Условия свободы

      Эту историю не стоит начинать с конца, или с момента встречи главных героев, или с середины. Думаю, эту историю стоит начать с самого начала.       Можно сказать, что всё началось восемнадцать лет назад, когда один из наркобаронов решил выдать свою единственную дочь замуж и передать весь свой бизнес будущему зятю.       Выбор пал на молодого господина Квона. Свадьба и последующий брак были деловым соглашением по купле-продаже легального и нелегального бизнеса, а дочь служила залогом честной передачи дел.       Молодой господин Квон был очень амбициозен, и вскоре большая часть нелегального бизнеса вышла из тени. Тесть радовался такому ходу дел, а также тому, что зять хорошо обращается с его дочерью, и тому, что через шесть лет у него уже было двое внуков.       Вскоре он умер, причём естественной смертью, что очень необычно для такого человека. Зять и дочь устроили шикарные похороны, чтобы поблагодарить отца за то, что они имели.       После смерти тестя и господин Квон, и госпожа Квон решили больше не причинять друг другу неудобств, и господин Квон завел себе любовницу, как он потом скажет: «Для низменной любви, а для возвышенной у меня есть жена». За последующие годы госпожа Квон внимательно следила за тем, чтобы у её мужа всегда была «игрушка» для «любви», а к ней он приходил довольный и не заставлял ее «играть».       Стоит отметить, что госпожа Квон всегда внимательно подбирала мужу не только гардероб, «игрушки», но и личную прислугу. Именно так к ним в дом и попали братья Ким СокДжин и Намджун. Их отец не смог оплатить обучение сыновей в университете, а госпожа Квон всегда искала таких, как они: бедных и талантливых людей, которые будут верно служить в благодарность за спасение.       Через два года обучения братья стали личными секретарями и помощниками семейства Квон. Парни были очень способными, умными, в меру молчаливыми, с чувством юмора, что нравилось их работодателям.       Умение находить общий язык с людьми разных возрастов и сословий было явным плюсом в их работе. Так, спустя пять лет братья Ким превратились в незаменимую часть жизни семьи: они постоянно жили в доме семейства и всегда были готовы помочь своим хозяевам в любых ситуациях.       Стоит отметить, что к тому времени вкусы господина Квона в «любви» и «игрушках» становились все изощренней, желания все более шокирующими. Иногда его «игрушки» не могли продержаться и нескольких месяцев, что приводило его в бешенство, которое он срывал на своих домочадцах.       Тогда секретари Ким и госпожа Квон стали готовить «игрушки» загодя, чтобы господин Квон мог наслаждаться их обществом без длительных перерывов. Была целая картотека молодых девушек и парней, которые могли понравиться Квону, если старая «игрушка» ему наскучит или не выдержит игр.       — Добрый день, секретарь Ким! Да, это прокурор Чан, да, спасибо за заботу, всё хорошо. Вы просили позвонить, если появится кто-то интересный на горизонте. Я звоню, потому что только что мне принесли свежее дело некоего господина Пака. В чем его обвиняют? Да ничего особенного, во время облавы у него обнаружили чистый героин. Да, в этом нет ничего такого особенного, но вы должны знать, что это тот самый Пак Чимин. Нет, я не шучу, он действительно сейчас в участке, и его дело у меня на столе. Да, да, я предупрежу, что вы пришлете своего адвоката. Да, секретарь Ким, я надеюсь, это послужит хорошим дополнением к нашей дружбе? Да, хорошо секретарь Ким, обязательно встретимся и выпьем. Да, всего вам хорошего, да, да.       Прокурор Чан нажал кнопку громкой связи на телефоне и вызвал своего секретаря.       — Сержант, возьмите дело господина Пака и сделайте пометку, что у него уже есть адвокат, и отправьте его обратно в участок. И побыстрее, чтобы утром дело уже было в участке! Вам всё понятно?       — Да, господин прокурор.       — Хорошо, исполняйте.       Прокурор Чан почувствовал облегчение, он давно был должен секретарю Киму, а точнее, его хозяину – господину Квону, а эта услуга поможет ему уменьшить свой долг, а что будет с Паком, это уже не его проблемы.       — Пак, на выход, к тебе прислали адвоката. — дверь камеры со скрипом открылась.— Выходи быстрее, тут тебе не перед кем красоваться!       — Да что же ты такой голосистый!? – Пак поднялся с пола и направился к выходу. — Что, дело уже прокурору передали? Ну и шустрые же вы отродья, полицейские!       — Пак, не дерзи! Отвечу я на твой пакостный вопрос, но это не прокурор, а адвокат, так что поторопись, у него таких, как ты, полно!       — Иду я, иду! — Чимин уверенно зашагал по коридору. Его не смущало то, что он в полицейском участке: за последние десять лет он совершенно позабыл, что такое смущение, да и совесть свою он потерял еще в тринадцать лет, когда решил продать себя. С тех самых пор Чимин совершенно не задумывался о том, что подумают о нем другие люди, его не интересовало их мнение, его интересовали собственное удовольствие и деньги.       В комнате для допросов Пака ждал адвокат – высокий, хорошо сложенный мужчина в дорогом костюме со стильной укладкой, он совершенно не был похож на общественного защитника, напротив – напоминал тех адвокатов, чьи услуги стоят целое состояние. Мужчина обернулся на стук открываемой двери, лицом он тоже был хорош: высокие скулы, тонкий нос, выразительные темные глаза, высокий лоб.       — Добрый день, господин Пак, я адвокат Чхве. Меня назначили вашим защитником. Присаживайтесь, надеюсь, вы будете со мной честны, и я помогу вам выбраться из этой неприятной ситуации.       Чимин уселся на стул и без предисловий сразу заговорил о деле:       — Господин адвокат, я сомневаюсь, что вы действительно государственный защитник, слишком уж на вас хороший костюм. — ехидно сказал Чимин, внимательно рассматривая адвоката.       Адвокат даже не улыбнулся в ответ на это резкое замечание.       — У меня нет желания оплачивать ваши услуги и делать вас еще богаче, я уж как-то обойдусь своими собственными силами. После этих слов Пак откинулся на спинку стула и внимательно взглянул на мужчину. Впервые за все это время адвокат улыбнулся, отодвинул стул и сел напротив Чимина.       — Мои услуги уже оплачены одним человеком, который заинтересован в вашем скорейшем освобождении, так что предлагаю не тратить его деньги напрасно и приступить к обсуждению дела, если не хотите отдать ему больше, чем должны уже на этот момент. Если это все возражения, тогда приступим. Во время вечеринки, которая проходила в вашем пентхаусе, несколько гостей устроили драку. Вы вызвали полицию, что, несомненно, в вашу пользу. Во время задержания у вас были обнаружены наркотики, а именно сто граммов чистого героина, а также метамфетамин и ряд других наркотиков. Плюс к этому вам вменяется статья о проституции, а также обвинения в растлении малолетних, так как на вечеринке было несколько несовершеннолетних, которые занимались сексом.       — Что скажете, адвокат Чхве? Могу я отделаться минимальный сроком заключения? Или придется отсидеть больше? - этот вопрос Пак задал вполне беззаботно: он был абсолютно расслаблен, и, казалось, его особо и не волнует собственная судьба.       — Вам незачем играть беззаботного героя, господин Пак. Обвинения в вашу сторону не такие уж и серьезные. Учитывая, что до этого у вас не было не то что приводов в полицию, а даже штрафов за парковку, думаю, что уже через два дня вы сможете выйти на свободу, отделавшись общественными работами или штрафом.       Чимин хмыкнул на такую самоуверенную речь адвоката и с легкой улыбкой ответил:       — Кажется, я немного прогадал со стоимостью ваших услуг. Теперь мне всё интересней, кто же мой благодетель? Как и было обещано, через два дня Чимин в сопровождении адвоката Чхве покинул здание суда без тюремного заключения, но с двумястами пятьюдесятью часами общественных работ и штрафом в размере полутора миллиона вон.       — Адвокат Чхве, я благодарен вам за помощь, и теперь, когда я на свободе, мне хотелось бы узнать, кто же проявил такую заботу о моей скромной персоне?       - А вы деловой человек, господин Пак, думаю, это вам пригодится в дальнейшем. Если вам так не терпится отдать ваш долг, то садитесь вон в ту машину, и вы сможете увидеться с вашим доброжелателем.       Адвокат Чхве указал рукой в сторону роскошного автомобиля, что был припаркован прямо напротив суда.       — Спасибо за вашу помощь, адвокат Чхве. — Чимин слегка поклонился. — Хотя, моя благодарность для вас мало что значит. Надеюсь, больше с Вами не увидимся!       — Зря надеетесь, господин Пак, — ответил адвокат, слегка улыбнувшись, — боюсь, мы еще встретимся.       Чимин не удивился такому ответу, он ждал именно его, чтобы подтвердить свои худшие опасения. Пока он шел к машине, он перебирал в голове все события, которые могли привести его к этому долгу.       Он никогда не хотел, чтобы его продали.       Он сам продал себя еще в тринадцать лет, он продал себя, лишь бы его не продали раньше. Каждого своего хозяина он выбирал сам, сам назначал за себя цену и соответствовал ей. Видимо, из-за этого он сейчас и оказался в этой западне.       Он уже знал, что его ждет суровая расплата за освобождение из тюрьмы. Он будет чьей-то игрушкой, но не это пугало Чимина, а то, что нет возможности вырваться из этой ситуации, ведь деньги не смогут решить этого.       «Что же, — думал Чимин, открывая дверь машины, — пусть всё будет, как будет. Я буду жив, а из остального я смогу выбраться.»       — Да, хорошо, будьте на месте и держите телефон при себе, чтобы не было, как в прошлый раз! — сердито отчитывал кого-то по телефону Джин.       — Они вышли из зала суда, скоро будут здесь! Джин, возьми себя в руки! — резко осадил брата Намджун.       — Я спокоен, Намджун… Это из-за того, что это наша самая удачная находка, и я уверен, что на очень долгое время мы будем избавлены от поисков.       Намджун дальше продолжил читать документы, новая игрушка босса волновала его больше, чем он хотел показать: было что-то особенное в этом беспринципном и, несомненно, красивом Пак Чимине; наверное, это то, чего не хватало ему самому - смелости быть первым в своей судьбе.       — Приготовься, он уже рядом, помни, что он уже в наших руках, и попытайся ничего не испортить! — Джин сердито взглянул на брата и тронул его за колено, чтобы тот оторвался от очередных документов.       — Ни в коем случае, брат, я буду предельно собран! У нас есть то, что убедит его быть более покладистым. — Намджун сложил документы в портфель и достал из кармана пиджака маленький желтый конверт.       Дверца машины открылась, и в салон сел парень, он уверенно устроился на сидении и внимательно посмотрел на братьев.       — Вот я и встретился с этими знаменитыми братьями-ублюдками, господами Ким? Теми, которые верно служат самому господину Квону?       Чимин откинулся на сиденье и усмехнулся:       — Так вот, кому я обязан своей свободой! Квону? — Чимин внимательно разглядывал братьев. Теперь ему нужно не упустить момент и сыграть на собственном долге, чтобы в результате остаться в выигрыше.       — Да, вы верно заметили. — первым нашелся Намджун. — Мы именно те братья-ублюдки, которые верно служат господину Квону, и он именно тот, кто помог вам избавиться от тюремного заключения и отделаться штрафом и общественными работами.       — Отлично! Мне нравится, что мне не пришлось решать эту проблему. — Чимин внимательно смотрел на Намджуна. — Я благодарен господину Квону, а точнее вам, за помощь. Что ж, я готов высказать свои условия сделки, и я хочу, чтобы она была письменно подтверждена и заверена необходимым образом.       — Каков наглец! — взорвался Джин. — Как ты, дешевая потаскуха, можешь выдвигать свои условия сделки и требовать ее подтверждения? Не много ли ты о себе возомнил?       — Успокойся, дружочек! — Чимин внимательно наблюдал за братьями. — Я слишком хорош, чтобы так просто себя продать. Если вы меня вытащили, значит, вы точно знаете, что я сам себя продаю и вам точно известно, что ни совестью, ни застенчивостью, ни другой этой ненужной эмоциональной мишурой не обременен. Так что, себя я готов продавать лишь по хорошей цене.       Намджун, в отличие от Джина, был внешне спокоен, но в голове он просчитывал, что конкретно может захотеть этот парень и что они могут ему предложить.       — Хорошо, выдвигайте свои условия! — Намджун смерил Чимина внимательным взглядом, — надеюсь, вы хотя бы вполовину так хороши, как уровень вашей наглости и беспринципности.       — Не беспокойся, сладенький, я лучше, чем вы можете себе представить. Записывать будете? — он смотрел на Намджуна, не отрывая взгляд.       — Да что ты себе позволяешь, ты дешевая подстилка! — взорвался Джин,он никак не ожидал такой наглости от этого мелкого крашенного паренька.       — Умерь свой пыл, детка, я нужен вам. Мой долг меня мало волнует, я готов его отработать, это не проблема. Мне больше интересно то, что я смогу получить от Квона, после того, как отдам долг.       — Довольно, — резко прервал Чимина Намджун. — Говорите свои условия, думаю, что бы там ни было, мы можем это выполнить.       — Отлично. Первое и самое главное — мне нужно письменное закрепление всех озвученных условий, иначе я не работаю. Проверьте сами.       — Да, это возможно, — сказал Джин, — адвокат Чхве поможет составить документ.        - Пока я буду отрабатывать долг, я хочу, чтобы мне предоставляли помощь в финансовых операциях. За эти два года я хочу существенно увеличить свой капитал, а не просто отдавать долги. — он внимательно изучал лицо Намджуна, пытаясь вывести его из равновесия, но за годы работы у семейства Квон Намджун научился сохранять спокойствие даже в самых непредвиденных ситуациях.       — Это осуществимо, и даже похвально, что вы так заботитесь о своем состоянии, господин Пак, — ответил Намджун. — Я рад, что вы не лишены здравого смысла и здоровых амбиций. Какие еще пожелания?       — Мне нужен четкий график и максимально возможное описание желаний господина Квона, не хочу потерять свою репутацию!       — Эту просьбу можно удовлетворить уже сейчас. — Джин нажал на кнопку, и машина тронулась с места. — Пока мы едем, я готов вам всё детально разъяснить.       — Приступайте, секретарь Ким, я внимательно вас слушаю. — Чимин откинулся на сиденье и, прикрыв глаза, слушал секретаря.       — Вы вышли из тюрьмы через сорок восемь часов, значит, Вы должны господину Квону два года своих услуг, само собой разумеется, что за этот период времени Вы не имеете права вступать в какие бы то ни было личные связи, а именно: заводить любовников, любовниц, встречаться с целью создать пару. Это ясно?       — Да, секретарь Ким, продолжайте. — Чимин спокойно слушал, он знал, на что шел, он просто снова продавал себя.       — Господин Квон любит жесткий и порой даже жестокий секс. Вам предстоит удовлетворять эти его желания, дабы его жена была избавлена от этой обязанности. Также вам будет предоставлено две квартиры: в одной вы будете жить, в другой встречаться с господином Квоном. График встреч — два раза в неделю, приблизительно по полтора-два часа, но это не точно. — Джин перечислял все условия контракта так, будто зачитывал условия аренды.       — Я так понимаю, всё будет зависеть от его графика и настроения? — уточнил Чимин.       — Да, — подтвердил Джин. К этому моменту он уже полностью овладел собой и рассматривал просьбы Чимина не как вызов, а как желание защитить остатки своей свободы.       — Вы не можете предлагать господину Квону свои идеи по поводу игр, вся инициатива будет идти только с его стороны. Также Вы будете предупреждены о визите господина Квона за несколько часов. К вам приду я или мой брат.       — А по телефону нельзя меня оповестить? Обязательно приходить лично? — Чимина немного удивил этот пункт про личное оповещение.       — Да, это обязательно, как Вы понимаете, господин Квон очень занятой человек: ему, прежде всего, хочется удовлетворять свои желания. Вы лишь инструмент для их воплощения, он должен прийти и воплотить свои желания в жизнь. А готовить Вас к играм он не намерен, поэтому Вас подготовим мы, так что будьте к этому готовы. Чимин уже живо представил себе этот процесс: один из братьев приходит к нему, готовит к сеансу, а потом приходит Квон и делает свои дела — да, перспектива, нужно сказать, что надо.       — Что еще, кроме квартиры и полного содержания, я буду с этого иметь? — если уж продавать себя, думал Чимин, то брать нужно по максимуму, чтобы потом не было, о чём жалеть.       — Что ещё? Полную защиту в любых ситуациях, независимо от того, что Вы сделаете. А после завершения сделки Вас будет ожидать вознаграждение, размер которого будет зависеть от качества вашей работы. - Намджун смотрел прямо на Чимина: он пытался разглядеть волнение, переживание, может страх, но Чимин был абсолютно спокоен. “Да, его досье не врет: он действительно беспринципный торгаш, и торгует он только собой”. Пока они разговаривали, машина заехала на подземную стоянку и остановилась. Двери авто распахнулись, водитель стоял рядом в почтительном поклоне. Первыми из машины вышли братья, вслед за ними вышел и Чимин.       — Это ваш дом на ближайшие два года, господин Пак. Это здание принадлежит семье Квон. Ваши апартаменты находятся на последнем этаже. — Джин продолжал инструктировать Чимина.       — Я вижу, для вас это привычная процедура? - Чимин рассматривал себя в зеркальном отражении дверей лифта.       — Да, вы правы, господин Пак, к сожалению, вы не первый обитатель этих апартаментов. — Джин ехидно улыбнулся. Он пытался смутить этого нахального паренька.       — Не пытайся, душенька, не выйдет. Меня этим не смутить! — он пристально разглядывал Джина. — Ни тебе, ни твоему братцу не удастся смутить меня, я слишком стар для этих детских игр. Так что не распыляйтесь понапрасну. Меня вот что интересует: в этих квартирах хорошо убрались перед моим приездом?       Он рассмеялся над своими словами, его забавляла эта ситуация. Он клялся себе, что больше не будет себя продавать, но вот не продержался и года! Да, папочка им бы гордился, он точно умеет заключать выгодные сделки! В этот момент двери лифта открылись. Впереди был длинный коридор, с каждой стороны было по одной двери: одна — ярко-красного цвета, другая — почти неприметная: она почти сливалась со стеной.       Намджун уверенно направился к красной двери.       — Дайте угадаю, это моя “рабочая” квартирка? Мда, — протянул Чимин, — с фантазией у здешнего дизайнера, видимо, туго.       — Вы ошиблись, — вежливо поправил Чимина Намджун. Он уже открыл дверь и шагнул в квартиру. — Это Ваши апартаменты для постоянного проживания. Ваши вещи уже доставлены, если Вам будет необходимо что-то еще, то у вас есть прислуга, которая готова выполнить ваши приказания.