Хранители мира

Глава 4 До края леса действительно оставалось немного, всего-то около двух часов. Они вышли на простор, когда солнце уже стояло в зените, Оллял сразу стал забирать влево, пробираясь сквозь высокую траву, туда, где виднелись другие люди. Похоже, что там была дорога: встречались повозки и всадники. Идти до неё оставалось недолго, и Влад порадовался, что по давней армейской привычке не снимал часы — хотелось примерно прикинуть, с какой скоростью они движутся. Ну, что можно было сказать: по лугу они шли достаточно быстро, даже Карина не отставала и перестала ныть. Не заметно было, чтобы капризная девочка смирилась, скорее — что-то задумала, не зря так внимательно слушала слова Энгвара о магии и властителях замков. Луг вскоре сменился полем, и идти стало сложнее из-за жёсткой стерни, а снопы пшеницы, расставленные по нему, были точь-в-точь как на картинке в учебнике истории. У кромки поля стояла жница в короткой, по меркам средневековья, юбке — всего-то до колен. Крепко сбитая фигура потомственной селянки темнела на фоне светлого неба, и Влад впервые обратил внимание на его чуть зеленоватый оттенок. Женщина так привычно подбоченилась, прикрывая глаза от солнца ладонью, что у парня защемило сердце. Лишь сейчас, увидев обычную крестьянку — такие и на Земле живут во множестве, обрабатывая свой огородик или дачку — стало отчётливо ясно, что это другой мир, и назад возврата нет. Чуть поднятая насыпная дорога, вымощенная плотно уложенными камнями, была не хуже, чем где-нибудь в сельском районе. А может, и лучше: ям и выбоин не было совершенно. Широкое полотно — две повозки разъезжаются спокойно — было огорожено по краям длинными балками, чуть возвышающимися над поверхностью. Впереди виднелся мост через реку, а за ним на холме возвышался серый замок, пикантно розовеющий крышами под закатным солнцем. — Замок Драконьи Когти, — указал на него Оллял, — там и остановимся на ночь. Нечасто наёмник удостаивал путников своими репликами, и каждый раз они несли информацию. Вот как сейчас: Оллял был спокоен и уверен, что в замке их примут без лишних вопросов. Это говорило о многом: например, что соискатели на звание хранителя действительно важные персоны вне зависимости от происхождения и расы, что здесь есть законы и их соблюдают, есть власть, которая действует. А вот и подтверждение этому: по дороге проезжал вооружённый отряд — форменные мундиры, оружие с одинаковыми клеймами, флажок на пике — или регуляры, или патруль. Командир заметил путников и сделал знак остальным остановиться. Видимо, так было принято, потому что Оллял сразу направился к нему. Несколько слов — и вот уже путники рассаживаются позади воинов. Даже Карина промолчала, когда её довольно бесцеремонно закинули на круп серой кобылки. Впрочем, сидела она довольно уверенно, в отличие от Влада, который раньше видел лошадь только в зоопарке. Он даже огорчился этому факту, а потом подумал, что девушку, скорее всего, учили верховой езде. Он же — типичный городской житель, а самый необычный транспорт для него — БТР, да и тот в армии остался. На коне оказалось очень неудобно, Влад всё время куда-то съезжал, судорожно цепляясь за пояс всадника. Животное тоже не казалось довольным дополнительным грузом и всё время норовило взбрыкнуть. Тогда Влад пугался и думал только о том, чтобы другие не заметили его страха. Верхом дело пошло куда быстрее, чем на своих двоих, и в замке путники оказались задолго до наступления ночи. Подъемный мост был опущен, кованая решётка поднята и над воротами грозно нависали острые пики. Над входом красовался ромб гербового щита с изображёнными языками пламени и сердцем над ними. Такой же символ можно было заметить на мундирах привратной стражи, мазнувшей по лицам приехавших равнодушными взглядами. Старший смены — его можно было опознать по золотому шнуру на левом плече — даже махнул приветственно рукой, здороваясь с гостями. В сумерках двор замка выглядел маленьким и тёмным, по диагонали его пересекала вислоухая псина, совершенно не обращая внимания на приезжих. Издалека доносился гогот гусей и бодрое мычание, где-то переругивались женщины. Всадники спешились, Влад едва ли не первым кулём свалился на вымощенный булыжником двор. Чуть левее входа возвышалась квадратная башня, из дверей как раз выходил человек с фонарём в руках. Желтоватый неяркий свет разогнал сгущающуюся темноту, а густой бас пригласил дорогих гостей войти под скромный приют барона Хисби. Нижний зал, куда Влад вошёл следом за орком, занимал всю нижнюю часть замка, наверх вела широкая лестница, раздваивающаяся после площадки. Стёртые ступени намекали на древность сооружения, а пыльные вымпелы и знамёна — что предки нынешнего хозяина не сидели дома под защитой крепких стен. Барон встречал гостей в парадной комнате, придерживая под руку пухленькую супругу. Позади них стояли двое парней лет по двадцать-двадцать пять и миленькая девушка, теребившая рыжую косу, переброшенную на грудь. К слову сказать, яркой рыжиной отличались все отпрыски барона, не считая его самого. — Капитан Мони! — хозяин так сердечно приветствовал старшего отряда, что их давнее знакомство не вызывало сомнений. — Барон, — кинул в ответ Мони. — Мы не одни, встретили по дороге отряд с будущим хранителем. — Это честь для меня — принимать в своём доме столь высоких особ! Пришлось выходить вперёд и представляться. Оллял назвал всех поимённо, закончив собой и Энгваром. Барон в ответ познакомил с супругой, сыновьями и дочерью, предложив гостям немного отдохнуть с дороги, пока слуги будут готовить праздничный ужин. Путники с энтузиазмом поддержали эту идею, и очень скоро Влад остался один в небольшой, даже по его меркам комнате. Скромно обставленная — кровать, комод, кресло да пара крючков, — она ничуть не напоминала дворцовые покои. Быть может, комната владельцев и была обставлена богаче, но эта Влада не впечатлила. Впрочем, тут была кровать с постелью и, возможно, не было блох. Слуга, заглянувший в двери, предложил проводить парня в мыльню, и Влад с облегчением пошёл, мечтая снять грязные носки. Привели его во что-то вроде бани, только мыться там полагалось в больших дубовых чанах, над ними висели кувшины с горячей водой, чтобы добавлять, когда остынет. Лезть сразу в воду не хотелось, и Влад кое-как ополоснулся над сливом, смывая первую грязь, и только потом с наслаждением вытянулся в чане. Вместо мыла тут использовали вязкую массу, но грязь она отмывала очень хорошо. Слуга, оставшийся в мыльне, помог потереть спину, подал широкое полотно и стопку одежды — новой, слежавшейся на сгибах и пахнущей чем-то сладким. — Это что? — недоумённо покрутил в руках новую рубашку Влад. — Ваша одежда, лорд, — почтительно ответил слуга. — Моя? — Каждый властитель готов в любой момент встретить будущего хранителя со всем почтением, — пояснил слуга. Значило ли это, что звание хранителя не просто слова или титул, а нечто большее, вызывающее надежду и уважение? Возможно, но то, что отношение к ним было подчёркнуто почтительным, не оставляло сомнений. Это кое-что объясняло: и то, что их приняли в замке без лишних вопросов, и то, что одежда новая, и то, что она где-то хранилась, дожидаясь своего часа, и, наконец, радушие и гордость хозяина замка. Чистого и довольного Влада проводили в пиршественный зал, где уже находился сам барон, баронесса, капитан и Оллял. Энгвара и остальных не было, и Влада усадили рядом с наёмником, напротив Мони. Стол ломился от яств, и голод ощутимо напомнил о себе. Но начинать трапезу, пока не пришли остальные, Владу показалось неприличным, и он мужественно отвернулся от заманчиво пахнущих блюд. К счастью, они не заставили себя ждать, и, увидев преображённую Карину, Влад едва удержал челюсть, чтобы не брякнуть ею об стол. На девушке красовалось алое платье, отороченное по горловине и краю рукавов пышным золотистым мехом. Вдоль подола вилась затейливая вышивка, талию стягивал тяжёлый наборный пояс из золота и эмали, волосы были уложены в затейливую причёску и украшены жемчугом и гребнями. Словом, Карина выглядела и вела себя, как принцесса из сказки и явно этим наслаждалась. Орчанку тоже приодели, но то, что смотрелось на девушке сказочным нарядом, на дочери степи выглядело совсем по-другому. Как Кеке удалось это сделать — непонятно, но она больше всего напоминала шаманку вольного племени, чем госпожу какого-нибудь дворца. Это было тем более удивительно, что наряды обеих женщин не слишком отличались кроем и фасоном, а вот поди ж ты! Влад удивился способностям прекрасной половины человечества, и не только его, и перевёл взгляд на Бертукана. И орк его тоже не подвёл — истинный сын степей, вождь гордого племени, даже удивительно, как дикие на вид существа могут вести себя с таким достоинством. Впервые Влад подумал, что теперь ничуть не сомневается в правильности подбора кандидатов. Вот только он сам не мог полностью принять свою участь. Возможно, это было из-за Карины — уж больно надменно смотрела девушка на всех. Энгвар скользнул за стол почти незамеченным и сел на дальний край, словно ему там и место, на задворках. Как только все собрались, барон встал, поднимая большой кубок, украшенный камнями, и провозгласил здравицу гостям. Влад тоже пригубил свой кубок — там оказалось приятное вино, не очень крепкое, но рисковать не стоило — и он отставил его почти нетронутым, заслужив одобрительный взгляд барона. Первое время уставшие и голодные путники молча отдавали дань угощению, немного непривычному из-за других пряностей, но вкусному. Влад тщательно пережёвывал мясо, замечая, как Карина берёт двумя пальчиками птичью ножку и подносит ко рту. Вилки тут были двузубые, и ими полагалось только накалывать куски. Зато более мелкое можно было есть ложкой, и запивать остро-пряные блюда вкусной чистой водой. К слову, и орки, и полукровка к вину так и не притронулись — в отличие от наёмника и Карины. Беседа за столом шла ровно и затрагивала всё, что угодно, кроме конечной цели путешествия кандидатов. Баронесса восхищалась красотой Карины и внешностью орчанки, нахваливая их качества чародеек. Девушка не спорила, принимая уважительное отношение, как данность, Кеке тоже молчала, лишь время от времени поглаживала тугой животик. — Быть магичкой — это так почётно! Я слышала, что те, у кого сильный дар, живут до пятисот лет, сохраняя свою молодость и красоту! — говорила баронесса. — А вы уже прошли обучение? — Да, — коротко ответила Кеке, удивив остальных: за всё время путешествия она высказалась считанное количество раз. — Это хорошо, — кивнула баронесса, — легче будет при ритуале выбора. У моих родителей жила сильная чародейка, отец нанимал её на время… ну, было нужно. Так вот, она могла даже подчинять волю другого человека! Я сама видела, как виновный признался в своём преступлении, а затем самолично бросился с вершины скалы! Карина блеснула глазами, подаваясь вперед и жадно слушая откровения баронессы. Алчный взгляд не оставлял сомнений, что девушка представляет себя в роскошной мантии с жезлом в руках и коленопреклоненных людей перед собой, готовых выполнить любой приказ. Владу стало неприятно, будто он увидел что-то неприличное. Рядом чуть слышно вздохнул Энгвар, и, глянув на него, парень понял, что учить маг будет девушку очень немногому: тот, кто видит в даре только возможность властвовать над другими, недостоин его. Видимо, барон что-то почувствовал, потому что завёл речь о появившихся в одной из деревень умертвиях, обращаясь к капитану с просьбой о помощи. Мони кивал, соглашаясь прогуляться в ту деревню, посмотреть, что там и как, и даже готов был взять с собой старшего сына барона — наследник же! Между тем баронесса и Карина нашли общий язык, обсуждая украшения и наряды. Краем уха Влад услышал вполне профессиональные рассуждения девушки о достоинствах драгоценных камней, но тут его отвлёк орк, начав расспрашивать о Карине. Причина столь неожиданного, но пристального внимания была ясна без дополнительных объяснений: мысль о власти над людьми слишком сильно заинтересовала девушку. Таким нельзя позволять раскрываться полностью, иначе можно получить такую головную боль на много лет, что ого-го! — Я так понимаю, что на вершину храма должна подняться пара хранитель-маг? — уточнил Влад. — Да, — присоединился Энгвар. — И всё же, почему хранитель обязательно должен быть из другого мира? Разве здесь нельзя найти достойного человека? Или не человека, прости, Энгвар. — Обязательно из другого. Видишь ли, хранитель не просто выполняет роль… даже не знаю, как сказать… это не страж, не судья, не советник, а всё сразу. Хранитель приносит знания своего мира, учит новому, выносит суждения. И, для того, чтобы не совершать ошибок, ему нужна пара — маг или магичка. — Кеке шаманка, — заметил Бертукан. — Именование не имеет значения, — чуть улыбнулся полукровка. — Она мудра и станет достойной помощницей хранителю… «Не то, что Карина» — подумал Влад, глядя на раскрасневшуюся от выпитого вина девушку. Он понимал, что, скорее всего, именно Карина предназначена ему в пару, но сердце не принимало. Из двоих магичек Кеке выглядела более достойной. Конечно, можно надеяться на то, что, пройдя инициацию, Карина поумнеет, но надежды на это почти не было. — А если мага не учить? Или не инициировать? — Невозможно, — понял Влада полукровка, — дар будет требовать пробуждения, может произойти спонтанная инициация, а это ещё хуже: удержать силу такого мага будет очень сложно, в том числе и самому носителю. — Понятно, — проговорил задумчиво Влад, — значит, выхода у меня нет. — Почему? — чуть улыбнулся Энгвар. — В отличие от хранителя, его пара может быть и из этого мира. — Да? А змеелюд говорил что-то про связь? Ну, там… связанные смертью… м? — Это нужно было, чтобы вы пришли сюда, а сейчас всё зависит только от тебя. Встретишь достойную пару и… — Даже если она будет принадлежать другому? — уточнил Влад, недовольный тем, что может стать виновником чьих-то бед. — Любого, в ком почувствуешь свою половину. Это непреложный закон связи хранитель-маг. Иначе ты вообще рискуешь быть невыбранным, более того — даже не допущенным к выбору. Судьба очень капризная леди, она кого попало не выберет, — тихо рассмеялся Энгвар и тут же замолк, поймав свирепый взгляд Олляла. Влад заметил, с какой яростью наёмник смотрит на полукровку, но счёл это не своим делом — они вдвоём, сами и разберутся. Он посидел за столом ещё немного и ушёл: предстояло о многом подумать…