Хранители мира

Глава 6 К середине дня Влад понял, что выбора у него особого нет: или трястись в карете, или отбивать зад на лошади. Карина мирно спала, и впору было ей позавидовать, но в целом Влад мог сказать, что дороги здесь очень неплохие — куда там сельским на бывшей родине. И всё же, тряска в карете не добавляла хорошего настроения, а средневековье оказалось не таким радужным, как можно было бы представить по рыцарским романам. Наёмник же, словно издеваясь над новичками, свернул с дороги, лишь когда солнце достигло зенита. Не только он: попутчики тоже спускались с насыпи и продолжали путь по полевой дороге. Присмотревшись, парень понял, что впереди шёл ремонт, суетились люди, мотались полные и пустые телеги, влекомые мощными тяжеловесами. Оллял, однако, направился к блестевшему неподалёку озеру. Сквозь густо заросшие камышом берега на поверхности воды блестели какие-то белые кочки. Слишком крупные для цветов, а на привычных землянам лебедей были не очень похожи. Карета, переваливаясь на кочках, покатила к берегу и, наконец, остановилась. Карина вышла первой, не дожидаясь, пока ей помогут, и сразу направилась в кустики: видно, совсем невмоготу уже терпеть. Оллял кивнул служанке, и девушка понятливо пошла следом. И то верно: кто знает, какие звери водятся в траве? Но всё прошло благополучно, без неприятностей. Разве что несколько синих цветов, принесённых Кариной, могли ими стать, но маг сказал, что это обычная медовка, невзрачные, но пахнут приятно. — Пчёлы их любят, так и вьются. И мёд потом вкусный, ароматный. У нас его называют луговым, — пояснил он, доставая из котомки пучки трав и добавляя их в котелок с водой. Кеке уже строгала мясо тонкими ломтиками, и Карина, подумав, начала раскладывать их на куски хлеба, делая что-то вроде бутербродов. Влад немного удивился такому рвению, но тут над озером послышался шум крыльев, и он чуть не упал, увидев, как белые кочки превратились в тонконогих пегасов. Настоящих, крылатых лошадей, прямо как на картинках! Он смотрел разинув рот, как белоснежные красавцы закладывают крутые виражи, а потом устремляются куда-то вдаль. — Ох, ты… никогда не думал, что они существуют на самом деле! — восхищённо проговорил Влад. — Вот бы полетать на таком! — вторила ему Карина. — Они не носят всадников, — ответил ей полукровка. — А летают у нас на драконитах, только их мало. — У вас ещё и такие водятся? Драконы? — спросил Влад. — И драконы тоже, но они дикие и кровожадные. Их мало уже осталось, слишком много едят. А дракониты мельче, двух человек выдерживают спокойно. — А как на них летают? Они что, разумные? — судя по мечтательным глазам Карины, она уже представляла себя верхом на крылатом ящере. — Нет, дрессированные. Можно нанять всадника с драконитом, и он будет возить тебя. А можешь потратить десять лет и получить своего зверя. — Фу… — скривила губы девушка. — Десять лет! А почему так долго? — Сначала нужно вырастить ящера, до шести лет на него садиться вообще нельзя, а потом ещё выдрессировать, — пояснил маг. Его окружили орки и Влад с Кариной, внимательно слушая очередное и необычное об этом мире. Подумать только! Пегасы! Драконы и дракониты! Кто ещё? Единороги? Полукровка между тем рассказывал о том, как трудно научить ящера носить всадников и поклажу, и говорил, что этим делом занимаются специальные люди. Целые семьи из поколения в поколение выращивали драконитов, предлагая потом свои услуги всем желающим. Ну, конечно, тем, кто сможет оплатить их: цена за эти услуги немалая. — Драконов тоже разводят, — продолжал рассказ Энгвар, — но уже для других целей, используют шкуры и кровь. Шкуры, как вы можете догадаться, на щиты, колчаны и сапоги. — Прочные, да? — Да, очень. Щит из драконьей шкуры не пробить прямым ударом. У Олляла есть такой, стоит, конечно, дорого, но… он того стоит, как бы смешно это ни звучало. — А куртки не шьют? — поинтересовался Влад, уже представивший косуху из дракона. — Нет, после высыхания шкуры становятся очень жёсткими. Их можно заранее нарезать на пластины, а потом нашить на доспех. Но в целом не очень удобно. — Ясно, — Влад с завистью смотрел, как орк, недолго думая, взял щит наёмника и стал внимательно рассматривать, пробуя на прочность. Наёмник был так явно недоволен, что, казалось, вот-вот взорвётся. Но нет, сдержался. А тут как раз и Кеке пригласила всех обедать. Проголодавшиеся за время пути люди, не люди и нЕлюди накинулись на предложенное угощение, уже почти не обращая внимания на помехи. Даже мелкое животное, похожее на небольшую лисицу, не испортило аппетита. А так крутилось, так тявкало, так просило, что Карина прониклась и бросила кусочек лепёшки. — Что? — насупилась девушка, уловившая взгляд Влада. — Мне не жалко, пусть ест. Влад пожал плечами, как бы говоря, что ему всё равно. Засиживаться долго наёмник не позволил, и вскоре у народа появилось развлечение: как взгромоздить на лошадь Влада и сделать так, чтобы он не свалился. Наконец, эта задача была решена, и отряд медленно тронулся в путь. Проезжая мимо места ремонта, Влад привстал, рассматривая фронт работ. И был не просто изумлён качеством: дорога углублялась в землю почти на два метра, на дно широкой канавы были положены крупные камни, затем их засыпали слоем более мелких, следующий слой — ещё мельче и ещё. Края полотна отделялись от поверхности земли вытесанными прямоугольными камнями, а на полевые дороги делались спуски. Не забывали строители и об устройстве дренажных канав. Короче говоря, строительство Влада впечатлило. Теперь понятно было, откуда такое качество покрытия. Угрюмые мужики с фиолетовыми клеймами на лбах и в ошейниках были или рабами, или каторжниками. Как выяснилось — последними: за преступления тут не сажали в тюрьмы, перекладывая их содержание на законопослушных граждан, а отправляли отрабатывать. Бежать было невозможно как раз из-за меток: и видно сразу, и магически привязан к определённому месту. В столице — том самом городе, название которого никак не мог запомнить Влад — находилась центральная служба исполнения наказаний. Туда со всей страны стекались сигналы от меток, и, если какой-то носитель клейма удалялся от места приписки, сразу звучал сигнал тревоги, и туда отправлялся летучий отряд охотников. Пойманный преступник лишался последних крох относительной свободы, и вскоре в подземных рудниках появлялся новый работник. Оттуда выхода не было, только в мрачные чертоги Государыни Смерти. В принципе, такая постановка вопроса понравилась Владу, он лишь спросил, кто придумал такую систему. И ничуть не удивился, когда услышал в ответ, что это идея одного из предыдущих хранителей. Ничего удивительного, на самом-то деле: каждый обладает знаниями, и нельзя их скрывать от других. Влад начал думать, а что он может предложить этому миру? Идей было много, но прежде следовало понять, а что тут вообще есть. Вот неплохо было бы использовать в каретах рессоры, а то трясёт немилосердно, даже на таких отличных дорогах. На самом деле, короб кареты, или как там его правильно называть, не был закреплён намертво, а подвешен на толстых ремнях, может быть даже из шкуры дракона. Но это мало помогало, скорее, наоборот: карета раскачивалась на них, и понятно было, почему так сильно укачало Карину — тут дело не только в выпитом накануне вине. Влад припомнил, что есть листовые рессоры разных конфигураций и даже примерно мог показать и рассказать, как они выглядят. Вроде бы, имеются и пружинные, например, в вагонах и какой-то бронетехнике, но тут он уже был полный профан, даже названия не знал. Но общий принцип сборки и крепления знал, и уж точно это лучше, чем подвешивать всю конструкцию на ремнях. А вот и доказательство: ремни лопнули, и случилось дорожное происшествие, к счастью без жертв. Оллял притормозил возле незадачливых путешественников, спрашивая, нужна ли помощь, получил вежливый отказ и продолжил путь дальше. Дорога плавно спустилась к широкой реке, и тут пришлось вновь задержаться: моста не было. Однако вдалеке виднелся паром, двигающийся к другому берегу. Наёмник прищурился, что-то прикидывая, и сказал, что у них есть время отдохнуть. Влад воспринял за счастье разрешение сползти с седла. И рухнул на землю там, где спустился. — Болит? — участливо спросил Энгвар. — У-у-у-у-у… — простонал Влад. — Слабак, — насмешливо фыркнула Карина, спускаясь к воде. Маг покосился в её сторону и предложил парню немного облегчить его состояние. Ощущение сильных рук, разминающих уставшие мышцы, было настолько приятным, что Влад даже забыл на время, что массаж делает парень, играющий за другую сторону. Он, быть может, и не вспомнил об этом, если бы не сильный удар, нанесённый наёмником своему ведомому. — Забыл, кому принадлежишь, нечистокровная тварь? — прорычал в ярости Оллял. — Или я давно не показывал, где твоё место? — Прости, — Энгвар вытер кровь с лица, — но кандидату было плохо. — Мне плевать, что с ним. Моё дело привести кандидата в храм живого и, по возможности, невредимого. Стёртая задница — не повод для беспокойства. Держи свои руки при себе, полукровка, или… — Я понял… Зато Влад нет — как же так? Разве маг не мужчина? Разве он не владеет даром? Почему же он позволяет так обращаться с собой? Или… Или всё дело в клятве? Ох, что-то не нравится ему это, особенно, когда Влад вспоминает о Карине — как там было сказано? Возьми с неё клятву? Брать не хотелось. Нет, он знал, что обращаться так с девушкой не будет при любом раскладе, несмотря на то, что Карина вовсе не мечта всей жизни. Но спать с человеком, пользоваться его телом, умениями, заботой, и — бить при этом? Глупо. Сейчас ему казалось, что Оллял с трудом сдерживается, чтобы не наказать провинившегося ведомого прямо сейчас, но было понятно, что вечером парню достанется. — Прости, — покаянно проговорил Влад, — я не думал, что так обернётся. Энгвар только криво улыбнулся, а что тут сказать? Что сам виноват, забыв о своей роли? Что кандидат в хранители так понравился своим уважительным отношением, что полукровка позволил себе забыться на короткий миг? Что… вновь, уже в который раз, пожалел, что вообще родился на свет? Что… ай, да что тут говорить, если участь всех полукровок — служить, служить до самой смерти тому, кто принял от тебя клятву, кто стал властелином твоего тела и души, жизни и смерти. Было противно, что его слабость, его положение увидели чужаки, даже если они навечно останутся на Киаолиане — неважно, хранителем или его помощником. И обидно, что за столько лет ведущий так и не начал ценить Энгвара, считая своей дорогой и нужной вещью. Полукровка спустился к реке, зачерпнул полные ладони воды, плеснул в лицо. В реку потекли розовые струйки, смыли кровь — он успел остановить и проверить, не сломан ли нос. Не сломан, хоть и болит. Энгвар сел на камень, отвернувшись от остальных. Мимо проплывали белесые водоросли, оторванные берега, плеснула рыба, мелькнула стрекоза. Рядом кто-то опустился, и полукровка скосил глаза. Карина смотрела вдаль, подняла камушек и бросила, странно изогнув кисть. Тот запрыгал по воде, словно попрыгунчик, а девушка считала сколько раз. — … восемь… — закончила она, — неплохо… ты зря его сердишь. Раз уже прилепился, так не давай поводов для ревности. — Я принёс клятву… — начал Энгвар, а после махнул рукой и скомкано закончил, — ай, да что там говорить… положение ведомого хуже, чем у последнего раба. Те хоть свободу могут получить… — Подожди, я же слышала, как ты советовал Владу взять клятву с меня. Это что, ты… чтобы я… да? Ну, ты скотина… — А предпочитаешь вместо Влада кого-нибудь другого? — Этого неумеху? Мне в ведущие? Да что он знает, слабак! — Думаешь, Оллял лучше? — спросил Энгвар. — Может, и нет. Но на нем свет клином не сошёлся. Я же не обязана давать ту самую клятву, так? — Обязана. — И обязательно Владу? — продолжала уточнять Карина. — Нет, если найдёшь другого, желающего взять ведомой женщину с не пробудившимся даром. — Ты мне вот что скажи, умник, — прищурилась Карина. — Что будет иметь хранитель? Вернее не так… вот стал человек… — Тут ещё и орк есть… — поправил маг. — Неважно, — отмахнулась девушка. — Итак, стал кто-то хранителем. Дальше что? Где он будет жить, что делать, кем будет считаться его пара или, как вы говорите, ведомый? — Жить будет во дворце, заниматься тем, что править миром… — Ого! — Это не привилегия, а труд, — попробовал объяснить маг. — Фигня вопрос, дальше что? — жадно спросила Карина. — Работать будет. А его пара… — Ну? — Тоже работать, — пожал плечами Энгвар, не понимая, чего хочет девушка. — И всё? Никаких балов, праздников, драгоценностей? — Ну, праздники будут, конечно. Середина зимы, лета, ещё там… а драгоценности ему зачем? В сокровищнице можно взять, поносить. — И назад, что ли вернуть? — Конечно, это же государственные сокровища, не личные… — А если не станет хранителем? Тогда что? — Дадут денег, помогут устроиться… Карина разочарованно поджала губки — ей было всё понятно: согласившись на клятву, она теряла свободу, не получая взамен ничего. А если Влад пролетает с должностью, то она вообще получает нищеброда, который ничего не умеет. Что ж… он пусть, как хочет, а для Карины это не подходит, совсем. И она решила, что поищет другого кандидата в мужья, если уж на то пошло. Нафиг ей такое сомнительное счастье…