Если бы не...

Jung Hoseok Чёрт, всё бы отдал, только бы продолжать просыпаться с Тэхёном каждое утро. Я многое отдал, на многое решился, лишь бы спокойно жить с ним. И я счастлив видеть его тёмные глаза, наполненные детским счастьем. Говорят, глаза — это зеркало души. По ним можно с лёгкостью узнать человека, увидеть его внутренний мир; поэтому, при разных знакомствах, я всегда разглядываю самую прекрасную, на мой взгляд, частичку тела любого человека. С раннего возраста родители уделяли мне время, отдавали большее количество времени, пока мой сводный брат, тихо плача, был заперт в шкафу. Наслаждаться такой жизнью я не мог. Возникали мысли, что Тэхён яро ненавидит меня. Мать Тэхёна, мою новую мачеху, я не взлюбил с первого взгляда, потому что её глаза… Они были не столь прекрасны. Эта наглость, жадность, бесчувственность… Не могу поверить, что бывают на свете такие люди. Их даже людьми не назовёшь. Но её сын, Тэхён, полная противоположность. И в эти тёмные и глубокие глаза я влюбился с первого дня нашей встречи. Самое странное, что я не мог по ним узнать качества характера своего сводного брата, будто доступ полностью закрыт от окружающих. А, может, в них просто ничего не было, никаких чувств… Со временем я стал замечать, что Тэхён открывается мне. Он видел, что я не хочу причинять ему вреда, поэтому он доверял мне, любил, тянулся словно к солнышку. Тогда я пообещал себе, что обязательно заберу его с собой, когда смогу обустроиться в этой жизни.

***

— Ты серьёзно на это настроен? Юнги собрал меня и Джуна в старой комнате Тэхо. То есть в той комнате, в которой мы насильно держали Чимина. После смерти Тэхо, Юнги от злости разорвал новые светло-фиолетовые обои с узорчиками, сломал всю мебель и под конец выкинул своё орудие в окно, этим разбив его. — Да. Я понимаю, что нам всем не в радость убивать людей на заказ, поэтому пора покончить со всем этим. Сегодня же я пойду к этому старому засранцу и попытаюсь освободить нас всех. — Юнги устало сел на скрипучую кровать, смотря на слегка качающуюся в стороны одинокую лампочку. — Пора заканчивать со всем этим. — Ты прав. — Джун упёрся плечом в заколоченные доски, но продолжал смотреть на нас. — Почкой чую, просто так он нас не отпустит. Скорее скормит своим обнаглевшим собакам. Может нам с тобой сходить? Вместе мы разберёмся в три раза быстрее. — Нет, я пойду один. Возможно, этой ночью я не приду домой, да и вообще в ближайшее время можете меня не ждать. — Юнги наклонился назад, упираясь в стену. — Ты еблан что ли?! — Удивительно, что мы с Джуном крикнули это одновременно. — А как же Чимин? Ты вот так просто бросишь его?! — На этот раз я решил начинать говорить, а не сидеть с открытым ртом. — Прошу, я смогу один справиться. Дайте мне время, я вернусь. — Юнги поднялся с кровати и направился к выходу, но вдруг остановился. — Чимин спит, а будить его не стану. Я знаю, что он мне скажет, что он сделает при одном виде меня. Но всё равно присмотрите за ним. Я освобожу нас всех. Мы дали ему спокойно покинуть дом. Если честно, давно я не видел Юнги такого. Он стал целеустремлённее, мягче, счастливее. И всё благодаря Чимину, ведь с его появляния Юнги словно подменили. И глаза… Они блестят, и блестят вовсе не от слёз. С Чимином всё же следует поговорить, хотя очень не хочется этого делать. В его взгляде полно наивности, детской невинности, ранимости… Ему будет тяжело, им обоим сейчас тяжело. Юнги, файтин. — Не хотите перекусить? — В пустую комнату осторожно входит Тэхён в зелёном фартучке. — Я приготовил рис с овощами. Можете есть, пока горячее. — Не сейчас, Тэ. — Как можно мягче ответил я за нас двоих. Мы с Джуном пошли к выходу, желания нет больше находиться в этой комнате.