав сюда сегодня, сообщив ей, что все знаю. Хотел спровоцировать ее, заставить обернуться обскуром… Прости, я понятия не имел, что она потащит тебя с собой. – Грейвс прищурился. – Зачем, кстати?
- Я… - растерялся Криденс. Он, как всегда, не был готов себя оправдать. – Не знаю.
- Видимо, когда-то ты успел ей насолить. Что ж… прости, прозвучит неприятно, но так даже лучше. Теперь Уна обвиняется еще и в покушении на тебя. – Персиваль спустил руку ниже, оглаживая живот молодого человека. – Тут чувствуешь?
- Да. Покалывает. А что со стартом? Его все же перенесут?
- Перенесут, - кивнул Грейвс. – Но это не мое решение. Так решило руководство компании. И, предвидя твой следующий вопрос, - да. Тебя я тоже проверял, на всякий случай, поэтому и сказал на днях, что предложение мое. – Рука Грейвса переместилась на лицо Криденса, неожиданно нежно прошлась по щекам. – Думаю, будь ты обскуром, - прибил бы меня на месте. Или хотя бы стер память. Возможность я тебе предоставил. Так что, считай - проверку ты прошел.
- Какой же вы все-таки… - пробурчал Криденс, пытаясь сесть.
- Гад? – широко улыбнулся Персиваль, помогая ему. – Да брось, тебе же понравилось.
- Идите вы… - беззлобно фыркнул Бэрбоун.
С одной стороны он был бесконечно рад, что Грейвсу удалось нейтрализовать действие «прикосновения обскура» и вернуть его к жизни. Но с другой… опять погружаться в борьбу и вынужденную ложь после того, как почти дотянулся до той стороны, того спокойствия и безмятежности…
- Ну как? Все чувствуешь?
Криденс покивал, потом нахмурился.
- Только губы. Губ не чувствую.
Персиваль мягко улыбнулся и подался вперед, целуя его. «Знаешь, что именно Грейвс засадил Геллерта, сломал его, и все равно спишь с ним? Это и есть твоя благодарность?»
Криденс отшатнулся, тяжело выдыхая.
- Что-то не так? – тихо спросил Персиваль, поймав его за шею, осторожно притягивая обратно.
- Просто… не надо. Пожалуйста.
- Хорошо.