Ближний круг +1965

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Yuri!!! on Ice

Основные персонажи:
Отабек Алтын, Юрий Плисецкий
Пэйринг:
Отабек/Юра
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Драма, Психология, Hurt/comfort, AU, Дружба
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика
Размер:
Макси, 407 страниц, 42 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Слишком сильно,чтобы словами» от Ке
«Пиздато с первой строки» от Хельгасик
«Спасибо за эти эмоции!» от Hono Konami
«Это был так... сильно ТТ » от Gin Gyuray
«Отличная работа!» от Just Jimmy
«Спасибо за такие эмоции. » от Нюняяяяяяя
«Любимый фанфик)» от Мили Гранде
«Это божественно, реву сильно! » от unicorns on mars
«Великолепная история!» от Эльхен Каэрия
«Отличная работа!» от darkerthannox
... и еще 56 наград
Описание:
Мафия!АУ с суровым российским криминалом. Юрин дедушка - большой в этом мире человек, а у Юры один за одним меняются телохранители.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Частично основано на популярной в свое время на тумблере идее про Mafia!AU, где у Дона Плисецкого есть внук-дятел, к которому приставляют телохранителя, чтобы уберечь от преждевременной тупой кончины.
Психология тут - не просто тэг, а натурально психология в виде прикладной дисциплины.

А еще по этому тексту рисуют! Прекрасные, обалденные арты от прекрасных и обалденных людей.
Тут и по ссылкам есть координаты артеров. Похвалите их пожалуйста.
В артах могут встречаться СПОЙЛЕРЫ, осторожно.

qualquer A. (https://ficbook.net/authors/2003783) и кумыс с пистолетом, дома и в кино: http://alexundmathew.diary.ru/p211974824.htm

Mary Paper (https://ficbook.net/authors/759215) и много-много очень клевых артов к ранним, средним и поздним главам, и даже энца там есть: http://alexundmathew.diary.ru/p212292061.htm

Прекрасные аэстетики от Reinberg (https://ficbook.net/authors/1617629) здесь. Про кумыс и про дедушку: http://alexundmathew.diary.ru/p212107506.htm

Товарищ Горбовский (http://gorbovskiy.diary.ru/) и серия теплых фанартов, среди которых даже есть Натан! В дневнике артера: http://gorbovskiy.diary.ru/p212118804.htm

m.zu, божечка на земле (http://whatisbackground.tumblr.com) и настоящие иллюстрации! Припасть: http://alexundmathew.diary.ru/p212117772.htm

Nastwow (http://nastwow.diary.ru/) и публичное выражение чувств: http://nastwow.diary.ru/p212314047.htm

Часть 8

29 января 2017, 17:24
      Отабек припарковался у двери, вышел первым, подхватил с заднего сидения свою сумку. Потянулся за Юриной, но тот перехватил ее с другой стороны и сказал: но-но. Гармонь, конечно, носит за дедушкой кейсы, но это другое.
      Яков поглядел на Юру победно, и Юра вспомнил, что хреновое у него какое-то получилось «приду завтра». Насупился. Он вообще не обязан…
      – Пострелять? – спросил Яков.
      – Не, – сказал Юра, – я вот с ним, – мотнул головой назад, привычно за правое плечо. – Я охраняемое лицо!
      – Мы поделаем парные, – сказал Отабек.
      – Давайте, давайте. Вот наконец-то что-то полезное от тебя, Юра!
      – Я, может, ученым буду, на хуя мне вообще зал?! – возмутился Юра.
      Яков даже головы не повернул, ушел к себе. Юра сунул руки в карманы и потопал к раздевалке. Отабек за ним.
      Спросил:
      – Ты хочешь быть ученым?
      – Да бля! Нет, конечно! Просто че он? Вот поэтому я сюда и не хочу. Как будто, блядь, всем должен, а беру и не делаю, собака такая, и всех подвожу.
      – Извини.
      Юра шлепнул сумку на лавку, обернулся.
      – А?
      – Извини, что затащил.
      – Ты-то затащил? Я сам же. Но просто… ну блин!
      Юра бухнулся на лавку рядом с сумкой, попыхтел, встал, стряхнул куртку. Отабек размотал шарф и вылез из свитера. Не совсем уж зимнего, но все-таки.
      – Ты мерзляк, – сказал Юра.
      – Да, – сказал Отабек, – наверное. Холодно, если не двигаться.
      – А мне норм, – похвастался Юра и расшнуровал кеды. Достал из сумки другие, красные и пятнистые. Юра представлял, что это шкура леопарда, который упал в свеклу и покатался. Скинул домашнюю футболку, натянул футболку с тигром. Тут были и душевые, по стремности не уступавшие остальному залу, но после занятий Юра предпочитал переодеваться в сухое, а дома бросать в стирку все сразу, и мыться у себя, как белый человек. Тем более, не очень-то и потел.
      Отабек, в обычном своем черном и в кроссовках, выщелкнул из пистолета магазин, спрятал его в сумку, вставил другой. Опустил руку, прицелился в угол, спустил курок два раза. Беретта Нано послушно щелкнула. Отабек сунул пистолет за пояс, накинул и застегнул спортивную куртку, одернул.
      – Крутые парни носят пистолет в кобуре, – сказал Юра. Лада носил в подмышечных, сразу два здоровенных пистолета. Пустынные Орлы, как бонусное оружие у Лары Крофт. К нему еще нужно было отдельно искать патроны. А по дефолту у нее какие-то неизвестные пушки, почему бы и не Беретты. Одеть Отабека в шорты, дать ранец и отправить расхищать гробницы.
      – Так быстрее доставать, – сказал Отабек.
      Юра застегнул худи, встал, протянул руку.
      – А дай пощупать?
      – Юрий Михайлович…
      – Фу! Нет! – Юра передернул плечами. – Теперь уж точно не надо так, а то натурально отрастут усы.
      Отабек прищурился, и из губ сложилось что-то – не что обычно. Он выпустил рукоятку, Беретта повисла на спусковой скобе. Отабек наклонил руку так, что пистолет на нее лег, и протянул Юре. Юра взял. Сжал рукоятку, погладил спусковой крючок. Не как у Макарова, а с какой-то еще выступающей частью внизу, не дает пальцу соскользнуть. Юра повернулся к Отабеку спиной, прицелился в свою куртку на вешалке, поддержал правую руку левой.
      – Разрешишь? – спросил Отабек.
      – А?
      Отабек взял Юру за локоть левой руки, покачал, опустил ее вдоль тела. Поправил плечи, взял за бока, чуть развернул в сторону предполагаемой мишени. Встал за спиной, дыша в волосы, взял над локтем, чуть опустил правую руку. Мушка разъединилась с прорезью.
      – Ну и че это такое? – сказал Юра. – Как я буду целиться?
      – Тебя спортивной стрельбе учили?
      – Ну наверное, – буркнул Юра. Лада спортсмен до черта, а Юра хотел, как Лада.
      – Тогда ладно, – сказал Отабек и отошел. – Там, конечно, главное попасть очень точно.
      Юра опустил руку, повернулся к нему.
      – А в жизни типа не важно?
      – Важно, – сказал Отабек, – но не настолько. В корпус, в противника в принципе – уже бывает достаточно. А пока будешь вставать наизготовку, пока руку на уровень глаз, пока прицелишься… Даже смотри, как можно, – он взял Юру за плечи, снова развернул от себя, поднял его руку с Береттой и повернул кисть так, что пистолет лег горизонтально.
      – Да ну, – сказал Юра, – засмеют. Так только тупые гангстеры в боевиках держат.
      – Стрельни пару раз, – сказал Отабек.
      Юра спустил курок раз и другой. Пистолет дергался. Отабек поводил у ствола ладонью.
      – Видишь, как ходит от пальца? – Юра закивал, нажал на спусковой крючок еще раз, медленно. Ствол повело вниз. Отабек повернул его руку в нормальное положение, показал. – А так будет ходить вправо-влево. То есть, легко промахнешься мимо стоящего человека. А если вертикально, то разброс будет вдоль фигуры. Целишься в грудь – придется в голову или в живот. Неплохо, правда?
      – Неплохо, – сказал Юра, снова повернул пистолет, как у тупых гангстеров. Подумал: да я настоящий нигга. – То есть, это не просто для крутости?
      – Нет, – сказал Отабек, – но все равно так делают редко. Непривычно целиться. Но если ты научишься, будет удобно.
      Может, и научусь, подумал Юра. Покрутил Беретту, разглядывая. Погладил рамку. Возвращать не хотелось. Юра вцепился в пистолет и спросил:
      – А ты сегодня будешь стрелять?
      – Сегодня не стрелковый день. Я патронов лишних не захватил.
      – Ну блин! Я бы посмотрел.
      – Если хочешь, в субботу.
      – Хочу! – сказал Юра. – Ты мне покажешь еще всякие штуки.
      – Я не профессионал, – сказал Отабек. – Ты на меня не смотри.
      А от профессионалов будто толку больше, подумал Юра.
      – А почему целиться не надо? – спросил Юра.
      – Да надо, конечно, но вот эта поза, – Отабек шагнул назад, развернулся к Юре боком, вскинул руку выше плеча, так что указательный палец оказался на уровне глаз и смотрел Юре прямо в лоб, – спортивная – жесткая. Не подвигаешься. Ноги, – он побил кроссовкой об пол, – прямо, жестко. И ты стоишь боком к противнику. Обычно он заходит спереди, – Отабек надвинулся на Юру с растопыренными в виде оружия пальцами, Юра ушагал назад, вскинул пистолет, и он уперся Отабеку в грудь. Тот сунул руку-«пистолет» в карман, сказал: – Да. Смотри. – Он показал пальцем на Юрины ноги. – Видишь, ты не успел повернуться. Куда смотришь, куда корпус, туда и целишься.
      Юра хмыкнул и опустил пистолет. Ловко!
      – По-спортивному можно, когда в тебя не будут стрелять, и у тебя есть время прицелиться. И важно точно попасть с одной попытки, – сказал Отабек. – По колесам, например, или когда тебя не видят. А так… ну, неудобно.
      – Да-а…
      Отабек протянул руку. Юра вздохнул, отдал ему пистолет. Отабек сунул его за пояс. Сказал:
      – Ты все равно меня не слушай, Юра. Как тебе нравится, так и стреляй. Если для развлечения, то по-спортивному лучше. Просто… если вдруг понадобится в жизни, то лучше быстрее, чем набрать больше очков.
      – Да, я понял.
      Отабек кивнул. Юра потер ладонь, которая уже скучала по рукоятке.
      Спросил:
      – Что стоим?
      – Ты охраняемое лицо. Я за тобой.
      Юра фыркнул и пошел в зал. Отабек за ним.
      – Охраняемое лицо… – пробормотал Юра.
      – На западе называется ви-ай-пи, – сказал Отабек. – «Всегда оставайся рядом со своим ви-ай-пи».
      – Я не very important, – сказал Юра. – Это Мильтон… Да ну, тупо все равно как-то, ви-ай-пи, мы что, звезды?
      – Кого охраняешь, тот и ви-ай-пи, – сказал Отабек. – Ты очень important.
      Юра подергал завязки капюшона и не стал к нему оборачиваться. Так и дошли до края зала – практически гуськом. И снова было пусто, только девчонки, которых Юра видел тут в прошлый раз (или уже какие-то другие) сидели под шведской стенкой и пили воду.
      – Я сейчас разомнусь, – сказал Отабек, вышел вперед и побежал на месте, подтягивая колени.
      – А я? – спросил Юра.
      – Как хочешь, – проговорил Отабек на выдохах. – Но лучше тоже. Чтобы без травм.
      – А мы драться будем?
      – Нет. Но мало ли.
      Юра хмыкнул и попрыгал на месте. Потом стал делать то же самое, что Отабек: махи руками, наклоны, бег от мата до стенки с приседаниями. Упор лежа, расставив ноги. Юра даже завел одну руку за спину так же, как Отабек, но отжаться не смог, не говоря уж о подбросить себя, оторвать ладонь от пола. Вместо этого он просто отжался на обеих. Сел на пятки, подождал, пока Отабек закончит, спросил:
      – Это типа чтобы сложнее было? На одной руке и все дела. Как Ван Дамм.
      – Нет, – сказал Отабек, – это чтобы был сильный толчок. – Он встал, поманил Юру, сказал: – Будет не так круто, как у твоих предыдущих, но…
      Юру словно снесло электричкой, он улетел вперед и в бок, споткнулся о мат и шлепнулся на него коленями. Вскочил, а Отабек уже стоял над ним, протягивал руку. Быстренько убрал. Юра сказал:
      – Блядь! Предупреждать надо!
      – Извини, пожалуйста. – Юра потер плечо. Отабек тронул его за худи. – Больно?
      – Ни хуя себе ты резкий. Это так положено обращаться с ви-ай-пи?
      – Да, – сказал Отабек. – Убирать с линии атаки.
      Все же лучше, чем с Гранитом, подумал Юра, там сразу мордой в пол. Сказал:
      – Ну ты ничего так, я чуть за МКАД не убежал.
      – Хорошо, – сказал Отабек. – Ты легкий, так удобнее. Кто потяжелее придал бы тебе ускорение еще больше. Ты, главное, постарайся оставаться на ногах, не падать. Скажу пригнуться – пригнись, но не ложись, ладно?
      Юра кивнул, подергал замок молнии. Почему ни с Гранитом, ни с Ладой, ни с Белкой, ни с первым они этим не занимались? Никто ничего не объяснял. Хватали, тащили или валили. Закрывали собой – большое спасибо.
      Люди мусор. Кровь быстро стынет и быстро засыхает.
      Юра спросил:
      – А ты? Ты куда денешься с линии атаки?
      – Тоже постараюсь не попадаться, – сказал Отабек. – Обычно в другую сторону, а потом бегу за тобой, и мы эвакуируемся в сторону укрытия. Ты уже видел в прошлый раз. Помнишь? Упражнение.
      То есть, мешок – это я, подумал Юра, который Отабек толкал, а потом, отстрелявшись, возвращался и ловил не глядя.
      – Попробуем еще, Юр?
      Юра сглотнул, подергал завязку и кивнул.
      Они ходили по залу, и иногда Отабек неожиданно пихал Юру вперед и влево, а Юра, перебирая ногами, старался не упасть. Иногда успевал заметить, как Отабек отстреливает флэш, но чаще просто слышал щелчки. После очередного раза Юра спросил:
      – Если на нас нападают спереди, чего ты меня толкаешь вперед? Им в руки?
      – По ходу движения, а не перпендикулярно. Чтобы ты не упал, – сказал Отабек. Поманил. Юра подошел, приготовился. Отабек обошел его, привычно встал за спиной, сказал: – Пойдем.
      Юра пошел. Отабек на полушаге вылетел вперед, толкнул Юру вбок. Нога зашла за ногу, и Юра не рухнул, как подрубленное дерево, только потому, что Отабек ухватил его за рукав. Худи затрещала. Юра нащупал кедами пол, сказал:
      – Все, все, понял.
      Наблюдавший за ними от двери своей тренерской, она же чайная, Яков крикнул:
      – Команды теперь!
      Отабек кивнул. Спросил:
      – Не устал, Юра?
      – Нет! – Юра попрыгал на месте. – Давай еще!
      – Когда устанешь или скучно – скажи. Это ведь для меня, а не для тебя.
      – Чего это не для меня? Может, это все спасет меня от верной смерти.
      – Надеюсь, что нет. В смысле, что не придется.
      Юра подумал: ну да. Было бы заебательски.
      Они отошли подальше от матов. Отабек сказал:
      – Когда телохранитель видит у нападающего оружие, он командует: «пистолет»! Или «ствол»! «Ствол, пригнись!» – это значит, кто-то вошел в ближний круг и нападает на нас с оружием, и тебе надо переместиться в ту сторону, куда я тебя направил, и изменить уровень. – Отабек пригнулся и прошел два шага. – Вот так. Но не падать, оставаться на ногах. А потом уже бежать в укрытие. Я тебя сопровожу, либо ты сам, если я выбыл. Так что послеживай, что вокруг, хорошо? Кусты там, подворотни.
      Юра закивал. Отабек встал у него за спиной, и они походили. Ходили долго, нарезали полтора круга, и Отабек, наконец, крикнул: «ствол, пригнись!», и одновременно швырнул Юру вперед и влево, и Юра побежал, закрыв голову руками и стараясь быть как можно ближе к земле-матушке. Отабек отщелкал флэш, развернул Юру за плечо, пришлепнул руку на загривок, надавил, и они, пригибаясь, побежали в сторону шведской стенки.
      – Ты молодец, – сказал Отабек. – Быстро схватываешь.
      – Да ну, – сказал Юра запыхавшимся голосом.
      – Правда.
      Юра потряс головой, заправил волосы за уши. Сказал требовательно:
      – Еще!
      Они походили и побегали до воображаемого укрытия еще.
      А потом вышел Яков с ведерком теннисных мячиков. Стало еще веселее, Юра вопил, увесистые мячики так и свистели. Попало ему всего однажды, по плечу, и Юра завопил:
      – Дядь Яш, убьете! Полегче!
      – Тяжело в учении, легко в бою. А ты что хотел? Пулей больнее.
      Отабек, которому попадало то в грудь, то в спину, то в голову, растирал «входные отверстия» и молчал. Первым стреляют в вооруженного, вспомнил Юра.
      – Теперь давай в ограниченном пространстве, – сказал Яков, когда Отабек принес ему разбежавшиеся мячи.
      Юра направился было в сторону коридора, но никуда они не пошли, остались в зале, только Отабек теперь не толкал Юру далеко вперед и в сторону, а пихал бедром влево, вышагивал вперед него, отстреливал флэш и, схватив Юру за загривок, толкал прочь от Якова. Тот покрикивал: резче! Быстрее! Не свали клиента! Отабеку теперь доставалось почти каждый раз. Дурацкий, значит, способ, подумал Юра. В очередной раз Отабек придушенно хекнул, схватил Юру слабее обычного и пригибался ниже. Юра тоже пригнулся чуть не к самому полу. Отабек, отбежав на положенное расстояние, отпустил его, прижал руку под грудью, другой, с пистолетом, вытер рот.
      – Бля, дядь Яш! – крикнул Юра укоризненно. – Ну серьезно!
      – Все в порядке, – сказал Отабек, оперся на колено, распрямился. Прямо в солнечное сплетение. Бля-а, подумал Юра. – Все нормально. Дыхание перехватило. – Он сунул пистолет за пояс, глубоко вдохнул. Юра сбегал за мячами, вернул Якову, зло сунул в руки. Его бы так, Юра бы посмотрел.
      – Ладно, хватит с вас пока, – решил Яков.
      – Спасибо, – сказал Отабек сипло.
      – Я тебя еще погоняю, – сказал Яков. – Поедешь на стрельбище?
      – Поеду, – сказал Отабек и все-таки согнулся, уперся ладонями в колени.
      – Дохлая пошла молодежь, – сказал Яков и ушел к себе.
      Юра присел на корточки, утер лоб, спросил:
      – Что за стрельбище?
      – Ездим иногда, – сказал Отабек, медленно выпрямился, прижал ладонь к куртке, потер. – Михаил Захарович и его люди, и из разводных кое-кто. Пейнтбол. Хорошо тренироваться, все ошибки сразу заметны. Условия почти полевые.
      Ну конечно, подумал Юра, все интересное происходит без меня.
      Они добрались до лавки, посидели с минуту, потом Отабек встал, ушел в раздевалку и вернулся с бутылкой воды. Протянул Юре, а сам остался стоять, разминаться. Юра пил и глядел, как он скручивается в разные фигуры.
      – Устал?
      Юра оторвался от бутылки. Ноги подрагивали и сердце никак не могло успокоиться от бега.
      Сказал:
      – Не, нормально.
      – Давай тогда еще немного. Спокойное.
      – Сам-то живой?
      Отабек долго глядел на него. Юра отдал ему бутылку и крышку. Отабек медленно отпил, все глядя на Юру, потом сказал без уверенности:
      – Да. Спасибо.
      – Курить пойдешь?
      – Нет.
      – А чего, не у кого стрельнуть? Ну вот у дяди Яши.
      – Он курит?
      – А я знаю?
      Отабек моргнул. Потом отпил еще глоток, прополоскал рот, сглотнул, дернув кадыком, и завинтил крышку. Сказал:
      – Сегодня не буду в любом случае. Настроение неподходящее.
      – Не никак, да? – спросил Юра негромко. – Плохо?
      Отабек сказал:
      – Наоборот.
      Подошел, поставил бутылку рядом с Юрой, наклонившись. Пахнуло свежим потом, не противным, а… Юра облизнул мокрые от воды губы, почесал шею сзади, сказал:
      – Да. В смысле, пошли!
      И они пошли. В задачу Юры входило именно ходить в любом темпе, останавливаться, разворачиваться, наклоняться, махать руками, а Отабек ходил следом и повторял. Синхронизация с охраняемым лицом, почувствовать движения и все такое. Юра полюбил останавливаться и резко сдавать назад. Первый раз Отабек попался, Юра на него налетел. Второй раз – уже нет.
      Потом Отабек нарезал круги вокруг Юры, вышагивал вперед и убирался обратно назад. Потом они стояли смирно – точнее, стоял Отабек, брал Юру за плечо и двигал за себя, а потом снова – вперед себя, а Юра сначала метался не в ту сторону, а потом приноровился. Ничего сложного – легкий толчок, и от тебя требуется шаг вбок и шаг назад. Тем более, Отабек тянет за руку или за плечо.
      Потом Отабек заступал вперед Юры, толкая бедром, как в упражнении с мячиками, но теперь выставлял левую руку в сторону, обхватывал Юру за плечи и валил его позади себя на пол. После двадцати повторений Юра сказал, что он тут полежит, в гробу он видал вставать. Ему полежать надо. Отабек сунул пистолет за пояс, сходил за бутылкой, присел рядом, подождал, пока Юра обольется в процессе питья весь, и они пошли переодеваться.
      – Ты молодец, – повторил Отабек.
      – Я бревно, – сказал Юра.
      – Вовсе нет.
      Юра сполз с лавки, куда приземлился и думал, что врастет корнями, и потащился к раковине умыться. Вернулся как раз на голого по пояс Отабека. Тот вытянул из сумки полотенце, разминулся с Юрой, намочил в раковине, быстро протерся.
      – Тут есть душ, – сказал Юра.
      – Я знаю. Но я лучше дома. Тебя не задерживать.
      – Да я б подождал.
      Отабек вернулся к своим пожиткам, натянул футболку и свитер, сказал:
      – В следующий раз.
      Намотал шарф. Юра стянул с лавки потяжелевшую сумку. Отабек подхватил свою. Юра подождал, потом спохватился, пошел первый.
      На улице моросило, но зонта Отабек достать не успел. Юра бросил сумку назад, хлопнулся на сидение, уронил руки. По ним и по ногам бегали электрические заряды. Он подумал: сейчас бы закурить, да-а… но нельзя, когда хорошо.
      Отабек завелся, тронулся, вырулил на проспект. Юра пристегнулся, понаблюдал немного, как темный асфальт с круглыми и рыжими, как тыквы, пятнами фонарного света убегает под колеса, и прикрыл глаза.
      – Юра, – сказал Отабек негромко.
      Юра приоткрыл один глаз.
      – Мне надо у тебя кое-что спросить.
      – М? Чего?
      – Ты пойдешь на «Доктора Стренджа»?
      – Фр, – сказал Юра и закрыл глаз. – Не-а. Спиратят – посмотрю. А так толкаться еще, люди какие-то мешают…
      – Понятно.
      – А что?
      – Ничего.
      Юра открыл глаза, сел прямо, спросил:
      – Нет, правда, чего?
      – Будешь моим другом или нет?
      Ни хуя себе, подумал Юра. Такого у меня еще не спрашивали. Да и вообще ни у кого возрастом старше детской площадки не спрашивали.
      Отабек вел и ждал.
      – Это что за вопрос? – сказал Юра. – Это подъеб какой-то?
      – Нет, – сказал Отабек. – Просто если ты сам не пойдешь на «Доктора Стренджа» в кино, то значит я один… я хотел сходить. Пригласить тебя. Лично, а не как ви-ай-пи.
      – А, – сказал Юра. Спрятал ладони между ног, стиснул коленями.
      Отабек молчал. Ни хуя себе, думал Юра.
      – Ты не ходок в кино, я понял, – сказал Отабек.
      Да кто бы меня туда звал, подумал Юра. В последний раз был с дедушкой на каком-то мультике про муравьев.
      – А когда? – спросил он.
      – В конце октября. Еще месяц.
      – Ага-а…
      Отабек молчал. Молчание становилось все плотнее, словно в машину напихивали газетку за газеткой, как в ботинки, которые убирали на зиму. Слова упирались в газеты и застревали внутри рта.
      – Спроси еще раз, – сказал Юра.
      – Пойдешь на «Доктора Стренджа»?
      – Не то.
      – Будешь моим другом или нет?
      – Буду.
      Отабек сказал:
      – Я очень рад.
      – А если не пойду в кино?
      – Тогда посмотрим, когда спиратят, – сказал Отабек.
      Юра сказал:
       – Я подумаю.
      Чтобы не зазнавался.