Давай дружить в губы?

Тони ловит себя на мысли, что довольно редко сожалеет о потере Экстремис. Но сегодня выдался именно такой день. Если бы только у него был Экстремис! Ну, или хотя бы он не был такой размазней и нашел бы в себе силы снова создать вирус… Каждый раз, как Тони принимает решение воссоздать формулу, так видит перед собой одутловатое, синюшное и покрытое трупными пятнами лицо Марии Хилл, вспоминает ощущение ее мертвого тела в своих руках и тут же находит тысячи причин не доводить дело до конца. Тони просто не находит в себе духу вновь прибрать к рукам такую силу. И вот теперь приходится мириться с болью в ребрах при каждом вдохе. Из носа течет, и надо сказать, это довольно мерзко. Тони запрокидывает голову в тщетной попытке унять носовое кровотечение, но кровь тут же заливает горло, и приходится с хрипом отплевываться. А еще Тони страшно. Тони Старк боится умереть. Как прозаично и мелко для одного из Величайших Героев Земли, для Мстителя, для Железного Человека, черт возьми! Тони сам себя ненавидит за этот страх, но деться от него некуда. Взгляд Тони снова и снова фиксируется на его раскуроченной ступне. Крови уже натекло прилично, и Тони старается туда не смотреть, но стоит лишь немного ослабить самоконтроль, как взгляд сползает к уродливой ране. Эти ублюдки даже не удосужились извлечь чип хирургически, они лишь варварски выдрали кусок плоти Старка вместе со вшитым под кожу датчиком. Тони остается только молиться, что автоматический сигнал бедствия дошел куда нужно, а ДЖАРВИС не теряет времени даром, пока его создатель валяется тут в крови и поту. Чтобы хоть как-то отвлечься от боли и страха, Тони принимается делать то, что у него получается лучше всего. Возможно, даже лучше, чем что-нибудь изобретать. Он принимается выводить из себя своих охранников. — Слушай, ты ведь прекрасно знаешь, кто я, — обращается он к охраннику, флегматично читающему газету на колченогом стуле напротив Тони. — А то, — отвечает тот, не отрываясь от чтения. — Ну… Тогда, вероятно, тебе следует меня освободить, — задумчиво произносит Старк. — С чего бы вдруг? — В таком случае я бы убил тебя… последним. И каким-нибудь не очень болезненным способом, — пожимает плечами Тони. Охранник смотрит на него как на психа, затем хмыкает и вновь возвращается к чтению. — Хэй, чувачок, давай проверим, вдруг ты попутал, м? — Ты Тони Старк, — охранник откладывает наконец свою газету и задумчиво чешет покрытую щетиной щеку дулом пистолета. — Ну что ж… и на том спасибо. Однако я еще и… ну давай! — Тони делает приглашающий жест рукой, и тут же морщится от боли в стертых наручниками запястьях. — Железный Человек? — по лицу охранника непонятно, он издевается или и взаправду так глубоко задумался, пытаясь разгадать, куда именно клонит пленник. — О, да брось! Вытащи свою голову из той задницы, в которую ты ее засунул, и оглядись! Я уже сто лет как не ношу броню. И все это знают! — Тони отплевывается от крови и прикрывает на секунду глаза, пытаясь абстрагироваться от боли в ноге. — Даю подсказку. Кто мой парень? — Я вытащил голову из задницы и огляделся, — саркастично отвечает охранник. — И вот незадача, твой бойфренд уже не Капитан Америка. Опачки! — Он директор ЩИТа, ты, недоносок, — Тони вытягивает руку. И ничего не происходит. Ладно, ладно-ладно-ладно. Еще пара секунд, он уверен. Вот они, ало-золотые части брони несутся к нему, чтобы помочь… — Так и быть, если ты освободишь меня прямо сейчас, я попрошу Стива убить тебя как-нибудь гуманно. — А ты забавный, — охранник довольно потирает лицо и усаживается удобнее, расставив ноги пошире. — Что еще скажешь? — Скажу, что обратный отсчет начался. Пять, четыре, три, два, и бабах! — Тони прислушивается, но ничего в этой бетонной коробке под землей, где никакой сигнал не пробьется, не слышно. Ничего не происходит снова. Тони ловит воздух ртом и пытается успокоиться. Черт возьми! Он здесь вообще-то умирает! Какого хрена! Как можно выкрасть Тони Старка из собственного офиса?! Как можно обмануть ДЖАРВИСа, как можно заглушить сигнал от приборов Старк Индастриз?! — Ну ладно… Чуток запаздывает, но ничего. Пять, четыре, три… Не успевает Тони досчитать, как потолок пробивает броня. Не ало-золотая. Лучше. Много лучше. В свете ламп вспыхивают белый, красный и синий. Железный Патриот наводит оружие на охранника, и тот тут же вскидывает руки, отбросив пистолет на пол к ногам брони. — Я вообще сегодня увольняться собирался. Они тут все психи! — голос охранника срывается на истеричные нотки. Шлем раскрывается, и Тони встречается со взглядом Стива. — Нат тебя убьет, ты в курсе? — произносит Стив, подходя к Тони и помогая ему избавиться от оков. — Что они сделали с твоей ногой?! — Надеюсь, то же самое не сделает с моими яйцами Нат. — Нам лучше поспешить, — соглашается Стив, легко подхватывает Тони на руки и покидает подвал, оставив отряд ЩИТа разбираться с последствиями похищения. Стоит им выбраться наружу, как тут же внутренняя связь оживает гневным голосом Романовой. — Старк! Я сегодня надела платье. Пожалуй, впервые в жизни по собственному желанию и вынуждена была его тут же снять, чтобы спасти твою задницу! — Прости. Следующее свое похищение запланирую не в день твоего бракосочетания, — Тони крестит сердце, затем тут же вцепляется в гладкий прохладный металл брони. — Никогда бы не подумал, что увижу тебя в этой броне снова. — Тебя здорово приложило, — Стив обеспокоенно осматривает Старка. — Я в этой броне впервые. Тони кивает и пытается отбросить мысли о своей оговорке. — Господи! Тони! Я едва не умер, когда ДЖАРВИС сообщил мне, что твоя сигнатура утеряна! Я нацепил на себя броню и активировал чрезвычайный протокол! ЩИТ активирует чрезвычайный протокол только в случае войны или угрозы для президента, — продолжает между тем Стив. — А тут всего-то жалкая горстка мозговитых анархистов. — Ты просто очень меня любишь. — Видимо, да, — спокойно соглашается Роджерс. Кстати, было довольно странно видеть старую команду в деле. Давненько «старички» не брались за оружие вне «учебки». ЩИТ и новые Мстители прекрасно справляются, но похищение Тони вынудило всех без исключения отбросить все свои дела и отправиться спасать друга. Который где-то в той больной реальности их убил. В джете Тони гладит Баки, пока Стив обрабатывает его раны. Взгляд Тони цепляется за Питера, который учит Барнса новому рукопожатию. — Птичка Хоукая, пушки Черной Вдовы, репульсоры, как у мистера Старка, — Питер растопыривает ладонь и продолжает, — рука, держащая щит Капитана Америка, рука, сжимающая молот Тора, и бух — кулачки Халка*, — Питер смеется, стукаясь своим кулаком о кулак Барнса. — Круто я придумал? — Поздравляю, Стив, мы вошли в историю. Теперь можем гордиться, что вдохновили мальца на рукопожатие, — и переводит тему. — Патри не разобьется по пути? — Нет, если ты не накосячил с системой навигации. Не беспокойся, он найдет базу, присоединится к своим братьям МАРКам и подключится к зарядке. Он уже большой мальчик, — Роджерс смахивает с лица отросшую челку и помогает Тони сесть удобнее. — Ты как? Тони в порядке. На самом деле в порядке. Пока с ним все эти люди, он будет в порядке. Несмотря на столь сильную помеху в церемонии, как похищение Тони, пастор все же провел все просто чудесно. — Так она теперь Барнс? — Тони дергает Стива за рукав форменного кителя, на погонах которого блестят знаки отличия капитана. — С ума сойти! Наташа Барнс! Уж лучше бы Джеймс Романов! — Т-ш-ш, — Роджерс хмурится и одергивает Тони как маленького. — Помолчи. Они сейчас будут произносить клятвы. — Я эти ебучие клятвы три дня учил для своей свадьбы. Кто это вообще придумал?! — ворчит с заднего ряда Клинт. — Имейте совесть, — вздыхает Стив, изо всех сил стараясь держать лицо за всех присутствующих. — Уверен, Нат всюду распихала баллончики со слезоточивым газом, чтобы обеспечить свадьбе надлежащее количество мокрых платочков, — продолжает между тем Клинт. Но тут на помощь Стиву приходит Лора, и совместными усилиями им удается заткнуть своих дражайших половин. Швырять в себя рис Нат строго-настрого запретила, но Пеппер удалось уговорить ее заказать шикарный букет невесты, чтобы бросить в толпу гостей. Тони никогда в жизни не признается, что был раздосадован тем, что букет ему поймать не удалось. Но, возможно, он когда-нибудь признается в бесконечной любви ко всем этим сумасшедшим в мятых смокингах и платьях, со следами бетонной крошки и пыли на лицах, уставших после спасательной операции и всех волнений сегодняшнего дня. Разве могла супергеройская свадьба пройти иначе?