Верни мой мир

Санс сидел на диване. Его глаза пристально всматривались в небольшой снимок, что скелет держал в руках. Он и Босс. Они обнимались. Они выглядели счастливыми. И это не было дурацкой показухой или наигранной постановкой, в стиле «посмотрите, какая мы ахренительная семья». Нет. Они действительно были счастливы. Санс слегка усмехнулся вспоминая тот короткий момент, то мгновение, что наполнило его желанием жить дальше. Тот момент, когда Санс хотел уйти. Холодный, резкий ветер бил в лицо, царапая чувствительные кости оледенелыми снежинками. Но он шел. Он не знал куда. Просто в лес. Просто подальше от дома, подальше от тупого города. Как же его достали все те извращенные твари, что издевались над ним, как же достал весь мир. И он шел, просто чтобы уйти. - САНС! Знакомый грубый голос, пробился через завывание ветра, растворяясь среди сотен деревьев. Но Санс не обернулся. Он не хотел его видеть. Не сейчас. Никогда. - САНС, БЛЯТЬ! Хваткие пальцы вцепились в плечо кожаной куртки, и преследователь развернул его лицом к себе. На глазницах красноглазого сверкали слезы, что тонкими, чистыми ручейками стекали по щекам, попадая на дрожащий от всхлипов рот, и падая с подбородка, сливаясь с ветром. - Чего тебе, - его голос напоминал открытую рану, что не могли зашить. - КАКОГО ХЕРА ТЫ ТВОРИШЬ? НАХУЯ ТЫ УПЕРСЯ В ЛЕС? - Ты забыл? Так давай я тебе напомню! Сегодня в баре Гриллбз решил немного поразвлечься, этой бляди стало скучно и он подмешал какую-то срань в мою горчицу. О, он развлекся, еще как развлекся, у него наверно в жизни так не стоял, и не только у него. Меня имели, как хотели, превратив в грязную шлюху, – рваный голос срывался на крик, оголяя всю боль. – А нет, подожди, ты же и сам все знаешь. Ты, можно сказать, сидел в первом ряду на сие зрелище. Я звал, а ты ужирался к херам за барной стойкой. - САНС… - Босс, отпусти меня, я не желаю слушать твой бухой бред. Просто дай мне уйти. Навсегда. Санс рванул плечо, желая уйти, но уже две руки крепко обхватили его ослабленное тело, удерживая на месте. - ПРИДУРОК, ПОСЛУШАЙ, - В жестоких рубиновых огоньках глаз, мягким светом сияла тревога. И нежность? – Я БЫ НИКОГДА ТАКОГО НЕ ДОПУСТИЛ. - Да что ты говоришь? - ПРИШЛОСЬ РАСПЛАЧИВАТЬСЯ ЗА СТАРЫЕ ГРЕХИ. И ГРИЛЛБЗ ХОТЕЛ В ОПЛАТУ ТОЛЬКО ОДНО. ТЕБЯ. - И ты меня уведомляешь об этом только сейчас? - ПРОСТИ, САНС. НО, Я ЗНАЮ, КАК ЭТО ИСПРАВИТЬ. У МЕНЯ ДЛЯ ТЕБЯ КОЕ-ЧТО ЕСТЬ. Рука высокого скелета залезла во внутренний карман куртки, украшенной шипами, и Санс машинально дернулся, зажмурив глаза, подсознательно готовясь к худшему. Но ничего не произошло. Низкий осторожно поднял взгляд и увидел протянутое ему нечто, завернутое в белую ткань. Аккуратные пальцы взяли вещь и раскрыли полотно. Красная грубоватая кожа, золотистые шипы, небольшой медальон с надписью «Собственность Папайруса». - Ошейник? – глаза Санса удивленно расширились. - ТЕПЕРЬ ВСЕ БУДУТ ЗНАТЬ, ЧЕЙ ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ. - Потому что я твоя собственность? - НЕТ, ПОТОМУ ЧТО Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ДОЛБОЕБ. По щеке Санса потекла одинокая слеза, и он грустно улыбнулся. «Я вернусь, Босс, обязательно вернусь». - Почему грустим? Длинное тело рухнуло на диван рядом с красноглазым, и Санс дернулся вбок, пряча фотографию в карман своей куртки. Скелет в худи тепло улыбнулся, и его тонкие пальцы мягко пробежали по гладкой щеке красноглазого. - Может что-нибудь посмотрим? Недавно я нашел на свалке хороший фильм. - Я бы с радостью Папс, но я уже практически дочинил машину и я бы хотел… - Послушай, - глаза высокого скелета наполнились тоской. – Я знаю, это звучит безумно, но может тебе не надо ее чинить, может оставить все так как есть и попытаться найти здесь свое счастье. Просто обернись вокруг и ты поймешь, что этот мир достоин тебя. - А может тебе нужно просто отстать? – Санс вспыхнул яростью. – Ты меня уже трахнул, что тебе еще нужно? Обычно всем этого хватает. - Рэд, все не так просто. Я не хочу тебя отпускать. Я люблю тебя. - А я тебя нет. Резко вскочив на ноги, Санс рванул к выходу.

***

Красноглазый калибровал настройки уже солидно выглядящей машины. Ему оставалось от силы дня два, и он завершит то, над чем так долго и упорно трудился. Тихий щелчок фазы, и системы стали на место, позволяя корректировать мелкие моменты. «Получилось. Неужели получилось», - Санс улыбнулся своим мыслям, но его улыбка съехала с лица, как только он услышал приглушенные шаги за своей спиной. - Рэд, - донесся тихий, с нотками извинения, голос. - Папс, я работаю. - Рэд, - голос стал настойчивей. – Альфис и Андайн пришли к нам в гости, мы собирались посмотреть фильм. Пойдем с нами. - Но я почти закончил. - Рэд. - Ты от меня не отстанешь? - Неа. - Ладно. Красные огоньки глаз поблекли. «Ладно».

***

Папайрус пропустил Рэда в дом и закрыл дверь, направляясь вместе с красноглазым к гостям. Гостиная жила своей кипящей жизнью. Маленький скелетик энергично нажимал кнопочки на пульте, переключая настройки на телевизоре, а также перебрасываясь веселыми фразочками с успевшей пригубить, неизвестно где раздобытое, вино Альфис. Андайн же скромно сидела на диване, вчитываясь в описание фильма на пластиковой упаковке. - Привет, ребят, - тепло поздоровался Папайрус, и все тут же обратили на него свое внимание. – Рэд к нам тоже присоединится. - Хэй, это же известный фриканутый скелет, - проорала Альфис и расплылась в довольной улыбке. – Мне Андайн о тебе много чего рассказывала. А ну иди сюда… - ЕСТЬ! – звонкий голосок братика так вовремя разорвал путаницу мыслей боевой ящерицы, и голубые глазки-звездочки окинули взглядом всех присутствующих. – ПОДКЛЮЧИЛ! ВСЕ, САДИМСЯ. Маленький скелетик радостно плюхнулся на диван возле Андайн, а рядом с ним присел и Папайрус, готовый к просмотру, но осознание того, что диван рассчитан на четверых нарушило его спокойствие. - Рэд, может… - его встревоженный взгляд устремился на красноглазого, но тот лишь улыбнулся и подошел ближе. - Нет, Папи, - обхватив шею высокого скелета, Рэд уселся ему на колени и посмотрел в удивленные глаза. – Мне так даже удобней. Увидев подобное Альфис не смогла сдержаться и присвистнула. - Папайрус, а ты мне не рассказывал, что у тебя особые связи с параллельными реальностями. - Приубавь свою любопытность, трицераптос недовымерший, - грозно прошипел Рэд. - Что? – устрашающий взгляд окатил наглого скелета, но затем Альфис разлилась громким смехом. – Мне нравится дерзость этого парня. Папайрус чувствовал себя крайне некомфортно, а ощущение теплых пальцев на своей шее, добавляло в вихрь противоречащих эмоций еще и растерянность. Он сидел, практически не двигаясь, боясь напомнить, что он живая сидушка, по максимуму концентрируясь на фильме. Пять минут все шло нормально, казалось, всех поглотил фильм, пока Папайрус не ощутил рваное дыхание на своих позвонках. - Папи, это так нудно. Давай займемся чем-нибудь более интересным. Санс подался своим тазом вперед, ерзая крестцом об ноги высокого, приводя Папса в смущение. Ему было все равно, что другие могут наблюдать, наоборот он хотел этого. Заостренные зубы скривились в голодной улыбке и он впился в рот Папса, требовательно проникая внутрь языком. Альфис громко захихикала, раззадоривая Санса еще больше. Не отрываясь от поцелуя, его руки скользнули под оранжевое худи, оголяя нижнюю часть хребта. Папс не хотел отпускать его? Ну что ж, ему придется. Санс смаковал этот момент, момент небольшой мести, но когда Голубика, громко всхлипнув и вытерев ручкой градом котящиеся слезы, убежал наверх в свою комнату, в голове красноглазого словно щелкнул переключатель. Он отстранился от в ужасе глядящего на него высокого скелета и пустым, невидящим взглядом осмотрел гостиную. Он мог мстить, мог притворятся жестокой, бессердечной тварью, мог убить кого угодно, даже не моргнув глазом, но Голубика… Он от всей души не хотел делать малому больно и, сглотнув ком накатившей вины, слез с коленей, оставив Папса тяжело отсапываться. - Простите. Я вам все испортил. Я сейчас уйду.

***

Санс почти подошел к машине, как комнату озарил тусклый оранжевый свет, и кисть высокого скелета коснулась его плеча. - Ты это специально сделал? Санс молчал. - Рэд, я не удерживаю тебя силой, я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Санс молчал. - Я понимаю тебя. То, как ты рвешься вернуться к брату, то, почему ты все еще чинишь эту гребанную машину. Если бы мой брат пропал, я бы сделал все тоже самое, я бы вон из кожи лез, лишь бы вновь увидеть его. Санс, не ответив ни слова, не сделав лишний взгляд на встревоженного скелета, взял гаечный ключ и подошел к машине закручивать деталь. - Ничто не изменило моих чувств к тебе и ничто не изменит, но если ты так стремишься вернуться в свой мир, если это то, что ты действительно хочешь, то я помогу тебе. Ты только скажи, и я помогу тебе вернуться домой. Папс немного постаял в укутывающей тишине и, опустив взгляд, не дождавшись ответа, он испарился также, как и появился. Деталь, которую усердно закручивал Санс, слетела, издав противный скрипящий звук, и нервы красноглазого скелета, что изо всех сил держались вместе, разорвались, затуманивая сознание. Первый удар гаечного ключа прошелся по стеклянному экрану панели, разбивая его в дребезги. Злость и отчаяние затягивали его в вязкую густоту страха, пробираясь своими липкими лапами внутрь его души, улыбаясь отвратными улыбками, глуша все разумные чувства. «БЕЗНАДЕЖНЫЙ» Слезы хлынули по щекам, и он закричал. Закричал, оголяя всю боль, освобождая мучительные терзания души. Еще один удар. Еще, еще. «НЕНУЖНЫЙ» С громким грохотом одна из металлических стен отвалилась, падая на пол, отрывая своим весом подключенные провода. Ключ прошелся по кнопкам, и те отскочили в разные стороны, освещая комнату желтыми искрами. Удар. Крепкий металл изогнулся, и из защищенного отдела вылетела матрица. Удар прошелся и по ней, разламывая пополам, наполняя комнату жутким хрустом. «УЩЕРБНЫЙ» Ключ выскочил из разжатых, дрожащих рук и со звонким звуком упал на холодный кафель.