Полноценная семья

Дети появились на пороге спустя час после того, как Эмма отправила их за более удобной одеждой для себя, на улице похолодало, а куртку натянуть на обожженную руку было бы слишком больно. Вернее, они сами вызвались сходить и принести вещи, чтобы девушка могла теплее одеться и отправиться домой, а ребята всё равно хотели немного прогуляться. В руках у каждого было по внушительному пакету, что наводило на мысль, не хотят ли они отправить её на южный полюс. — Вы думаете, мисс Свон, — под выразительным взглядом серо-зелёных глаз, Реджина исправилась, — Эмма собирается устроить нам модный показ? Генри молча подошёл к ней и показал фото в телефоне. Заинтересованная блондинка тут же подбежала и заглянула в телефон сына. — Вот ведь дерьмище! — Эмма! — Реджина шлёпнула её по здоровому плечу, — Не выражайся. Останешься до завтра, всё равно тебе утром не нужно торопиться, отвезёшь детей в школу, все выспимся на полчаса дольше. — Я… Я не хочу вас стеснять, кажется, я уже злоупотребляю гостеприимством, — опустила глаза девушка. — Прекрати пороть чушь, не в моих правилах предлагать оставаться поблизости из одной только вежливости, — выпалила брюнетка, щеки которой едва заметно покраснели. — Хорошо, спасибо, — Эмма и правда была тронута и легонько взяла руку Реджины в свою, — Ой, а где Генри и Кэти? — она оглянулась по сторонам, — Ушли куда-то, — констатировала она, — Чем займёмся сегодня?

***

Вернувшись в понедельник вечером в свою пустую квартиру, Эмма плюхнулась в кресло, слегка задев ещё не зажившую кожу руки, тихо ругнулась, и прикрыла глаза, вспоминая потрясающие выходные. Даже лёгкая травма не омрачила чудесное время, проведённое со своими детьми и их мамой. Если говорить совсем честно, больше времени, как ни странно, она провела именно с Реджиной, женщина искренне о ней заботилась с момента ожога на пикнике, и так до сегодняшнего вечера. Последний раз они разговаривали по телефону около часа назад, она интересовалась состоянием Эмминой руки и спрашивала, не нужна ли помощь. Ожог действительно заживает, но вот Реджина всё так же нужна. Оба вечера, уложив детей спать, они разговаривали обо всем на свете, чуть ли не до самого утра, сегодня даже хотелось предложить брюнетке остаться поспать несколько часов, оставшихся до подъема на работу, в её комнате. Но решила, что это было бы слишком. Хотя что-то внутри трубило о том, что они обе одинаково хотели, чтобы это предложение было произнесено вслух. Может быть, на этих выходных Эмма всё же осмелеет. Было потрясающе помогать Генри и Кэти с уроками, которые они должны были сделать к сегодняшнему дню. Обычно этим занималась Реджина, но в этот раз уступила свою обязанность, отправившись готовить ужин. Генри, оторвавшись от географического атласа, тихонько сказал ей, что хочет, чтобы именно так проходил каждый вечер. Вспоминая это, девушка взвыла. Как бы она хотела того же самого. Были все основания полагать, что того же хочет и Кейтлин. Но насчёт мадам мэр уверенности не было. Эмма начала понимать, какого характера эмоции пробуждаются в ней при одной только мысли об этой обворожительной брюнетке. Она поняла, почему так не хочет, чтобы Реджина с кем-то встречалась. Потому что хочет сама быть этим кем-то. Хочет, чтобы у детей было двое настоящих родителей. Хочет стать с ними семьей. Девушка с силой пнула пуфик, стоящий неподалёку. Вот опять, как и всю свою гребаную жизнь, она пытается стать частью чьей-то семьи. И её никогда не принимают. Кто сказал, что сейчас будет иначе? Тем не менее, сдаваться и опускать руки, было бы верхом глупости. Конечно, если она даст понять Реджине, что испытывает к ней серьёзную симпатию, а та будет не готова ответить взаимностью, это усложнит и придаст неловкости ставшим привычными семейным посиделкам по выходным. И вот это уже существенно испортило бы жизнь всем их участникам. Дети привыкли к тому, что их мамы вполне неплохо ладят между собой и непринуждённо проводят с ними время. Эмма была уверена, что и сама Реджина была счастлива, что эти вечера стали частью её жизни. Это всё стало слишком сложно, девушка запрокинула голову, глядя в потолок, но мысли никак не хотели приходить в порядок. Она однозначно запуталась.

***

Будни проходили не так уж плохо, как только боль в руке уменьшилась, она приступила к утренним пробежкам, затем принимала душ, завтракала, приезжала на пару часов в участок, в два часа дня встречала Генри и Кэти из школы, обедала с ними, отвозила домой, возвращалась в участок, где занималась поочерёдно делами и ерундой до самого вечера. Своеобразной традицией стала переписка с Реджиной перед сном. В основном, это была ничего не значащая чушь, но эти сообщения придавали силы. Тем более, они не виделись несколько дней, а это уже воспринималось непросто. Пятничное утро началось иначе. Эмма проснулась не от привычной трели будильника, а от входящего вызова. Сонно нажав кнопку «ответить», она даже не посмотрела, от кого был звонок, но тут же узнала знакомый голос. — Что стряслось, Грэм? — Тут… Небольшая проблема. Рабочие напились раньше выходных, причём устроили потасовку с самого утра «У Бабушки». — Они в участке? Не справляешься, приехать? — Я задержал только Лероя, остальные не буйные, их я уже развез по домам. Лерой в камере. Но он неслабо перепугал всех, посетителей было мало, но… — Пострадали дети? Реджина? — девушка моментально подскочила в кровати. — Нет, нет. Он сильно напугал Руби, пытался даже ударить, вот настолько он пьян. Сейчас он вроде уже отрубился, но я хотел побыть с Руби, оставлять её одну не стоит, ты можешь приехать раньше? — Без проблем, скоро буду. Останься с ней, передай ей, что я тоже заеду в обед. — Спасибо, Эмма, тогда до встречи. Наскоро собравшись, девушка спустилась к машине. Сегодня ещё и время сдачи отчётов мэру, и, скорее всего, Грэм не вернётся до обеда и можно будет отвезти всё самой. Возле участка был припаркован мерседес Реджины, ох ничего себе, она приехала за отчетами сама, а в участке никого. Похоже, сейчас придётся объяснять, почему стражи порядка оставили офис пустовать. Первая встреча за неделю превратится во взбучку. Едва дотронувшись до двери, Эмма услышала крики Реджины и приглушённый мат… Лероя? Вот чёрт. Ворвавшись в участок она увидела жуткую картину. То ли Грэм забыл в спешке закрыть камеру, подумав что узник спит, то ли Лерой научился за это время сам открывать этот привычный ему замок, но камера была пуста, а сам пьянющий вдрызг рабочий прижал Реджину к столу коленом, руками крепко держал её за запястья и бормотал что-то вроде «ну-ну, красотка, не упрямься». Похоже, сукин сын вообще не соображал, кто перед ним. Одним резким движением Эмма отшвырнула Лероя на пол, он начал предпринимать слабые попытки подняться, но она ещё несколько раз его крепко ударила. Сама не зная, откуда появилось столько сил, она зашвырнула почти безвольное тело в камеру и закрыла на ключ. Реджина сползла на пол и закрыла лицо руками, её плечи мелко дрожали, Эмма осторожно приблизилась к ней, аккуратно убирая руки с лица. — Эй, посмотри на меня, всё хорошо, это я, — женщина медленно подняла затуманенный взгляд тёмных глаз, поток слез не прекращался, она так испугалась, господи, — Реджина… — Я… он… — из-за всхлипов она не могла вымолвить ни слова. — Иди сюда, — Эмма притянула её к себе, нежно обнимая, проводя рукой по спине вверх и вниз, пытаясь успокоить, — Прости, что так вышло, — прошептала девушка, — Мы не должны были оставлять участок. — Я сама открыла камеру, — куда-то в шею блондинки прошептала Реджина, — Я подумала, что он уже выспался, его же всегда утром пора отпускать, а он… — Он похоже даже не понял, что это ты, — Эмма крепче обняла заплаканную женщину, — Я выпишу ему запрет на приближение к тебе. — Он протрезвеет и даже не вспомнит, — она не торопилась отстраняться из таких надежных объятий, — А я просто… — и снова поток слез. — Он больше тебя не тронет, пойдём, я отвезу тебя домой, сегодня работать не стоит, — Эмма продолжала поглаживать её по спине. — А что я скажу Генри и Кэти? — Что ты приболела. — Но я же не болею, у меня даже насморка нет, — упрямым тоном ответила женщина. — Скажем что-нибудь про давление, я что-нибудь придумаю, пойдём, — аккуратно убрав темную прядь с лица Реджины, блондинка снова заглянула ей в глаза. — Ты побудешь со мной? — Конечно, Боже! — Эмма еще крепче притянула её к себе.

***

Уложив Реджину в кровать, Эмма спустилась за салфетками и чаем, аккуратно поставила все на тумбочку и присела рядом, взяв брюнетку за руку. — Тебе лучше? — Угу, — ответила женщина, делая глоток ромашкового чая, — Ты появилась очень вовремя, я сама во всем виновата, а ты… — затем добавила уже шёпотом, — Ты спасла меня. — Это отчасти моя вина, что так вышло, не вини себя, — она поглаживала ладонь Реджины большим пальцем, — Главное, что всё обошлось. Я побуду с тобой, пока ты не уснёшь, потом вернусь в участок, всё закончу к обеду, заберу детей и мы вернёмся все вместе, хорошо? — Тебе ещё нужно будет заехать к себе. — О, хорошо, — что ж, это было вполне нормально, скорее всего, Реджине нужно время, чтобы прийти в себя. — Возьми сразу всё необходимое до понедельника. — Ты хочешь, чтобы я осталась на все выходные? — А ты… Нет? — слабым голосом спросила она. — Конечно хочу, я просто подумала… — Не надо думать. Просто возвращайся скорее. — Я очень скоро, — ответила Эмма, нежно целуя засыпающую Реджину в висок.