Условия свободы

      Дверца машины открылась, и в салон сел парень, он уверенно устроился на сидении и внимательно посмотрел на братьев.       — Вот я и встретился с этими знаменитыми братьями-ублюдками, господами Кимами? Теми, которые верно служат самому господину Квону?       Чимин откинулся на сиденье и усмехнулся:       — Так вот, кому я обязан своей свободой! Квону? — Чимин внимательно разглядывал братьев. Теперь ему нужно не упустить момент и сыграть на собственном долге, чтобы в результате остаться в выигрыше.       — Да, вы верно заметили, — первым нашелся Намджун. — Мы именно те братья-ублюдки, которые верно служат господину Квону, и он именно тот, кто помог вам избавиться от тюремного заключения и отделаться штрафом и общественными работами.       — Отлично! Мне нравится, что мне не пришлось решать эту проблему. — Чимин внимательно смотрел на Намджуна. — Я благодарен господину Квону, а точнее вам, за помощь. Что ж, я готов высказать свои условия сделки, и я хочу, чтобы она была письменно подтверждена и заверена необходимым образом.       — Каков наглец! — взорвался Джин. — Как ты, дешевая потаскуха, можешь выдвигать свои условия сделки и требовать ее подтверждения? Не много ли ты о себе возомнил?       — Успокойся, дружочек! — Чимин внимательно наблюдал за братьями. — Я слишком хорош, чтобы так просто себя продать. Если вы меня вытащили, значит, вы точно знаете, что я сам себя продаю, и вам точно известно, что ни совестью, ни застенчивостью, ни другой этой ненужной эмоциональной мишурой не обременен. Так что, себя я готов продавать лишь по хорошей цене.       Намджун, в отличие от Джина, был внешне спокоен, но в голове он просчитывал, что конкретно может захотеть этот парень и что они могут ему предложить.       — Хорошо, выдвигайте свои условия! — Намджун смерил Чимина внимательным взглядом, — надеюсь, вы хотя бы вполовину так хороши, как уровень вашей наглости и беспринципности.       — Не беспокойся, сладенький, я лучше, чем вы можете себе представить. Записывать будете? — он смотрел на Намджуна, не отрывая взгляда.       — Да что ты себе позволяешь, ты дешевая подстилка! — взорвался Джин, он никак не ожидал такой наглости от этого мелкого крашенного паренька.       — Умерь свой пыл, детка, я нужен вам. Мой долг меня мало волнует, я готов его отработать, это не проблема. Мне больше интересно то, что я смогу получить от Квона, после того, как отдам долг.       — Довольно, — резко прервал Чимина Намджун. — Говорите свои условия, думаю, что бы там ни было, мы можем это выполнить.       — Отлично. Первое и самое главное — мне нужно письменное закрепление всех озвученных условий, иначе я не работаю. Проверьте сами.       — Да, это возможно, — сказал Джин, — адвокат Чхве поможет составить документ.       — Пока я буду отрабатывать долг, я хочу, чтобы мне предоставляли помощь в финансовых операциях. За эти два года я хочу существенно увеличить свой капитал, а не просто отдавать долги. — Он внимательно изучал лицо Намджуна, пытаясь вывести его из равновесия, но за годы работы у семейства Квон Намджун научился сохранять спокойствие даже в самых непредвиденных ситуациях.       — Да, это возможно, и даже похвально, что вы так заботитесь о своем состоянии, господин Пак, — ответил Намджун. — Я рад, что вы не лишены здравого смысла и здоровых амбиций. Какие еще пожелания?       — Мне нужен максимально четкий график и максимально возможное описание желаний господина Квона, не хочу потерять свою репутацию!       — Эту просьбу можно удовлетворить уже сейчас. — Джин нажал на кнопку, и машина тронулась с места. — Пока мы едем, я готов вам всё детально разъяснить.       — Приступайте, секретарь Ким, я внимательно вас слушаю. — Чимин откинулся на сиденье и, прикрыв глаза, слушал секретаря.       — Вы вышли из тюрьмы через сорок восемь часов, значит, Вы должны господину Квону два года своих услуг, само собой разумеется, что за этот период времени Вы не имеете права вступать в какие бы то ни было личные связи, а именно: заводить любовников, любовниц, встречаться с целью создать пару. Это ясно?       — Да, секретарь Ким, продолжайте. — Чимин спокойно слушал: он знал, на что шел, он просто снова продавал себя.       — Господин Квон любит жесткий и порой даже жестокий секс. Вам предстоит удовлетворять эти его желания, дабы его жена была избавлена от этой обязанности. Также вам будет предоставлено две квартиры: в одной вы будете жить, в другой — встречаться с господином Квоном. График встреч — два раза в неделю, приблизительно по полтора-два часа, но это не точно. — Джин перечислял все условия контракта так, будто зачитывал условия аренды.       — Я так понимаю, всё будет зависеть от его графика и настроения? — уточнил Чимин.       — Да, — подтвердил Джин. К этому моменту он уже полностью овладел собой и рассматривал просьбы Чимина не как вызов, а как желание защитить остатки своей свободы.       — Вы не можете предлагать господину Квону свои идеи по поводу игр, вся инициатива будет идти только с его стороны. Также Вы будете предупреждены о визите господина Квона за несколько часов. К вам приду я или мой брат.       — А по телефону нельзя меня оповестить? Обязательно приходить лично? — Чимина немного удивил этот пункт про личное оповещение.       — Да, это обязательно, как Вы понимаете, господин Квон очень занятой человек: ему, прежде всего, хочется удовлетворять свои желания. Вы лишь инструмент для их воплощения, он должен прийти и воплотить свои желания в жизнь. А готовить Вас к играм он не намерен, поэтому Вас подготовим мы, так что будьте к этому готовы. Чимин уже живо представил себе этот процесс: один из братьев приходит к нему, готовит к сеансу, а потом приходит Квон и делает свои дела — да, перспектива, нужно сказать, что надо.       — Что еще, кроме квартиры и полного содержания, я буду с этого иметь? — «Если уж продавать себя, — думал Чимин, — то брать нужно по максимуму, чтобы потом не было, о чём жалеть».       — Что ещё? Полную защиту в любых ситуациях, независимо от того, что Вы сделаете. А после завершения сделки Вас будет ожидать вознаграждение, размер которого будет зависеть от качества вашей работы. — Намджун смотрел прямо на Чимина: он пытался разглядеть волнение, переживание, может, страх, но Чимин был абсолютно спокоен. «Да, его досье не врет: он действительно беспринципный торгаш, и торгует он только собой».       Пока они разговаривали, машина заехала на подземную стоянку и остановилась. Двери авто распахнулись, водитель стоял рядом в почтительном поклоне. Первыми из машины вышли братья, вслед за ними вышел и Чимин.       — Это ваш дом на ближайшие два года, господин Пак. Это здание принадлежит семье Квон. Ваши апартаменты находятся на последнем этаже. — Джин продолжал инструктировать Чимина.       — Я вижу, для вас это привычная процедура? — Чимин рассматривал себя в зеркальном отражении дверей лифта.       — Да, вы правы, господин Пак, к сожалению, вы не первый обитатель этих апартаментов. — Джин ехидно улыбнулся. Он пытался смутить этого нахального паренька.       — Не пытайся, душенька, не выйдет. Меня этим не смутить! — Он пристально разглядывал Джина. — Ни тебе, ни твоему братцу не удастся смутить меня, я слишком стар для этих детских игр. Так что не распыляйтесь понапрасну. Меня вот что интересует: в этих квартирах хорошо убрались перед моим приездом?       Он рассмеялся над своими словами, его забавляла эта ситуация. Он клялся себе, что больше не будет себя продавать, но вот не продержался и года! Да, папочка им бы гордился, он точно умеет заключать выгодные сделки! В этот момент двери лифта открылись. Впереди был длинный коридор, с каждой стороны было по одной двери: одна — ярко-красного цвета, другая — почти неприметная: она почти сливалась со стеной.       Намджун уверенно направился к красной двери.       — Дайте угадаю, это моя «рабочая» квартирка? Мда, — протянул Чимин, — с фантазией у здешнего дизайнера, видимо, туго.       — Вы ошиблись, — вежливо поправил Чимина Намджун. Он уже открыл дверь и шагнул в квартиру. — Это Ваши апартаменты для постоянного проживания. Ваши вещи уже доставлены, если Вам будет необходимо что-то еще, то у вас есть прислуга, которая готова выполнить ваши приказания.       Чимин вошел вслед за Намджуном в квартиру. Интерьер квартиры был продуман хорошо и слабо сочетался с вызывающей красной дверью. Спокойные пастельные тона: удивительно гармоничное сочетание зеленого и нежно-фиолетового, мебель с незатейливой цветочной обивкой.        — У вас не так много времени, через час сюда прибудет господин Квон. — Ехидно сообщил Джин. — Осмотритесь позже. Прошу, идите за мной.       Все трое направились в другую квартиру. Она состояла из одной огромной комнаты с панорамными окнами. Обстановка комнаты была необычной: несколько кроватей, стулья, кресла, банкетки. Потолок был зеркальным, как и одна из стен. На противоположной стене был огромный встроенный шкаф, а рядом с ним белая дверь.       — Когда Вам позвонят, и скажут, что господин Квон приедет, Вам нужно прийти в эту квартиру, а кто-то из нас поможет Вам подготовиться в соответствии с пожеланиями Квона, — строго инструктировал Джин. Сегодня готовить Вас будем мы оба. Примите ванную, расслабьтесь, Вы должны быть на высоте, чтобы Квон не пожалел о том, что потратил на Вас деньги и время.       — Красотуля, — лениво протянул Чимин, — эту сказку расскажешь детишкам, я знаю, что до сегодняшнего утра, он и не подозревал обо мне! Вся эта схема ваших рук дело. — Он смотрел на братьев с вызовом. — Пусть номинально я и должен Квону, но платить меня заставили вы, и я это хорошенько запомню.       На этих словах он развернулся и направился в ванную.       — Ах ты ж мелкий ублюдок, как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? Я лично превращу твою жизнь в ад! — Джин ринулся вслед за Чимином, тот резко обернулся и внимательно посмотрел на него.       — Поверь мне, сладенький, у меня хватит денег и мозгов отделаться от Квона и от вас, я делаю это по своей воле! Моя свобода — только моя, и так просто её у меня не отнять! Так что если вы еще заинтересованы в нашем, кхм, сотрудничестве, будьте повежливей!       С этими словами Чимин ушел в ванную и громко хлопнул дверью, через мгновенье послышался и шум воды.        — Намджун, ты слышал эту мелкую проститутку?! Что он о себе возомнил? — Джин возмущенно расхаживал по квартире.       — Успокойся, брат, и отнесись к нему с уважением. Он действительно хорошее приобретение, и тебе не стоит быть с ним настолько резким. Из того, что я о нем узнал, он имеет отличные связи, и если на него конкретно наехать, то нам могут организовать прелестную поездку к реке.       Намджун все время смотрел на дверь ванной, будто хотел увидеть не самого Чимина, а то, что крылось под его холодной расчетливостью.       — Раз ты успокоился, тогда давай приготовим комнату. У нас не так много времени.       — Да, хорошо. Ты прав, Намджун, мне нужно быть спокойнее, если мы не хотим больше искать любовников для Квона.       В полной тишине братья начали свои приготовления: Джин перестелил постель, а Намджун, открыв шкаф, внимательно изучал его содержимое.       — Давай остановимся вон на том кожаном ошейнике с поводком, — раздался голос Чимина у Намджуна за спиной. Он обернулся и увидел абсолютно голого парня. Тот стоял свободно, без стеснения и ужимок демонстрируя свое шикарное тело, кое-где покрытое мелкими и не очень шрамами. Рука Намджуна потянулась к самому большому шраму, который шел от левой ключицы и заканчивался напротив сердца, он нежно провел по нему пальцем и внимательно посмотрел на Чимина.       — Это напоминание, что я — вещь и любить никого не имею права, а все остальное, — он махнул рукой, — это следы моих хозяев и показатели успешного обучения.       Он сухо рассмеялся и продолжил:       — Если ты закончил свое исследование, то давай выберем мне наряд получше, я хочу впечатлить Квона своими умениями.       — Тогда действительно нужен ошейник и поводок, — согласился Джин, который уже закончил и стоял позади брата. — И еще вот этот черный кляп.       Джин снял с крючка кляп.       — Он любит, когда может в любой момент засунуть свой член в рот. И еще несколько плеток — это тоже нужно.       — Да, — согласился Чимин, — это хорошо.       Он спокойно соглашался со всеми предложениями братьев:       — И насчет плеток: тут должны быть с нейлоновыми нитями — они очень хороши, оставляют такие болезненные мелкие следы, но перед сеансом их лучше намочить, тогда тянуться они будут лучше.       Намджун покорно снял несколько плеток и подал их Чимину:       — Вижу, Вы действительно эксперт в подобных развлечениях, и Вам, — он еще раз внимательно осмотрел парня с головы до ног, — действительно должно быть видней, что из этого, — он махнул рукой на шкаф, — будет эффективнее и причинит больше наслаждения. Почему-то Намджуну было неловко от этой сцены: сколько раз они с братом приводили сюда парней и девушек, все они приблизительно знали, что их здесь ожидает, но никто, никто за эти годы не был настолько опытен, как Чимин. Он так спокойно говорил о том, что будет причинять ему боль, оставлять на его теле еще больше шрамов и следов. Намджун ощутил, что ближайшие два года он не сможет приходить сюда, не сможет готовить Чимина к сеансам — у него просто не хватит сил это делать.       В этот момент у Джина зазвонил телефон, он вынул его и посмотрел на экран:       — Это от водителя. Квон будет в гараже через пятнадцать минут. Чтобы подняться сюда на лифте, нужно еще шесть, так что давайте приступать: он не любит ждать.       — Хорошо, — протянул Чимин, — кто из вас мне поможет подготовиться?       Он внимательно смотрел на братьев, про себя думая, что лучше бы это был Джин: Намджун показался ему каким-то мягким и потерянным. Он не хотел к себе сочувствия, может, потом, но только не сейчас. Он взял ошейник и застегнул его на шее, подошел к зеркалу и проверил крепление поводка.       — Надеюсь, вы не потеряли ключи от этого прекрасного произведения искусства? Я не хочу оставаться в нем дольше, чем нужно.       Чимин внимательно разглядывал ошейник: тонкая металлическая пластина с хорошо затертыми краями, чтобы давить на шею, но не оставлять глубоких следов, кожаный поводок — всё просто и со знанием.       — Может нужно добавить наручники или что-то еще? Чтобы он мог почувствовать больше контроля? — Чимин посмотрел на братьев через отражение в зеркале.       — Хм, может это и не такая плохая идея, — ответил Джин. — Хотя Квон и не давал таких инструкций, но это ему понравится. Джуни, достань кандалы из шкафа.       — Хорошо, брат, сейчас. — Намджун посмотрел на Чимина, идущего к кровати. — Какие лучше — металлические или кожаные? Для рук и ног или только одну пару?       — Для рук и ног, кожаные, и возьми еще цепи, чтобы он смог меня приковать, — скомандовал Чимин.       — Хорошо, несу. — Намджун повернулся к кровати и застыл: он не был готов к тому, что увидит.       На краю кровати на коленях стоял Чимин, его ноги были разведены, спина прогнута, задница поднята вверх, чтобы Джину было удобно растягивать его. Он посмотрел на замершего Намджуна и прошептал:       — Что ты встал, как вкопанный? Ты не должен стесняться, впереди у нас два увлекательных года, еще успеешь налюбоваться мной. Неси наручники, а то Квон приедет быстрее, чем вы меня подготовите.       Намджун решительно направился к кровати, стараясь не смотреть на то, что Джин делает с Чимином. Он застегнул кожаные наручники на руках и ногах парня, а цепи сложил на ближайшем стуле. У него завибрировал телефон:       — Это водитель, они будут через пять минут. Как там процесс?       — Он хорош, — прошипел Джин. — Не зря за ним слава лучшего торговца, он тугой, как девственник!       — Не усердствуй, пусть ему будет приятно, ему должно понравиться. — Чимин оставался абсолютно безразличным к тому, что происходило с ним.       Намджун снова посмотрел на телефон:       — Они уже в гараже, заканчивай, брат. Черт, — внезапно выругался Намджун, — ты поздно начал, надеюсь, господин Пак, Вы действительно так хороши, как о вас говорят, в противном случае Вас ждёт очень печальная участь.       С этими словами Намджун развернулся и пошел в сторону выхода. Джин тоже встал; он хотел поставить Чимина в нужную позу, но тот увернулся от его рук и взял кляп.       — Я сам прекрасно знаю, что мне нужно делать и как стоять, а тебе, сладенький, лучше убраться от меня подальше, иначе вы все пожалеете, что вытащили меня из тюрьмы.       Он сам застегнул кляп, расставил ноги и встал на колени, опершись локтями о кровать. Как раз в этот момент в комнату вошел господин Квон, невысокий и коренастый, с широким лбом и немного расплющенным носом, он внимательно стал рассматривать Чимина.       — Джин, Намджун, мальчики мои, я вижу, вы постарались на славу! Вам удалось поймать такой замечательный экземпляр.       — Да, господин Квон, — Джин склонился в почтительном поклоне. Квон начал раздеваться, но заметил, что оба брата еще в комнате.       — А ну вон отсюда! Я не хочу, чтобы наше первое свидание было при свидетелях! Вон, паршивцы!        — Да, господин Квон, — хором ответили братья, и за ними закрылась дверь.

***

      Я слышал, как Квон подходит к кровати. Я мог смотреть на него, но знал, что не нужно этого делать. Резкая боль в спине, меня тянут за поводок, голова запрокидывается назад, Квон хватает меня за подбородок, я слышу его тяжелое дыхание:       — Какой же ты сладенький, как рисовый пирожок, — шепчет он мне и тянет поводок всё сильнее, но мне уже не больно: шок прошел, и мое тело вспомнило, что оно любит боль. Я вступаю в эту игру, я хочу получать свою боль, кто бы мне её не приносил. Квон рассмеялся и лизнул мою щеку:       — Я вижу, тебе это нравится, ты возбудился только от того, что я натянул поводок! Да ты первоклассная шлюха, булочка. Вот как я буду тебя называть! — Он расхохотался над своей шуткой, мой ответ ему и не нужен. — Что же, а теперь приступим к самому интересному…