Начать сначала

POV Мэрилин I die everytime you walk away Don't leave me alone with me See, I'm afraid Of the darkness and my demons And the voices, say nothing's gonna be okay, Anyway I feel it in my heart, soul, mind that I'm losing You, me, you're abusing Every reason I have left to live. (Alex Hepburn «Under») В комнате было душно настолько, что стало трудно дышать, открытое окно не помогло, ворвавшийся внутрь морозный ветер затушил свечи, но духота никуда не исчезла. Закрыв окно, я стала поджигать свечи, но сломав пару спичек, оставила это бесполезное занятие. На испытании было то же самое, свечи крошились и ломались в руках, посторонние звуки постоянно отвлекали и в итоге я его практически провалила. Хотя сейчас это было абсолютно не важно. А что сейчас было важно? Кто-то влез в мою квартиру, сделал фотографии с очень похожей на меня девушкой, монтажа на фотографиях нет, этим вопросом занимается полиция. Саша? А что Саша? Он звонил несколько раз, но я просто не знаю, что ему сказать. Я перед ним ни в чем не виновата и не собираюсь ничего доказывать. Не было ссоры, обвинений, выяснения отношений. Был просто ступор, а потом молчание. Лучше бы он кричал, обвинял меня, но он просто молчал. В этом был весь Саша. Все было в его глазах. Я видела там сомнение, он хотел верить, что эти фотографии фальшивые, но я видела это терзание и сомнение в нем. И я могла тысячу раз повторить, что не имею к этому отношения и он мог сделать вид, что верит мне, но недоверие все равно останется. Я не знаю, как жить без него и как теперь жить с ним я не знаю. Кто-то сделала это с нами и я не знаю кто и зачем. Но разве в фотографиях уже дело? Разве из-за них я сейчас не отвечаю на его звонки? Он должен был знать, верить, чувствовать, да что угодно, но он должен был быть уверен, что я никогда бы так не поступила с ним. Попытка убраться на полках закончилась так и не начавшись, стоило только увидеть нашу фотографию с финала 14 сезона. Такие молодые, счастливые, влюбленные. Как в тот день в Самаре, до того как все случилось, его улыбка, нежная, влюбленная. По щекам покатились слезы и больше просто не было сил их вытирать. Временами становилось больно, очень больно, словно что-то сдавливало грудь, мешая дышать. Почему он во мне сомневается? Звонок телефона, заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Саша. Я нажала кнопку отбой. Не хочу, что бы он слышал как я плачу и я не знаю что должна ему сказать или спросить. Но он не желал так быстро сдаваться и продолжал звонить. - Ну, что тебя от меня нужно? – спросила я глядя на телефон и спрятав его под подушку, разрыдалась вслух. Сейчас стало как-то особенно больно и обидно. Саша был моим первым и единственным мужчиной. Он был моим любимым мужчиной, моим другом, моей семье, он стал для меня всем в этой стране. За все время наших отношений, я ни разу не дала ему повода усомниться в моей верности и сейчас ему было легче поверить в то, что я ему изменила, чем в то, что кто-то влез в мою квартиру и сделал эти фотографии, умышленно подставляя меня. Чем я это заслужила? Телефон все не унимался и я уже хотела ответить, когда раздался звонок в двери. Что же такого он хочет мне сказать? Ну и пусть видит, что я плачу, в конце концов, он все равно знает, что я чувствую и это он мне не верит. Не раздумывая, я распахнула дверь и была крайне удивлена, увидев перед собой не Сашу. Моментально появилась тревога, рыжеволосая девушка передо мной была словно моим отражением, тот же рост, прическа, одежда. Телефон все продолжал звонить и я попыталась закрыть дверь, когда в лицо брызнула сладковатого запаха жидкость и глаза ужасно запекло. Я не могла ничего сделать с этим жжением и отчаянно терла глаза, даже не сопротивляясь, когда она втолкнула меня в квартиру. -Это ты все испорила, - злобно прошипела девушка и я почувствовала боль в шее, словно от укола. Все дальнейшее происходило как в перемотке. В ушах звенело, периодически пространство начинало вращаться. Девушка что-то говорила мне, но звуки стали какими-то далекими, я попыталась открыть глаза, но не смогла и все провалилось в темноту. POV Александр Безысходные мысли не дают уснуть, Одинокая боль не развеет грусть. Ищет снег за стеклом тепло ночных прохожих. Замерзаю я… Грязный монитор подает надежду Сигаретный дым исправит только минуту Ледяная пустота разбитого сердца Не согреться… ( Макс Барских «Пусто») Сигаретный дым уже не приносил никакого наслаждения, просто оседал в горле, вызывая першение. За окном проносились машины, люди спешили по своим делам, совершенно не замечая окружающих, жизнь шла свои чередом, Земля вращалась. Но для меня все как будто остановилось. Выбросив едва подкуренную сигарету, я взялся за свечу и снова принялся водить ее над фотографией, но это была лишь фотография и как бы я не старался, я не мог увидеть в ней никакой информации. Я ничего не чувствовал. Только ощущение что я все делаю не правильно, я должен быть сейчас с Мэри, убеждая в том, что люблю ее и не секунды в ней не сомневаюсь. Но разве это так? Разве я не сомневаюсь? Перед глазами стоял взгляд Мэри, полный отчаяния и обиды и одна единственная фраза, которую она сказала, перед тем как уйти, «это не я». А я даже не пошевелился, что бы ее остановить. Это была моя Мэри, моя девочка и она бы никогда не поступила так со мной, но… Всегда это чертово но. А что я должен был подумать? Фотографии оказались подлинными, это была ее квартира, да девушку видно только со спины, но, наверное, бы родная мать сказала, что на фотографиях Мэрилин, кулон, который я подарил ей на первую годовщину, татуировка на руке. И как бы я не убеждал себя верить в нее, в нас, но всегда появлялся этот чертов вопрос «А что если?» Могла ли она так поступить? Мы расстались, она молодая, красивая женщина, со своими потребностями и желаниями, импульсивная, вспыльчивая. Но в тоже время она отличалась от всех остальных женщин, которых я встречал раньше. Я вспомнил, как когда-то добивался ее и она уж точно не из тех, кто потащит едва знакомого мужчину в постель. Голова просто шла кругом. Казалось бы, вот только все наладилось, Мэри прилетела в Самару, Боже, как я был счастлив ее видеть, мы помирились и вот. Отследить отправителя не получилось. Кому вообще понадобилось делать эти фотографии и каким образом? Их не опубликовали в социальных сетях, не продали в СМИ, а просто выслали мне на почту. Словно они были сделаны специально для меня. В голове, словно что-то щелкнуло, я вспомнил ночь, когда Мэри позвонила в слезах, коробка с дохлой кошкой, угрозы которые приходили раньше, все они касались меня. Что если все это делает один и тот же человек? Сломя голову я бросился перетряхивать карманы курток. Выбрасывая тогда коробку, я взял упаковочную ленту, на которой хорошо чувствовалась энергетика человека, который все это упаковывал. Но, как на зло, ни в одном из карманов ленты не было. Я хотел побольше узнать о том, кто это делает и забыл, какой же идиот, как можно было забыть. Бинго! Лента, упакованная в пакет, оказалась во внутреннем кармане. Может я конечно хватаюсь за соломинку, но вдруг это и вправду дело рук одного и того же человека. Что я больше хочу, доказать себе что на фотографиях не Мэрилин или найти маньяка который все это делает? Даже и не знаю, но мне нужно было сделать хоть что-то. Подготовка и медитация заняли довольно много времени, все валилось из рук, свечи ломались и я не мог понять абсолютно ничего. Не было ни фантомов, ни присутствия темной силы, только женская энергетика, довольно молодая и ненависть. Все ее мысли и действия были пропитаны злостью и ненавистью. Больше я ничего не мог разобрать, ни образа, ни мотива. А что если попробовать ее найти, она держала эту вещь в руках, энергетика еще довольно сильная, злость всегда оставляет сильный след. Я конечно в поиске не так хорошо как Мэрилин, но все же можно попытаться. Я кое-чему у нее в этом плане научился, пришлось правда резать пальцы, хоть я и не люблю работать с кровью и раньше никогда этого не делал, но сейчас это того стоило. На удивление все получилось довольно удачно и сравнительно быстро. Передо мной возник фантом молодого парня, довольно плотный, но он молчал, как бы я не пытался спрашивать, ответа не было, а потом он просто пошел. Не помню, как я натягивал куртку и делал ли это вообще, в этом состоянии вообще не желательно было куда-то идти, потому что кроме фантома, я ничего вокруг не видел, но он вел меня и я шел. Не знаю, как я шел, но шел довольно долго, до тех пор пока фантом не исчез. Я оказал перед многоэтажкой, одной из многих в этом районе. Зачем я пришел сюда и что я должен был здесь найти, я не знаю. Я никогда раньше здесь не был. Погрузившись в свои мысли, я медленно бродил возле дома и когда уже хотел развернуться обратно, двери подъезда открылись и навстречу мне вышла девушка. Увидев меня, она остановилась, сначала на лице появилась счастливая улыбка, а потом испуг. Видимо видок у меня был еще тот, но было от чего. Рост и телосложение, рыжие волосы, стрижка, макияж, даже пальто такое же, как у Мэрилин. - Это ты, - схватив девушку за руку, я почувствовал ту же энергетику что и на коробке. В глазах девушки промелькнул страх и прежде чем она успела выдернуть руку, я увидел татуировку. Я вспомнил, где видел ее, она была на приеме в Самаре. Перед глазами, словно ведение, промелькнула Мэри, она сидела на полу, привалившись к стене, глаза закрыты, а лицо слишком бледное, как для просто спящей. -Что ты с ней сделала? Вместо ответа мне в глаза брызнула струя слезоточивого газа и когда я снова обрел способность видеть, девушка исчезла. Неужели все это происходит на самом деле? Что это только что было? Что я видел? Будущее? Настоящее? Ясно было одно, эта девушка, скорее всего психически не здорова и Мэри в опасности. Нужно было срочно предупредить ее, но телефона в кармане не оказалось и я даже не знаю, где я точно нахожусь. Не знаю, сколько времени прошло, пока я вышел к шоссе и смог поймать такси. На этом моя удача закончилась, не проехав и половины пути, мы попали в пробку. Можно было идти пешком, но как оказалось, я находился в другой части города и совершенно не представляю обратный путь. Минут сорок мы простояли в пробке, затем еще в одной, от ожидания и бессмысленной траты времени я просто не находил себе места. Поэтому когда на горизонте замаячил знакомый дом, счастью просто не было предела. Забежав в квартиру, я схватил телефон и сломя голову побежал к стоянке, попутно пытаясь дозвониться Мэри, но она не брала трубку. Не знаю, что я видел и что задумала та девушка, но предчувствие было очень плохое. Я звонил снова и снова, но ответом мне были лишь монотонные гудки. Удача сегодня явно была не на моей стороне, потому что на основной дороге шли ремонтные работы и пришлось сворачивать на объездную. В подъезд дома Мэри я буквально влетел, сердце колотилось где-то в горле, Мэри по-прежнему не брала трубку, а лифт как на зло ехал слишком медленно. Только подойдя к двери, я сумел немного отдышаться и позвонил в звонок. Больше всего мне хотелось, что бы Мэри открыла дверь, целая и невредимая, я расскажу ей какой я дурак и может она выставит меня, но мне так хотелось, что бы мое предчувствие не оправдалось. К сожалению, сколько бы я не звонил, никто не открывал и страх стал заполнять все мое сознание. Я повернул ручку и к моему удивлению, дверь оказалась открытой, от этого стало страшнее вдвое. Шагнув в полутемную прихожую, я услышал звонок телефона, это я все еще пытался дозвониться, и тихую приглушенную музыку. В квартире царил полумрак и на противоположной от гостиной стене был заметен отсвет от свечи. Стараясь особо не шуметь, я вошел в комнату и остановился. На полу были расставлены горящие свечи, рыжеволосая девушка сидела на диване, спиной ко мне и теперь я точно знал, что это не Мэри. - Где Мэрилин? – поинтересовался я, включая верхний свет. - Я о ней позаботилась, - девушка развернулась ко мне лицом и если в полумраке между ней Мэри было сходство, то сейчас было видно, что на лицо они совсем не похожи. - Где Мэри? - Она нам больше не помешает… - Что ты сделала? - Разве это важно? Она больше не станет между нами, теперь только ты и я. От ее слов, жуткое предчувствие стало только сильнее, взгляд девушки не предвещал ничего хорошего, она явно была не в себе. Я знал, что с сумасшедшими лучше не спорить, так как их поведение непредсказуемо, но ничего не мог поделать со злостью и волнением о Мэри. - Зачем ты это делаешь? Это ты сделала те фотографии? - Зачем? Она нам мешает и я сделаю все что бы она исчезла из твоей жизни. До меня донесся слабый стон и особо не раздумывая, я поспешил на звук. Но едва я сделал несколько шагов к выходу, услышал щелчок и обернувшись увидел направленный на меня пистолет. - Что ты делаешь? - Ты к ней не пойдешь, ты останешься со мной, - девушка встала и двинулась по направлению ко мне. - Убери пистолет. - Уберу, если ты не побежишь к ней. Она никогда не будет любить тебя, так как я. Стон повторился, я должен был помочь Мэри, неизвестно что эта сумасшедшая с ней сделала. - Хорошо, я никуда не пойду. Как тебя зовут? – как можно миролюбивее спросил я, медленно подходя ближе. - Оля, - улыбнулась девушка, но пистолет не убрала. - Оля, давай успокоимся и поговорим спокойно, - я постарался улыбнуться. - И ты не побежишь к ней? - Не побегу, мне не нравится, когда на меня направляют оружие, - как можно спокойнее говорил я, продолжая подходить ближе к ней. - Я просто не хочу, что бы ты ушел. - Я не уйду, слышишь, я никуда не уйду. Подойдя к ней на расстояние вытянутой руки и продолжая ласково улыбаться, я осторожно накрыл ее руку с пистолетом своей рукой, она не сопротивлялась. Когда я погладил ее руку, она счастливо улыбнулась и наконец, потеряла бдительность. Я забрал у нее пистолет и отбросив его на диван, привлек девушку к себе. В какой-то момент мне даже стало ее жалко, но вспомнив, что она сделала, я не колебался. Осторожно, словно поглаживая, я нащупал у нее на шее сонную артерию и одним движением передавил ее, несколько секунд и девушка обмякла в моих руках, потеряв сознание. Положив ее на диван, прихватив пистолет с собой, я бросился на поиски Мэри, попутно вызывая полицию и скорую помощь. Я не знал сколько у меня времени, до того как эта сумасшедшая придет в сознание, но надеялся что полиция к тому времени успеет. Куда больше сейчас меня интересовала Мэри. Ее я нашел в коридоре и как я не увидел ее, когда входил, она сидела на полу, привалившись к стене, глаза закрыты, точно так же как в том видении. Она была очень бледной, а руки холодными, дыхание слышно не было. Прогоняя от себя самые ужасные перспективы развития событий, я опустился перед ней на колени, пытаясь нащупать пульс. К моему огромному счастью, под пальцами я почувствовал, пусть и слабую, но все же пульсацию. Паника стала заполнять мое сознание, потому что я абсолютно не представлял, что делать до приезда скорой помощи. Искусственное дыхание, непрямой массаж сердца? Эти процедуры были для меня просто терминами. Я не знал, что она с ней сделала, видимых ран не было и поэтому я постарался помочь единственным способом, которым мог. Положив руки на область сердца, я сосредоточился на его слабых толчках и точно так же как я мог замедлять свое сердцебиение я попытался ускорить сердцебиение Мэри. Не знаю, сколько времени прошло, но судя по всем у меня получилось, пульс ускорился и Мэри тихо застонав, приоткрыла глаза. - Саша, - она попыталась улыбнуться, но судорожно закашлялась, - Это…не я. - Малыш, я знаю, - поспешил уверить ее я, - Потерпи немного, все хорошо. На лестничной площадке послышался шум и в квартиру ворвались сразу несколько людей, одни в белых халатах, другие в камуфляже. Врачи подскочили к Мэри, оттеснив меня и стали переговариваться непонятными мне терминами. - Что произошло? – возле меня появился полицейский. Дальнейшее стало происходить как в ускоренной перемотке. Я отвечал на море разнообразных вопросов, которые поступали одновременно как от медицинский работников, так и от работников полиции. Мэри погрузили на носилки. А дальше была скорая, очень бледная Мэри в кислородной маске, больница, меня о чем-то спрашивали, усаживая на кушетку у двери с табличкой «Интенсивная терапия» и я машинально отвечал, мысленно умоляя любые высшие силы, что бы с моей девочкой все было хорошо. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор как Мэри увезли, а я остался ждать, знаю только что побеседовал с как минимум пятью полицейскими и наверное, таким же количеством медиков, но не кто так и не сказал мне что с ней. Я машинально отвечал на вопросы, что-то спрашивал, совершенно не усваивая информацию и снова отвечал, когда, наконец, из-за зловещей двери вышел немолодой мужчина. - Как она? – спросил я. - Стабильно, ей повезло, что игла попала в мышцу, а не в вену… Он снова стал сыпать терминологией, из которой я понял только то, что жизни Мэри сейчас ничего не угрожает, она очень слаба, но находится в сознании, помощь была оказана вовремя и яд не успел подействовать. - Вы сказали яд? – опешил я. - Ну, в малых дозах это лекарство… - Мне можно ее увидеть? Сначала эскулап нахмурился, но потом смягчился и даже улыбнулся. - Только, ни в коем случае, не волновать. Мэри лежала на кровати и мое сердце сжалось, когда я увидел иглу капельницы в ее руке. Она была все еще очень бледной, но меня порадовал хотя бы тот факт, что никаких пищащих аппаратов около нее не было. - Выздоравливайте, - молодой человек, беседующий с Мэри, поднялся, закрыл папку и направился к выходу. Она слабо улыбнулась и посмотрела на меня. - Привет, - не зная, что еще сказать, я опустился возле нее на колени и осторожно поцеловал, все еще холодную руку. Мэри молча кивнула головой и устало закрыла глаза. Я не знал, что должен сейчас сказать, извинится, спросить, как она себя чувствует, это все сейчас не уместно, поэтому я просто молчал, наслаждаясь тем, что она рядом и все это дерьмо наконец-то закончилось. - Зачем она это делать? – слабым голосом спросила Мэри. - Она сумасшедшая, сложно объяснить, что творится в ее голове, но она больше тебе не навредит. - Ее посадить в камера? - Она в психиатрической больнице и думаю там и останется. - Она получить что хотела, забрать тебя, - она устало повернула голову и впервые, за все это время посмотрела мне в глаза. От ее взгляда противно засосало под ребрами, я понял, каким идиотом я был и как больно сделал ей. - Прости меня. Она ничего не ответила, а по ее щеке одиноко скатилась слеза. В груди все сжалось, стало сложно дышать. - Я должен был верить тебе, я такой дурак, прости меня, - я хотел поцеловать ее, но она отвернулась. - Да должэн был, - она посмотрела на меня глазами полными слез, - Ты быть мой первый, мой единственный мужчина и ты верить, что я мог быть с другим мужчина? Я никогда не поступать так с тобой. Ты должен это знать. Я молчал, а что я должен был ответить, никаких слов и сожалений не хватит, что бы высказать какой я болван и как мне жаль, но что сделано уже не исправить. - Почему ты не приходить? Ни один раз, я ждат тебя каждый день, но ты не приходит… - Я не знал что сказать… - Ты не хотеть меня видеть. Мэри слегка приподнялась на кровати и аппарат, надетый на ее пальце, стал пищать, по щекам текли слезы, я не сдержался и осторожно вытер их, но она увернулась и перехватив мою руку, крепко сжала. - Я так болше не мочь, Саша, - ее губы коснулись моей руки, - Просто уходит и не мучат меня болше.