Три первых поцелуя

- Это что еще такое сейчас было?! – взвилась Селина угрожающе шипящей кошкой, когда пришла в себя после неумелого, но такого жаркого и горячего, а, главное, в тайне давно желанного поцелуя Брюса Уэйна. Ей даже на секунду показалось, что зашатался небоскреб, на крыше которого они стояли, под вечер и под воркование голубей. Сами чуть ли не воркуя, как голубки, в кои-то веки. Но Брюса же едва не убили. Очередной раз. Так что не считается, почему бы было временно не перестать царапать его коготками. Образно выражаясь. - Это я поцеловал тебя… - растерянно сморгнул вчерашний совсем еще мальчишка, меняясь в лице, больше не сияющем от счастья новеньким четвертаком. – Тебе совсем не понравилось? - Ты что, все еще по-настоящему не целовался? – насмешливо фыркнула сама еще совсем девчонка, отчего-то смущаясь и уходя от ответа. - Нет… - опустил Брюс померкший взгляд, убирая руки с ее талии (когда только они успели там оказаться?) и пряча их за спину. «Ты еще с крыши спрыгни». – чуть было привычно не поддела его девушка, но вместо этого сделала шаг вперед, вновь оказываясь вплотную с отступившим на шаг юношей. - Да я тоже всего пару раз… Вот как надо, учись! *** - Ли! - Что тебе от меня надо, Джеймс?! Хуже уже не будет. Хуже вообще больше уже некуда. Так почему бы и нет… Она его поцеловала на прощание. Чем не повод. Шитый белыми рассыпающимися нитками, как дело, которое начальство требует закрыть указом свыше. - Попрощаться. – отчего-то севшим до хрипоты голосом ответил Джим Гордон, несмело взяв за руку ту, которой все еще хотел предложить руку и сердце, беря в жены. А потом вдруг, для самого себя неожиданно, резко дернул Ли на себя, вынуждая упасть к себе на грудь. Обнял обеими, так крепко, как будто ее вот-вот снова постараются у него отнять. И поцеловал. Как раньше. И как самый первый раз тоже. Этим ставшим для него невозможным, запретным, украденным поцелуем. - За что – даже не спрашиваю. – потер детектив Гордон полыхнувшую пламенем щеку, загоревшуюся от нежной докторской ладошки, стоило ему разомкнуть замок объятий. - За это твое «попрощаться», вот за что! – задыхаясь от гнева, выкрикнула молодая женщина, яростно сверкая глазами, из которых готовы были брызнуть слезы. Повернулась, чтобы уйти, но на сотую долю секунды поколебалась, замерев на месте. Джеймсу Гордону более чем хватило этой краткой заминки. А то, что Ли не воспротивилась следующему поцелую, сказало ему все то, на что он больше не смел и надеяться. *** Не над городом, как юноша и девушка, не в городе, на одной из его погружающихся во тьму улиц, как мужчина и женщина, но глубоко под Готэмом, Джером Валеска, недавно выскочивший из небытия Джокером из колоды, улыбался не одной лишь не сходящей с лица, вызывающей озноб мертвой улыбкой. Он улыбался про себя, вновь паря в некой осязаемо-плотной, кажущейся живой, как и он, темноте. Улыбался тому, что когда он отсюда выберется в следующий раз (а именно так все и будет, не извольте сомневаться, дамы и господа!), Брюс Уэйн как раз возмужает настолько, что... Эти богатенькие юные джентльмены и их дворецкие… Не опоздать бы… С другой стороны, он хоть и псих, но не настолько, чтобы выйти на арену цирка пока не заиграет оркестр. *** Превратившаяся за один день из угловатого тинэйджера в красивую девушку, Айви не долго удивлялась тому, что «Брюс Уэйн» напрочь позабыл про свою вредную уличную кошку, весь отдавшись ее чарам и поцелуям. В конце концов, Селина тоже была немного старше теперь ее собственного «миллиардера», ну нравятся Брюсу дамочки постарше, что такого-то! А где они при этом были, Совет Сов и тот не знает.