Как Новый год встретишь, так и...

Прекрасный день сегодня! 30 декабря. На улице уже лежит снег огромными сугробами, люди бегают туда сюда с разноцветными пакетами, которые буквально валятся из рук, во всех витринах магазинов горят огоньки… Не это ли настоящий праздник? Да, наверное так и есть. Проснувшись около полудня, я даже не сразу вспомнил, что сегодня у меня заслуженный выходной! Дотягиваясь до телефона, я невольно начал перебирать в голове людей, которые пока оставались у меня без новогоднего подарка. К счастью, таких людей оказалось мало, поэтому я с облегчением вздохнул, открывая ленту инстаграмма. Большинство публикаций, конечно, было связано с предновогодней суетой, горами подарков и шампанского. Приятно было смотреть на счастливых людей, для которых вот-вот наступит долгожданный праздник. Вообще, не часто я просматриваю, эти самые, истории в этом приложении, но сегодня сделал исключение. Каюсь, меня привлекла картинка с дельфином почти в самой начале ленты. Уже тот факт, что моя закадычная подруга что-то выложила в свою историю, нельзя было оставить без внимания. @pelageya001 «Ну здравствуйте! 👐» Именно такая надпись была в верхней части фотографии, выложенной тобой в инстастори. А на самой фотографии, собственно, было видно только белое одеяло, такие же белые стены и кованый бортик кровати. И дураку было понятно, что подруженька угодила в больницу. За 2 дня до Нового года! Ну уж нет, так дело не пойдёт. Выходной сегодня, говорите? Не, не слышали! Я подскочил с кровати, начиная оперативно одеваться и одновременно с этим поставив вариться кофе. Есть совершенно не хотелось, но здоровье дороже, поэтому бутылку йогурта из холодильника всё-таки пришлось достать. Сидя за столом и смотря на падающий за окном снег, я уже мысленно продумывал дальнейший свой маршрут. Продуктовый магазин, затем — магазин игрушек, после — цветочная лавка и конечный пункт — больница. Осталось выяснить какая… — Алло, Светлана Геннадьевна? Здравствуйте! — набрав номер твоей мамы, поздоровался я. — Здравствуй, Дима, здравствуй. Рада слышать тебя. Ты по делу или так, соскучился? — приятным голосом ответила женщина. — Вообще и первое, и второе, но больше по делу, на самом деле… — задумался я. — Городская больница номер 60, Новогиреевская улица, дом 1, 24-я палата. — с улыбкой проговорила Светлана. — Светлана Геннадьевна, вы замечательная женщина! — воскликнул я, выходя в коридор. — Ты тоже совершенно замечательный, только послушай меня внимательно: еда там отвратительная — это я уверена, поэтому приготовь или купи что-нибудь для неё, но учти, что она та ещё привереда, так теперь ещё и больная. Я не в Москве, приеду только завтра утром, проследи, пожалуйста, чтобы она поужинала, если тебя не затруднит, конечно, и поговори с врачом, я понимаю, что она не маленькая, но мне эта красавица точно что-то не договаривает! — серьезно сказала женщина. — Так точно, товарищ генерал! — засмеялся я. — Всё, счастливо, Дим! — чмокнув меня в трубку, улыбнулась твоя мама. — Спасибо вам огромное! Собственно, по понятным причинам отъезд в больницу пришлось отложить, поскольку покупать что-то, чем тебя можно было бы накормить, было бы слишком просто, поэтому я решил приготовить сам. И приготовить не что-нибудь, а то, что ты точно станешь есть. На сегодня в меню был куриный бульон, запечённые котлеты из кролика, цветная капуста на пару, салат из сельдерея с курицей и яблочный пирог. Каждое из этих блюд ты любила в моём исполнении больше всего, а последнее и вовсе было нашим общим. Один раз, оставшись ночевать у меня, ты на утро предложила приготовить шарлотку, но что-то пошло не так, поэтому простой рецепт бисквита быстренько превратился во что-то невообразимое и очень вкусное. После этого случая мы с тобой запатентовали этот яблочный пирог за нами. На суп понадобилось меньше всего времени, ибо куриная грудка уже как два дня лежала размороженная в холодильнике, а сварить её не составило труда. Варёную грудку я тут же отправил в салат, добавляя сельдерей и био-йогурт. Капута тушилась в мультиварке — прекрасном агрегате, который ты подарила мне на прошлый Новый год. Котлеты уже «отдыхали» после духовки, в которой сейчас подходил пирог. Разложив всё съестное в разноцветные контейнеры и приклеив на крышки стикеры с веселыми смайлами и подписями, что находится внутри, я вновь вышел в коридор, уже окончательно одеваясь и, собрав все коробочки в один бумажный пакет, покинул дом. По пути заезжая в продуктовый магазин, чтобы купить твой любимый свежевыжатый апельсиновый сок и шоколадку с клубникой, я взглянул на время, понимая, что задерживаться больше нельзя, иначе ты останешься без ужина. Магазин игрушек и цветочная лавка превратились в один торговый центр, в который я забежал, честно, на 15 минут! Купив какого-то совершенно прекрасного зайца и букет белых кустовых розочек, я тут же направился к тебе. Уже подъезжая к больнице, я задумался, а рада ли ты будешь видеть меня? Но через секунду тут же отвесил себе парочку подзатыльников за такие мысли, потому что уж кто-кто, а мы с тобой были не разлей вода! Наши общие друзья часто говорили нам, что мы совершенно не видим очевидного, не понимаем, что пора переходить на новый уровень наших отношений, но нас, кажется, всё итак устраивало. Хотя я бы, конечно, был не против, если бы наши невинные поцелуи в уголки губ превратились в настоящие. В приемное отделение я вошёл с большим пакетом в руках, букетом подмышкой и зайцем в обнимку! Все присутствующие в помещении моментально переглянулись между собой, но после вновь заняли своими делами. Вопросов о том, что у меня нет пропуска и приёмные часы уже окончены, не возникло ни у кого из персонала. Поинтересовавшись, на всякий случай, как я думаю, к кому я всё-таки пришёл, молоденькая медсестра быстро указала мне, в какой стороне находится твоя палата. Кивнув, я направился в указанную сторону, разглядывая номера на дверях палат. 24 палата оказалась самой крайней и самой большой, но я был уверен, что кроме тебя в этой палате никого нет. — Тук, тук, тук… — изменив голос, постучался я, после чего в дверной проём просунулась голова наимилейшего плюшевого зайца. Послышался твой совершенно тихий смешок. — Кто это здесь скучает? — продолжал я свой спектакль, ожидая услышать твой заливистый и любимый мною смех. — Неужели ты не рада моему приходу? — Заходи уже-е-е-е-е! — тихо сказала ты, после чего в дверном проёме появилась уже и моя голова, и букет, и огромный пакет. — Что, красавица, решила отдохнуть от всех? — усмехнулся я, расставляя все на столе и подавая тебе зайца, которого ты тут же обняла обеими руками. Ты сидела по середине большой кровати в позе лотоса, укрывшись одеялом. Пижама кремового цвета и волосы, немного растрепанные и перекинутые на одно плечо, придавали тебе ещё больше нежности. Я присел на стул напротив тебя и широко улыбнулся, ожидая твоих дальнейших действий. — Какой хоро-о-о-оший… — прошептала ты, не переставая обнимать игрушку. — Нормально? Я к ней со всей душой, а она зайца обнимает! — грустно улыбнулся я, умиляясь картиной предо мной. — Ну не обижайся! Или сюда. — улыбнулась ты, откладывая игрушку и раскидывая руки для объятий. — Я так рада, что ты пришёл… — сладко прошептала ты. — Голоса нет или проснулась недавно? — поинтересовался я, присаживаясь на край твоей кровати, а ты в свою очередь устроилась головой на моих коленях, обнимая зайца. — И то, и другое. — чуть громче сказала ты, прикрывая глаза. — Рассказывай, как ты тут оказалась вообще? — Ох… Ну-у-у, два дня была температура высокая, вызвала скорую, забрали в больницу с подозрением на восполнение лёгких. — пожала плечами ты. — Сама вызвала скорую? Да ладно? Такое бывает? — усмехнулся я, поглаживая тебя по волосам. — Мне так плохо было, что я уже на всё согласна была… Ещё и мама уехала… — Почему мне не позвонила? Знала же, что я бы приехал. — спросил я, потянувшись к своему телефону и делая несколько твоих фотографий. — Не хотела беспокоить. — засмущалась ты, пряча покрасневшее лицо в моих коленях. — Мама твоя сказала, что кормят тут отвратительно. Я принёс тебе там много всего. Ужинать будем? — Кормят и правда ужасно, это мама права. А что принёс? — заинтересовалась ты, поднимаясь на локте. — Бульон, котлеты, капусту, салат твой любимый, пирог яблочный, сок, шокол… — Димка! — обрадовалась ты, сильно обнимая меня за шею. — Что бы я без тебя делала, а?! — С голоду бы умерла, наверное. — засмеялся я, обнимая тебя в ответ и вновь укладывая к себе на колени. — Так что в итоге врач сказал? — Воспаления лёгких нет. — гордо произнесла ты. — Слава Богу! — выдохнул я, убирая непослушные пряди с твоего лица. — Но температура есть. — 38'7 утром была. Сейчас получше вроде. — улыбнулась ты, потягиваясь. — Кушать будешь? — Буду. — кивнула ты, садясь на кровати и приготовившись совсем подняться. — Куда вскочила? Садись давай, я всё погрею и принесу. — запротестовал я, указывая тебе на подушку, стоящую у спинки кровати. — Ты такой хороший у меня. — улыбнулась ты, вновь обнимая зайца. — Опять заяц? — Да ну тебя! Ты, говорю, хороший у меня, а не заяц. Хотя и заяц тоже. А дальше мы ели всё, что я привёз. Ты тут же набросилась на котлеты с салатом, отказываясь напрочь от бульона, а я всё же предпочёл суп. Ты счастливо улыбалась, смотря на меня, и всё время что-то рассказывала, то и дело останавливаясь, чтобы прокашляться. За окном уже стемнело, а на улицах зажглись яркие огни. Я собрал и вымыл всю посуду, благо в твоей палате всё для этого имелось, а после меня вдруг осенило, что праздник через день, а в твоей палате до ужаса грустно. Оставив тебя одну, пообещав вернуться через пятнадцать минут, я выскочил на улицу, на ходу натягивая куртку, и в два шага оказался в новогодней палатке, которую заметил ещё по пути к тебе днём. Приятная женщина-продавец собрала мне большой пакет всяких гирлянд, огоньков, снежинок, наклеек… Расплатившись, я поспешил обратно, дабы не заставлять тебя скучать. — Знаешь, Поль, а меня продавщица даже не уз… — засмеялся я, открывая дверь в палату, но тут же остановился, внимательно смотря на тебя. — Ну ты что, солнце? Я оставил пакет на полу, сбросил куртку и подбежал к тебе, присаживаясь на корточки около кровати. Ты вытирала катившиеся по щекам слезы и тихо всхлипывала, шмыгая носом. Заяц был уже весь мокрый, как и рукава твоей пижамы. Я даже подумать не мог, что могло с тобой произойти за то время, что я отсутствовал! Ведь оставлял я тебя совершенно счастливую! — Ну всё-всё, Поль, успокаивайся и рассказывай, что случилось? — прервал тишину я, пересаживаясь на кровать и прижимая тебя к себе. — Новый год послезавтра… — всхлипнула ты, перебираясь ко мне на колени и обнимая за шею, положив голову мне на грудь. — А у меня бронхит, Дим… Доктор приходил только что. — Господи, я думал что-то серьёзное случилось! Фух! И что ты плачешь? Радоваться надо, что только бронхит и ничего большего. — выдохнул я. — Радоваться… А чему радоваться? Новому году в больничных стенах? Как Новый год встретишь, так и… — Послушай меня. Я вот сейчас позвоню Рудковской и отменю все свои выступления в новогоднюю ночь. И эту ночь мы проведём с тобой тут вместе. Согласна? — предложил я, вытирая слезы с твоих щёк. — Яна тебя убьёт. — усмехнулась ты. — Попрошу её сделать это в следующем году. — улыбнулся я. — Иди умывайся, я сейчас позвоню ей и договорюсь. Как приду — чтобы ни следа не осталось от твоих слез! С этими словами я вышел в коридор, тут да набирая номер Яны, которая на звонок отвечать не собиралась. Немного подумав, я решил написать ей смс, где не собирался ничего объяснять особо. 20:50:34 Янчик💓: «Дорогой мой, я в театре, что-то срочное?» 20:51:41 Я: «Пожалуйста, Ян, отмени все концерты в новогоднюю ночь. Я хочу отпраздновать этот праздник по-настоящему!» 20:53:33 Янчик💓: «Ты серьёзно? Сам же просил поставить как можно больше. Что-то случилось?» Мда, без объяснений не получится. Но ведь это же Рудковская, как она может взять и сделать что-то просто по просьбе? 20:55:57 Я: «Пелагея в больнице с бронхитом. Рудковская, блин, я тебя умоляю, просто отмени эти дурацкие концерты! Заболел, уехал, умер — что угодно придумай! Яна, это очень важно…» 20:56:43 Янчик💓 «Ах Пелагея… Хорошо, я всё отменю, но не шути мне со здоровьем и смертью, понял? Поле скорейшего выздоровления!» Ну вот и прекрасно. Теперь Новый год я буду отмечать в не самом лучшем месте, но с самой лучшей девушкой на свете! Убрав телефон в карман, я отправится обратно в палату, по пути замечая мужчину с маленькой живой ёлкой в глиняном горшке. Ёлка! Вот, что я забыл купить, чтобы праздник по-настоявшему наступил! — Мужчина, извините, пожалуйста, а вы куда эту красавицу несёте? — поинтересовался я. — Да вот, купили главврачу подарок на Новый год — ёлку живую, а у неё аллергия на хвою, оказывается… Вот не знаю, что делать теперь с ней, в холле поставить, что ли… — задумчиво ответил мужчина. — А отдайте мне! Сколько она стоит? 1000 ₽? 2000 ₽? Вот, возьмите 2000 ₽, а я заберу ёлку! Спасибо! — протараторил я, оставив мужчину в недоумении. Дверь в твою палату была приоткрыта, поэтому я тут же оказался внутри, наблюдая интересную картину: ты сидела на кровати, разбирая пакет с новогодними украшениями, а на твоей шее уже красовалась мишура красного цвета. — Поль, ты красотка! — усмехнулся я, занося ёлку и устраивая её около окна. — Ты где её нашёл? Пушистая какая! — воскликнула ты, спрыгивая с кровати и подбегая к дереву. — Где нашёл — там уже нет. — улыбнулся я. — А ты, красавица, босиком не бегай! Пол холодный. — заявил я, поднимая тебя на руки. — Я тебя обожаю! — засмеялась ты, после чего я посадил тебя на кровать и поцеловал в уголок губ. — Сейчас всё украсим и спать. — скомандовал я, распаковывая коробку с ёлочными шариками. — Дим, я, наверное, не отдавала себе отчёт о своих действия и словах, когда ты предлагал остаться со мной на Новый год… Ты серьёзно решил провести завтрашнюю ночь со мной… здесь? — прошептала ты, когда комната уже была украшена, а я собирал пустые коробки и пакеты. — Да, Поль, я серьёзно решил отпраздновать с тобой Новый год. Знаешь что, давай мы сейчас ляжем спать, а завтра всё обсудим, хорошо? Тебе отдыхать нужно. — улыбнулся я, укладывая тебя на кровать и накрывая одеялом. Ты не стала сопротивляться. Просто закрыла глаза и отвернулась от меня, покрепче укутываясь в одеяло. Я понял, что ты ожидала другого ответа на свой вопрос, хотела поговорить, всё понять, а я так бесцеремонно практически заткнул тебя. На душе скреблись кошки, а сна не было ни в одном глазу. За размышлениями я провёл ещё часа два, листая фотографии и читая комментарии под ними. Устроившись на кресле, которое было достаточно большим и удобным, я прикрыл глаза, надеясь заснуть. Утром я проснулся от твоего надрывного кашля. Ты всё так же лежала на боку, спиной ко мне, и, не переставая, кашляла уже не первую минуту. Я осторожно поднялся со своего спального места, разминая шею и плечи, и подошёл к твоей кровати, опустив руку на твоё плечо. Ты вздрогнула, но кашель не прекратился. — Поль-Поль, перевернись на другой бок, полегче будет. — сказал я, самостоятельно разворачивая тебя сначала на спину, а после лицом ко мне. Ты кашлянула ещё несколько раз, а после успокоилась. — Ты спал? — спросила ты, разглядывая моё лицо. — Спал. — кивнул я. — Прости меня за вчерашнее, я погорячился… — О чём ты? Дим, даже не думай, ты был совершенно прав! — возразила ты. — У тебя снова температура, солнце… Сейчас позову доктора, пусть посмотрит, хорошо? — ты слабо кивнула, положив руку под подушку, а я отправился в коридор. Пока я искал твоего лечащего врача, кем оказался приятный мужчина, лет сорока, имя которого было Олег Михайлович, мне позвонила твоя мама, начиная расспрашивать о тебе и твоём состоянии здоровья. Доложив всё, что знал, я протянул трубку доктору, который, уже с медицинской точки зрения, вновь всё объяснил заново. Светлана Геннадьевна обещала приехать днём и остаться на ночь, но я сумел убедить её, что этот Новый год мы должны отпраздновать наедине, потому что либо сейчас, либо уже никогда. Мама твоя, скажу честно, сразу поняла, к чему я клоню, поэтому согласилась спустя пару минут. Олег Михайлович осмотрел тебя, подмечая, что нужно будет поставить капельницу, а после покинул палату, пожелав нам счастливого Нового года. Весь день мы провели за разговорами и просмотром Иронии судьбы, которая шла практически по всем каналам нашего телевидения. Я сходил в магазин и купил всё, что нужно было для приготовления оливье и твоего любимого салата из сельдерея и курицы. Днём приезжала твоя мама, которая привезла ещё несколько готовых салатов, запеченную рыбу и овощи. В общем — к новогодней ночи уже всё было готово. За час до наступления Нового года ты, несмотря на не самое лучшее самочувствие, переоделась в привезённое мамой красное платье, сотворила что-то невероятное на голове и предстала предо мной совершенно иной, не болеющей на вид, Полей. Клетчатый плед, что так удачно подходил к твоему образу, тут же оказался на твоих плечах, спасая от холода. Стол постепенно накрывался, врачи заглядывали в твою палату, поздравляя с праздником, а телефон не успокаивался от вибрации. — Как думаешь, этот год был очень плохим? — спросила ты, устроившись головой на моём плече. — Почему же? Мне кажется, он был очень даже… — задумчиво ответил я. — А что ты хочешь забрать с собой в следующий год? — поинтересовалась ты, сильнее прижимаясь ко мне. — Тебя. — спокойно ответил я. — Поль, совсем холодно? Давай ещё одеяло принесу? — Нет, не нужно, спасибо. А я тебя. — Что ты меня? — на понял я. — В следующий год хочу тебя забрать с собой. Пойдешь? — улыбнулась ты. — Естественно! — ответил я, после чего куранты начали свой бой. — За тебя. — прошептала ты, поднимая бокал с шампанским и смотря мне в глаза. — За тебя. — вторил я, улыбаясь уголками губ. — Дим, исполни моё желание, пока бьют куранты… По… Но ты не успела договорить, потому что я, бесшумно поставив свой бокал на стол и перехватывая рукой твой, располагая его рядом со своим, приблизился к твоим губам, завлекая в нежный поцелуй. Ты решительно отвечала, поглаживая подушечками пальцев мой затылок. Я выписывал всевозможные узоры на твоей спине, отчего ты извивалась, стараясь скрыться от щекотливых прикосновений. — Я угадал? — отстраняясь от тебя и широко улыбаясь, спросил я. — Я люблю тебя, очень, Дим… — прошептала ты, обнимая меня за талию. — Я тоже тебя люблю… — ответил я, целуя тебя за ухом, после чего ты покрылась мурашками. — С Новым годом, моя хорошая! — С Новым годом, мой родной! — ответила ты, вновь приближаясь к моим губам. — Как Новый год встретишь, так и… — Так и проведёшь. — закончил я, крепко обнимая тебя.