Невилл и Полумна 15 лет спустя.

По тихой улочке деревушки, называющейся «Годрикова впадина», шла не совсем обычная женщина. Нет, она уже не носила редиски в ушах, и ожерелья из пробок от сливочного пива на ней не наблюдалось. Она просто шла в ярко— жёлтой мантии с тремя детёнышами фестралов и с совой на плече(напоминающей по расцветке попугая). Женщина подошла к своему дому. На удивление всех дом не выделялся ничем кроме ярких разноцветных цветов, растущих на стенах избушки. Фестральчики ушли в сарай неподалёку, а миссис Долгопупс зашла в дом. Но внутренняя обстановка всё же не соответствовала понятию «обычный». Здесь было очень много жизни. Звери и растения буквально заполонили этот дом. Дело в том, что Полумна была натуралистом. Она открывала новые виды существ и узаконивала их. Но чтобы узаконить, нужно было заполнить кучу свитков с вопросами о виде. А чтобы заполнить, нужно было за ними наблюдать. Как вы понимаете, наблюдала миссис Долгопупс дома. Ну, а растения были увлечением мужа, профессора травологии. Посередине гостиной полыхал камин. Рядом, устроившись поудобней, сидели близнецы: Джим и Джейн— старшие дети Полумны. Девочка была подстрижена под каре, у обоих волосы были чёрные, а глаза голубые, как затуманенные. Дети что-то очень внимательно изучали, так внимательно, что не заметили прихода мамы. Её приход так и остался бы не замеченным, если бы хозяйку не поприветствовал Маркус— домашний любимец Долгопупсов, он был похож на детеныша водяного дракона с панцирем черепахи, но так как он не рос, был признан домашним животным. Полумна была очень известным натуралистом и многие её открытия (признанные домашними) были очень популярны. Но я отвлеклась. Маркус, увидев хозяйку, начал громко плескаться и близнецы заметили приход матери: -Привет, мам,— поздоровались дети в один голос. -Представляешь…— начала взахлёб рассказывать Джейн, детям недавно исполнилось одиннадцать. — Нам пришли письма из Хогвартса. — Да, здесь сказано, что можно взять домашнего любимца, можно я возьму Хардвика? – с умилением в глазах просил сын. Хардвик— это что-то типа пушистой змеи меняющей цвет шерсти, иногда он отращивал себе руки и ноги, хотя они быстро отваливались. Но я опять отвлеклась… — Нет – улыбаясь, ответила мама – Ты же знаешь, что он ест всё что не лень. – это была истинная правда. Хардвик действительно мог съесть всё. Стекло или ткань, бумагу или дерево-ему было всё равно. Однажды он съел свиток про самого себя, и Полумне пришлось всё переписывать заново.— А если он съест учебники или мантию. – Несмотря на мягкий отдалённый голос, Полумна была строга и абсолютно серьёзна. — А кого брала с собой ты? – поинтересовалась Джейн. — У меня была сова, очень красивая.— ответила мама. — А у папы? – спросил Джим. — А у папы жаба — улыбнулась Полумна. – Эта жаба я вам скажу, прославилась на всю школу. — Тогда можно я возьму жабу, и назову её… — Джим задумался. — Тревором – предположил Невилл Долгопупс, он стоял на лестнице, а рядом с ним стояла маленькая пухленькая девочка пяти лет с пепельными волосами и с чёрными как уголь глазками. Это была младшая дочь Долгопупсов — Сьюзан. Она была замечательная малышка, Сьюзан стояла, потирая глазки от того, что недавно проснулась, и держала папу за руку. Вся Семья улыбнулась, увидев друг друга… Через полчаса Невилл и Полумна рассказывали детям о своём первом годе обучения в Хогвартсе. Невиллу не хотелось рассказывать о не совсем удачных моментах, и он решил «слегка» приукрасить действительность. Полумна лишь улыбалась… *** Вечером Полумна уложила детей рассказав им историю о Добби (она всегда рассказывала им правдивые истории, которые пережила она с друзьями ). И спустилась вниз. — Знаешь – Сказал Невилл, кормящий Маркуса мелкой рыбой. – Хорошо, что мы стали тем кем стали, и дети у нас замечательные. — Да, хорошо— ответила Полумна, и начала кормить маленького пушистого зверька. – Как думаешь, на какой факультет их определят? Я думаю, что Джим попадёт в Гриффиндор, а Джейн в Когтевран. — Скорей всего… Если только шляпа не посчитает необходимым им держаться вместе. Полумна нежно улыбнулась. Невилл подошёл к ней сзади, приобнял за талию и погладил живот. -Когда мы им скажем?— тихо прошептал он свой вопрос любимой. «Когда они приедут на рождественские каникулы, мой живот будет больше квофла, сами догадаются» Невиллу было искренне жаль, что он не будет рядом с ней, не сможет помочь ей с хозяйством и работой. Но стены родной школы ждали его…