Сломленные

Офис ЛайтманГруп, Вашингтон, Округ Колумбия. Позже.

      Локер и Торрес прибыли в офис одновременно, а именно — без четверти девять утра. Джиллиан заметила обоих, выходя из кабинета Кэла и направляясь в переговорную.       Удобно.        — Фостер? — Риа была искренне удивлена. — Вы… вернулись?        — Да, — коротко ответила та. — Вернулась. По крайней мере, до поры, пока Лайтман не станет готов снова приступить к работе.        — Замечательно, — вклинился Локер.       Джиллиан кивнула:        — Спасибо. Совещание через пятнадцать минут в переговорной. Увидимся там.       На лице Торрес отразилось ещё большее удивление.        — Ладно… увидимся.       Джиллиан прошла мимо них, услышав, как за спиной Торрес прошептала:        — Совещание? Серьёзно? Когда нас осталось всего четверо?

Позже.

      Джиллиан Фостер могла запросто наблюдать на их лицах опасение, как только села.        — Перейдём сразу к делу, — она глубоко и тревожно вздохнула, ощущая, как вес слов, что она собралась сказать, опускается ей на плечи. Будущее ЛайтманГруп. Работа и средства к существованию троих человек, находящихся в помещении с ней. — Я буду исполнять обязанности Лайтмана, пока он не вернётся к работе, — она выдержала паузу, довольно длинную, и Торрес получила возможность задать вопрос, который вертелся на языке у каждого.        — А вы знаете, когда это будет?       Что-то в тоне её голоса заставило Джиллиан перейти в защиту.        — Нет… но могу сказать, что не раньше, чем через два месяца. У Лайтмана тяжёлые травмы, и ему нужно направить все свои силы на выздоровление, а не на каждодневную заботу о компании. Сразу после возвращения он, скорее всего, будет ограниченно дееспособен.       Теперь Торрес выглядела такой же унылой, как пейзаж за окном.        — Понимаю…        — Утром я взглянула на цифры, — прибавила Джиллиан. — И они плохи.        — Я взяла два дела на прошлой неделе, — указала Торрес.        — Это маленькие дела, — возразила Джиллиан. — Ни одно из них не займёт более недели, если всё пойдёт гладко, и ни одно не принесёт нам больших денег.       Щёки Торрес вспыхнули.        — Не пойми меня неправильно, — прибавила мягче Джиллиан. — Я знаю, сколько сил ты вложила в эту компанию за последние несколько месяцев. И знаю, что получить любые новые дела в данных обстоятельствах, — немалый подвиг, и Лайтман и я ценим всё, что ты сделала. Правда, однако, в том, что нам нужны большие дела и большие контракты. Мы не можем ждать, пока они сами придут, нам нужно выйти и получить их.        — У нас нет людей, чтобы вести большие дела, — сказал Локер.        — Я буду первым человеком, кто их наймёт, как только дела появятся.        — Каким образом? — поинтересовалась Торрес. — Мы собираемся ходить и обивать пороги?        — Да. Да, собираемся, — Джиллиан достала из папки перед собой и раздала каждому из них по два листа. — Это некоторые из контрактов, которые сейчас пытается заполучить фирма Райдера. Часть из них, вроде договора с ФБР, обычно принадлежали нам.        — Как вы нашли эту информацию? — спросил Локер.        — У Райдера акционерная компания открытого типа. Немножко покопавшись, можно всё выставить на всеобщее обозрение.       Краем глаза Джиллиан уловила реакцию Алекса. Она сделала домашнюю работу, и этим его впечатлила.        — Но как это нам поможет? Знание, чем занимается фирма Райдера?        — Потому что это — те контракты, за которые я хочу, чтобы мы поборолись. Большие, которые обеспечат нам стабильный доход, а не договоры со вздорными парами, требующими от нас доказать, что супруг лжёт, — Джиллиан перевела дух. Её голова гудела, и сосредоточиться было трудно. — Я хочу, чтобы мы попробовали снова заполучить эти контракты и взглянули на тип компаний, делающих успешным Райдера, и добились договора от них раньше, чем он.        — Но в фирме Райдера больше двух дюжин людей, включая продажников и пиарщиков, — напомнила Риа.       Теперь уже Торрес перешла в оборону, а Джиллиан хотела не этого. Требовалось, чтобы все они поддержали её. Как было когда-то.        — Мы привыкли быть большим, чем фирма Райдера, — прибавила она. — У нас были имя и репутация в этом городе, тогда как он был выскочкой, а теперь он обошёл нас по всем параметрам.       А мы тем временем боремся за то, чтобы не лишиться электричества.       Полный привет.        — Ну и как мы получим их назад? — снова подал голос Илай.       Она повернулась к Алексу, чьи глаза удивлённо расширились.        — Я знаю, Кэл нанял тебя для выполнения куда большего объёма работ, чем делала я…        — Но ты вернулась, — закончил он. — И вам в штате не требуется второй психолог.       Джиллиан прикусила губу, сожалея, что не предупредила его, пока они были в офисе одни.        — На самом деле, что мне сейчас нужно, так это человек, который нашёл бы нам новые дела.        — Ты увольняешь меня, — в его голосе не было ни капли злости, но она слышала разочарование, несмотря на его попытки скрыть это.        — Нет… я говорю, что нам прямо сейчас необходим продажник, и, если ты желаешь попробовать, я не собираюсь тебе мешать. Но я знаю, что это не то, для чего мы тебя наняли. Ты пришёл изучать науку. Я пойму, если ты откажешься… и ты прав, нам не нужен второй психолог, тем более, что работы пока нет.        — Я не знаю, что сказать…        — Не нужно говорить “да” или “нет” прямо сейчас. Подумай, потом дашь знать.        — Ладно, — кивнул он.       Джиллиан вздохнула и повернулась к Рии.        — Торрес… нужно, чтобы ты занялась контрактом Ротблатт вместо Лайтмана.        — Что? — Риа тряхнула головой. — Я… не могу! Лесли Ротблатт меня не выносит. Я работала с Лайтманом пару раз, и она едва меня терпела.        — Полагаю, тогда тебе придётся одержать здесь верх.        — Послушайте, Фостер… никакого неуважения, но я не думаю, что это сработает. Она не примет такого.        — Я с ней пообщаюсь.        — Я не думаю…        — Риа, — перебила её Джиллиан. — Я не могу приостановить этот контракт до момента возвращения Кэла, а ты — лучшая сейчас в компании. — Она повернулась к Локеру и Алексу: — Никаких обид, но нужно, чтобы наш лучший актив сейчас сосредоточился на нашем фактически единственном кормильце, потому что этот договор держит нас на плаву, и мы не можем позволить себе его потерять.        — Как насчёт вас?        — Разумеется, я хорошо читаю лица. Но это не моя сильная сторона. Я не одарённая. Я хочу дать Ротблатт лучшее, что у нас есть, и это — ты. Мы не должны дать ей ни единой причины разорвать договор с нами.        — Отлично, — Риа сглотнула.        — Локер, ты возьмёшься за дела Торрес, а я буду подстраховывать каждого из вас в ваших делах. Вы можете обращаться за любой помощью и советами. Есть какие-то вопросы?       Мелькнул момент какого-то стеснения, прежде чем Торрес взглянула Фостер в глаза:        — Вы и Лайтман вместе? В смысле… за пределами офиса?       Тёплое смущение поднялось где-то в её горле.       Ты бы не осмелилась задать этот вопрос ему самому.        — Ты и Локер вместе? — отбилась Джиллиан. — В смысле… за пределами офиса?       Торрес вспыхнула, а Локер ответил на вопрос за миллисекунду до Рии.        — Да.        — Нет.       Они посмотрели друг на друга, и Джиллиан подавила усмешку. Упс.       Но ты это заслужила.       Фостер надеялась, что она и Кэл ответили бы на этот вопрос одинаково.        — Мы… встречаемся, — добавила Торрес. — На работе это никак не сказывается.        — Хорошо, — Джиллиан сложила листы обратно в папку. — Ответ на твой вопрос тоже положительный. Мы вместе. И на работе это тоже никак не сказывается.        — Нам просто… любопытно, и мы рады за вас, — Локер дёрнул уголком рта в улыбке, предлагая мир. — Только и всего.       Джиллиан приняла объяснение кивком:        — Спасибо. — И повернулась к Рии: — И нет, мой офис мне не понадобится. Я займу кабинет Лайтмана до его возвращения, — она предвидела этот вопрос.       Но кофемашина — другое дело.        — Ладно.        — Когда Лайтман вернётся, вы останетесь? — спросил Локер.       Это был хороший вопрос. Джиллиан так далеко не загадывала.        — Пока не знаю.       Судя по выражению лица Рии, она хотела услышать не такой ответ. Представление, что она пришла, перевернула всё с ног на голову, а затем через несколько месяцев снова уйдёт, Торрес не очень подходило.       И Джиллиан не могла её за это осуждать.        — Как владелец половины компании, я хочу, чтобы она была успешна, — ей нужно было закончить на хорошей ноте. — Я знаю, что на двери имя Лайтмана. Это место создано его наукой, и я думаю, мы все это помним и уважаем, но силы вложил сюда каждый из нас. Мы хороши в том, что делаем, и мне хотелось бы верить, что мы справимся, несмотря на то, что Лайтмана у руля сейчас нет. И мне нужно, чтобы вы тоже в это верили.       Ответом ей стали угрюмые кивки — почти то самое, чего она от них ожидала на данный момент.        — Я увижусь с каждым из вас в течение следующих пары часов, чтобы пробежаться по деталям ваших новых заданий, — и услышала бормотание Локера — что-то вроде “классно звучит”, — прежде чем они поднялись и вышли, оставив её одну в пустой переговорной.

Позже.

       — Ну же, скажи это, — подначил её Илай.       Риа уставилась на него.        — Давай. Только ты теперь имеешь доступ к камерам наблюдения, не Фостер. Выключи их.       Ответом ему стал ещё один озадаченный взгляд.        — Серьёзно, Локер?        — Лучше ты выплеснешь это на меня, нежели на Фостер.        — Если я так сделаю… то что? Она меня уволит? Как уволила беднягу Алекса? Я-то думала, они друзья. Здорово знать, что на самом деле значит для Фостер дружба.        — Ого, — Локер смотрел, как она маячит по офису, напоминая тигра в клетке. — Это резковато, не думаешь? Я лично услышал, что ему нужно будет заняться делом, отличающимся от того, для чего его наняли. И всё.        — Алекс — психолог, а не продажник. Он не будет делать это, это паршиво… — Торрес скрестила на груди руки. — Он удивительно обходился с нашими немногочисленными клиентами. Они полюбили его.        — Фостер тоже хороша в этом, и ей не нужен…        — На чьей ты стороне?       Локер поморщился. Риа Торрес, злясь, превращалась в занозу в заднице. Становясь при этом ещё красивее, чем была.        — Ни на чьей. И с каких пор надо выбирать сторону?        — Знаешь, я всегда думала, что у тебя к ней что-то…        — Что? — Локер ошеломлённо на неё посмотрел. Джиллиан Фостер была красивой женщиной. Никаких сомнений, но в сравнении с Рией… словом, его выбор был очевиден. — Что за абсурд?       Она улыбнулась. Такая нахальная улыбка появлялась на её лице, когда она думала, что прочла что-то с абсолютной уверенностью.        — Это правда, не так ли?        — Нет, неправда, — возразил он. — Плюс, это не я — тот, кто даже признаться не может, что мы вместе.       Риа перестала улыбаться, теперь раскаиваясь.        — Я сказала, что мы встречаемся, разве нет? Этот её вопрос откуда ни возьмись… я не знала, какого ответа она ждала.        — Честного, может быть?       Риа всплеснула руками:        — Ты можешь поверить, что она поручила мне работу с Ротблатт? С женщиной, которая ненавидит меня! Те несколько раз, что Лайтман брал меня с собой, она обращалась со мной, как с прислугой!        — Если не ты, то кто?        — Она не станет иметь дела ни с кем, кроме Лайтмана! Фостер понятия не имеет, что это за женщина, она же не работала с ней последние полгода, — Риа прекратила, наконец, метаться и села за свой стол, ссутулившись на стуле, как это порой делал Лайтман. Они иногда были так похожи, Кэл Лайтман и Риа Торрес. И Локер завидовал её бесстрашию, потому что сам он мог быть каким угодно, но не отважным.        — Я убила полгода на то, чтобы помочь этой фирме выжить. Работала по двенадцать часов шесть дней в неделю, а потом в один прекрасный день является Фостер и заявляет, что этого недостаточно.       Локер присел на край её стола.        — Так ты это услышала в её словах?        — Да… — её глаза зло блеснули. — Это я и услышала.        — А я услышал, что ты — лучший актив, который у нас сейчас есть.       Риа нахмурилась.        — Не считая того, что она ещё и права: нам отчаянно необходимы новые дела.        — Ты на её стороне, и это начинает меня раздражать.       Локер вздохнул:        — Тебя бесит то, что Лайтман дал тебе полную свободу в управлении компанией после ухода Фостер, так как сам был слишком занят работой с Ротблатт и полицией, а теперь всё изменится, потому что она вернулась.        — Может быть… — пробормотала она, признавая поражение. — Или, может, потому что мне трудно поверить, что внезапно она заинтересовалась фирмой, ведь полгода назад она просто бросила всё к чёртовой матери. Вероятно, мы не оказались бы на дне, останься Фостер тогда здесь.        — Она ушла, потому что ей едва не отрезало руку после ссоры с Лайтманом! Ты бы, что, осталась?       Риа опять нахмурилась, раздосадованная и обиженная.        — Это была случайность.        — Откуда тебе знать? — пробурчал Локер. — Тебя тут не было тем вечером… и ты не видела всю эту кровь вокруг, — он зябко передёрнул плечами от воспоминания.        — Лайтман с ума сходит по ней, — мягко проговорила Риа. — И ты это знаешь. Он никогда не поранил бы её целенаправленно.       Локер смерил её взглядом. Отлично. С одарённой он в таком случае спорить не намеревался.        — Я знаю… — прибавила она. — Я поняла, о чём ты. У неё были свои причины уйти. И я без понятия, почему так злюсь. Мне нравится Фостер. И я хочу её возвращения… но я хочу, чтобы она была тут с Лайтманом. Он и она. Они друг друга уравновешивают. Мне понадобилось несколько недель, чтобы въехать, чего именно требует от меня Лайтман, а теперь мне придётся выяснять, чего хочет она.        — Легче лёгкого для тебя. И, кроме того… — Локер помолчал. — Фостер здесь — это хорошо. У фирмы никаких шансов выжить, если уйдут они оба, а если они взаправду вместе, она останется, даже когда он вернётся.       Риа вздохнула и легонько потеребила ткань его джинсов.        — Остаётся надеяться, что после выздоровления Лайтману будет, куда возвращаться.

Позже.

      Джиллиан вытряхнула себе на ладонь три таблетки аспирина и подошла к раковине, примостившейся в уголке по-соседству с ещё одним книжным шкафом и потрёпанным кожаным диваном. Вынула из шкафчика стакан и наполнила ледяной водой.       Проглотила две, а после этого из-за угла вдруг показалась чья-то голова, испугав её так сильно, что она выпустила из пальцев полуполный стакан и выронила третью таблетку.        — О, нет… Джиллиан, — Алекс Алмейда наклонился, чтобы поднять чудом уцелевший стакан, а затем, выхватив из коробки несколько бумажных салфеток, вытер воду. — Прости. Уже второй раз за день.       Джиллиан промолчала, не доверяя своему голосу.        — Я постучался, — оправдывался Алекс. — Дважды. Но ты, наверное, не услышала.       Руки у неё мелко тряслись. Должно быть, постучался он в момент, когда она открыла кран.        — Эй… дорогая, — он взял её за руку и, подняв с пола кругляшок таблетки, бросил её в раковину. — Ты в порядке? Ты помнишь, что принимать следует только две, да?        — Да… в порядке, — кивнула она. — Извини. Ты просто меня напугал.        — Уверена?        — Да, — подтвердила Джиллиан, сцепляя руки в замок в попытке заставить их перестать дрожать. — Ужасно болит голова. И всё.        — Тяжёлый первый день возвращения? — обеспокоенно поинтересовался он.       Тяжёлые дни в офисе обычно не являлись причиной головной боли. Прерогатива эта принадлежала Клайну. Мыслями она вернулась в вечер, когда он вломился в её дом; её передёрнуло.       Но Алексу Алмейде необязательно было это знать.        — Да, — согласилась она, — пожалуй.       Алекс указал на принадлежащий Кэлу кожаный диван.        — Приляг.        — Спать в первый день на работе? Хорошо же я буду смотреться.        — Закрой дверь, — он со смешком пожал плечами. — Я никому не скажу.        — Я в порядке, — Джиллиан качнула головой и вздохнула. — Правда.        — Я думаю, ты справишься c руководством, — сказал он.       Джиллиан прикусила губу. Она не заслуживала такой его доброты после того, что случилось на совещании.        — Я подумал над твоим предложением, — продолжил Алекс.        — Идём, — она указала на стол Кэла, её стол. — Давай сядем и поговорим.       Он последовал за ней через комнату и устроил своё массивное тело на одном из стульев у стола.        — Ты была права, сказав, что я пришёл сюда не в качестве продажника… а чтобы изучать науку.       Джиллиан кивнула, понимая, но всё равно ненавидя свои слова и его предполагаемое решение. Она эгоистично не хотела терять его, даже не имея для него работы.        — Даг Пенн сейчас в отчаянном положении. И он возьмёт меня назад. Я даже смогу выдвинуть ему несколько требований.        — Так и нужно. Ублюдок не заслуживает тебя.        — Но, если честно, Джиллиан, я скорее предпочту готовить латте в Старбаксе, чем проведу ещё хотя бы день в тюрьме, — он взял один из резиновых антистрессовых мячиков Кэла, поиграл с ним и сжал в кулаке. — Я действительно хочу изучать вашу науку, и мой уход мне в этом не поможет.        — Как бы там ни было, — предложила она, — но тебе необязательно здесь работать, чтобы пользоваться лабораторией. Хочу, чтобы ты знал это.        — Спасибо.        — Я пойму, если ты решишь уйти, потому что я прошу тебя делать совсем не то, на что ты подписался.        — Разнообразие — это неплохо, — отозвался Алекс. — Я бы хотел попробовать, но пойму, если тебе придётся меня уволить и нанять кого-то, кто знает, что делать. Я хороший ученик и могу приспособиться ко всему… но почти ничего не знаю о продажах. И последнее, чего я хочу, это чтобы ты чувствовала потребность держать меня здесь только потому, что я — твой друг. Ты можешь уволить меня прямо сейчас, и ничего не изменится. Я останусь твоим другом.        — Алекс, — Фостер не знала, что сказать.        — Так и будет, — заверил он, и Джиллиан убедилась, что это правда. — Ты делаешь то, что, по-твоему, лучше для компании. А я без проблем поищу другую работу. Это твоя фирма, и тебе нужно сделать всё, что ты сможешь, чтобы её сохранить, и именно это должно быть для тебя приоритетом.        — Знаю.        — Я бы сделал то же самое, — он смотрел на неё по-доброму.       Нет, не сделал.       Он отодвинулся от стола вместе со стулом, опустил на столешницу мячик.        — Я освобожу свой офис к вечеру.        — Алекс… подожди, — Джиллиан встала и, обойдя стол, остановилась рядом с ним. — Я не хочу, чтобы ты уходил, не потому, что ты — мой друг. Если ты хочешь попробовать, действуй. Я скорее доверю тебе блюсти интересы Группы, нежели какому-нибудь зелёному выпускнику бизнес-школы.       На его круглом лице расцвело удивление:        — Ты не врёшь?        — А ты не можешь понять?        — Очень смешно.        — Кэл всегда говорит, что из меня получается плохой лжец. Если ты не можешь сказать, лгу я, или нет, тогда тебе действительно ещё учиться и учиться.        — Тебе необязательно это делать.        — Я серьёзно… тебе нужно проводить больше времени в лаборатории.        — Ладно, ладно… — он приподнял руки, сдаваясь. — Хватит. Я понял. Я останусь. И сделаю всё, чтобы найти для нас работу… не умоляй.       Джиллиан почувствовала, что с плеч падает часть свалившегося на неё сегодня веса. Искренняя улыбка осветила её лицо:        — Договорились.