Оборотни

Вид Ханамуры отозвался внезапной тупой болью в сердце. Хандзо уже и забыл, что такое дом, но здесь воспоминания навалились на него с новой силой. А ведь еще предстояло встретиться с родным братом, который считает его убийцей. Если все рассказанное девицей, назвавшей себя Сомброй, правда. Сомбра была девушкой решительной и очень лихо управлялась с любыми трудностями. В тот момент, когда Хандзо метался по ее квартире, перебирая возможности прибыть в Ханамуру хотя бы немногим позже брата, она уже забронировала и оплатила ему место в самолете под чужим именем. - Считай, что это аванс, - сказала она ему на прощание, - никто не вычислит тебя, я и сама пользуюсь этим ником периодически. Соблазн заглянуть в родной дом был слишком велик. Кому принадлежит роскошное поместье теперь? И знает ли он обо всех тайных проходах, которые братья в юности излазили вдоль и поперек? Цепляясь за крохотные выступы деревянных ворот, Хандзо добрался до обзорной площадки, с нее перепрыгнул на покатую крышу и пробежался вдоль нее, чтобы не попасть в чье-либо поле зрения. Во дворе было тихо и пусто, но что-то смущало лучника, поэтому он решил вести себя как можно бесшумнее. Спрыгнув на землю позади беседки, Хандзо замер и прислушался. В тишине он отчетливо различал собственное сердцебиение. Кажется, никаких неприятностей не намечается, да и луна на стороне лучника – ее нет, а небо затянуто тучами. Хандзо скрестил ноги и сел на дощатый пол беседки, а затем глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Ему вспомнился недавний сон, где они с братом еще такие юные, вместе сидели на крыше. Что бы он готов был отдать, чтобы грёза стала реальностью? Далекий от сантиментов лучник проглотил ком в горле и отогнал от себя невеселые мысли. Родные стены подпитывали энергией, разбитость и сонливость отступили, голова стала более ясной, мысли потекли свободнее. «Почему я доверился этой девке? Умный осторожный Шимада, который не ходит по одной дороге дважды, чтобы не встретить на ней капкан, кинулся на встречу с неизвестным человеком, стоило только помахать перед ним призрачной возможностью узнать что-то о брате. Вероятнее всего, давно мертвом брате. Ну, хорошо, что при знакомстве слюни не начал из пасти пускать». Хандзо не мог думать о новой приятельнице иначе как «девка». Наемный убийца, изгой, имя которого испятнано подозрением в покушении на родного брата, действительно был консервативен. Вызывающе одетая, странно подстриженная девушка с сигаретой в зубах и стаканом многоградусного пойла в руке для него была неприемлемым явлением. Но он уже начал понемногу уважать ее за очевидные блестящие способности, так что первоначальное впечатление стало сглаживаться. «Предположим, встречу я брата, он действительно им и окажется. И что я скажу? «Приветствую?» А он мне «Йо» и мечом по горлу. И будет прав, если уверен в том, что все произошедшее с ним - моя вина. Но и других вариантов у меня нет». На секунду он отвлекся на неясный шум где-то позади себя. Каждая мышца тела моментально пришла в боевую готовность, в любую секунду Хандзо мог развернуться как тугая пружина и немедленно начать выпускать стрелы в цель. Звук не повторялся. Лучник решил, что его потревожила птица. Возвращаться к прежним размышлениям не хотелось, да и настроение было потеряно. Время медленно катилось к рассвету, ночь начинала светлеть и свежеть, делать же в родном доме больше было нечего. Хандзо исчез в предрассветных сумерках незамеченным никем. В гостиницу лучник предпочел зайти так же, как и вышел из нее пару часов назад – через окно. Ему вовсе не хотелось афишировать свои странные ночные вылазки и запоминаться служащим нетривиальностью поведения. Днем Сомбра сообщит, где нужно будет искать Гэндзи, а пока можно потратить время на сон. И он будет явно более роскошным, чем в кресле у прибабахнутой девицы или в случайном месте на улице. Хандзо подошел к окну, чтобы закрыть его и вдруг инстинктивно пригнулся и перекатился в сторону постели. Только там, схватив лук и прицелившись в сторону вспенившихся занавесок, он понял, что произошло. Над его головой пролетели три острых сюрикена, теперь они задорно торчали в потолке. Промахнулся? Или не хотел убить? Замешательство дорого обошлось лучнику, поскольку в следующий момент на его горло лег острый край ледяного меча. Лезвие уходило в сторону темной фигуры, словно бы катана сама прилетела к месту назначения, чуть позднее выпустив владельца из рукояти клубами дыма. - Положи лук, брат. Ты не представляешь, как давно я хотел с тобой поговорить.