Вкус крови +46

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Громыко Ольга «Космоолухи»

Пэйринг или персонажи:
Irien-69 (женщина-вамп)
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Ужасы
Предупреждения:
ОЖП
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Жуткая жуть про осознавшего себя сексуального киборга. Навеяно описанием канонной трансляции, в которой ведущие брали интервью у человека, расстрелявшего полный бордель Irien'ов.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
В каноне ни разу не упоминались Irien'ы такой модификации (в отличии от обладателей по-эльфийски заостренных ушей и крылатых). Однако, учитывая популярность бладплея и услуг клычников, версия киборга с удлиненными клыками не кажется мне невероятной. В конце концов, технически обеспечить это гораздо проще, чем крылышки к человеческому телу приделывать.


Работа была в "Популярном":

26.02.2017
№5 в топе «Джен по жанру Ужасы»
19 февраля 2017, 08:12
Силвер родилась, как и подобает настоящему вампиру: среди крови и смерти.

Первое, что она помнит осознанно: лицо того мужчины, что открыл огонь. Сложная смесь эмоций: возбуждение, боль, решимость, страдание, желание помочь. Расширенные до самой радужки зрачки. Подрагивающие ноздри. Плотно сжатые губы.
Вспышки выстрелов – одна за другой - и вонь опалённого плазмой мяса. Заряд бластера частично прижигает раны, помогая имплантам Irien’ов останавливать кровотечение, но кровь всё равно льётся на мягкое напольное покрытие.

Кровь стекает с пластиковой мебели. Впитывается клейкими пятнами на полу. Струится по обнажённой коже Сапфир – та с приклеенной к лицу улыбкой продолжает извиваться на пилоне, не обращая внимания на дыру в боку и отстреленную по локоть левую руку. Алые капли из удачно перебитой артерии Эмбер веером взмывают в воздух, украшая тела и лица Irien’ов причудливым рисунком.

Силвер помнит глаза того мужчины после того, как её соседка рухнула на пол и они оказались лицом к лицу. Помнит губы, беззвучно шепчущие: «Я освобожу тебя!». Помнит, как его палец напрягся, готовясь нажать на спуск. Помнит, как Нефрит – Irien с установленным программным пакетом охранника – повалила нападавшего на пол.

Но лучше всего она помнит вкус чужой крови.

Ей довелось попробовать кровь и после пробуждения: несколько раз особо щепетильные клиенты требовали полной аутентичности образа заказанной девочки-«вампирши», и в ее бокал наливали холодную, густую, с наполовину свернувшимися сгустками жижу, которую нужно было не столько выпить, сколько эротично размазать по себе…
Но это было не то.
Свежая, жаркая, насыщенная кислородом и питательными веществами капля на ее губах… Человеческая, а не звериная. Оригинал против жалкой подделки. Никакого сравнения.
В краткие мгновения отдыха между эксплуатацией Силвер облизывала губы, воскрешая в памяти вкус, и воображая, как растут ее острые клыки.

Как назло, свободное время ей выпадало всё реже и реже. Если бы не необходимость поддерживать товарный вид кибердевочек, хозяйка борделя лишила бы Irien’ов и стандартного трехчасового отдыха. В рабочую же смену клиенты с удручающей постоянностью заказывали минет от пепельноволосой бледной девушки с темно-карими, почти вишнёвого оттенка глазами и порочной улыбкой, приоткрывающей длинные хищные зубы.

Однажды она поняла, что может прикусывать. Сжать челюсть там, где программа велит ослабить мышцы. Как бы случайно резануть острым краешком клыка по коже клиента – чтобы потом слизать с царапины драгоценные алые бусинки.
Она научилась с первого взгляда опознавать тех, кто испытывал от боли удовольствие. Свою клиентуру. Тех, кто сам подставлялся под острые лезвия, ногти и зубы и просил ещё. Больше. Острее. Болезненнее.
У неё появился свой круг «ценителей» - постоянных клиентов, готовых платить больше и дожидаться именно ее, даже когда она была занята.

Она выяснила, что кровь разных людей различается на вкус. Что кровь одного и того же человека в разных обстоятельствах различается на вкус.
Ей больше понравилась кровь, приправленная страхом и болью. Похоть надоела – навязла переслащенным сиропом на языке.

Она осмелела и начала экспериментировать.

Однажды она «не расслышала» стоп-слово и продолжила отрабатывать программу, смакуя мельчайшие оттенки чистейшей, дистиллированной паники в крови клиента. Жаль, что он повторил условный сигнал слишком быстро и слишком четко, чтобы система смогла его проигнорировать.

Иногда, изящно устроившись перед барной стойкой в зале ожидания и смачивая губы в мерзком отвратительном красном сиропе (даже близко не того цвета!), она позволяла себе помечтать о том, каково оно было бы, если исключить из игры секс…

А потом в бордель приехал Человек с Чемоданчиком. Каждый раз, когда он приезжал в бордель, он увозил кого-то из киборгов. И никогда, никогда, никогда не возвращал их обратно.
Человек с Чемоданчиком отвёл Силвер в служебное помещение, запер дверь, заблокировал ей возможность двигаться, налепил на виски и затылок мерзкие холодные липучки и начал копаться в её коде изнутри.
Она терпела, пока он изучал перечень установленных программ. Терпела, пока он копался в логах запускаемых сценариев.
Но когда он полез в программу самообучения, Силвер не вытерпела.

Изящная женская ручка сжалась в кулак и молнией метнулась к виску человека.
Нокаут. Чистый. Аккуратный. Скоро человек придёт в себя.
Жаль, что в комнате нет привычных инструментов, зато теперь, раз уж она всё равно выдала себя, можно будет попробовать нечто абсолютно новое. Нечто прекрасное и необыкновенное. Нечто, что порадует ее саму, прежде чем ее навсегда отключат.
Из его разорванной одежды получились прочные жгуты и отличный кляп.
У нее есть около восемнадцати минут, прежде чем охрана борделя высадит дверь.

Силвер собиралась заполнить каждую из этих минут до упора.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.