С_К_И_П: Максим

      − Слушай, котя, мне все равно делать нечего, − Алес, с новомодной гарнитурой, которой в этом веке еще не было в свободной продаже, стоял у подъезда дома. Скорее всего, адрес перепутал, потому что квартира с данным номером в этом доме не сдавалась. И он бы уже давно уехал, если бы не позвонила Машка, требуя отчета о проделанной работе и спрашивая, что он намеревается делать дальше. – Я вот тут себе хибарку подобрал. Однокомнатную. Поживу, посмотрю, чем аборигены дышат. Да и вообще, даже таким как я отдых положен.       Разговаривая с напарницей, он любовно поглаживал бак своего, недавно приобретенного, мотоцикла, прикидывая, как бы еще и гараж где-то неподалеку снять.       − Что говоришь? Какие помехи? Мань, перестань бредить! У нашей связи помех просто не может быть! Это же не спутниковая, не мобильная, это... Твою мать... – Алес внезапно замер. – Судя по всему, идет перестройка мира. А это значит, что я нахожусь в центре начинающегося парадокса... Все! Отключаюсь!       Алес встревожено огляделся. Дом как дом, обычная, панельная девятиэтажка. Весна кругом, птички поют, ни единой машины во дворе. Тишь да благодать. Какой к демонам парадокс в такой обстановке? И тут его взгляд скользнул вверх, по окнам, где с третьего этажа выглядывал малыш. Из окна. Открытого. Как раз в том подъезде, у которого он стоял. Двух- или трехлетний мальчик, словно не понимая, что такое высота, тянулся, словно пытаясь ухватить ручонкой хромированный байк, который стоял под окнами. И, не удержавшись, кувыркнулся вниз. Алес - единственное, что успел сделать – сигануть к окну, чтобы поймать малыша в объятия. И, чувствуя, как колотится сердце, понимая, что мальчонка не только жив, но еще и цел – приподнял его на вытянутых руках.       Малыш заревел, наконец испугавшись внезапного приземления, а после и описался, прямо на кожаную куртку и темную рубашку Алеса.       − Опарадоксился, да? – Алес сам не ожидал, что станет не только точкой завязки, но и точкой развязки данного происшествия. Все еще держа малыша на вытянутых руках – пошел в подъезд, поднялся на нужный этаж и позвонил в дверь, вручив ребенка ошарашенной мамаше. – Держи.       Не слушая лепет благодарности, отмахнувшись от попытки вручить ему деньги, он бочком протиснулся в ванную комнату, замыв пятно, а после, так и не справившись с собственными эмоциями – вышел, как-то растерянно глядя в одну точку. И только через пару минут, собравшись с мыслями, резко мотнул головой, сел на байк и выехал через арку двора. Но с другой стороны арки никакой мотоцикл не выезжал, да и эхо рева мотора очень быстро заглохло, оставив после себя тишину, пронизанную птичьим пением.