Norge

      Днями и ночами все готовились к приближающейся помолвке. Замок почти не спал, каждый в нем вносил свою лепту в организацию такого масштабного праздника. Ко двору потихоньку съезжались приглашенные гости из всех концов Европы. Каждый день устраивалась репетиция помолвки, молодожены должны были выучить свою речь, приготовить наряды и собрать все силы в кулак, ведь после их свадьбы должна была начаться новая эра в истории Норвегии. Молодой, талантливый и амбициозный Вильям вместе с доброй и нежной Нурой должны были образовать идеальную правящую пару. С виду все было просто идеально. Гости, слуги, придворные — все верили в волшебную сказку о любви принца Магнуссона и принцессы Сатре, но только самые близкие люди знали о том, что бедная девушка постоянно плачет, молит о том, чтобы лорд Найшейм изменил свое решение и не заставлял выходить замуж за нелюбимого человека.       На первой репетиции свадебной церемонии, когда подошел черед Нуры говорить свои слова, она лишь тихо прошептала:       — Я вас ненавижу и никогда не полюблю.       Подобный поступок привел в бешенстве всех шведский приближенных и, конечно, лорда Найшейма. Один Вильям был спокоен, потому что он понимал, что, хочет ли он или она этой помолвки или нет, она состоится, потому что данный ход — лучший политический маневр против Шистада и его свиты.       Нура плакала и плакала, даже Вильде не могла ее успокоить. Девушке казалось, что она всю жизнь будет находиться в рабстве у несчастья. Нура не переносила даже взгляда Вильяма, поэтому никто не мог представить, как она будет делить с ним одну постель.       Лорд Найшейм в эти дни пытался сделать все, чтобы Нуре стало хоть как-то легче. Но ее боль не утихала. Принцесса и смотреть не могла на человека, который отдал ее в жены шведскому мерзавцу.       — Как? Как вы могли, — все твердила она, — продать меня им как какую-то вещь, принадлежащую Норвегии?       — Испокон веков твои предки жертвовали собой ради этой страны. Это удел всех королей и королев, — отвечал он.       — Тогда я не хочу быть королевой, — и Нура укутывалась в одеяло поглубже, будто бы там она могла спрятаться от всех проблем.       Когда до свадьбы оставалось лишь три дня, в замок прибыла кареты, в которой сидела девушка в маске. Никто не знал, кто эта незнакомка. Было приказано провести ее в покои принцессы.       Когда она удостоверилась, что в комнате никого, кроме нее и Нуры нет, она сняла свою маску. Нура, увидев лицо девушки, впервые за несколько недель по-настоящему улыбнулась. Она, наконец, увидела Эву, свою старую, но все еще лучшую подругу.       Эва была принцессой Финляндии. Они хорошо дружили на протяжении всего детства, а когда расстояние их разлучало, они писали друг к другу полные любви письма.       Эва, узнав о помолвке Нуры со шведским принцем, сначала разозлилась, что подруга ей ничего не сказала. Но когда она узнала , что такое важное решение приняли в течении нескольких дней и что оно к тому же не делает Нуру счастливой, Эва поняла, почему ей так долго не приходили письма.       Присутствие родной души расслабило Нуру. Уже через несколько часов они беззаботно лежали на огромной кровати и болтали, как в старые добрые времена, когда им еще было по тринадцать лет. Нура и не заметила, как забыла и о смерти отца, и о принудительном замужестве.       — Нура, — решила признаться финляндка, — у нас на самом деле большие неприятности в стране, и моя мама хотела бы, чтобы какое-то время я пожила у тебя.       — Конечно, без вопросов. Чувствую себя как дома. Я выделю для тебя самую лучшую комнату, — девушки посмеялись, и, обнявшись, даже продолжили болтать.       С дружеской поддержкой подготовка к свадьбе перестала быть для Нуры такой обузой. Она больше смеялась и радовалась, выкидывая из головы мысли об ужасных днях, которые уже стоят на пороге ее жизни.       В вечер перед свадьбой был устроен очередной бал. Все в преддверии такого масштабного праздника веселились еще больше, кроме Нуры, которая как будто берегла все свои силы для завтрашнего дня, который станет для нее роковым. На публике она должна была играть роль любящей жены, а Вильям — мужа. Кстати говоря, последний сейчас сидел, болтая, в обществе мужчин, но, завидев, что его почти жена так опечалена, направился к ней.       — Не хотите прогуляться в прохладном вечернем саду под этой огромной луной?       Нура, конечно, сразу бы отказала, если бы сейчас на них не были обращены все взгляды в светлом зале. По замку и так ходили негодования насчет того, что будущие король и королева Норвегии почти не контактируют друг с другом, поэтому им строго-настрого указали больше общаться, переступая через боль и ненависть.       Гуляя по огромному саду, они сначала молчали. Вильям первым решился переступить через гордость и непонимание:       — Мне кажется, мы неправильно начали наше знакомство. Вы, должно быть, считаете меня эгоцентричным, злым, корыстным эгоистом, самовлюбленным сынком короля Швеции, который не остановится ни перед чем ради своей цели. Но это лишь маска, которую я ношу при своих врагах, поджидающих меня на каждом углу. Вы не такая, Нура, и это поразительно. Вы не боитесь высказать свое мнение, Вы не терпите масок — это похвально, достойно уважения, но вы сами прекрасно понимаете, что в то же время Вы сильно рискуете. Лишь тот силен, кто при любых обстоятельствах остается верен своим идеалам, своим мыслям. А мы все — трусы и глупцы, - он взял ее за руки, отчего она вздрогнула, -насчет нашего брака… Вы можете не волноваться, ведь я даже пальцем не трону Вас, если вы этого не захотите. Вы меня не любите, а я не люблю Вас, но мы можем построить прекрасный брак на уважении и взаимопонимании. Вы выходите замуж, чтобы спасти свою страну, и я делаю это для того же, — Нура, чье сердце немного смогла растопить эта речь, уже не смотрела на него с ненавистью, в ее душе потихоньку, но уверенно прорастали зернышки уважения к этому молодому человеку, — видите ли, престол после моего отца достанется моему старшему брату. Он — настоящий псих, который обречет страну на верную гибель. Я же, заручившись поддержкой Вашей страны, смогу противостоять ему в случае опасности. Наш альянс выгоден обоим, не так ли? Я надеюсь, мы станем хорошими друзьями, чтобы не жить подобно моим родителям в вечных ссорах, — он похлопал ее по плечу, поцеловал в лоб и начал ей рассказывать смешные истории из своего детства, чтобы скорее разрушить между ними стену неприязни и непонимания.

***

      В маленькой комнате, где стоял небольшой диванчик и книжные полки, глядя на звезды, у окна расположилась Эва. Она думала о том, что же творится там, в Финляндии. Когда она уезжала в Норвегию, даже не имела возможности попрощаться со своими родителями, братьями и сестрами. В течение нескольких лет росло негодование низших сословий общества, и сейчас оно вырвалось на богатых и привилегированных людей Финляндии, оставляя за собой трупы и беды. Да, сейчас на ее родине происходило одно из наиболее крупных восстаний. Эва места себе не находила, каждую секунду ожидая письма от родных. Ее мучило то, что в настоящий момент она не имеет твердой почвы под ногами.       В комнату вошли. Оглянувшись, она увидела главного красавца Норвегии — Кристиана Шистада. Он, закурив трубку, спросил:       — Чего грустим, красавица? — Эва знала о репутации этого парня, но, сама являясь отчасти хорошей кокеткой, впустила в обиход все свое обаяние.       — Скучаю по родным, — она нежно поправила свои волосы, оголив шею и показав глубокий вырез платья на груди.       — Я слышал, что сейчас в Финляндии дела идут не лучшим образом.        Да, — смутилась девушка, расстроенная тем, что новости о печальном положении ее страны уже известны всем.       Парень, заметив смущение девушки, взял ее за подбородок и нежно провел пальцем от уха до ключиц. Заметив, что Эва не против, он, приблизившись к ее ухо, прошептал:       — Завтра я буду королем. И все мне будут подчиняться. Хочешь быть моей королевой? Я уже представляю, как ты гордо сидишь на том самом троне, возвышаясь над всеми этими жалкими девчушками. Ты хочешь этого? — теперь парень приблизился к ее губам, шепча ей о том, какой шикарной королевой она будет.       Кристиан знал одно золотое правило — девушки любят ушами.       Он крепко схватил ее за талию, разрывая сзади неприступный корсет. Пока они управлялись со всеми юбками и подолами, он ласкал ее шею, чередуя поцелуи с укусами. Девушка стонала, крепко схватившись за широкие плечи Шистада и царапая их сквозь пиджак. Когда на Эве не осталось ничего, кроме нижнего белья, Кристофер подхватил ее на руки и быстро отнес на стоящий в углу диван. Он снял с нее лиф и стал мять ее груди, которые вмещались в его ладонь, сначала грубо, оставляя следы от пальцев, затем нежно, заставляя девушку трепетать. Крис был мастером постельных дел. Он мог довести девушку до оргазма, не снимая с нее панталоны. Он опускался все ниже, покрывая каждый сантиметр кожи Эвы жаркими поцелуями. Когда девушка начала стонать еще больше, парень снял с себя свой галстук и завязал ей рот. Он целовал ее то во внутренней части бедра, то кусал за попу, то облизывал низ живота, обходя самое заветное место. Девушка уже тряслась, ожидая, когда она сможет почувствовать его в себе. Она извивалась, молила, но Крис крепко прижимал ее своим голым телом. Наконец, два его пальца аккуратно стянули бежевые панталоны, и он, раздвинув ее ноги еще шире, вошел туда. Сначала он делал все быстро, а потом, с каждым разом, все замедлялся и замедлялся, увеличивая удовольствие. В горле Эвы все пересохло, но влажные и глубокие поцелуи Кристофера помогали ей пережить жажду.       Затем, взяв ее за волосы и руки, он перевернул ее, поставил на четвереньки и вошел сзади. Стоны и крики девушки не были слышны за громкой музыкой, под которую все кутили на балу. Он наклонился и языком провел по линии позвоночника на ее спине. Затем, обогнув руками ее бедра, вставил ей два пальца в промежность.       Принцесса Финляндии тоже шла на это ради своей страны, но глупо было доверять такому парню, как Кристиан Шистад. Ведь никакой власти, никакого могущества он не мог дать Эве. Он накормил ее пустыми обещаниями, чтобы получить от нее то, что так сильно любят мужчины.